16+
Анграпа.ру - Черняховск - Форум

Welcome Guest ( Log In | Register )

добавить на Яндекс

145 Pages V  « < 2 3 4 5 6 > »   
Ответить в данную темуНачать новую тему
> "Досье" спецслужб..., Как это было
sobkor
post 6.02.2006, 17:47
Post #46


Участник проекта
*****

Group: Участники проекта
Posts: 5528
Joined: 8.08.2005
From: Калининград
Member No.: 12
Имя: Юрий
Отчество: Петрович



Теперь - о руководителях аппарата уполномоченного НКВД (с 4 января 1946 - НКВД-НКГБ) СССР по Восточной Пруссии...
Юрий РЖЕВЦЕВ

Аппараты уполномоченных НКВД СССР и НКВД-НКГБ (МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии:
АПОЛЛОНОВ (настоящая фамилия Боголюбов) Аркадий Николаевич (1907-1978), советский военачальник, в сталинский период представитель высшего эшелона советских спецслужб, в мае-июле 1945 года – Уполномоченный НКВД СССР по Восточной Пруссии, родоначальник Калининградского «Динамо», генерал-полковник (1943) в отставке.
Родился 18 марта 1907 года в городе Балашове Саратовской области. Русский. Член КПСС с 1931 года.
Образование: в 1927 – Саратовскую пехотную школу РККА; 31 мая 1932 – Химические курсы усовершенствования командного состава РККА; 8 марта 1939 – Военную академию имени М.В. Фрунзе.
На военной службе в 1924-декабре 1953 гг., при этом в войсках ОГПУ-НКВД-МВД-МГБ СССР с 1927 года:
- 1927-1931 гг. - командир взвода в войсках ОГПУ: последовательно - в 34-м дивизионе и 7-м полку войск ОГПУ;
- 1931-31 мая 1932 гг. – слушатель Химических курсов усовершенствования командного состава РККА;
-июнь-? 1932 года - в соответствии с приказом по личному составу начальника Главного управления РККА Б.М. Фельдмана № 011 от 3 июня 1932 года как выпускник Химических курсов усовершенствования командного состава РККА был назначен «Руководителем ОВ [отравляющих веществ] Гомельской школы», но вступал ли в данную должность неизвестно;
- 1932-1936 гг. - командир-руководитель тактики 4-й (Саратовской) военной школы пограничной и внутренней охраны ОГПУ-НКВД СССР;
- 1936-8 марта 1939 гг. – слушатель Военной академии имени М.В. Фрунзе (г. Москва).
- 1939-1942 годы - заместитель начальника Главного управления пограничных войск НКВД СССР, а в июле-3 ноября 1941 года одновременно (по совместительству) ещё и начальник Главного управления внутренних войск НКВД СССР-исполняющий обязанности начальника войск НКВД СССР;
- 11 марта 1942-2 апреля 1948 года – заместитель наркома (с весны 1946 года – министра) внутренних дел СССР (по войскам), а 28 октября 1944-30 марта 1946 года одновременно ещё и начальник Главного управления внутренних войск НКВД (с марта 1946 года – МВД) СССР. По первой должности генералу А.Н. Апполонову были подчинены все войска НКВД СССР, включая пограничные, в/ч снабжения и военного строительства, а также Политуправление войск НКВД СССР.
В годы 2-й Мировой войны ярко проявил не только выдающиеся качества полководца, но и государственного мужа. В частности, начиная с 24 ноября 1944 года, и в течение последующих, как минимум, десяти суток совместно с начальником Главного управления войск НКВД по охране тыла действующей армии генерал-лейтенантом И.М. Горбатюком по заданию Л.П. Берия грамотно и энергично руководил работой трёх оперативных групп НКВД СССР, направленных на освобожденную войсками 2-го, 3-го и 4-го Украинских фронтов территорию стран Восточной Европы для выполнения здесь следующего поручения И.В. Сталина: оперативно произвести общий предварительный учёт проживающих здесь лиц немецкой национальности с целью их «репарации трудом» - дальнейшей трудовой мобилизации и депортации в СССР на восстановление разрушенных немецко-фашистскими оккупантами объектов индустрии (главным образом, угольной промышленности Донбасса и черной металлургии юга).
В мае-июле 1945 года находился в Кёнигсберге в правительственной командировке в качестве первого в истории региона Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Состоя в данной должности, внёс весомейший вклад в дело создания и дальнейшего строительства органов правопорядка и безопасности будущей Калининградской области. Кроме того, в июне 1945 года на правах Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии от имени Президиума Верховного Совета СССР в ходе соответствующего воинского ритуала вручил дислоцирующемуся в Кёнигсберге 132-му пограничному Минскому полку войск НКВД СССР орден Красной Звезды, которого данная в/ч была удостоена в апреле 1945 года за участие в разгроме Хайльсбергской группировки немецко-фашистских войск.
В 1946-1948 гг. по совместительству – председатель Центрального совета Всесоюзного физкультурно-спортивного общества «Динамо». В частности, в соответствии с его указанием как руководителя Всесоюзного «Динамо» начальником УМВД по Калининградской области генерал-майором В.И. Дёминым 19 августа 1947 года было официально провозглашено создание Калининградского «Динамо».
Правительственным Постановлением № 1039 от 2 апреля 1948 года был освобождён от должности заместителя министра внутренних дел СССР и назначен председателем Комитета по делам физической культуры и спорта при Совете Министров СССР.
31 декабря 1950 года возвращён в строй – утверждён во вновь введённой должности заместителя министра государственной безопасности СССР по войскам.
В ходе кадровых чисток, начавшихся в высшем эшелоне спецслужб с момента необоснованного ареста министра государственной безопасности генерал-полковника В.С. Абакумова, 26 августа 1951 года был немотивированно смещён со своего поста и зачислен в кадры Министерства обороны СССР.
7 декабря 1953 года уволен в запас по болезни с присвоением статуса персонального пенсионера союзного значения.
В период прохождения службы имел следующие воинские звания высшего командного состава:
- «комбриг» - с 9 марта 1939 года;
- «комдив» - удостоен в самом начале 1940 года;
- «генерал-майор» - в соответствии с постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 4 июня 1940 года. Генеральского звания был удостоен в числе первых советских генералов (в списке генерал-майоров он под № 17);
- «генерал-лейтенант» – в соответствии с постановлением СНК СССР от 20 декабря 1942 года;
- «генерал-полковник» - в соответствии с постановлением СНК СССР от 29 октября 1943 года.
Кавалер большого количества государственных наград, в том числе шести орденов - Ленина, Суворова 1-й степени, Кутузова 1-й степени, трёх Красного Знамени, - а также многочисленных медалей.
Скончался 3 августа 1978 года. Похоронен в Москве.

ТУТУШКИН Фёдор Яковлевич (1900-1959), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, в июле-сентябре 1945 года – уполномоченный НКВД СССР по Восточной Пруссии, генерал-лейтенант (1944), депутат Верховного Совета СССР (вероятней всего, 2-го созыва), Заслуженный работник НКВД (1942).
Родился 20 сентября 1900 году в селе Тереховицы современных Ковровского района Владимирской области в крестьянской семье. Русский. Член КПСС с 4 сентября 1917 года.
Образование: начальную школу; в 1920 – Курсы политработников Приволжского военного округа; в 1922 – Окружную военно-политическую школу; в 1933 – Совпартшколу.
Трудовую деятельность начал в 12-летнем возрасте: подрядчик малярно-кровельных работ Ситникова в селе Пушкино (ныне – одноимённый город) Московской губернии; слесарь (с 1914) главных вагонных мастерских Москвы.
На военной службе в русской армии с 1917 года, с этого же времени участник 1-й Мировой войны: воевал в составе войск Юго-Западного фронта. Имел боевую контузию, полученную в ходе боёв 1917 года (по другим данным – в 1918 году, то есть уже в период службы в Красной Гвардии).
Активный участник революционных событий осени-зимы 1917 года в Москве и Гражданской войны:
- 1 октября 1917-15 марта 1919 гг. – красногвардеец 1-го Московского отряда Красной Гвардии. В данном качестве осенью-зимой 1917 года участвовал в баррикадных боях против войск Московского гарнизона, верных Временному правительству.
- 15 марта 1919-15 марта 1923 гг. – на военной службе в РККА: последовательно - красноармеец, курсант ряда военно-политических учебных заведений, библиотечный инструктор и инструктор политотдела части (но номера в/ч неизвестны).
Весной 1923-летом 1925 гг. – на руководящей партийной работе в народном хозяйстве: на руНа службе в органах ОГПУ-НКВД СССР 14 августа 1925-5 мая 1959 гг. Первая должность здесь – помощник оперуполномоченного (впоследствии – оперуполномоченный) 3-го отдела управленческого аппарата Владимирского губернского отдела ОГПУ.
8 мая-18 июля 1926 года – сотрудник, прикомандированный к центральному аппарату ОГПУ: на работе в Секретно-оперативном и (с 26 мая) Административном отделах.
18 июля 1926-22 июля 1934 гг. – на ответственной и руководящей работе в территориальных органах Полпредства ОГПУ по Уралу, в том числе до осени 1927 года – в городе Тобольске, районном центре современной Тюменской области: помощник уполномоченного, исполняющий обязанности уполномоченного (с 1 сентября 1926), уполномоченный (с 21 сентября 1926) и (в 1927) Временно исполняющий должность начальника некоего ИН (вероятно, Иностранного отдела - ?) управленческого аппарата Особого отдела Тобольского окружного сектора ОГПУ.
8 сентября 1927-13 апреля 1931 гг. – в городе Сарапуле, районном центре бывшей Вотской автономной области, а ныне современной Республики Удмуртия: помощник уполномоченного и (с 28 декабря 1934) уполномоченный Секретно-оперативной части Сарапульского окружного отдела ОГПУ.
13 апреля 1931-27 февраля 1933 года – на руководящей работе в управленческом аппарате Особого отдела Полпредства ОГПУ по Уралу: начальник 3-го отделения.
27 февраля 1933-22 июля 1934 гг. – в городе Перми: заместитель начальника Особого отдела 82-й стрелковой дивизии (Пермский военный гранизон) Приуральского военного округа и по совместительству – Врид начальника Особого отдела Пермского оперативного сектора ОГПУ.
22 июля-25 октября 1934 года - начальник 2-го отдела (по другим данным – отделения) Особого отдела Управления госбезопасности УНКВД по Свердловской области.
25 ноября 1934-15 мая 1937 года – на руководящей работе в аппарате Особого отдела (с 1 января 1937 – 3-й отдел) Управления госбезопасности УНКВД по Крыму: начальник 1-го, 2-го (с 1935) и 6-го (с 9 января 1937) отделов.
С 15 мая 1937 года – во главе ряда Особых отделов НКВД СССР: 3-й Крымской стрелковой дивизии имени ЦИК Крымской АССР 17-го стрелкового корпуса и (с 29 сентября 1938) - в/ч 5299 (речь, вероятней всего, идёт о воинском объединении в масштабе корпуса) Киевского военного округа (с 26 июля 1938 – Киевский особый военный округ).
27 февраля 1939-9 мая 1940 гг. - заместитель начальника Особого отдела НКВД СССР Киевского особого военного округа (в сентябре-14 ноября 1939 – Украинский фронт). В данном качестве осенью 1939 года участвовал в так называемом освободительном походе Красной Армии в Западную Украину.
9 мая-19 сентября 1940 года - заместитель начальника Особого отдела НКВД СССР Ленинградского военного округа.
19 сентября 1940-31 марта 1941 гг. – начальник Особого отдела НКВД СССР Одесского военного округа.
31 марта-1941-30 июня 1942 гг. - заместитель начальника 3-го управления (с 22 августа 1941 - Управление Особых отделов НКВД СССР) Наркомата обороны СССР.
13 августа 1942-29 июня 1943 гг. - начальник Особого отдела НКВД СССР Московского военного округа.
29 июня 1943-30 ноября 1945 гг. (по другим данным – по 8 февраля 1946 года) – начальник Управления контрразведки «Смерш» Московского военного округа.
В течение всей Великой Отечественной и завершающего этапа 2-й Мировой войн неоднократно направлялся в правительственные командировки, в том числе и в действующую армию. И, в частности, в первые недели гитлеровской агрессии против СССР дивизионный комиссар Ф.Я. Тутушкин по личному поручению В.И. Сталина проводил расследование причин огромных потерь, которые в первые же дни войны понесли ВВС Северо-Западного фронта. Свой подробный и объективный доклад представил в Государственный Комитет Обороны письменно 8 июля 1941 года. А в июле-22 сентября 1945 года (но без освобождения от занимаемой должности) уже в звании генерал-лейтенанта состоял в должности уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. На данном посту внёс весомейший вклад в дело строительства органов правопорядка и безопасности будущей Калининградской области. Одновременно, как потом собственноручно указал в одной из служебных анкет, в период своего пребывания в Кёнигсберге «по заданию Л.П. Берия руководил агентурно-оперативной работой, занимался ликвидацией бандитско-диверсионных и шпионско-террористических групп».
30 ноября 1945 года был переведён из структур контрразведки «Смерш» Наркомата обороны СССР в распоряжение наркома внутренних дел Маршала Советского Союза Л.П. Берия.
8 февраля 1946-14 апреля 1951 гг. – народный комиссар (с 15 марта 1946 - министр) внутренних дел Молдавской ССР. В данном качестве запятнал себя как непосредственный организатор массовых репрессиях на территории Молдавии. В частности, 12 октября 1948 года генерал-лейтенант Ф.Я. Тутушкин как министр внутренних дел Молдавской ССР поставил перед союзным центром вопрос о выселении в отдалённые районы страны «15 тыс. кулацких семей - в крайнем случае и самое малое 5 тыс. семей особо враждебных кулаков». Как итог - 6 апреля 1949 года Политбюро ЦК ВКП(б) одобрило Постановление Совета Министров СССР о выселении с территории Молдавии 40 850 человек из 11 280 семей…
Однако в начале 1951 года в ходе очередных сталинских чисток в органах правопорядка и безопасности, сам стал жертвой наветов, угодив в опалу. В результате на основании приказа МВД СССР № 473 от 14 апреля 1951 года был освобождён от занимаемой должности министра внутренних дел Молдавской ССР с откомандированием из Кишинёва в Москву - в распоряжение Управления кадров МВД СССР.
Приказом МВД СССР № 905 от 16 июля 1951 года был назначен с понижением - начальником УМВД по Калининской области (но должность принял 24 июля), однако уже через год (19 июля 1952) так же был освобождён от занимаемой должности и отозван в распоряжение управления кадров МВД СССР.
В июле 1952-1 июля 1957 гг. – на руководящей работе в уголовно-исполнительной системе Свердловской области: последовательно - заместитель начальник лагеря для военнопленных № 476, заместитель начальника управления лагеря (но какого конкретно неизвестно) по охране и режиму, начальник одноимённых Отдела и Управления ОИТК УМВД по Свердловской области.
С 1 июля 1957 года и до своей скоропостижной кончины – без должности при аппарате УВД Свердловской области.
В период прохождения службы имел следующие специальные и воинские звания:
- «лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «капитан») – приказ НКВД СССР № 249 от 7 апреля 1936 года;
- «капитан госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») – приказ НКВД СССР № 1332 от 31 мая 1939 года. Присвоено было, минуя очередное специальное звание «старший лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «майор»);
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») – приказ НКВД СССР № 524 от 22 апреля 1940 года;
- дивизионный комиссар (воинское звание военно-политического состава Красной Армии, аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») – в порядке переаттестации со специального звания на воинское: приказ Наркома обороны СССР № 86 от 10 июня 1941 года;
«старший майор госбезопасности» (аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») – в порядке переаттестации с воинского звание на специальное: приказ НКВД СССР № 1598 от 10 сентября 1941 года;
- комиссар госбезопасности (с февраля 1943 года - аналог воинского звания «генерал-майор») – в порядке переаттестации на новые специальные звания: приказ НКВД СССР № 390 от 14 февраля 1943 года;
- «генерал-майор» - в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 26 мая 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации высшего состава органов военной контрразведки со специальных званий на воинские;
- «генерал-лейтенант» - Постановление СНК СССР от 25 сентября 1944 года.
Кавалер большого количества государственных наград и, в частности, восьми орденов – Ленина (не раньше лета 1951 года - за выслугу лет), четырёх Красного Знамени (в том числе, в 1943 и 1944, в последнем случае - за выслугу лет), Кутузова 1-й степени (1945), Отечественной войны 1-й степени (1943), Красной Звезды (1940), - а также многочисленных медалей, включая «За оборону Москвы», «За оборону Севастополя», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «ХХ лет РККА». Кроме того, в 1942 году был удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака, а 20 июня 1945 года «за успешное выполнение особых заданий» - ценного подарка (но от кого именно – главы НКО, НКВД или СНК? – неизвестно).
Скоропостижно скончался 5 мая 1959 года в период прохождения военной службы в системе МВД СССР. Исключён из списков личного состава МВД СССР был на оснвоании двух приказов: УВД Свердловской области № 179 от 12 мая 1959 года и МВД СССР № 469 от 1 июня 1959 года.
Место захоронения неизвестно.
На момент смерти генерала Ф.Я. Тутушкина его супруга – Тутушкина Клавдия Дмитриевна 1899 года рождения – проживала в Москве по адресу: Ленинский проспект, 75, квартира 165. Также из архивных документов известно, что супруги Тутушкины - Фёдор Яковлевич и Клавдия Дмитриевна – вырастили и воспитали двоих сыновей – Леонида и Владимира.

НАВАЛИХИН Степан Игнатьевич (1905-1979), ветеран системы отечественного МВД, один из создателей и первых руководителей калининградской милиции, участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга, генерал-майор милиции (1947) в отставке, Заслуженный работник НКВД (1947).
Родился 7 января 1905 года в деревне Пеньки современных Богородского района Кировской области в крестьянской семье. Русский. Член КПСС с ноября 1928 года.
Образование: 4 класса сельской школы; в 1935 – годичный курс Ленинградской школы старшего начальствующего состава Рабоче-Крестьянской милиции; в 1954 - годичный курс Высшей школы милиции МВД СССР (Москва).
Трудовую деятельность начал на родине в 1924 году - разнорабочий металлургического завода.
Срочную военную службу проходил в 1927-1929 гг. в Московском военном округе: курсант полковой школы, старшина и Исполняющий обязанности политрука роты отдельного батальона (военный гарнизон города Ростова Ярославской области).
По увольнению в запас вернулся на родину: заведующий избой-читальней, пропагандист Богородского райкома ВКП(б), военный инспектор Богородского райисполкома.
На службе в органах внутренних дел в 1932-1955 гг. - по партийной мобилизации: политинспектор Богородского районного отдела НКВД СССР.
С 1935 года – на практической и руководящей работе в аппарате и территориальных подразделениях управления милиции УНКВД по Горьковской области, в том числе начальник ряда горрайорганов милиции, в том чсиле Варнавинского, Лысковского и Дзержинского.
В 1936 году в ходе аттестации на персональные звания был удостоен знаков различия сержанта милиции (аналог современного специального звания «лейтенант милиции»), но на начало Великой Отечественной войны являлся уже старшим лейтенантом милиции (аналог современного специального звания «майор милиции»).
В 1941-1943 гг. - начальник ОБХСС, а затем заместитель начальника Управления милиции УНКВД по Горьковской области.
В феврале 1943 году в ходе переаттестации на новые специальные звания был удостоен погон подполковника милиции.
По неофициальным данным, в 1943 году был направлен в ряды действующей армии в качестве военного контрразведчика.
С декабря 1944 года - в правительственной командировке при органах военной контрразведки действующей армии: заместитель начальника отдела контрразведки «Смерш» 43-й армии 3-го Белорусского и 1-го Прибалтийского фронтов, а с конца февраля 1946 года - начальник оперативной группы и ряда (в том числе Гумбинненского и Инстербургского) оперативных секторов аппарата уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Отличился в боях по штурму города-крепости Кёнигсберг.
В период с 22 сентября по 12 ноября 1945 года - временно исполняющий обязанности руководителя агентурно-оперативной работой в Восточной Пруссии (то есть фактически - Врио уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии).
4 января-8 августа 1946 года на штатной основе – заместитель уполномоченного НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии. Назначен на эту должность был совместным приказом наркома внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н. Круглова и наркома госбезопасности СССР генерала армии В.Н. Меркулова № 004/002 от 4 января 1946 года «Об организации аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ СССР в Восточной Пруссии».
Как сказано в тексте аттестации того периода, подполковник милиции С.И. Навалихин «в исключительно трудных условиях проделал в Восточной Пруссии большую работу по организации и укреплению органов милиции».
Летом 1946-1949 гг. – заместитель начальника УМВД по Калининградской области - начальник управления милиции.
В дальнейшем заместитель начальника управления милиции МВД-МГБ Киргизской ССР, заместитель начальника управления милиции (с 1950) УМГБ-УМВД по Амурской области; начальник управления милиции (с 1954) УМВД по Орловской области.
Специального звания комиссара милиции 3 ранга (тогдашний аналог современного звания «генерал-майор милиции») удостоен в январе 1947 года, минуя очередное специальное звание «полковник милиции».
В 1955 (по другим данным – 1956) году уволен со службы в органах внутренних дел по инвалидности. Будучи на пенсии, проживал сначала в городе Орле, а затем (после 1975) в Москве, в семье дочери.
В период службы неоднократно избирался в партийные и советские органы власти и, в частности: в 1952 - кандидатом в члены Амурского областного комитета КПСС; 22 февраля 1953 года – депутатом Амурского областного Совета депутатов трудящихся от Дамбукинского избирательного округа.
Кавалер большого количества государственных и ведомственных наград и, частности, пяти орденов – Красного Знамени (приблизительно в 1953; № 423993), Отечественной войны 2-й степени (21.04.1945; № 801298), двух Красной Звезды (приблизительно 1944 и 1945; № 2236923), Знак Почёта (1943; № 34676), - многочисленных медалей и, в том числе, «За боевые заслуги» (01.02.1946; № 24233877), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За взятие Кёнигсберга» и «50 лет советской милиции», а также нагрудного знака «50 лет в КПСС». Кроме того, в 1947 году был удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака (№ 4522).
Скончался 29 апреля 1979 года. Похоронен в Москве на Кузьминском кладбище.

ТРОФИМОВ Борис Петрович (1902-1975), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, один из создателей и первых руководителей органов внутренних дел и государственной безопасности современной Калининградской области, генерал-майор (1945) в отставке, Заслуженный работник НКВД.
Родился 19 ноября 1902 году в городе Гельсингфорсе (ныне – столица Финляндии город Хельсинки). Русский. Член КПСС с августа 1918 года.
Образование - среднее: в дореволюционный период - пять классов гимназии; в 1927 – Командные курсы ОГПУ (г. Москва).
Активный борец за Советскую власть в дни свершения Великой Октябрьской социалистической революции и в период Гражданской войны:
- в ноябре 1917-1918 гг. – боец одного из большевистских партизанских отрядов Курской губернии;
- в 1918-1921 гг. – на военной службе в Красной Армии: командир взвода и роты, в том числе с 1919 года - в боях и сражениях Южного фронта по обороне Курска и Воронежа от деникинских войск, а в 1921 году – участник боевых операций по подавлению Антоновского вооружённого мятежа на Тамбовщине. В 1919 году был ранен в голову.
На службе в органах внутренних дел и госбезопасности 1 ноября 1921-14 декабря 1953 гг.:
- в ноябре-декабре 1921 года - военно-политический комиссар района железнодорожной милиции станции Конотоп (современная Сумская область Украины);
- в декабре 1921-1926 гг. – на чекистско-оперативной работе в Курском транспортном отделе ВЧК на Московско-Киевско-Воронежской железной дороге: последовательно - помощник уполномоченного, уполномоченный, старший уполномоченный и начальник отделения;
- в 1926-1927 гг. - курсант Командных курсов ОГПУ в городе Москве, где, говоря современным языком, получил среднее военно-специальное и среднее юридическое образование.
В 1927-1 августа 1938 гг. – на ответственных и руководящих постах в центральном аппарате Транспортного отдела ОГПУ, а с ноября 1934 года – Транспортного отдела Главного управления госбезопасности НКВД СССР: уполномоченный и старший уполномоченный, старший инспектор (с 1 мая 1932 года), заместитель начальника 5-го отделения (с 10 июля 1934 года), а с 27 апреля 1935 года - начальник 8-го отделения.
1 марта (по другим данным – 1 августа)-октябре 1938 гг. - начальник 1-го отделения Особого отдела ГУГБ НКВД СССР.
В октябре 1938-марте 1939 гг. - начальник одного из отделений в составе сначала 6-го (транспортного) отдела ГУГБ НКВД СССР, а начиная с 1 января 1939 года, - Главного транспортного управления НКВД СССР.
28 марта 1939-начале мая 1940 гг. – на руководящей работе в центральном аппарате Главного управления исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений (ГУЛАГ): заместитель начальника, а с 5 сентября 1939 года - начальник 3-го (охрана и оперработа) отдела. Как руководитель 3-го отдела ГУЛАГа осенью 1939 года принимал непосредственное участие в создании и организации работы лагерей для польских военнопленных, захваченных Красной Армией в ходе так называемого освободительного похода в Западную Украину и Белоруссию.
9 мая 1940-28 декабря 1941 гг. – на руководящей работе в структурах НКВД Карело-Финской ССР: последовательно - начальник Сортавальского уездного, Виипурского (ныне, город Виипури – Выборг Ленинградской области) городского и Кексгольмского уездного отделов НКВД, а приблизительно с конца 1940 года – 1-й заместитель наркома внутренних дел Карело-Финской ССР.
28 декабря 1941-28 апреля 1942 гг. - начальник Особого отдела НКВД СССР Южского спецлагеря (Ивановская область).
28 апреля 1942-2 июля 1943 гг. – на военной службе в войсках НКВД СССР (но с сохранением имеющегося специального звания): начальник Разведывательного отдела Управления войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии Главного управления внутренних войск НКВД СССР, а, начиная с 4 мая 1943 года, - начальник Разведывательного отдела Главного управления войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии.
2 июля 1943-4 января 1946 гг. - начальник УНКВД по Курской области (но де-факто – до 3 ноября 1945 года).
Осенью 1945 года в соответствии с приказом от 3 ноября 1945 года наркома внутренних дел СССР Маршала Советского Союза Л.П. Берия без освобождения от занимаемой должности был направлен в правительственную командировку в Кёнигсберг, где 12 ноября 1945 года принял должность Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии.
4 января-8 августа 1946 года на штатной основе – Уполномоченный НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии. Назначен на эту должность был совместным приказом наркома внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н. Круглова и наркома госбезопасности СССР генерала армии В.Н. Меркулова № 004/002 от 4 января 1946 года «Об организации аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ СССР в Восточной Пруссии».
В данном качестве выступил в роли создателя и первого по счёту руководителя целого ряда силовых правоохранительных структур будущей Калининградской области – современных региональных УВД, УФСБ, УФСИН и Центра правительственной связи.
8 августа 1946-5 июня 1947 гг.– первый по счёту начальник УМВД по Калининградской области.
Во многом благодаря генерал-майору Б.П. Трофимову как начальника УМВД по Калининградской области, советское правительство в феврале 1947 года впервые со всей серьёзностью повернулось лицом к отечественному янтарному производству. А поводом к тому послужил факт телеграфного обращения Бориса Петровича 8 февраля 1947 года к министру внутренних дел СССР генерал-полковнику С.Н. Круглову, которое в свою очередь было вызвано расточительным расходованием янтаря калининградским военторгом при производстве ширпотр[цензура]: «С апреля 1945 года на выработку указанных изделий израсходовано 7 тонн янтаря, из которого более государственно целесообразно было бы вырабатывать специальные заказы для нужд медицины. Таким образом, можно сделать вывод о явно антигосударственной практике в расходовании ценнейшего сырья, запасы которого имеются только в Америке и в бывшей Восточной Пруссии - Калининградской области».
В Калининградскую область во главе правительственной комиссии тогда незамедлительно выехал лично заместитель председателя Совмина СССР А.Н. Косыгин. Решение, которое было принято в ходе той командировки, - янтарное производство передать в систему МВД СССР…
Летом 1947-зимой 1953 гг. – на высоких руководящих постах в центральном аппарате МВД СССР:
- 5 июня 1947-22 сентября 1950 гг. - заместитель начальника ГУЛАГа (по оперативно-чекистской работе)-начальник 1-го управления. По данной должности весной 1948 года на основании совместного приказа МВД СССР, МГБ СССР и Генерального прокурора СССР № 00279/00108/72сс от 16 марта 1953 года «Об организации особых лагерей и тюрем МВД» был введён в состав межведомственной Центральной комиссии при МВД СССР (председатель – заместитель министра внутренних дел СССР генерал-лейтенант В.С. Рясной), в обязанностях которой было производить отбор заключённых, подлежащих переводу из ИТЛ в особые лагеря и тюрьмы МВД СССР;
- 22 сентября 1950-24 марта 1953 гг. - начальник управления военно-строительных частей-заместитель начальника Главного управления лагерей промышленного строительства (Главпромстрой; в качестве справки: согласно приказу МВД № 00932 от 19 октября 1946 года, ГУЛПС являлось «специальной организацией для строительства предприятий и учреждений Первого главного управления», то есть занималось строительством объектов, возводимых в целях реализации «атомного проекта»);
- 24 марта-19 октября 1953 года - заместитель начальника 5-го Управления (обеспечение государственной безопасности в экономике) МВД СССР.
В июле-августе 1953 года входил в состав комиссии МВД СССР, возглавляемой заместителем министра внутренних дел СССР (по войскам) генералом армии И.И. Масленниковым и направленной в Воркуту на усмирение возникшего внутри Особого лагеря № 6 (Речлаг) вооружённого бунта заключённых. Поскольку путём переговоров успокоить взбунтовавшихся оказалось невозможным, была проведена спецоперация. Её итог: в результате правомерного применения военизированной охраной и войсками МВД СССР табельного оружия убито 42 и ранено 135 человек из числа спецконтигента; из незаконного оборота изъято 17 ножей и две бритвы; порядок внутри лагерных отделений полностью восстановлен…
- 19 октября-14 декабря 1953 гг. – в распоряжении министра внутренних дел СССР.
В период прохождения службы имел следующие специальные и воинские звания:
- «старший лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «майор») – с 14 декабря 1935 года;
- «капитан госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») – с 31 июля 1939 года;
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») – с 27 апреля 1942 года;
- «полковник госбезопасности» - с 23 февраля 1943 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава госбезопасности на новые специальные звания;
– «комиссар госбезопасности» (аналог воинского звания «генерал-майор») - с 14 марта 1944 года;
- «генерал-майор» - в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 9 июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава госбезопасности со специальных званий на воинские.
В отставку был отправлен на основании приказа МВД СССР № 2317 от 14 декабря 1953 года: «уволен по ст. 54 п. «б» в запас МВД СССР по болезни с особыми отличительными знаками на погонах». С этого же времени – военный пенсионер с местом постоянного проживания в Москве.
Кавалер большого количества государственных наград и, в частности, не менее шести орденов – Ленина (21 февраля 1945 года; за выслугу лет), трёх Красного Знамени (3 ноября 1944 года – за выслугу лет; в 1945 и после 1947 гг.), Трудового Красного Знамени (8 декабря 1951 года), Красной Звезды (22 июля 1937 года; за выполнение заданий правительства), - а также многочисленных медалей, включая, «За воинскую доблесть. В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина», «За оборону Москвы» (1945), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «ХХ лет РККА» и «ХХХ лет Советской Армии и Флота 1918-1948». Кроме того, в 1927 году в связи с предстоящем празднованием 10-й годовщины ОГПУ в порядке дисциплинарного поощрения был награждён Собранием сочинений В.И. Ленина, а позднее удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака (но точная дата неизвестна).
Скончался в 1975 (по другим, очевидно, ошибочным, данным – 1973) году. Похоронен в Москве.

РУДАКОВ Евгений Васильевич (1905-?), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, ветеран отечественных органов госбезопасности и внутренних дел, первый в истории янтарного края (апрель 1946-август 1949) начальник современного УФСБ по Калининградской области, полковник (1943) в отставке.
Родился в 1905 году в городе Санкт-Петербурге. Член КПСС с 1940 года.
На службе в органах госбезопасности и внутренних дел в 1919-1953 гг. и, в частности:
- январь-август 1941 года - начальник 14-го отделения 2-го отдела (борьба с антисоветскими элементами) Главного управления госбезопасности НКВД СССР;
- август-декабрь 1941 года - начальник 1-го отделения 3-го отдела 3-го (секретно-политического) Управления НКВД СССР;
- декабрь 1941-июнь 1942 гг. - начальник 2-го отделения 3-го отдела 3-го (секретно-политического) Управления НКВД СССР;
- июнь 1942-май 1944 гг. - заместитель наркома внутренних дел Чечено-Ингушской АССР;
- май 1944-январь 1946 гг.- сначала заместитель начальника опергруппы НКГБ Литовской ССР, а затем - заместитель наркома госбезопасности Литовской ССР.
4 января-8 августа 1946 года на штатной основе – заместитель уполномоченного НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии. Назначен на эту должность был совместным приказом наркома внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н. Круглова и наркома госбезопасности СССР генерала армии В.Н. Меркулова № 004/002 от 4 января 1946 года «Об организации аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ СССР в Восточной Пруссии».
Одновременно с 16 мая 1945 года – начальник оперативной группы МГБ СССР по Кёнигсбергской области, которая на основании приказа МГБ СССР № 00359 от 13 сентября 1946 года была переименована в УМГБ по Калининградской области. Таким образом, в период 13 сентября (но де-юре с ноября) 1946-август 1949 гг. – начальник УМГБ по Калининградской области. В частности, под руководством полковника Е.В. Рудакова была выявлена и разгромлена диверсионно-террористическая сеть, свитая в регионе агентами разведорганов как разгромленной фашистской Германии, так и ряда других западных государств.
Впоследствии – руководитель ряда региональных управлений госбезопасности и внутренних дел:
- август 1949-июнь 1952 гг. - начальник УМГБ по Челябинской области;
- июнь 1952-март 1953 гг. – начальник УМГБ по Чистопольской области Татарской АССР (с июня 1952),
- март-сентябрь 1953 года - начальник УМВД по Одесской области.
С сентября 1953 года – военный пенсионер. В запас был уволен по болезни в соответствии с приказом МВД СССР № 1312 от 15 сентября 1953 года.
В период прохождения службы имел следующие персональные звания:
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») – дата присвоения неизвестна;
- «полковник госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») - с 14 февраля 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации личного состав органов госбезопасности на новые специальные звания;
- «полковник» - с начала июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.
До кончины (дата неизвестна) жил и трудился в Москве.

This post has been edited by sobkor: 8.07.2006, 13:57
Attached thumbnail(s)
Attached Image
 
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Nick
post 7.02.2006, 9:40
Post #47


Форумчанин
*****

Group: Активные участники
Posts: 2083
Joined: 1.08.2005
From: Черняховск-Москва
Member No.: 7



Отвлекусь немного от темы. Кто-нибудь смотрел художественный фильм "Секретный эшелон"?
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
sobkor
post 13.02.2006, 12:18
Post #48


Участник проекта
*****

Group: Участники проекта
Posts: 5528
Joined: 8.08.2005
From: Калининград
Member No.: 12
Имя: Юрий
Отчество: Петрович



Завершаю информационный проект о чекистах из числа представителей генералитета НКВД-МВД-МГБ СССР...
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Представители высшего эшелона спецслужб, чья судьба так или иначе связана с Восточной Пруссией или современной Калининградской областью:
ГУЗЯВИЧЮС (Гузявичус, Гудайтис-Гузявичус) Александр (Александрас) Августович (1908-1969), профессиональный литовский революционер-коммунист, в 1928-1929 гг. нелегально работавший на территории Восточной Пруссии, в сталинский период представитель высшего эшелона НКВД-НКГБ СССР, народный писатель Литвы (1968), член Союза писателей СССР, генерал-майор (1945) в отставке, депутат Верховного Совета СССР 1-го, 2-го и 4-го созывов, Лауреат Сталинской премии (1951), Заслуженный работник НКВД (1942).
Родился 25 мая 1908 года в Москве в семье рабочего, но с 1921 года проживал в буржуазной Литве. Литовец. Партийность: в 1924-1931 гг. - член комсомола Литвы; в январе 1927-октября 1940 гг. – член Коммунистической партии Литвы; в 1929-1931 гг. - член ВКП(б) (выбыл в связи с переходом на нелегальную работу).
Образование: в 1922-1928 – учащейся гимназии; в 1938-1939 - вольнослушатель Каунасского и Вильнюсского университетов; в 1948 - экстерном курс за восемь классов гимназии (г. Вильнюс); в 1956 - заочно три курса Литературного института (г. Москва).
В ноябре 1928-июне 1929 гг. как профессиональный революционер (член редакции газеты ЦК Компартии Литвы «Балсас») на нелегальной работе в Восточно-Прусской провинции с проживанием в городах Тильзит (ныне – Советск) и Кёнигсберг (ныне - Калининград), а также в Польше (город Гданьск).
В июне 1929-октябре 1931 гг. – в Москве: технический секретарь Литовской секции ИККИ, представитель ЛКСМ Литвы в Коммунистическом интернационале молодёжи.
В октябре 1931-июне 1940 гг. – вновь в буржуазной Литве:
- октябрь 1931-январь 1932 гг. - на нелегальном положении как секретарь ЦК Компартии Литвы и секретарь ЦК Комсомола Литвы (г. Каунас);
- январь 1932-февраль 1938 гг. – политзаключённый, содержался под стражей в каторжных тюрьмах Каунаса и Шауляя;
- февраль-ноябрь 1938 гг. – как больной на попечении у отца, с место постоянного проживания в литовском уездном городе Укмерге;
- ноябрь 1938-ноябре 1939 гг. – член редакции и переводчик в столичном офисе каунасской газеты «Лайкас»;
- ноябрь 1939-июнь 1940 гг.- политссыльный с местом проживания последовательно в деревне Валакбудис, местечках Синсаутсай и (с февраля 1940) Гражишкай.
В июне-июле 1940 года – на ответственной работе в органах исполнительной власти Литвы: вице-министр внутренних дел Литвы и начальник Вильнюсского уезда и города.
На службе в органах внутренних дел и госбезопасности СССР в июле 1940-4 августа 1945 гг. как Александр Августович Гузявичюс (Гузявичус). Первая должность здесь - нарком внутренних дел Литовской ССР: 11 сентября 1940-31 июля 1941 гг. В данном качестве отличился в первые недели Великой Отечественной войны: в июне-июле 1941 года при отступлении советских войск с территории Прибалтийских республик возглавил боевые действия усиленного батальона 1-го мотомеханизированного (?) полка войск НКВД СССР (речь, вероятней всего, идёт о 1-м мотострелковом полку 22-й мотострелковой дивизии оперативных войск НКВД СССР).
В августе1941-30 ноября 1943 гг. – на ответственной работе в подразделениях центрального аппарата союзных НКВД и НКГБ:
- август-сентябрь 1941 года - сотрудник Спецлага НКВД СССР (г. Горький);
- сентябрь 1941-18 января 1942 гг. – сотрудник, прикомандированный ко 2-му (зафронтовой работы – разведка, террор и диверсии в тылу врага) отделу НКВД СССР;
- 18 января 1942-30 ноября 1943 гг. – на руководящей работе в аппарате 4-го (диверсионного) управления НКВД (с апреля 1943 года – НКГБ) СССР: начальник 5-го (Литовского) отделения 2-го отдела, начальник (с 1 июня 1942) 3-го (Литовского) отделения 1-го отдела и начальник 3-го (Литовского) отделения 2-го отдела.
30 ноября 1943-12 июля 1944 гг. – в тылу врага на территории оккупированной Литвы: руководитель оперативной группы НКГБ СССР в Литве.
12 июля 1944-4 августа 1945 гг. – нарком государственной безопасности Литовской ССР и одновременно (с июня 1945) - директор Издательства художественной литературы Литовской ССР.
В июне 1945 года, став жертвой теракта, получил тяжёлое ранение, в результате чего до сентября 1945 года находился на излечении в военных госпиталях Вильнюса.
С осени 1945 года в отставке по состоянию здоровья, резко пошатнувшегося после тяжёлого ранения.
В период прохождения службы имел следующие персональные звания высшего начсостава:
- «старший майор госбезопасности» (аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») - со 2 января 1941 года;
– «комиссар госбезопасности» (аналог воинского звания «генерал-майор») - с 14 февраля 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации личного состав органов госбезопасности на новые специальные звания;
- «генерал-майор» - в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 9 июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.
В августе 1945-июне 1953 гг. – на руководящей хозяйственной и творческой работе: директор Издательства художественной литературы Литовской ССР и одновременно:
- в сентябре 1945-марте 1947 гг. - председатель Комитета по делам культурно-просветительских учреждений при Совете министров Литовской ССР;
- в августе 1950-мае 1953 гг. - член правления Союза писателей СССР.
В июне 1953-июле 1955 гг. - министр культуры Литовской ССР.
С апреля 1960 года и вплоть до своей безвременной кончины – вновь член правления Союза писателей СССР.
В большой литературе с середины 1930-х: в 1935 году в Минске увидел свет первый сборник его очерков и рассказов - «Знаменосец». Правда, имя автора, поскольку тот являлся революционером-нелегалом, было вынуждено скрыто под псевдонимом «Бролис».
Уже в послевоенный период из-под его пера вышли исторические романы «Правда кузнеца Игнотаса» (т. 1-2, 1948-1949; в 1951 году за этот труд удостоен Сталинской премии), «Братья» (т. 1-4, 1951-1955) и «Заговор» (т. 1-2, 1964-1965) а также ряд пьес, повестей и рассказов. В большую советскую литературу вошёл как Александрас Гудайтис-Гузявичус.
Кавалер многих государственных наград и, в частности, пяти орденов - двух Ленина, Красного Знамени (31 мая 1945), Трудового Красного Знамени и Красной Звезды (20 сентября 1943), - и трёх медалей. Кроме того, 19 декабря 1942 года был удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака.
Скончался 18 апреля 1969 года. Похоронен в Вильнюсе.

СТАХАНОВ Николай Павлович (1901-1977), в 1940-х-1960-х гг. представитель высшего эшелона НКВД-МГБ-МВД СССР, в 1955-1961 гг. - министр внутренних дел РСФСР, в 1947-1948 гг. - непосредственный руководитель по линии МВД СССР процесса по депортации коренного немецкого населения из Калининградской области в Германию, генерал-лейтенант (1943) в отставке.
Родился 28 ноября 1901 году в городе Балашове Саратовской губернии. Член КПСС с 1937 года.
Образование: в 1947 – Военную академию имени М.В. Фрунзе.
В 1919-1920 гг. – конторщик одной из железнодорожных станций.
На военной службе в августе 1920-декабре 1961 гг. Первая должность здесь - красноармеец войск ЧОН – частей особого назначения по борьбе с бандитизмом.
В системе ОГПУ-НКВД-МГБ-МВД СССР с 1927 года:
- до июня 1935 года - помощник начальника и начальник пограничной заставы, начальник манёвренной группы 1-го Ухтинского пограничного отряда войск ОГПУ-НКВД СССР (Карелия);
- в июне 1935-феврале 1939 гг. - начальник штаба 8-го пограничного отряда войск НКВД СССР Управления пограничных войск НКВД СССР Ленинградском округа;
- в июне 1935-феврале 1942 гг. – начальник Управления пограничных войск НКВД СССР Приморского округа (г. Владивосток);
- в феврале-12 марта 1942 года - заместитель начальника Главного управления пограничных войск НКВД СССР;
- 12 марта 1942-11 марта 1952 гг. - начальник Главного управления пограничных войск НКВД-МВД-МГБ СССР, а с 26 августа 1951 года одновременно ещё и заместитель министра государственной безопасности СССР (по войскам).
Генеральских званий был удостоен:
- «генерал-майор» - в соответствии с постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 4 июня 1940 года в числе первых советских генералов (в списке генерал-майоров значится под № 391);
- «генерал-лейтенант» - в соответствии с постановлением СНК СССР от 29 октября 1943 года.
В конце 1947-начале 1948 гг. находился в Калининградской области в правительственной командировке, где в соотвествии с приказом министра внутренних дел СССР № 001067 от 14 октября 1947 года «О переселении немцев из Калининградской области РСФСР в Советскую зону оккупации Германии» от имени союзного МВД осуществлял общее руководство процессом депортации из российской Прибалтики коренного немецкого населения. Функции, которые тогда здесь выполнял, были чётко определены в выше названном приказе: «5. Для оказания помощи в организации работы по переселению немцев из Калининградской области командировать на место генерал-лейтенанта тов. СТАХАНОВА, которому совместно с тов. ДЁМИНЫМ, Калининградским Облисполкомом и представителями Министерства путей сообщения разработать инструкцию о порядке переселения немцев из Калининградской области и представить в МВД СССР на утверждение.
6. Генерал-лейтенанту тов. СТАХАНОВУ и генерал-майору тов. ДЁМИНУ создать областную и районные оперативные группы по переселению немцев в Германию, включив туда представителей областного и районных исполкомов. Для укомплектования областной и районных оперативных групп использовать как оперативный состав МВД, так и офицеров войск МВД».
Под руководством генерал-лейтенанта Н.П. Стаханова калининградскими УМВД, УМГБ и облисполкомом была разработана Инструкция по переселению немцев из Калининградской области в советскую зону оккупации в Германии. Данная Инструкция вступила в силу, когда свои подписи под ней поставили генерал-лейтенанта Н.П. Стаханов, председатель Калининградского облисполкома В.А. Борисов и начальник УМВД по Калининградской области генерал-майор В.И. Дёмин. В частности, согласно этому документу, каждая немецкая семья могла вывезти с собой не более 300 кг имущества. Продовольствие же репатриантам выдавалось за наличные деньги, но в расчёте не более чем на пятнадцать суток, но в то же время Калининградский облисполком обязан был предоставить продовольственный набор каждому из неимущих немцев.
11 марта 1953-22 февраля 1955 гг. - начальник Главного управления милиции МВД СССР, а с 25 февраля 1954 года ещё одновременно и заместитель министра внутренних дел СССР.
22 февраля 1955-июле 1961 гг. – первый по счёту, начиная с 1930 года, министр внутренних дел РСФСР. В данном качестве сформировал коллегию и аппарат данного Министерства, всемерно способствовал налаживанию их работы, а также процессу более чёткого правового разграничения между функциями МВД СССР и МВД РСФСР. Был снят с должности как в силу стечения объективных причин (слабая техническая оснащённость органов внутренних дел, низкий авторитет сотрудников милиции и т.п.), так и субъективных факторов (в РСФСР были невысокими показатели борьбы с преступностью и качества работы исправительно-трудовых учреждений).
С декабря 1961 года – военный пенсионер.
Кавалер восьми орденов и многочисленных медалей, в том числе ордена Ленина, Суворова 2-й и 3-й степени, не менее трёх орденов Красного Знамени.
Скончался 1 сентября 1977 года. Похоронен в Москве.

ХМАРИН Николай Петрович (1900-?), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, ветеран отечественной системы МВД и пограничных войск, в июне 1946-сентябре 1949 гг. - начальник ряда дислоцировавшихся в Кёнигсбергской-Калининградской области Управлений лагерями военнопленных и интернированных, член первого состава совета Калининградского «Динамо», полковник (1943 и 1945) в отставке.
Родился в 1900 году на Дальнем Востоке - в селе Черниговка бывшей Приморской области. Русский. В КПСС состоял с 1927 года, но был исключён из её рядов в 1960 году за причастность к массовым репрессиям 1930-х.
Образование: в феврале 1921 – годичную армейскую школу военкомов; в марте 1928 - Высшую пограничную школу ОГПУ (г. Москва).
На военной службе в Красной Армии в мае 1918-феврале 1921 гг. в качестве добровольца. С этого же времени участник Гражданской войны на Дальнем Востоке:
- в мае-июле 1918 года - рядовой боец Владивостокского красногвардейского отряда;
- в марте 1919-феврале 1920 гг. - командир конной разведки Партизанского отряда, возглавляемого легендарным героем Гражданской войны Сергеем Лазо;
- в марте 1920-февраль 1921 гг. - военком бронепоезда «Коммунист» и курсант военно-политических курсов.
На службе в системе ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД-МВД СССР в феврале 1921-29 апреля 1953 гг. Первая должность здесь - начальник информационно-регистрационной статчасти Приамурского губернского отдела ГПО. В дальнейшем - командир (с ноября 1921) конно-подрывного партизанского отряда РВС Приморья и (с октября 1922) заместитель начальника Никольско-Уссурийского уездного отдела ГПО.
В феврале 1923-ноябре 1932 гг. – профессиональный пограничник:
- начальник пограничных постов «Хунчун» и «Турий Рог» 7-го пограничного эскадрона (с 6 мая 1923 года – Отдельный Приморский эскадрон войск ОГПУ);
- в мае 1924-феврале 1927 гг. - комендант пограничных участков «Гродеково» и «Казакевичи» 11-го отдельного пограничного эскадрона (с февраля 1925 года – Уссурийский кавалерийский пограничный отряд войск ОГПУ);
- марта 1927-апреле 1928 гг. - слушатель Высшей пограничной школы ОГПУ (г. Москва);
- в апреле 1928-июне 1930 - начальник Охотского морского КПП пограничных войск ОГПУ. В этот период – сослуживец будущего прославленного полководца Великой Отечественной войны К.К. Ракутина, который в период 1926-начало 1930 гг. являлся начальником отдельной Охотской пограничной комендатуры и одновременно - заместителем председателя Охотского райисполкома;
- в июле 1930-декабре 1932 гг. - начальник 54-го Нерчинского пограничного отряда войск ОГПУ.
В декабре 1932-23 февраля 1935 гг. – на руководящей работе в органах военной контрразведки: начальник Особого отдела Красноярского оперативного сектора ОГПУ-НКВД СССР, а с декабря 1934 года - начальник отделения Особого отдела Управления госбезопасности УНКВД по Красноярскому краю.
23 февраля 1935-апрель 1943 гг. – на руководящей работе в органах внутренних дел Красноярского края:
- 23 февраля 1935-4 февраля 1938 гг. -начальник УНКВД по Хакасской автономной области;
- 4 февраля 1938- август 1939 гг. - помощник начальника УНКВД по Красноярскому краю по милиции–начальник Управления Рабоче-Крестьянской милиции Красноярского края;
- в августе 1939-апреле 1943 гг. – сначала начальник мобилизационной инспекции, а затем - Экономического отдела всё того же УНКВД по Красноярскому краю.
С апреля 1943 года и вплоть до выхода в отставку – на ответственных руководящих должностях в уголовно-исполнительной системе:
- в апреле-сентябре 1943 года - начальник отделения Оперативного отдела Главного управления по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР;
- в сентябре 1943-ноябре 1944 гг. - начальник фильтрационно-проверочного полевого лагеря № 139 НКВД СССР. С этого момента – непосредственный участник Великой Отечественной войны;
- в ноябре 1944-летом 1945 гг. - начальник Отдела по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР управления 1-го Украинского фронта.
В Кёнигсбергской-Калининградской области в июне 1946-сентябре 1949 гг.: начальник Управления лагерями военнопленных и интернированных № 533 (город Прейсиш-Эйлау;, ныне – Багратионовск), а с сентября 1947 года - начальник Управления лагерями военнопленных и интернированных № 445 (город Черняховск).
31 октября 1947 года был избран членом первого состава совета Калининградского «Динамо».
В сентябре 1949-марте 1951 гг. - заместитель начальника по охране и режиму 1-го отдела Управления Кунеевского исправительно-трудового лагеря Куйбышевгидростоя МВД СССР (город Ставрополь Куйбышевской области; ныне – Тольятти Самарской области).
18 апреля 1951-29 апреля 1953 гг. - заместитель (по лагерю) начальника и (с 1 апреля 1953) И.о начальника Управления Варнавинского исправительно-трудового лагеря (райцентр Варнавино бывшей Горьковской области) - пенитенциарной структуры, имевшей следующее подчинение: с 5 ноября 1949 года - Главному управлению лагерей строительства Волго-Донского соединительного канала (Гидроволгодострой) МВД СССР; с 3 июля 1952 года - Главному управлению лагерей строительства Волго-Балтийского водного пути (Главгидроволгобалтстрой) МВД СССР и, наконец, со 2 апреля 1953 года – ГУЛАГу Министерства юстиции СССР.
От последней должности освобождён по сокращению штатов в связи с расформированием 29 апреля 1953 года Варнавинского ИТЛ. Предположительного с этого времени – пенсионер органов внутренних дел, однако где проживал после выхода в отставку и когда скончался неизвестно.
В период прохождения службы имел следующие персональные звания:
- «капитан госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») - с 25 декабря 1935 года;
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») - с 7 апреля 1942 года;
- «полковник госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») - с 14 февраля 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации личного состав органов госбезопасности на новые специальные звания;
- «полковник» - с начала июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.
На момент выхода в отставку являлся кавалеров шести орденов - Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны 1-й и 2-й степени, Красной Звезды и Знак Почёта, - а также пяти медалей.
Дата смерти и место погребения неизвестны.

ЧИСТОВ Павел Васильевич (1905-?), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, в 1942-1944 гг. - узник нацистских лагерей смерти и тюрем гестапо Восточной Пруссии, майор госбезопасности (1937) в отставке, депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва.
Родился в 1905 году в деревне Кондырино бывших Клинского уезда Московской губернии в семье маляра. Русский. Партийность: в 1922-1928 гг. – член ВЛКСМ, а с апреля 1926 года – член ВКП(б), откуда выбыл осенью 1941 года в связи с пленением противником.
Образование: неполный курс гимназии; три класса школы 2-й ступени (г. Москва); в июле 1927 – годичную Московскую губернскую совпартшколу.
В мае 1922-июле 1923 гг. - маляр по найму у частных лиц города Москвы.
На службе в органах ГПУ-ОГПУ-НКВД 3 июля 1923-3 сентября 1941 гг. Карьеру чекиста начинал в центральном аппарате ГПУ-ОГПУ:
- 3 июля 1923-1 сентября 1925 гг. - регистратор отделения иностранной регистратуры Иностранного отдела;
- 1 сентября 1927-1 января 1928 гг. - помощник уполномоченного 2-го отделения Информационного отдела (ИНФО) и Политконтроля (ПК);
- 1 января-5 октября 1928 года - уполномоченный 5-го отделения Информационного отдела (ИНФО) и Политконтроля (ПК);
В октябре 1928-августе 1934 – на практической и руководящей чекисткой работе в Сибири, в том числе до октября 1930 года – в структурах Полномочного представительства ОГПУ по Сибирскому краю:
- октябрь 1928-1929 гг. - уполномоченный Иркутского окружного отдела ОГПУ в Усольском районе;
- 1929- 1 марта 1930 гг. - начальник ИНФО Иркутского окружного отдела ОГПУ.
1 марта-октябре 1930 года – руководящий работник аппарата Полпредства ОГПУ по Сибирскому краю:
- до 15 июня 1930 года – последовательно начальник 3-го отделения ИНФО и начальник 3-го отделения некоего УЧОСО;
- 15 июня-октябрь 1930 года - начальник 2-го отделения УЧОСО.
В октябре 1930-23 августа 1934 гг. – в структурах аппарата ОГПУ по Западно-Сибирскому краю:
- октябрь 1930-1931 гг. - начальник ИНФО оперативного сектора;
- в течение короткого времени до 25 февраля 1931 года - начальник 3-го отделения ИНФО;
- 25 февраля-март 1931 года - начальник 2-го отделения ИНФО;
- март 1931-1933 гг. – начальник 2-го отделения Секретно-политического отдела;
- в течение короткого времени до 14 мая 1933 года - помощник начальника Секретно-политического отдела;
- 14 мая 1933-23 августа 1934 гг. - начальник Барнаульского оперативного сектора ОГПУ-НКВД СССР.
23 августа 1934-26 февраля 1938 гг. - на Урале, где запятнал себя палаческой ролью участника и инициатора необоснованных массовых репрессий. В том числе до 29 сентября 1936 года – в Челябинской области: начальник Секретно-политического отдела Управления госбезопасности УНКВД по Челябинской области и с 25 октября 1935 одновременно - помощник начальника УНКВД по Челябинской области.
29 сентября 1936-29 июля 1937 гг. – в Свердловской области: помощник начальника, заместитель начальника (с 22 мая 1937) и (с 29 июля 1937) начальник УНКВД по Свердловской области.
29 июля 1937-26 февраля 1938 гг. - начальник УНКВД по Челябинской области.
В этот период был избран от Челябинской области депутатом Верховного Совета СССР 1-го созыва.
26 февраля 1938-1 февраля 1939 гг. - начальник УНКВД по Сталинской (ныне – Донецкая) области.
В начале 1939 года против майора госбезопасности П.В. Чистова как участника и инициатора незаконных массовых репрессий Генеральной прокуратурой СССР было возбуждено уголовное дело, но оно вскоре, однако, было «закрыто» под давлением со стороны руководства союзного НКВД.
8 марта 1939-июле 1941 гг. – на руководящей работе в уголовно-исполнительной системе:
- 11 октября 1940-июле 1941 гг. - начальник Управления Вытегорского ИТЛ НКВД СССР.
В период службы имел следующие специальные звания:
– «старший лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «майор») – с 25 декабря 1935 года;
– «капитан госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») - с 20 декабря 1936 года;
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») – с 22 августа 1937 года.
К началу Великой Отечественной войны майор госбезопасности П.В. Чистов являлся кавалером трёх государственных наград в лице двух орденов - Ленина (19.12.1937) и Знак Почёта (26.04.40) - и медали «ХХ лет РККА». Кроме того, 20 декабря 1932 года был удостоен ведомственного наградного знака «ХV лет ВЧК-ГПУ» (№ 269).
Участник Великой Отечественной войны с июля 1941 года: заместитель начальника Главного управления оборонительных работ и с 23 августа 1941 года - начальник Юго-Западного управления строительства оборонительных сооружений Главного управления оборонительных работ НКВД СССР.
3 сентября 1941 года в ходе боёв на Украине попал в плен, нарвавшись в селе Быстрики Сумской области на перерезавший дорогу вперёд передовой отряд вермахта. По признанию самого П.В. Чистова, 2 сентября 1941 года он на легковом автомобиле (по версии гитлеровского командования – в «шикарном лимузине») выехал из штаба Юго-Западного фронта в город Конотоп, районный центр Сумской области Украины. Утром следующего дня на окраине села Быстрики его машину внезапно обстреляли, а затем окружили невесть откуда тут, в нашем тылу, взявшиеся немецкие солдаты. Раненного чекиста выволокли из салона автомобиля и подтащили к танку, где насильно отняли личные документы (служебное удостоверение сотрудника НКВД, удостоверение депутата Верховного Совета СССР, партийный билет и паспорт), служебные бумаги (важные документы и карту строительства оборонительных укреплений), два ордена (Ленина и Знак Почета) а также поясной ремень с револьвером в кобуре.
От значка же депутата Верховного Совета СССР он якобы избавился сам: когда немцы принялись перебинтовывать ему раны, выгадав момент, незаметно его выбросил.
По опять же по словам П.В. Чистова, в первый день допроса немецкий капитан вернул ему партийный билет: пусть, дескать, «личный документ пусть будет при вас», - вскоре после чего П.В. Чистов сумел-де его, этот самый партбилет, также незаметно уничтожить.
В ходе допросов П.В. Чистов якобы представлялся майором РККА, инженером-гидротехником по воинской специальности, что, однако, противоречит информации, оглашённой гитлеровской пропагандой. В частности, сообщению германского информбюро, заметке берлинской газеты «Новое слово» № 40 от 28 сентября 1941 года «Красный генерал Чистов в плену» и хроникальной заметке, помещённой приблизительно в тот же самый период времени в словацкой газете «Голос фронта») Так, из этих источников следует, что майор госбезопасности П.В. Чистов был захвачен в плен в роскошном лимузине. В момент ареста назвался сапёрным генералом и впоследствии якобы дал показания в отношении следующего:
- об оборонительных сооружениях, возводимых для нужд Красной Армии на подступах к Брянску и по берегам реки Десна;
- о точной численности рабочей силы, привлечённой советскими властями к строительству этих самых оборонительных линий;
- об обстановке в штабе Юго-Западного фронта;
- о переводе Автозавода имени Сталина (ныне – ЗИЛ) на выпуск танков и о результатах бомбардировки этого самого завода немецкой авиацией.
До 4 июля 1943 года содержался в Офлаге-1А (приграничный к Восточной Пруссии польский город Сувалки) и Офлаге-1Б (восточнопрусский город Гогенштайн). Затем – в концлагере восточнопрусского города Простке, где вначале был старшим команды при лагерной бане, а затем автором архитекторского проекта новой бани, прачечной и жилых бараков для советских военнопленных и руководителем стройки по их возведению здесь.
4 декабря 1943 года за проведение антифашистской агитации был арестован гестапо и в наказание заключён в одиночную камеру тюрьмы гестапо, распологавшейся в восточнопрусском городе Алленштайне (ныне – польский Ольштын).
В феврале1944-мае 1945 гг. - заключённый для производства каторжных работ ряда нацистских лагерей смерти:
- февраль-июль 1944 года - рабочий штрафной команда в каменоломне концлагеря города Штутгоф немецкой провинции Данциг;
- июль 1944-май 1945 гг. – кочегар печально известного концлагеря «Маутхаузен». Здесь вошёл в состав подпольной организации.
Освобождён из плена 7 мая 1945 года американскими войсками.
Спецпроверку проходил 17 июля 1945-23 сентября 1946 гг. в Подольском проверочно-фильтрационном лагере НКВД СССР. Здесь же 21 сентября 1946 годы был взят под стражу и 27 марта 1947 года приговорён Особым совещанием МГБ СССР к 15 годам лишения свободы по «контрреволюционным» статьям 58-1«б» и 58-11 Уголовного кодекса РСФСР. Как следует из материалов следственного дела, основанием же к тому послужили выводы должностных лиц, осуществлявших ту саму спецпроверку: «В лагере именовал себя инженером-строителем, вёл себя пассивно по отношению к подпольной работе и только в 1945 году незадолго до освобождения примкнул и работал в подполье».
Неправедное наказание отбывал в магаданских лагерях, откуда был досрочно освобождён 5 ноября 1955 года на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 июля 1954 года. Оказавшись на свободе, поселился в Москве.
Как следует из ряда историко-публицистических источников, неоднократно обращался с заявлениями о реабилитации: в плену-де вёл себя как чекист, - но неизменно получил ничем не мотивированные отказы. В результате умер, не будучи реабилитированным.
Точная дата смерти и место погребения неизвестны.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
sobkor
post 20.02.2006, 14:39
Post #49


Участник проекта
*****

Group: Участники проекта
Posts: 5528
Joined: 8.08.2005
From: Калининград
Member No.: 12
Имя: Юрий
Отчество: Петрович



Материал, который предлагаю заинтересованным лица, - моя статья, сделанная под заказ, поступивший со стороны руководства XVII-й межвузовской научной конференции Калининградского погранинститута ФСБ России «Исторический аспект развития военной школы
на калининградской земле» и в связи с этим опубликованная в прошом году в одном из научных сборников данного вуза....

Полковник милиции
Юрий РЖЕВЦЕВ,
специальный корреспондент
Объединённой редакции МВД России
по Калининградской области,
член Союза журналистов РФ
ПОДГОТОВКА ОФИЦЕРСКИХ КАДРОВ ДЛЯ ВОЙСК И ОРГАНОВ ПРАВОПОРЯДКА НА БАЗЕ ВОЕННЫХ ВУЗОВ КАЛИНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ: КРАТКАЯ ХРОНИКА
(по материалам открытой печати)
Калининградская область, начиная, как минимум, с 1948 года, - авторитетная кузнеца высококвалифицированных офицерских кадров для воинских формирований отечественных силовых правоохранительных структур в лице внутренних и пограничных войск, а также войск и органов правительственной связи. При этом в настоящий момент их воспитание и подготовка продолжает производиться как в сугубо ведомственных военно-учебных заведениях МВД и современного ФСБ России, так и в военно-учебных заведениях Министерства обороны.
К первому числу принадлежат (в скобках даты существования данных военно-учебных заведений/подразделений):
- Калининградская офицерская школа МВД СССР (1948-1951);
- Калининградское пограничное военное училище МВД (с марта 1957 – КГБ) СССР (1951-1960);
- Калининградское военно-интендантское училище МВД СССР (1951-1953);
- Первый корпус Высшего пограничного командного училища КГБ при Совете Министров СССР (1960-1965);
- Военно-техническое училище КГБ при Совете Министров СССР (1965-1972);
- современный Калининградский институт ФСБ России, включая кафедру Инженерно-технических средств охраны МВД России и Отдельный курс МВД России, ведущие свою историю в регионе с лета 1975 года.
При этом обращает себя внимание тот факт, что КОШ МВД СССР, КПВУ МВД-КГБ СССР, Первый корпус ВПКУ и ВТУ КГБ при СМ СССР прочно связаны между собой прямым родством, поскольку последовательно создавались на базе друг друга и работали на одной и той же материально-технической базе, расположенной в городе Багратионовске, - в военном городке бывшего Прейсиш-Эйлауского военного гарнизона вермахта.
Ко второму же числу следует отнести современный Балтийский военно-морской институт имени адмирала Ф.Ф. Ушакова (БВМИ), а также теперь уже бывшие Калининградское высшее инженерное училище инженерных войск (КВИУИВ), Калининградское авиационно-техническое училище (КВАТУ) и Калининградское военно-интендантское училище (КВИУ). При этом выделяются две особенности:
1) воспитание и подготовка офицерских кадров для внутренних и пограничных войск в стенах КВИУИВ, начиная с 1975 года, велась не только путём лимитированного откомандирования молодых выпускников в воинские формирования МВД и КГБ СССР, но и целенаправленно на договорных началах путём создания здесь специализированных кафедр МВД и КГБ СССР. Речь в данном случае идёт о созданных здесь в начале 1980-х кафедре Инженерно-технических средств охраны МВД СССР и кафедре Технических средств охраны границы;
2) в начале 1960-х годов при КВИУ экстерном за курс трёхгодичного среднего военного училища в обязательном порядке сдавали экзамены многочисленные представители пограничных войск из числа офицеров-интендантов, закончивших прежде или двухгодичные военные училища, или же соответствующие краткосрочные офицерские курсы.
Рассмотрим краткую историю именно военно-учебных заведений МВД и КГБ СССР, некогда существовавших на калининградской земле, поскольку эта тема в современной историографии практически не разработана, а посему до сих пор является «белым пятном» в летописи российской Прибалтики.

Калининградская офицерская школа (КОШ) МВД СССР
Открыта была в городе Багратионовске Калининградской области в 1948 году путём передислокации сюда с берегов Волги Куйбышевской офицерской школы МВД СССР. При этом перепрофилирование переданного школе бывшего военного городка вермахта производилось хозспособом силами курсантов и слушателей в ходе уже самого учебного процесса. Так, в частности, бывший крытый манеж был переоборудован в спортзал, а конюшни – в курсантский клуб. Дополнительно силами курсантов были возведены стрелковый тир, баня и ряд иных объектов жизнеобеспечения.
КОШ МВД СССР имела ярко выраженную пенитенциарную направленность, поскольку была призвана заниматься подготовкой офицеров-специалистов двух профилей – оперуполномоченных для пенитенциарных учреждений МВД СССР и командиров взводов для подразделений по охране и обороне исправительно-трудовых учреждений и особо важных объектов, причём в последнем случае - одновременно как для конвойных войск МВД СССР, так и для подразделений военизированной охраны мест лишения свободы.
Срок обучения для курсантов был установлен в два года, а для слушателей экстерната – шесть месяцев.
Курсантские подразделения комплектовались как солдатами и сержантами, прибывшими из войск, так и лицами рядового и младшего начальствующего состава подразделений военизированной охраны мест лишения свободы, а экстернат – офицерами системы МВД СССР, не имеющими военно-конвойного или специального пенитенциарного образования, а также в отдельных случаях - опытными сержантами и старшинами, имевшими за плечами многолетний опыт успешного командования строевыми подразделениями в лице взвода или роты конвойной охраны.
Небезынтересно, что обучавшиеся здесь курсанты от конвойных войск имели статус военнослужащих, а курсанты от уголовно-исполнительной системы – сотрудников органов внутренних дел. Данное обстоятельство, к слову, наделяло последних правом на денежное содержание, которое многократно превышало крохотную стипендию коллег с военного курса. Кстати, это, видимо, именно в силу смешенного обучения в одних стенах военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел подобные учебные заведения МВД России именовались не военными училищами, а офицерскими школами.
Всему личному составу КОШ МВД СССР была присвоена общевойсковая форма одежды, установленная ещё в феврале 1943 года для органов и войск НКВД (с марта 1946 – МВД). Одним из её отличительных атрибутов, напомним, была васильковая фуражка с краповым околышем.
Теперь несколько слов об организационно-штатной структуре школы. По воспоминаниям ветеранов, курсантские роты (или, как их принято было тогда называть в войсках МВД и МГБ, команды) в последней отсутствовали, поскольку переменный состав был сведен в дивизионы, состоявшие в свою очередь только из групп (т.е. взводов) численностью до 25-30 человек в каждой. Число дивизионов, по отдельным данным, не превышало четырёх, в том числе по одному дивизиону составляли слушатели экстерната и будущие офицеры-оперативники.
Среди выпускников КОШ МВД СССР - не менее двух Героев Советского Союза. Это - Василий Афанасьевич Суслов (1921-1999) и Пётр Филиппович Торгунаков (1924-2004). Кавалерами Золотой Звезды каждый из них ещё стал на фронте. После окончания учёбы они проходили офицерскую службу в конвойных частях внутренних войсках МВД СССР за пределами российской Прибалтики.
Возглавлял КОШ МВД СССР ветеран войск ОГПУ-НКВД-МВД СССР полковник Николай Георгиевич Шевцов, а политотдел школы – полковник Михаил Владимирович Запрейко, ветеран войск ОГПУ-НКВД-МВД СССР, ярко отличившейся в годы Великой Отечественной войны в боях по обороне перевалов Главного Кавказского хребта.
В первой половине 1951 года КОШ МВД СССР была переформирована в Калининградское пограничное военное училище МВД СССР.

КПВУ МВД-КГБ СССР
Преобразование Калининградской офицерской школы МВД СССР в Калининградское пограничное училище МВД СССР, состоявшееся летом 1951 года, как можно судить из доступных сегодня источников, произошло достаточно буднично и без всякого излишнего ажиотажа. Да и что, скажите, способно было вызвать ажиотаж? Во-первых, реорганизация не повлекло за собой никаких серьезных кадровых и организационно-штатных изменений - командно-начальствующий состав остался в прежних должностях. В частности, не был не прекращен, ни даже хотя бы уменьшен набор курсантов и слушателей на конвойный и пенитенциарный курсы обучения (только теперь экстернат уже именовался 6-м дивизионом). При этом «конвойники» и представители уголовно-исполнительной системы продолжали носить краповые погоны и васильковые фуражки.
Ну, а, во-вторых, кочевание из внутренних войск в пограничные и обратно для тогдашних военнослужащих системы МВД-МГБ СССР было явлением абсолютно обыденным – межведомственных перегородок между ВВ и ПВ до 28 марта 1957 года практически не существовало. Это был единый живой организм. В связи с этим обращает на себя внимание тот факт, что училище, хотя официально и именовалось пограничным, по ведомственной вертикале, тем не менее, замыкалось отнюдь не на Министерство госбезопасности, которому с 1949 года принадлежали пограничные войска, а по-прежнему на МВД.
В новосозданном КПВУ к уже имеющимся четырём «эмвэдэшным» дополнительно развернули четыре учебных дивизиона - для будущих курсантов-пограничников.
Учёбу курсантам училища все первые годы существования КПВУ приходилось сочетать с работой на новых стройплощадках – в непосредственной близости от советско-польской границы своими руками возводили учебные погранзаставы, которых в силу иного профиля обучения не было в распоряжении бывшей КОШ МВД СССР. Чаще, чем прежде, личный состав на правах оперативного резерва 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда (место дислокации штаба - город Правдинск) привлекался теперь и к участию в боевых операциях по поиску и задержанию (а в случае оказания сопротивления – ликвидации) пытающихся прорваться с боем через советско-польскую границу диверсионных и бандитских групп, а также шпионов и контрабандистов-одиночек.
В 1952/1953 учебном году произошла смена первых лиц командования училища: вместо безвременно скончавшегося полковника М. Запрейко политотдел КПВУ возглавил не менее достойный офицер и талантливый политработник полковник Алексей Дмитриевич Чепарухин, а на место получившего новое назначение начальника училища полковника Николая Георгиевича Шевцова с должности начальника Рижской офицерской школы МВД СССР прибыл полковник Николай Абрамович Иванов.
С момента преобразования КОШ в КПВУ доброй традицией стало участие курсантов-пограничников в военных парадах Калининградского военного гарнизона, при этом сложилась ещё одна добрая традиция – пройти на параде лучше всех и удостоиться за это не только искреннего восхищения публики, но и слов благодарности от тогдашнего командующего 11-й гвардейской общевойсковой армией генерала П. Батова, на правах начальника гарнизона принимавшего эти самые парады. Прохождение мимо трибуны парадные коробки КПВУ неизменно завершали «фирменной» песней, которая была рождена в стенах родного училища и в которой были и такие строки:
«Так громче песня прозвучи курсантская,
Чтоб нас услышала балтийская волна, -
Погранучилище идёт Калининградское –
Идут твои защитники, страна!».
Автором слов этой песни, уточним, был лейтенант-политработник Владимир Алексеевич Кравченко (ныне – полковник внутренней службы отставке, доцент, известный на Украине русскоязычный поэт).
В 1951-1953 гг. в стенах КПВУ выходила штатная многотиражная газета «Дзержинец». Её первым и единственным редактором был лейтенант М.Ф. Хантиль (ныне – активист ветеранской организации ГУВВ МВД Украины, полковник в отставке, Заслуженный работник культуры Украины).
В 1953 году в связи с начавшемся в стране после ареста Л.П. Берия огульным избиением чекистских и военных кадров МВД СССР училище прекратило набор курсантов и слушателей по профилю подготовки офицеров для внутренних войск и уголовно-исполнительной системы, однако курсантам 2-го курса «эмвэдэшных» отделений после некоторой задержки (Москва долго не знала как поступить) была всё же предоставлена возможность продолжить обучение до получения диплома.
Особым в летописи КПВУ стал и следующий, 1954, год. Во-первых, училище в полном составе участвовало в состоявшейся 9 мая торжественной церемонии открытия в центре Багратионовска памятника прославленному герою войн с Наполеоном генералу Петру Багратиону. В связи с этим, надо пояснить, что, по воспоминаниям ветеранов, культ памяти этого выдающегося русского военачальника и патриота поселился в стенах учебного заведения ещё с момента расквартирования в Багратионовске Калининградской офицерской школы МВД СССР и всегда самым положительным образом способствовал духовно-нравственному воспитанию будущих офицеров войск МВД и КГБ.
В этом же, 1954, году училище перешло на трёхлетний срок обучения. Одновременно вместо пенитенциарного экстерната при училище начали работать Курсы усовершенствования офицерского состава пограничных войск.
КПВУ МВД-КГБ СССР дало Родине целую плеяду как выдающихся офицеров силовых правоохранительных структур, так и видных деятелей науки и культуры. В частности, в 1952 году по специализации внутренних войск училище закончили два Героя Советского Союза - Николай Алексеевич Марушин и Иван Степанович Носов, а также будущий видный руководящий работник отечественной уголовно-исполнительной системы Василий Алексеевич Тёсов, ставший впоследствии полковником внутренней службы, в 1979-1987 гг. возглавлявший УИТУ УВД Калининградского облисполкома.
На ответственных офицерских должностях в училище, в частности, проходили службу: ныне генерал-майор в отставке А.А. Демченко (в 1951-1957 гг. курсовой офицер в КПВУ); офицер в отставке Ю.Г. Кисловский, профессор, выдающейся отечественный историк-летопись пограничных войск; полковник в отставке В.Д. Кулаков, бывший высокопоставленный офицер-политработник Политуправления пограничных войск КГБ при Совете Министров СССР, а ныне доцент Академии пограничной службы; полковник в отставке А.Т. Марченко, известный военный журналист и писатель-прозаик; полный кавалер орденов Славы полковник В.Т. Колесник, а также упоминавшиеся выше граждане современной независимой Украины полковники в отставке В.А. Кравченко и М.Ф. Хантиль.
Выпускники КПВУ МВД-КГБ СССР из числа курсантов-пограничников, ставшие известными людьми:
- генерал-лейтенант в отставке БРИТВИН Н.В., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., впоследствии – начальник Политуправления ПВ КГБ СССР;
- полковник в отставке ИВОН Р.П., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., первый командир (с 1977) Антитеррористической группы КГБ СССР «А» («Альфа»), Почётный сотрудник КГБ СССР и Федеральной службы охраны РФ;
- подполковник в отставке ИЛЛАРИОНОВ В.Ф., курсант КПВУ в 1955-1958 гг., известный калининградский журналист;
- профессор, доктор юридических наук КУКУШКИН М.И., курсант КПВУ в 1953-1955 гг., один из ведущих российских правоведов в сфере конституционного (государственного) права в контексте организации и осуществления государственной власти, ныне профессор (с 1986) кафедры конституционного права Уральской государственной юридической академии, Заслуженный юрист РФ;
- полковник в отставке МАРТЫНЕНКО В.А., курсант КПВУ в 1954-1957 гг. , в 1981-1987 – начальник кафедры спецдисциплин Высших пограничных командных курсов КГБ СССР, с 1992 года – заместитель председателя Объединённого совета ветеранов (пенсионеров) пограничных войск города Москвы и Московской области;
- генерал-лейтенант в отставке НЕВЕРОВСКИЙ Е., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., в конце 1990-х – председатель профкома ФПС России и представитель Координационной службы при Совете командующих ПВ стран СНГ;
- генерал-лейтенант в отставке ПЕТРОВАС Я., бывший курсант КПВУ, впоследствии – начальник войск Восточного и Закавказского погранокругов, заместитель председателя КГБ;
- писатель ПОНОМАРЁВ В., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., впоследствии сотрудник КГБ, лауреат премии КГБ СССР за повесть и одноимённый киносценарий «Голова медузы Горгоны»;
- генерал-майор в отставке САВАНЯВИЧУС А., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., впоследствии –заместитель начальника Прибалтийского пограничного округа;
- генерал-майор в отставке СЕМЧЕНКОВ А., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., впоследствии – начальник отдела военной контрразведки Северо-Западного регионального пограничного управления;
- генерал-майор в отставке СМИРНОВ В., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., впоследствии – заместитель начальника штаба одного из пограничных округов.
В 1958 году полковника Н.А. Иванова на посту начальника училища сменил полковник Георгий Моисеевич Семенчук, проходивший здесь в 1953-1954 года службу в должности заместителя начальника училища по строевой части, а ранее в 1951-1953 гг. возглавлявший Калининградское военно-интендантское училище МВД СССР.
КПВУ КГБ при Совете Министров СССР стало жертвой третьего, начиная с 1950 года, огульного сокращения пограничных войск: его, наряду с Ордена Ленина Краснознамённым Военным институтом КГБ при СМ СССР имени Ф.Э. Дзержинского, Ленинградским высшим военно-морским пограничным училищем и Ленинградским суворовским пограничным военным училищем, расформировали к октябрю 1960 года в соответствии с Постановлением Совета Министров СССР и приказом председателя КГБ при СМ СССР от 22 января 1960 года «Об упорядочении подготовки и переподготовки кадров органов государственной безопасности и сокращении численности учебных заведений КГБ при СМ СССР».
Вот как об этом на страницах журнала «Ветеран границы» воспоминал проживающий ныне в Кишинёве полковник в отставке Г.М. Семенчук, третий и последний по счёту начальник КПВУ: «И снова, как снег на голову, до сих пор непонятный для меня приказ: «Закрыть!» Представляете моё состояние: 250 офицеров и полторы тысячи курсантов… Что делать с людьми, как решать хозяйственно-бытовые проблемы? Проконсультировавшись с Главком, получили конкретный приказ: первый курс по желанию уволить или направить в войска; второй перевести для дальнейшего прохождения службы и учёбы в Алма-Атинское пограничное училище, а третий – выпустить досрочно»…

Первый корпус ВПКУ КГБ при СМ СССР (г. Багратионовск)
Создан был в самом начале 1960-х на учебно-материальной базе бывшего КПВУ КГБ при Совете Министров СССР, однако военный городок последнего ему теперь предстояло делить с переведённым сюда чуть раньше из Правдинска аппаратом управления 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда.
Как следует из воспоминаний ветеранов, в Багратионовске в течение года проходили обучение курсанты 1-го курса Алма-Атинского высшего пограничного командного училища, где их на месте знакомили с особенностям организации охраны госграницы, проходящей по лесной и прибрежной зонам.
Среди питомцев Первого корпуса - такие известные военачальники пограничной службы РФ как генерал-лейтенант в отставке Павел Ефимович Павленко (в 1961-1962 гг.) и генерал-лейтенант Владислав Иванович Прохода (в 1965-1966 гг.).
Расформирован был на основании приказа председателя КГБ при Совете Министров СССР № 0287 от 27 сентября 1965 года в связи с созданием в Багратионовске на базе военного городка бывшего КПВУ Военно-технического училища КГБ при Совете Министров СССР.

ВТУ КГБ при Совете Министров СССР (г. Багратионовск)
Создано было на основании приказа председателя КГБ при Совете Министров СССР № 0287 от 27 сентября 1965 года на базе расположенных в городе Багратионовске Калининградской области военного городка управления 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда и Первого корпуса Высшего пограничного командного училища (и в первом, и во втором случае – это всё военный городок бывшего Калининградского пограничного военного училища).
Начальником ВТУ КГБ при СМ СССР был назначен офицер С.Г. Орехов.
Процесс формирования завершился к 1 июня 1966 года. Организационно училище к этому моменту из себя представляло:
- управление училища;
- циклы и отдельные дисциплины (основы будущих кафедр);
- основные подразделения (курсантские дивизионы по курсам);
- дивизион переподготовки офицерского состава;
- подразделения учебного обеспечения и обслуживания.
Учебная программа предусматривала следующие сроки обучения: для курсантов - три года (специальность - «Радиорелейная связь, техник радиорелейной связи»), а для слушателей курсов переподготовки офицерского состава – 3-5 месяцев. При этом свыше 60 % от общего числа своих курсантов училище должно было целенаправленно готовить для последующей офицерской службы в органах и войсках правительственной связи КГБ, а остальных пропорционально – в органах госбезопасности, пограничных войск КГБ и внутренних войск МВД СССР.
Первый курс был укомплектован успешно сдавшими вступительные экзамены абитуриентами, а 2-й и 3-й – переведёнными сюда для дальнейшего обучения по ранее избранной специальности курсантами Московского пограничного училища, окончившими летом 1966 года 1-й и 2-й курсы.
31 августа 1966 года Военно-техническому училищу КГБ при Совете Министров СССР на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР было вручено Боевое Красное Знамя и Грамота Президиума Верховного Совета СССР к нему. Ритуал вручения Знамени от имени Президиума Верховного Совета СССР осуществил тогда заместитель председателя КГБ при Совете Министров СССР генерал-майор Л.И. Панкратов. Эта дата, 31 августа, - ежегодно теперь празднуемый День образования вуза.
14 июня 1971 года председателем КГБ при Совете Министров СССР был издан приказ № 0212, в соответствии с которым Военно-техническому училищу КГБ при Совете Министров СССР предписывалось к осени следующего года передислоцироваться из города Багратионовска Калининградской области в город Орёл с целью предстоящего (с 1 октября 1972 года) преобразования в высшее военное командное училище связи. Однако, если исходить из того факта, что курсанты-связисты из Багратионовска совместно с курсантами КВИУИВ на правах статистов в массовых принимали участие в съёмках (Калининград и Черняховск) легендарного фильма Алексея Германа «Двадцать дней без войны», то получается, что окончательная передислокация бывшего КТУ КГБ при СМ СССР в город Орёл произошла не раньше 1974-1975 годов. На это же косвенно указывает и дата обретения новым Орловским училищем своего наименования как вуза - 17 июня 1976 года. Именно с этого дня оно стало Орловским высшим военным командным училищем связи КГБ СССР имени М.И. Калинина.
В последующем ОВВКУС КГБ СССР имени М.И. Калинина последовательно было переформировано: с 23 апреля 1992 года - в Военный институт правительственной связи; с весны 2000 года - Академию Федерального агентства правительственной связи и информации (ФАПСИ) при Президенте РФ, а с 25 октября 2003 года - Академию Службы специальной связи и информации при Федеральной службе охраны (ФСО) РФ.
Адрес Академии спецсвязи: 302034, город Орёл, ул. Игнатова, 14. Телефоны для справок: (0862) 41-08-53 и 41-06-89, Факс: (0862) 41-12-25. Сайт: http://www-vips.icn.gov.ru.
Учебно-материальная база бывшего ВТУ КГБ при Совете Министров СССР была передана стоявшему в Багратионовске по соседству N-му отдельному учебному Севастопольскому ордена Красной Звезды полку правительственной связи КГБ СССР.

КВИУ МВД СССР
Создано было осенью 1951 году путём перевода в Калининград из Псковской области Себежских военно-интендантских курсов МВД СССР с одновременным переформированием последних в военное училище. Это - де-юре, а де-факто история КВИУ МВД СССР началась, как минимум, годом раньше. На это указывают следующие факты. Так, в одном из архивов региона полковник внутренней службы в отставке В.А. Чепрасов, известный в регионе летописец калининградской милиции, отыскал ордер, датированный 9 июня 1949 года и предоставляющей право ещё не существующему КВИУ МВД СССР разместиться в административном здании по бывшему Сталинградскому проспекту, 2 (ныне - Проспект Мира), поделив последнее пополам с областном УМВД. Речь, поясним, идёт о бывшем здании суда Восточной Пруссии, расположенном за знаменитой скульптурной группой «Борющиеся зубры». Теперь в нём находится Калининградский технический университет.
А это уже строки из воспоминаний бывшего начальника КВИУ МВД СССР полковника в отставке Георгия Моисеевича Семенчука, опубликованных в 1997 году в журнале «Ветеран границы»: «В 1951 г. вызывают меня из Риги в Москву. Официально информируют, что решением правительства создаётся пограничное военно-хозяйственное училище… Дислокацию училища определили непосредственно в Калининграде.
Вместе с небольшой группой выезжаю на место. Откровенно говоря, там практически не было ничего: надо было даже достраивать здание. Так было сказано в приказе, а на деле так называемое здание представляло собой полуразвалившуюся коробку дома, в котором кое-где висели обрывки проржавевших батарей. Словом, сам приказ был однозначно краток: в октябре должны начать занятия…
Приезд нашей группы совпал с женским днём 8 Марта. Так что за неполных восемь месяцев предстояло фактически заново строить, а затем обустраивать всё с нуля.
Как быть в таком случае? Специалистов строителей нет, да и вообще просто разнорабочих нет и, что тоже неудивительно, денег на это предусмотрено тоже не было.
Решил обратиться за помощью к местным органам. Пошёл на приём к начальнику Управления МВД по Калининградской области полковнику Егорову. Его решение было неожиданным и спасительным в такой сложной ситуации. Дело в том, что в городе и его пригороде находились небольшие, но мобильные группы военнопленных, которые выполняли различные строительные работы под контролем ведомства МВД.
Долго не совещались, и уже через час в моём распоряжении была группа специалистов, в том числе и по строительству. Так что к ноябрьским праздникам всё было добросовестно закончено».
На другой половине этого же здания, уточним, тогда же справил новоселье управленческий аппарат областного УМВД.
Училище разместилось в пяти уровнях: цокольный этаж использовался под курсантскую столовую, первый – под кабинеты преподавательского и начальствующего состава, второй – под учебные аудитории, третий – под курсантское общежитие и, наконец, четвёртый – под спортзал. А вот под обязательный для всякого военного учебного заведения стрелковый тир была приспособлена полуразрушенная коробка… соседнего здания. Совершено верно, того самого, в котором нынче располагается штаб дважды Краснознамённого Балтийского флота. Оно было заново отстроено военными строителями гораздо позднее описываемых событий.
Училищу предписывалось по двухгодичной программе обучения готовить кадры офицеров интендантской службы (в том числе оружейников) для войск МВД и МГБ СССР.
К сожалению, биография у КВИУ оказалась яркой, но короткой – летом 1953 года оно стало жертвой начавшегося сразу же после ареста Л.П. Берия огульного избиения чекистских и военных кадров МВД СССР: приказом МВД СССР № 00686 от 21 августа 1953 года Калининградское военно-интендантское училище МВД СССР объявлялось расформированным, однако другой министерский приказ - № 00719, изданный всего шесть дня спустя, 27 августа, - провозгласил создание на его, КВИУ МВД СССР, учебно-материальной базе Калининградской школы милиции.
«Случился неожиданный для всех нас парадокс, - пишет в своих воспоминаниях полковник в отставке Г.М. Семенчук, - поступил приказ закрыть училище, а мне сразу же срочно было предложено выехать на новое место службы – заместителем начальника Багратионовского училища. Откровенно говоря, было немного жаль, ведь вложили определённый труд и только начали обучение».
Как удалось выяснить полковнику внутренней службы В.А. Чепрасову путём работы в архивах, часть курсантов бывшего КВИУ МВД СССР по их желанию была уволена в запас Вооружённых Сил или же переведена на службу в органы внутренних дел Калининградской области, а остальные, наряду с рядом представителей командно-начальствующего состава, получили на руки предписание убыть в Харьковское военно-интендантское училище МВД СССР, ставшее впоследствии Высшем военным училищем тыла МВД СССР и в данном качестве до распада Советского Союза являвшемся кузницей дипломированных специалистов тыла для внутренних и пограничных войск.
Однако фактическим преемником истории бывшего КВИУ МВД СССР является, повторимся, современный Калининградский юридический институт МВД России. И это косвенное родство не только в том, что он как бывшая Калининградская школа милиции был создан именно на базе КВИУ МВД СССР. Так, в частности, приказ по Калининградской школе милиции № 2 от 1 октября 1953 года гласил (стилистика документа сохранена): «Зачислить в списки школы милиции и назначить личный состав Калининградского военно-интендантского училища, обращенный с его согласия на укомплектование школы милиции в связи с расформированием училища, согласно приказу № 00686 от 21 августа 1953 года». Далее следует достаточно длинный список из офицеров и вольнонаемных служащих бывшего КВИУ. Как правило, никто из них по новому месту службы не оказался в чём-либо обделённым. Каждый получил назначение, соответствующее его воинскому званию и уровню профессиональной квалификации. Так, в частности, участник Финской кампании и Великой Отечественной войны, кавалер двух орденов Красного Знамени и многих других боевого наград, командир курсантского дивизиона КВИУ МВД СССР подполковник И.Я. Кравченко был назначен с повышением – принял должность помощника начальника школы по строевой части - начальника цикла военных дисциплин и физической подготовки. Начальник цикла социально-экономических дисциплин КВИУ МВД СССР подполковник А.А. Кочуров в школе милиции возглавил преподавательский коллектив цикла общественных наук. А начальник медслужбы КВИУ майор медицинской службы Н.М. Камозин в КШМ принял аналогичную должность…
Примечательно, что вплоть до 20 декабря 1955 года, когда руководством МВД СССР был издан приказ № 611, в соответствии с которым для начальствующего состава школ милиции устанавливались единые специальные звания – сотрудников милиции, бывшие офицеры КВИУ МВД СССР, влившиеся в коллектив КШМ, носили прежние, ранее им присвоенные, военную форму и воинские знаки различия офицерского состава войск МВД.
И последнее, что можно добавить: с момента расформирования Калининградского военно-интендантского училища МВД СССР и до начала шестидесятых годов его, КВИУ, информационные массивы находились на хранении в архиве современного УВД Калининградской области, откуда затем в соответствии с полученным из Москвы распоряжением были отправлены в Центральный архив пограничных войск, где, вероятней всего, находятся и в настоящий момент…

Солдаты Закона в… пограничной фуражке
Убедительным примером преемственности лучших боевых традиций системы ОГПУ-НКВД-МВД-МГБ по совместной и единой подготовке молодых офицерских кадров для войск правопорядка, какими по своей сути являются внутренние и пограничные войска, может служить работающая в настоящий момент в стенах современного Калининградского пограничного института ФСБ России кафедра Инженерно-технических средств охраны МВД России.
Свою историю ведёт с конца 1960-х годов, когда в стенах Тюменского высшего военного командного училища инженерных войск Министерства обороны СССР на договорных началах началась массовая подготовка для внутренних войск отечественного МВД офицеров-специалистов инженерно-технических средств охраны.
В 1975 году эстафета была передана Калининградскому высшему инженерному училищу инженерных войск Министерства обороны СССР, куда из Тюмени была передислоцирована кафедра радиоэлектроники. Предписание убыть к новому месту службы и учёбы в Калининград получили тогда и обучавшиеся по специализации МВД и курсанты-«тюменцы». Спустя два года после своего переезда названная кафедра прекратила подготовку специалистов по четырехгодичной программе, отдав предпочтение пятилетней.
В начале 1981 году из состава кафедры радиоэлектроники КВИУИВ были выведены преподаватели, читавшие курс внутренних войск. В результате родилась самостоятельная кафедра - Инженерно-технических средств охраны Министерства внутренних дел.
Учебно-материальная база кафедры ИТСО была создана, что называется, с нуля. Её учебные лаборатории, аудитории и кабинеты были возведены и оборудованы на месте бывших складов ГСМ. Все строилось руками самих офицеров и прапорщиков кафедры, а также, разумеется, курсантского подразделения МВД.
В связи с переводом в 1996 году КВИУИВ в город Кстово Нижегородской области и с созданием на его бывшей учебно-материальной базе Калининградского военного института Федеральной пограничной службы РФ в отношении кафедры её куратором, российским Министерством внутренних дел, был расторгнут договор с оборонным ведомством и заключен аналогичный с Федеральной пограничной службой России (в настоящий момент – Пограничная служба ФСБ России). Теперь офицеров-специалистов ИТСО для внутренних войск, хотя по-прежнему и готовят в Калининграде, но только теперь уже в стенах местного пограничного вуза.
Выпускники кафедры ИТСО МВД России получают диплом инженера, специализирующегося на технических средствах охраны. При этом их гражданской специальностью является «радиотехника», а военной – «эксплуатация и ремонт инженерных радиотелемеханических систем». Полученный за пять лет учёбы на кафедре багаж знаний по радиоэлектронике ни в чем не уступает багажу знаний выпускников из таких родственных гражданских вузов, как Московский энергетический институт, Санкт-Петербургский электротехнический университет и Балтийская государственная академия рыбопромыслового флота (Калининград). Не менее выгодным (хотя первым вопросы инженерного обеспечения современного общевойскового боя преподаются в гораздо меньшем объёме, что, в общем-то, и понятно: они - специалисты совершенно иного профиля – радиоэлектронщики) будет сравнить выпускников кафедры с выпускниками командных вузов инженерных войск: «калининградцы» отнюдь не испытывают никаких трудностей, связанных с успешным выполнением служебных обязанностей, когда, прибыв в войска, в силу различных объективных обстоятельств вдруг получают назначения не на должности офицеров-специалистов ИТСО охранных частей ВВ, а на должности командиров инженерно-сапёрных подразделений оперативных в/ч и частей спецназа. Профессиональные знания и навыки, полученные в годы учёбы в родной альма-матер, уникальные не только по своей специфике, но и по прикладной универсальности!
Представители кафедры ИТСО и отдельного курса МВД России Калининградского пограничного института ФСБ России, как и их коллеги из Калининградского юридического института МВД России, вносят посильный, но при всем этом труднооценимый вклад в дело борьбы с преступностью и охраны общественного порядка в регионе. Так, ежегодно по заказу областных УВД, УФСИН, Западного УВДТ и местной в/ч внутренних войск ими выполняется ряд военно-научных работ по вопросам повышения надежности системы охраны режимных объектов. Их руками и на безвозмездной основе по периметру ряда местных пенитенциарных учреждений смонтированы современные инженерно-технические средства охраны.
Как принято говорить, при отеческой опеке со стороны офицеров со своей родной кафедры курсанты Отдельного курса МВД России в ходе плановых войсковых стажировок (а они проводятся, к слову, на базе, главным образом, дислоцированного в Калининграде Отдельного Минского ордена Красной Звезды батальона внутренних войск МВД России) несут милицейскую патрульную службу в качестве заместителей начальников войсковых нарядов.
Четверо питомцев кафедры погибли при исполнении воинского долга в ходе контртеррористической операции, проводимой в Северо-Кавказском регионе. Это - капитаны Игорь Сергеевич Брума (20 марта 1975-8 июня 2001) и Геннадий Александрович Устинов (1 января 1973-25 февраля 2001), старший лейтенант Андрей Владимирович Кирюшков (7 июня 1972-9 августа 1996), лейтенант Сергей Николаевич Товсточуб (23 января 1973-21 июня 1996).
Кафедрой последовательно руководили:
- в 1981-1989 гг. - полковник Шрейдер Борис Геннадьевич;
- в 1989-1994 гг. - полковник Кокорин Александр Васильевич;
– в 1994-2000 гг. - полковник Олейников Василий Васильевич.
С 2000 года во главе кафедры стоит кандидат военных наук полковник Сергей Васильевич Брагин.

Выводы:
1. История калининградских военно-учебных заведения МВД и КГБ СССР – наглядное отражение не только всей славной боевой летописи внутренних и пограничных войск, а также уголовно-исполнительной системы, но и её трагических страниц, связанных с процессом необоснованного и огульного избиения военных кадров МВД СССР в период так называемой «хрущёвской оттепели». В частности, напомним, без всякой мотивации и какой-либо практической необходимости в том были ликвидированы:
- в 1953 году – Калининградское военно-интендантское училище МВД СССР, а в стенах Калининградского пограничного военного училища МВД СССР – конвойно-пенитенциарный профиль обучения;
- в 1960 – Калининградское пограничное военное училище КГБ при Совете Министров СССР.
2. История военной школы МВД-КГБ-ФСБ в регионе – прямое доказательство родства (но, разумеется, в лучшем смысле этого слова), существующего между современными МВД, УФСИН, ФСО и ФСБ России со времён ВЧК-ОГПУ-НКВД, в том числе и на ниве сохранения и преумножения лучших боевых традиций отечественных силовых правоохранительных структур.
3. История военной школы МВД-КГБ-ФСБ в регионе – неразрывная цепь верности отечественных силовых правоохранительных структур лучшим боевым традициям ВЧК-ОГПУ-НКВД и, в первую очередь, на ниве совместной и единой подготовки молодых офицерских кадров для внутренних и пограничных войск, а на примере ВТУ КГБ при СМ СССР – также для войск и органов правительственной связи КГБ при СМ СССР. Одновременно Калининградский пограничный институт ФСБ России в силу наличия в своём штатном расписании кафедры ОСБД ВВ МВД России и Отдельного курса МВД России – непосредственный продолжатель этих лучших боевых традиций в регионе на современном этапе.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
sobkor
post 24.02.2006, 20:27
Post #50


Участник проекта
*****

Group: Участники проекта
Posts: 5528
Joined: 8.08.2005
From: Калининград
Member No.: 12
Имя: Юрий
Отчество: Петрович



Продолжаю знакомить заинтересованных лиц с биографиями тех высших руководителей отечественных спецслужб, которым в разное время посчастливилось быть калининградцами (пусть хотя бы и по прописке)…
Юрий РЖЕВЦЕВ.

ГРОМОВ Борис Всеволодович, Герой Советского Союза (1988) из числа представителей органов внутренних дел, губернатор-председатель Правительства Московской области (с 2000), в 1965-1969 гг. – военнослужащий Калининградского военного гарнизона, в 1990-1991 гг. – заместитель министра внутренних дел СССР, академик (2002) и профессор (2002) Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка, генерал-полковник (1989), в 1989-1991 гг. – народный депутат СССР, депутат Государственной Думы РФ 2-го и 3-го созывов, Почётный гражданин города Саратова (1989).
Родился 7 ноября 1943 года в городе Саратове в семье служащих. Русский. Состоял членом КПСС с 1966 года.
Образование: в августе 1960 – пять курсов Саратовского суворовского военного училища; в 1962 - Калининское суворовское военное училище; в 1965 - Ленинградское высшее военное общевойсковое командное училище имени С.М. Кирова; в 1972 – Военную академию имени М.В. Фрунзе; в 1984 - Военную академию Генерального штаба Вооружённых Сил СССР имени К.Е. Ворошилова.
В 1955 году как сын погибшего в Великую Отечественную войну советского офицера был принят в Саратовское суворовское военное училище, в августе 1960 в связи с расформированием последнего переведён на учёбу в Калининское Суворовское училище.
На военной службе с августа 1962 года, в том числе с 1965 года в качестве офицера:
- в 1962-1965 гг. – курсант высшего военного училища;
- в 1965-1969 гг. – военнослужащий 1-й гвардейской мотострелковой Пролетарской, Московско-Минской ордена Ленина, дважды Краснознамённой, ордена Суворова 2-й степени и Кутузова 2-й степени дивизии 11-й гвардейской армии Прибалтийского военного округа (Калининградский военный гарнизон): командир взвода, а с 1967 года – роты. Из Калининграда убыл в 1969 году в связи с поступлением на учёбу в военную академию;
- в 1969-1972 гг. – слушатель Военной академии имени М.В. Фрунзе (г. Москва);
- в 1972-1978 гг. – военнослужащий Туркестанского военного округа,: последовательно - командир мотострелкового батальона, начальник штаба (с 1974) полка и (с 1975) командир полка;
- в 1978-январе 1980 гг. - военнослужащий Северо-Кавказского военного округа: начальник штаба 9-й мотострелковой дивизии.
В 1982-1984 гг. – слушатель Военной академии Генерального штаба Вооружённых Сил СССР имени К.Е. Ворошилова.
В 1984-марте 1985 гг. – военнослужащий Прикарпатского военного округа (но должность неизвестна).
Трижды проходил службу в составе Ограниченного контингента советских войск в Демократической Республике Афганистан. Так,
- в первый раз в январе 1980-августе 1982 гг.: командир 5-й мотострелковой дивизии 40-й армии.
- Во второй - в марте 1985-1986 гг.: генерал по особым поручениям начальника Генерального штаба Вооружённых Сил СССР-начальник группы представителей Генерального штаба Вооружённых Сил СССР в Демократической Республике Афганистан.
- В третий – в июне 1987-15 февраля 1989 гг.: командующий 40-й армией и одновременно - уполномоченный Правительства СССР по делам временного пребывания советских войск в Афганистане.
Звания Героя Советского Союза был удостоен на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 3 марта 1988 года за разработку и успешное проведение против афганских мятежников боевой операции «Магистраль» и проявленные при этом мужество и героизм.
В феврале 1989 года осуществил успешный вывод частей и подразделений Ограниченного контингента советских войск с территории охваченного гражданской войной Афганистана.
В 1984-марте 1985 гг. – 1-й заместитель командующего 38-й армией Прикарпатского военного округа.
В 1986-1987 гг. - командующий 28-й армией Белорусского военного округа.
В 1988-1990 гг. – командующий войсками Киевского военного округа.
В декабре 1990-сентябре 1991 гг. - 1-й заместитель министра внутренних дел СССР. Снят был с этого поста после Августовского путча. В связи с этим в конце сентября 1991 года В конце сентября 1991 г. подал рапорт на имя Президента СССР, в котором просил вернуть его на службу в кадры Министерство обороны.
В октябре-ноябре 1991 года - начальником курсов «Выстрел» (г. Солнечногорск Московской области).
В ноябре-декабре 1991 года - 1-й заместитель главнокомандующего сухопутными войсками СССР-заместитель министра обороны СССР.
В январе-июне 1992 года – 1-й заместитель командующего силами общего назначения Объединённых Вооружённых Сил Содружества Независимых Государств.
24 июня 1992-феврале 1995 гг. - заместитель министра обороны РФ. Состоя в этой должности, 3 октября 1993 года отказался прибыть в Министерство обороны РФ для обсуждения вопроса о вводе в Москву войск для подавления Октябрьского путча.
13 февраля-декабре 1995 года - главный военный эксперт при министре иностранных дел РФ (но в ранге заместителя министра);
В период прохождения военной службы имел следующие персональные офицерские звания:
- «лейтенант» - с лета 1965 года;
- «старший лейтенант» и «капитан» - дата присвоения неизвестна;
- «майор» - с 1975 года;
- «подполковник» - с 1977 года;
- «полковник» - с 1979 года, присвоено было досрочно;
- «генерал-майор» - с 1982 года;
- «генерал-лейтенант» - с 1987 года.
- «генерал-полковник» - с 1989 года.
В 1990-1991 гг. - член ЦК и член Политбюро Компартии Украины.
В 1991 году на выборах Президента РСФСР баллотировался в вице-президенты в паре с Николаем Рыжковым.
Трижды избирался в высший законодательный орган государства:
- в 1989 году - народным депутатом СССР от 542-го Прилукского территориального округа Черниговской области Украинской СССР. В данном качестве являлся членом Комитета Верховного Совета СССР по делам воинов-интернационалистов;
- 17 декабря 1995 года - депутатом Государственной Думы РФ второго созыва от 158-го избирательного округа города Саратова. В данном качестве являлся членом депутатской группы «Российские регионы» и одновременно - председателем подкомитета по контролю над вооружениями и международной безопасности думского Комитета по международным делам;
- 19 декабря 1999 года – депутатом Государственной Думы РФ третьего созыва. Депутатские полномочия сложил с себя 28 января 2000 года в связи с избранием на пост губернатора- председателя правительства Московской области.
В 1995 году, баллотируясь в Государственную Думу РФ, вначале вошёл в избирательный список «Блока Ивана Рыбкина», но уже вскоре, в сентябре того же года, возглавил избирательное объединение «Мое Отечество».
В канун президентских выборов 1996 года являлся доверенным лицом Б.Н. Ельцина, а в сентябре 1997 года вместе с режиссёром Станиславом Говорухиным на выборах в Государственную Думу РФ - Иосифа Кобзона.
С 16 февраля 2000 года – член Совета Федерации.
9 января 2000 года победил во втором туре выборов на пост губернатора-председателя правительства Московской области, а в декабре 2003 года был переизбран на второй срок.
Кроме того, занимает целый ряд высоких общественных постов и, в частности:
- президент (с декабря 1997) Всероссийского общественного движения ветеранов локальных войн и военных конфликтов «Боевое братство», которое объединяет в своих рядах около 1,5 млн россиян;
- сопредседатель (с 1998) общественного движения «За честь и достоинство гражданина страны»;
- президент (с 2000) Международной ассоциации «Породнённые города».
Автор книги военных мемуаров «Ограниченный контингент», а также целого ряда научных работ и других публикаций по проблемным вопросам военного строительства.
Активист армейского и динамовского спорта. В частности, является Мастером спорта по ручному мячу и Мастером спорта по прыжкам с шестом (но по другим данным – только Мастер спорта по гандболу).
Кавалер большого числа государственных наград, в том числе пяти орденов - Ленина (1988), двух Красного Знамени, Красной Звезды и «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 3-й степени, - а также многочисленных медалей.
Имеет и общественные награды и, в частности, является лауреатом двух премий Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка:
- имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова — «За выдающийся вклад в развитие и укрепление обороноспособности РФ» (2001);
- имени Петра Великого (с вручением золотой медали) – «За выдающийся вклад в развитие и укрепление Государства Российского» (2002).
Живёт и трудится в Москве.

НИКОЛАЕВ Андрей Иванович, российский военачальник и государственный деятель, первый в истории современной России руководитель Федеральной пограничной службы, в феврале-июле 1992 года – военнослужащий Калининградского военного гарнизона, генерал армии (1995), депутат Государственной Думы РФ 2-го и 3-го созывов.
Родился 21 апреля 1949 года в Москве. Русский.
Образование: в 1967 – 1-й курс Института электронного машиностроения; в1971 - Московское высшее общевойсковое командное училище имени Верховного Совета РСФСР; в 1976 - Военную академию имени М.В. Фрунзе; в 1988 - Военную академию Генерального штаба Вооружённых Сил СССР имени К.Е. Ворошилова.
На военной службе с лета 1967 года, при этом в офицерских должностях с сентября 1971 года:
- в 1971-1973 гг. – военнослужащий Московского военного округа: последовательно - командир мотострелкового взвода и командир мотострелковой роты;
- в 1973-1976 гг. – слушатель Военной академии имени М.В. Фрунзе;
- в 1976-1982 гг. – военнослужащий Южной группы войск (Венгрия): последовательно - командир мотострелкового батальона, начальник штаба-заместитель командира полка и командир полка;
- в 1982-1986 гг. – военнослужащий Уральского военного округа: последовательно - начальник штаба-заместитель командира N-й учебной мотострелковой дивизии и командир данной дивизии;
- в 1986-1988 гг. – слушатель Военной академии Генерального штаба Вооружённых Сил СССР имени К.Е. Ворошилова;
- в 1988-1991 гг. - начальник штаба-1-й заместитель командующего 6-й армией Ленинградского военного округа;
- в 1991-1992 гг. - командующий 1-й гвардейской армией Киевского военного округа;
- в феврале-июле 1992 года - командующий 11-й гвардейской армией Северо-Западной группы войск (Калининградская область);
- в июле 1992-августе 1993 гг. – на ответственных руководящих постах в Генеральном штабе Вооружённых Сил России: 1-й заместитель начальника Главного оперативного управления, а с декабря 1992 года - 1-й заместитель начальника Генерального штаба.
В августе 1993 года Указом Президента РФ был назначен заместителем министра безопасности РФ-командующим Пограничными войсками России (с 21 декабря 1993 – 1-й заместитель директора Федеральной службы контрразведки РФ-командующий Пограничными войсками России), а 30 декабря 1993 года - директором Федеральной пограничной службы РФ-главнокомандующим Пограничными войсками РФ.
30 декабря 1993-19 декабря 1997 гг. - директор Федеральной пограничной службы РФ и одновременно:
- с 1994 года – председатель Совета командующих пограничными войсками стран СНГ;
- 1 августа 1997-3 марта 1998 гг. - член Научного совета Совета безопасности РФ.
Пост директора ФПС России покинул добровольно.
В период прохождения службы вырос от рядового курсанта до генерала армии (данное воинское звание было присвоено в соответствии с Указом президента РФ от 17 ноября 1995 года), при этом воинских званий «капитан», «подполковник» и «полковник» был удостоен досрочно.
С в 1998-2004 гг. - - депутат Государственной Думы (избран был от избирательного округа № 0197 (Орехово-Борисовский округ, г. Москва): с 12 апреля 1998 года - второго созыва, а с 19 декабря 1999 года - третьего созыва и одновременно:
- член депутатской группы «Народный депутат»;
- председатель Комитета Государственной Думы третьего созыва по обороне;
- член Комиссии Государственной Думы по оказанию содействия Союзной Республике Югославии в преодолении последствий агрессии Организации Североатлантического договора;
- член (с 17 июня 1998) Комиссии Государственной Думы по международным делам;
- сопредседатель Комиссии Государственной Думы по рассмотрению расходов федерального бюджета на 2002 год, направленных на обеспечение обороны и государственной безопасности Российской Федерации;
- сопредседатель Комиссии Государственной Думы по вопросам выполнения договора между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (Договора СНВ-2), Договора между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами Америки об ограничении систем противоракетной обороны от 26 мая 1972 года (Договора по ПРО), Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ) и заключения нового договора о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (Договора СНВ-3);
- сопредседатель Комиссии Государственной Думы по рассмотрению расходов федерального бюджета, направленных на обеспечение обороны и государственной безопасности Российской Федерации.
С 8 июля 1998 - председатель движения «Союз народовластия и труда».
С апреля 2004 года - помощник премьер-министра РФ М.Е. Фрадкова и одновременно - ответственный секретарь Морской коллегии при Правительстве РФ, член редколлегии журнала «Право и безопасность».
Активист армейского и динамовского спорта по лёгкой атлетике (имеет 1-й разряд по прыжкам в высоту), водному поло, конному спорту и бегу на коньках.
Кавалер большого числа государственных наград и, в частности, ордена «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 3-й степени, а также более чем десяти медалей.
Решением Совета командующих пограничными войсками стран СНГ от 24 декабря 1997 года (город Алма-Ата) генералу армии А.И. Николаеву было присвоено звание Почётного члена Совета командующих пограничными войсками стран СНГ.
Живёт и трудится в Москве.
Attached thumbnail(s)
Attached Image
 
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Nick
post 26.02.2006, 9:08
Post #51


Форумчанин
*****

Group: Активные участники
Posts: 2083
Joined: 1.08.2005
From: Черняховск-Москва
Member No.: 7



Никак не могу понять: разве ст. лейтенантов в Академию им. Фрунзе учиться отправляют?
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
sobkor
post 26.02.2006, 10:21
Post #52


Участник проекта
*****

Group: Участники проекта
Posts: 5528
Joined: 8.08.2005
From: Калининград
Member No.: 12
Имя: Юрий
Отчество: Петрович



Цитата(Nick @ Feb 26 2006, 09:08 AM) *
Никак не могу понять: разве ст. лейтенантов в Академию им. Фрунзе учиться отправляют?


Отправляют, если такой старлей, понятное дело, не из простых смертных...
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Nick
post 26.02.2006, 11:41
Post #53


Форумчанин
*****

Group: Активные участники
Posts: 2083
Joined: 1.08.2005
From: Черняховск-Москва
Member No.: 7



А кто ж у него папа?
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
sobkor
post 26.02.2006, 11:56
Post #54


Участник проекта
*****

Group: Участники проекта
Posts: 5528
Joined: 8.08.2005
From: Калининград
Member No.: 12
Имя: Юрий
Отчество: Петрович



Цитата(Nick @ Feb 26 2006, 11:41 AM) *
А кто ж у него папа?


Об этом много и шумно писали в начале 1990-х, но я уже просто сейчас не помню деталей. Вроде бы, крупный военачальник, проходивший службу в Свердловске, где Николаев-младший ещё ребенком познакомился с Ельциным. Но это, повторяюсь, - не точно...
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
sobkor
post 13.03.2006, 18:42
Post #55


Участник проекта
*****

Group: Участники проекта
Posts: 5528
Joined: 8.08.2005
From: Калининград
Member No.: 12
Имя: Юрий
Отчество: Петрович



Начинаю публикацию имеющихся у меня материалов об Аппарате Уполномоченного НКВД (с 4 января 1946 года – НКВД-НКГБ) СССР по Восточной Пруссии.
Сегодня – хроника за февраль 1945-август 1946 гг. При работе над данным очерком были использованы подлинные архивные документы, предоставленные мне на безвозмездной основе ветераном калининградской милиции полковником внутренней службы в отставке Василием Акимовичем Чепрасовым и активистом КРИПОО «Фридрихсбург» мичманом запаса Вальдасом Евгеньевичем Рыжковым…
Юрий РЖЕВЦЕВ.

И помнит мир спасенный…

МЕСТО РОЖДЕНИЯ – 3-Й БЕЛОРУССКИЙ ФРОНТ
Об их боевой доблести, проявленной в ходе Восточно-Прусской наступательной операции, калининградцы впервые узнали лишь более чем полвека спустя. Речь о вкладе в Великую Победу нескольких десятках сотрудников из состава работавшего при штабе Земландской оперативной группы (командующий – генерал армии И. Баграмян) 3-го Белорусского фронта (командующий – Маршал Советского Союза А. Василевский) Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии – правоохранительной структуры, которую с полным основанием можно назвать историческим аналогом наших современных региональных УВД, УФСБ, УФСИН и частично - КПУ ФСБ России.
Организационно эта правоохранительная структура состояла из разветвленной сети периферийных оперативных подразделений в лице оперативных групп, именуемых в ряде архивных документов еще и следственно-оперативными группами. Последние создавались и разворачивали свою деятельность на местах по мере стремительного продвижения советских войск на запад, в том числе и в полосе ответственности соседнего 2-го Белорусского фронта. Первые из них были сформированы в январе 1945 года, еще, как минимум, за месяц до создания Аппарата Уполномоченного, последние в ходе Великой Отечественной войны – в конце апреля сорок пятого с овладением последними рубежами обороны гитлеровцев на Земландском полуострове, в частности, городом Фишхаузен (ныне – Приморск) и превращенным в непреступную морскую крепость городом Пиллау (ныне – Балтийск).
Всего же по состоянию на 10 мая 1945 года насчитывалось 17 районных и 8 городских оперативных групп плюс такой совершенно необычный по своей специфике для действующей армии правоохранительный орган как тюремный отдел, наличие которого, специально поясним, наиболее явственно позволяет разглядеть в структурной организации Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии контуры будущего территориального управления внутренних дел.
Создан же был Аппарат Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии с целью оказания всемерной помощи и содействия командованию действующей армии в выполнении им на территории Восточной Пруссии как контрразведывательных, так и разнообразных правоохранительных задач, вытекающих из решений глав правительств союзных государств о конечной цели войны с фашистской Германией.
Вот лишь кратка хроника 1945-1946 годов…
1945 год. Февраль. В районе Растенбурга (ныне современный польский город Кентшин) оперативниками выявлена и в ходе боестолкновения ликвидирована группа немецких диверсантов в количестве десяти человек, оставленная во фронтовом тылу Красной Армии с целью совершения убийств советских военнослужащих, в том числе и методом минирования зданий и помещений, занимаемых войсками.
16 февраля в районе города Морунгена (ныне - польский Моронг) также в ходе боестолкновения задержаны двое из восьми членов диверсионно-террористической группы, которая несколькими часами раньше у населенного пункта Фройденберг обстреляла советскую войсковую колонную, убив при этом офицера в звании младшего лейтенанта. Один из задержанных террористов по имени Ленард на допросах сознался, что является выпускником специальной диверсионно-разведывательной школы. Он же дал и подробные показания относительно самой группы, в которую входил. Как оказалось, она действовала в составе семи профессиональных разведчиков-диверсантов и трех радистов, а в район Морунгена была сброшена на парашютах…
Март. В курортном городке Кранц (ныне - Зеленоградск), что называется, по горячим следам после попытки злодейского покушения на жизнь старшего сержанта Красной Армии (последний получил ранение) задержан фанатично преданный идеям нацизма местный житель по фамилии Ган. В ходе следствия он сделал заявление, что на путь терроризма встал сознательно и с этой целью даже умертвил с помощью яда свою жену и двух малолетних дочерей - чтобы избавить их от мнимой расправы со стороны органов советской контрразведки.
В Прейсиш-Эйлау (ныне - Багратионовск) обезврежена диверсионно-террористическая группа из одиннадцати человек. Ею руководил некто Розинов, крупный местный землевладелец и, как позже выяснилось, человек, причастный к вывозу оккупационными немецко-фашистскими властями с территории Днепропетровской и Запорожской областей Украины награбленных здесь культурных и материальных ценностей.
В районе города Тройбурга (ныне - польский Олецко) выявлен и арестован немецкий шпион по фамилии Калиновски. Последний был сюда заброшен по окончанию разведшколы, дислоцировавшейся в городе Нойхофе.
В тылу войск 39-й общевойсковой армии (Земландский полуостров) в полном составе задержана шайка дезертиров из пяти человек во главе с ее главарем - 29-летним старшиной Красной Армии Алексеем Ионовым. Эта группа в течение полутора месяцев, выдавая себя за трофейную команду, занималась грабежами в отношении местного населения. На ее же счету, кроме того, и десятки изнасилованных немецких женщин.
Апрель. Оперативный состав Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии принял непосредственное участие в штурме города-крепости Кенигсберг (6-9 апреля). Действуя в составе трех сводных групп, оперативники выполняли следующие поставленные перед ними ответственейшие задачи: захват особо важных документов вражеских органов управления, разведки и других спецслужб; выявление и пленение сотрудников вражеской спецслужб, а также тех немецких военнослужащих и чиновников, показания которых могли потенциально представлять повышенный оперативный интерес; поддержание, как тогда говорили революционного порядка в непосредственном тылу советских войск. Среди тех многих, кто особенно отличился в боевой обстановке, – подполковник милиции Степан Игнатьевич Навалихин и майор-чекист Сергей Иванович Зарубецкий. Оба были вскоре удостоены за это ордена Отечественной войны 2-й степени.
В ходе уличных боев в Кенигсберге, в том числе и в ходе спецоперации по зачистке города, проводившейся в период с 11 по 19 апреля 1945 года, оперативными группами были изобличены и арестованы десятки вражеских агентов. И в том числе: 8 апреля – 41-летний машинист паровоза Эмиль Кальхер (агент гестапо); 10 апреля – 55-летний театральный фотограф Отто Машон (член нацистской партии с 1933 года; диверсант-террорист); 12 апреля – 55-летний шофер Эдуард Зиманбуш (беспартийный, диверсант); 13 апреля – 68-летний помещик и бургомистр населенного пункта Кармиттен (ныне – поселок Отрадное Гурьевского района) Вальдемар Земер (член нацистской партии с 1934 года, эксплуататор рабского труда восточных рабочих; скончался 15 июня 1945 года в стенах Кенигсбергской тюрьмы № 1 НКВД СССР).
Офицером В.Н. Ватченко, сотрудником Инстербургской (с центром в современном Черняховске) оперативной группы, на основании показаний пленного диверсанта и при содействии взвода пограничников в лесных массивах, опоясавших город Даркемен (ныне – Озерск), обнаружены и ликвидированы два тайника, представляющих из себя глубокие и хорошо замаскированные бункеры. В них для нужд антисоветского диверсионно-террористического подполья хранились: в одном – уложенное в ящики стрелковое оружие (включая станковые пулеметы), боеприпасы к нему и ручные гранаты, а во втором - складированные консервы и мешки с мукой.
24 апреля сотрудниками Ортельсбургского (с центром в современном польском городе Щитно) оперативного сектора в результате тщательно спланированной операции обезврежена интернациональная бандгруппа из семи человек, промышлявшая в ближайших окрестностях грабежами и насилием. Руководил ею 30-летний офицер РККА - капитан Петр Крутько, член ВКП(б), кавалер ордена Красной Звезды, украинец по национальности. 6 марта 1945 года он был выписан из госпиталя, где находился на излечении, с направление обратно в ряды действующей Красной Армии армии, однако в свою часть не прибыл.
Костяк же группы составляли граждане Германии – мужчина (49-летний Иоган Лиц) и четверо женщин-немок. Кроме того, в нее входили несколько поляков и три таких же дезертира, ка Ки сам капитан П. Крутько. Их фамилия неизвестны, а только то. Откуда они были родом – из городов Тула, Свердловск и Воронеж.
На момент ареста бандиты имели на своем вооружении 20 кг взрывчатки, 12 ручных гранат, 10 винтовок и один револьвер.
Май. Северо-восточнее Кенигсберга на одной из дорог методом ловли на живца при попытке совершить вооруженное нападение задержана бандгруппа из десяти поляков. Объект нападения - гурт крупного рогатого скота, перегоняемого в качестве контрибуции из Германии в Советский Союз. Цель нападения – убив погонщиков, завладеть скотом. Вооружение группы, ставшее трофеем оперативников, - 10 ручных гранат, пулемет, несколько автоматов и винтовок…
Сотрудники Инстербургской оперативной группы в лице начальника группы Н.С. Балыбердина и старшего оперуполномоченного Ф.М. Трахова в ходе розыска лиц, виновных в совершении военных преступлений, выявили и произвели задержание бывшего коменданта одной из районных комендатур оккупированного Днепропетровска, члена нацистской партии с 1933 года. Как выяснилось в ходе следствия, на его совести было немало преступлений против человечности, в частности, в период пребывания на посту коменданта он печально прославился жестокими акциями насильственного изъятия у населения города для нужд вермахта продуктов питания и предметов теплой одежды.
28 мая в городе Остероде как сотрудник гитлеровских карательных органов был арестован 55-летний Хейнрия Мальдегауер, член нацистской партии, профессиональный адвокат. На время следствия он был помещен в стены Бартенштайнской тюрьмы № 4 НКВД СССР (ныне бывший восточнопрусский Бартенштайн – польский город Бартошице).
Июнь. В Кенигсберге методом личного сыска выявлен и взят под стражу скрывавшейся от международного правосудия начальник одной из двух местных тюрем – некто 37-летний Ганс Бютнер, на совести которого было немало преступлений против человечности,
Также с помощью агентурного аппарата разоблачена шпионская организация в составе резидента Абвера Готлиба Кляйна и двух его агентов. Сам Кляйн, что выяснилось в ходе следствия, оказался замаранным не только в подрывной деятельности против СССР, но и в предательстве по отношению к бывшим соратникам по коммунистическому движению в Германии: как минимум, с 1920-х годов - активный членом немецкой компартии, в том числе, в период с 1922 по 1925 годы - лидер коммунистов из города Зенсбурга (ныне – польский Мронгово), однако, подвергнувшись аресту со стороны пришедшего к власти гитлеровского режима и спасая свою шкуру, стал негласным сотрудником гестапо. С конца 1944-начала 1945 годов – агент Абвера.
5 июня был изобличен, допрошен, а затем под конвоем препровожден в Кенигсбергскую тюрьму № 1 НКВД СССР бывший агент кенигсбергской полиции Франц Мекльбург 1902 года рождения, профессиональный парикмахер, член нацистской партии.
Июль. Силами 6-й опергруппы Кенигсберга и лично замначальника группы Ф. Земцова, разоблачены и взяты под стражу пятеро подростков-активных членов профашистской организации «Гитлерюнгенд», проживавших в районе завода «Шихау» (ныне – ОАО «Прибалтийский судостроительный завод «Янтарь»). Перед падением Кенигсберга, наряду со многими другими своими сверстниками, они получили основательную подготовку в одной из разведшкол. На своем вооружении имели пистолеты, снабженные устройствами для бесшумной стрельбы, и достаточно большой запас боеприпасов и взрывчатки. В ходе следствия все они были также изобличены и в совершении двух тщательно спланированных и хладнокровно исполненных убийствах. При этом невинными жертвами фанатично преданных делу гитлеризма немецких юнцов стали одиночные советские солдаты, которых они подкарауливали на погруженных в сумерки пустынных улицах Кенигсберга.
Приблизительно тогда же за совершение злонамеренных убийств советских военнослужащих предстали перед судом и несколько молодых немецких женщин, входивших в хорошо организованную террористическую группу. Бдительность своих потенциальных жертв они усыпляли предложением развлечься в женской компании. В ходе импровизированной вечеринки в качестве угощения ни о чем не подозревающим гостям подавалось отравленное ядовитым порошком спиртное…
Август. Сотрудники Тильзитской (с центром в современном Советске) оперативной группы во главе с ее замначальника майором милиции Аркадием Исааковичем Гофтом пресекли преступную деятельность диверсионно-террористической группы из трех военнослужащих немецко-фашистской армии. Последние были специально оставлены в тылу Красной Армии и действовали непосредственно в Тильзите. К моменту задержания на их счету было уже не менее четырех терактов – два поджога оставленных военными водителями без присмотра армейских автомобилей и два организованных на территории местной базы ГСМ взрыва.
С момента создания Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии через работающие при нем проверочно-регистрационные комиссии прошло 165766 репатриантов из числа советских граждан, при этом 99119 человек из них призваны на службу в Вооруженные Силы, 34634 отправлены на Родину в СССР, 12494 препровождены в спецлагеря, а оставшиеся 2421 человек взяты под стражу по подозрению в совершении различных преступлений…
Декабрь. Сотрудники Рагнитской (с центром в современном Немане) оперативной группы раскрыли кражу муки весом около трех тонн, совершенную с территории пекарни одной из местных воинских частей. Преступники – четверо немцев, при этом организатор, житель города-порта Мемеля (ныне - литовский Клайпеда), оказался ранее судимым. Как выяснилось в ходе следствия, украденную муку злоумышленники вывезли из пекарни в кузове грузового автомобиля, а потом обменивали ее за бесценок на выпивку.
Период неизвестен (приблизительно вторая половина 1945-начало 1946 года). Выявлена и обезврежена резидентура гестапо, в состав которой входило 20 человек, большинство из которых - специально обученные шпионы-диверсанты.
Прекращена деятельность антисоветской шпионской организации «Контрольно-наблюдательная служба по Восточной Пруссии». Последняя была создана местным ученым в лице профессора и доктора медицины Г. Вайсгара, и действовала под его руководством в интересах и по заданию американской разведки.
Разоблачен и взят под стражу также работавший на американскую разведку бывший военнослужащий танковых частей войск СС некто Э. Гросселюс. Шпионские сведения для своих заокеанских хозяев он собирал под личиной мирного и внешне равнодушного к политике парикмахера.
Через агентурный аппарат выявлен и обезврежен целый ряд антисоветских групп численностью каждой от 11 до 15 человек. В них входили представители немецкого населения. Одна из самых опасных в силу своей ярко выраженной диверсионно-террористической направленности была группа некого З. Бухгольца, состоявшая из активных членов фашистских молодежных организаций «Юнгофольк» и «Гитлерюгенд»…
Январь-март 1946 года. Только оперативниками, работающими при всех четырех лагерных отделениях лагеря НКВД СССР № 533 для интернированных немцев (штаб лагеря - в тогдашнем Прейсиш-Эйлау, нынешнем Багратионовске), за три этих месяца выявлено: представителей полевой полиции – 110 человек (в том числе жандармов - 19); диверсантов-террористов – 109; лиц, виновных в совершении на оккупированной территории СССР зверств против советских людей, – 27; военнослужащих отрядов СД – 16; гласных сотрудников вермахта – 12; гласных сотрудников Абвера – 11; военнослужащих войск СС – 10; агентов немецких органов контрразведки – 9.
Среди агентов гестапо, изобличенных в лагере, был Казимир Вицентьевич Ромейко 1922 года рождения, уроженец и житель деревни Мартиканцы бывшей Белостокской области Белорусской ССР, поляк, гражданин СССР, беспартийный. Цитата из обвинительного заключения, утвержденного в июне 1946 года начальником Оперативной группы МГБ ССР по Кенигсбергской области полковником Е.В. Рудаковым (стилистика документа сохранена): «РОМЕЙКО был задержан, а затем арестован по подозрению в причастности к немцеким разведывательным органам.
Произведенным по делу расследованием УСТАНОВЛЕНО:
Что РОМЕЙКО проживая на оккупированной немцами территории в деревне Мартиканцы, б/Белостокской области, ныне территория Польши, в апреле 1942 года был мобилизован немцами на работу в Германию, в Вотсочную Пруссию, где работал до апреля 1945 года, т.е. до момента занятия Восточной Пруссии частями Красной Армии…
Работая на железной дороге в гор. Тильзит, РОМЕЙКО в мае 1942 года с работы совершил побег, но был задержан и заключен под стражу.
Находясь под стражей, был завербован гестапо в качестве агента и состоял на связи у офицера гестапо ГУРСКОГО Фритца…
За время сотрудничества с органами гестапо предал четырех человек из числа иностранных рабочих, имевших намерение совершить из Германии побег на родину. Все эти лица (фамилии не установлены) после донома РОМЕЙКО были гестапо арестованы….
Будучи допрошен по существу предъявленного обвинения, виновным себя признал полностью…».
Приговор К.В. Ромейко был вынесен Особым совещанием при МВД СССР по статье 58-1 «а» УК РСФСР – восемь лет исправительно-трудовых лагерей.
11 февраля 1946 года. Гумбинненской оперативной группой Аппарата Уполномоченного НКВД-НКГБ СССР по Восточной Пруссии при проверке документов был задержан бывший агент польской разведки и гестапо Никодим Петрович Косточка 1902 года рождения, уроженец села Дубно Гродненской области, белорус, человек без гражданства, столяр по профессии. Как следует из обвинительного заключения (стилистика документа сохранена), «произведенным по делу расследованием установлено, что КОСТОЧКА проживая в городе Данциг, в 1927 году был завербован резидентом 2-го отдела польского генштаба АДАМОВИЧЕМ в качестве секретного агента и был связан с ним по разведывательной работе до 1938 года…
Будучи агентов польской разведки и владея в совершенстве польским, немецким, белорусским и русским языками КОСТОЧКА по заданию резидента АДАМОВИЧ работал по наблюдению за иностранцами, приезжающими в город Данциг и обо всех добытых сведениях и материалах в устной форме сообщал резиденту АДАМОВИЧ…
Находясь на оккупированной немецкими войсками территории гор. Данциг, в апреле 1942 года КОСТОЧКА был арестован гестапо по подозрению в принадлежности к польской разведке. На допросах в гестапо КОСТОЧКА признался, что он имел связь с польской разведкой и назвал ряд лиц, которые также являлись агентами польской разведки.
После этого КОСТОЧКА было предложено секретное сотрудничество с гестапо, на что он дал свое согласие. Вербовка была оформлена соответствующей подпиской…
Работая на макаронной фабрике в городе Данциг и состоял на связи с резидентом гестапо БУХГОЛЬЦ, КОСТОЧКА сообщил ему о восьми рабочих макаронной фабрики, о их антифашистских настроениях и подозреваемых им в порче оборудования, после чего они подверглись допросам, однако арестованы не были…
Будучи допрошен в качестве обвиняемого КОСТОЧКА по существу предъявленного обвинения, виновным себя полностью признал…».
Приговор Н.П. Косточке был вынесен не ранее 3 декабря 1946 года Особым совещанием при МВД СССР по статье 58 п. 4 УК РСФСР – восемь лет исправительно-трудовых лагерей.
1 августа 1946 года. Отделением контрразведки УМВД по Калининградской области за измену Родине был арестован шофер автогаража УМВД по Калининградской области Николай Захарович Тополевский 1921 года рождения, уроженец деревни Обаров Ровенского района Ровенской области Украинской ССР, крестьянин-середняк, образование – 3 класса. Цитаты из материалов следствия (стилистика документов сохранена): «Произведенным по делу расследованием установлено, что ТОПОЛЕВСКИЙ Н.З., проживая на временно оккупированной немцами территории Ровенской области УССР, в октябре месяце 1941 года добровольно поступил в военизированную немецкую пожарную команду в гор. Ровно, где работал в качестве слесаря.
В конце октября месяца 1941 г. ТОПОЛЕВСКИЙ был направлен немцами в Метгетенскую военизированную охрану, расположенную в местечке Метгетен, возле Кенигсберга…
Состоя на службе в Метгетенской военизированной пожарной охране с ноября м-ца 1941 г., ТОПОЛЕВСКИЙ сначала выполнял обязанности рядового пожарника, а с июня м-ца 1942 г. заменил специалистов-немцев, которые были призваны в немецкую армию и направлены воевать против СССР на советско-германский фронт; после чего работал слесарем в автомастерских и дежурным слесарем на пожарной автомашине…
Кроме того, с 1943 года ТОПОЛЕВСКИЙ один раз в две недели нес патрульную службу по охране лагерей в местечке Метгетен, где немцами содержались угнанные в Востчоную Пруссию иностранные рабочие в количестве 9,5 тысяч человек.
Начиная с 1943 г. нес караульную службу по ночам, примерно один раз в месяц, Охраняя немецкие склады на территории лагерей, получая для этой цели винтовку…».
«В сентябре м-це 1943 года в местечке Метгетен Тополевский был зачислен внемцкую одногодичную разведывательную школу, на разведывательное отделение.
Школа готовила кадры агентов-разведчиков, диверсантов и радистов для работы в пользу Германии в тылу Красной Армии. После окончания данной школы Тополевский являлся с сентября 1944 года агентом немецких разведывательных органов…».
Полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.

НА СНИМКАХ: ветераны Аппарата Уполномоченного НКВД (с 4 января 1946 года – НКВД-НКГБ) СССР из числа сотрудников Управления охраны общественного порядка Калининградского облисполкома (слева направо): сидят - Егоров, Гофт А.И.; Колотнев, Ватченко В.Н., Григорьев А.Г., Ульянов, Эйштейн В.М; стоят - Волков В.Н., Филиппов, Громов А.В., Галенко А.Ф., Дуденко И.Ф., Удалов Л., Брехунов И.М., Барышников И.А., Рудаков Н.;
одна из экспозиций Музея СИЗО-1 (г. Калининград) УФСИН по Калининградской области: тюремные карточки на подследственных из числа военных преступников, изобличенных оперативниками Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии весной-летом 1945 года и содержавшихся в стенах Кенигсбергской тюрьме № 1 НКВД СССР.
Attached thumbnail(s)
Attached Image
Attached Image
 
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Житель 60-х
post 13.03.2006, 19:03
Post #56


Участник
***

Group: Участники
Posts: 855
Joined: 27.02.2006
Member No.: 66



Спасибо, все это очень интересно. smile.gif
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
sobkor
post 18.03.2006, 15:41
Post #57


Участник проекта
*****

Group: Участники проекта
Posts: 5528
Joined: 8.08.2005
From: Калининград
Member No.: 12
Имя: Юрий
Отчество: Петрович



ИМЯ – КАЛИНИНГРАДСКАЯ МИЛИЦИЯ.
МЕСТО РОЖДЕНИЯ – …3-й БЕЛОРУССКИЙ ФРОНТ…

Официальная дата образования УВД Калининградской области – 24 мая 1946. Именно в этот день приказом МВД СССР № 00484 был утвержден штат УМВД по Кенигсбергской области. Однако, как однозначно свидетельствуют многочисленные архивные документы, управление внутренних дел новообразованного с 4 апреля 1946 года субъекта РСФСР – Кенигсбергской (с 4 июля того же года – Калининградской) области не было создано на ровном месте. Кадровой и материальной базой для него послужил Аппарат Уполномоченного НКВД-НГКБ СССР (до 4 января 1946 года – только НКВД) по Восточной Пруссии, который в свою очередь ведет историю с декабря 1944 года, когда в распоряжение руководства правоохранительных структур 3-го Белорусского фронта в правительственную командировку, наряду с офицерами внутренних войск и органов госбезопасности, прибыли несколько десятков оперативных (в том числе и милицейских) работников УНКВД тыловых регионов СССР - Горьковской, Костромской, Курской, Ленинградской, Саратовской, Смоленской и некоторых других областей. Им предписывалось оказывать всемерную помощь и содействие командованию и войскам фронта в выполнении на территории Восточной Пруссии как контрразведывательных, так и разнообразных правоохранительных задач, вытекающих из решений глав правительств союзных государств о конечной цели войны с фашистской Германией. Таким образом, органы внутренних дел самого западного российского региона – единственная территориальная структура отечественного МВД, не просто рожденная в годы и на полях сражений 2-й Мировой войны, но, вдобавок, рожденная еще и непосредственно внутри фронтовых структур победоносно наступающей Красной Армии!

И ШЛИ С ПЕХОТОЮ НА ШТУРМ… ОПЕРАТИВНИКИ
Свое юридическое оформление аппарат уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии приобрел не сразу. Все чекисты, милицейские работники и военнослужащие системы НКВД и НКГБ, прибывшие на 3-й Белорусский фронт в правительственную командировку для выполнения здесь особых заданий высшего политического руководства страны, были первоначально подчинены частично Управлению контрразведки «Смерш» (начальник – генерал-лейтенант П.В. Зеленин) и частично Управлению войск НКВД СССР по охране тыла (начальник – генерал-лейтенант И.С. Любый), при этом многие были направлены в распоряжение начальников отделов контрразведки «Смерш» 11-й гвардейской, 39-й и 43-й общевойсковых армий.
Организационное оформление Аппарата началось в самом конце зимы 1945 года. Оно протекало при штабе Земландской оперативной группы войск (командующий – генерал армии И.Х. Баграмян) 3-го Белорусского фронта (командующий – маршал Советского Союза А.М. Василевский), созданной на базе расформированного в 24.00 24 февраля того же года 1-го Прибалтийского фронта. Этот факт дает основание предположить, что базой под него послужил оставшейся не удел Аппарат Уполномоченного НКВД СССР на 1-м Прибалтийском фронте.
По вертикали Аппарат Уполномоченного по Восточной Пруссии замыкался на Уполномоченного НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте комиссара госбезопасности 2 ранга Виктора Семеновича Абакумова (он же – начальник ГУКР «Смерш» Наркомата обороны СССР). Видимо, именно по этой причине до 5 (по другим данным – 10) мая 1945 года сам аппарат не имел руководителя в лице Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии.
Архивные документы и воспоминания ветеранов донесли до нас организационную структуру управления Аппарата Уполномоченного по Восточной Пруссии на весну 1945 года: шесть отделений (оперативное, следственное, учетное, хозяйственное, транспортное, снабжения) и четыре группы – секретариата, коменданта, переводчиков с немецкого языка и, наконец, обслуживания (здесь по найму трудились преимущественно представители местного немецкого населения). Общая численность – не более 40 человек. Место дислокации до падения Кенигсберга (ныне – Калининград) – город Гумбиннен (ныне – Гусев).
В непосредственной подчиненности к Аппарату находилась разветвленная сеть периферийных оперативных подразделений в лице оперативных групп, именуемых в ряде архивных документов еще и следственно-оперативными группами. Последние создавались и разворачивали свою деятельность на местах по мере стремительного продвижения советских войск на запад, в том числе и в полосе ответственности соседнего 2-го Белорусского фронта. Первые из них были сформированы в январе 1945 года, еще, как минимум, за месяц до создания Аппарата Уполномоченного, последние в ходе Великой Отечественной войны – в конце апреля сорок пятого с овладением последними рубежами обороны гитлеровцев на Земландском полуострове, в частности, городом Фишхаузен (ныне – Приморск) и превращенным в непреступную морскую крепость городом Пиллау (ныне – Балтийск).
Численность личного состава оперативных групп, как и самого аппарата уполномоченного, не была постоянной и всецело зависела от складывающейся на обслуживаемой территории оперативной обстановки. Приблизительно их условный штат выглядел следующим образом: начальник и его заместитель, секретарь, комендант, оперуполномоченные и следователи (8-14 человек), переводчики с немецкого языка (2-3 человека), административно-хозяйственные работники (2-3 человека: последние были сведены в хозяйственную группу), водители и ездовые (последние вместе с закрепленным за ними автомобильным и гужевым транспортом предоставлялись органами «Смерш» на основании специальных заявок и исключительно для поездок по делам службы), обслуживающий персонал. Для более оптимальной централизации управления ими со стороны Аппарата Уполномоченного оперативные группы, за редким исключением, сводились в оперативные сектора.
Сразу восемь оперативных групп (по числу советских военных комендатур) были созданы в Кенигсберге и произошло это в первые же дни после овладения войсками 3-го Белорусского этим городом-крепостью.
Всего же по состоянию на 10 мая 1945 года в подчинении Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии находилось 17 районных и 8 городских оперативных групп.
Коротко об основных задачах, которые решали аппарат и его территориальные подразделения на местах. Это - обеспечение безопасности стратегически важных объектов и учреждений тыла действующей армии и, в первую очередь, 3-го Белорусского фронта. Добыча информации о положении дел в тылу противника. Розыск и задержание военнослужащих и чиновников фашистской Германии, виновных в совершении преступлений против человечности, а также сотрудников и негласных агентов немецких карательных и разведывательных органов; возбуждение в отношении каждого из арестованных процедуры уголовного преследования. Выявление и взятие под стражу скрывающихся от праведного возмездия со стороны собственного народа соотечественников, ставших на путь измены Родины и всяческого пособничества гитлеровскому режиму. Борьба со специально оставленными фашистами во фронтовом тылу Красной Армии диверсионно-разведывательными и террористическими группами и антисоветским подпольем, а также с промышляющими вооруженным бандитизмом шайками мародеров, дезертиров и различных иных уголовных элементов. (В том числе выявление и ликвидация тайников с вооружением и другими средствами боевого применения, предназначенными для ведения террористической и подрывной деятельности.) Захват и сохранение архивов административных органов Восточной Пруссии и, в первую очередь, разведывательных, контрразведывательных и карательных. Участие в осуществлении процедуры спецпроверки и быстрейшей отправки на Родину советских людей из числа бывших военнопленных и насильно вывезенных в годы оккупации на каторжные работы в Германию гражданских лиц. Со второй половины августа 1945 года в порядке реализации решений Потсдамской конференции относительно разделения Восточной Пруссии (две трети территории последней, напомним, отходила Польше, а одна треть – Советскому Союзу) - организацией работ по демаркации и делимитации нового от Пиллау (ныне – Балтийск) до озера Вшититись (ныне – озеро Выштынецкое) участка советско-польской границы.
Основная форма оперативной работы в условиях наступательных боевых действий, когда невозможно наладить полноценную работу агентурного аппарата, – физический поиск силами маневренных групп и массовая фильтрация немецкого населения.
И еще один важный для правильного понимания той роли, которую сыграл в ходе Великой Отечественной войны Аппарат Ууполномоченного и его периферийные подразделения, факт: оперативный состав этой необычной правоохранительной структуры в силу стоящих перед ним задач принимал самое непосредственное участие не только в боестолкновениях с оказывавшими вооруженное сопротивление группами шпионов, диверсантов и дезертиров, но и в боевых действиях в целом, которые велись войсками 2-го и 3-го Белорусских фронтов. Так, в частности, в штурмующих город-крепость Кенигсберг цепях советской пехоты находились и десятки офицеров-оперативников из структур аппарата уполномоченного НКВД по Восточной Пруссии. Действуя в составе трех сводных групп, они выполняли следующие поставленные перед ними ответственейшие задачи: обеспечение захвата и дальнейшего сохранения особо важных документов вражеских органов управления и спецслужб; выявление и пленение тех немецких военнослужащих и чиновников, чьи показания могли потенциально представлять повышенный оперативный интерес и, наконец, поддержание, как тогда было принято говорить, безусловного революционного порядка в непосредственном тылу советских войск. Среди тех многих, кто особенно отличился в ходе ожесточенных уличных боев, – подполковник милиции Степан Игнатьевич Навалихин и майор-чекист Сергей Иванович Зарубецкий.
Всего по состоянию на 1 сентября 1945 года Аппаратом Уполномоченного и подчиненными ему опергруппами за минувшие пять месяцев (но при содействии воинских частей и подразделений внутренних и пограничных войск) на территории Восточной Пруссии было выявлено и ликвидировано 43 диверсионно-террористические и семь бандитских групп. А по состоянию на начало 1946 года – 53 агента немецкой, американской, английской и голландской разведок, а также 38 тайников с вооружением и другими средствами боевого применения, предназначенными для ведения во фронтовом тылы войск Красной Армии террористической и подрывной деятельности. С учетом оружия, изъятого также у задержанных или убитых в ходе боестолкновения шпионов и различного рода террористов, трофеи оперативников к началу все того же 1946 года в общем итоге составили: пушек и минометов – по две единицы каждого; противотанковых ружей – 151; пулеметов – 300; иного стрелкового оружия (автоматов, винтовок, пистолетов) - 4030; боеприпасов к различным артиллерийским системам, мин и гранат - 47451; патронов к стрелковому оружию – 803500; взрывчатых веществ – 2491 кг; множительных аппаратов –17; радиостанций – 6…
Наряду с опергруппами на Аппарат Уполномоченного по вертикали замыкался и такой совершенно необычный по своей специфике для действующей армии правоохранительный орган как тюремный отдел, наличие которого, специально поясним, наиболее явственно позволяет разглядеть в структурной организации Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии контуры будущего территориального управления внутренних дел. Создан тюремный отдел был в конце февраля 1945 года в составе начальника (по состоянию на 20 марта 1945 года им, к слову, был некто майор Слатиков), коменданта, секретаря и двух переводчиков с немецкого языка, а также трех отделений (оперативного, медицинского и хозяйственного) и, наконец, учетной и транспортной групп – всего 28 человек, подавляющее большинство из которых – военнослужащие внутренних и пограничных войск.
На лицевом счету личного состава тюремного отдела - создание сети первых в Восточной Пруссии советских пенитенциарных учреждений, которые в последующем, подчеркнем, послужили базой и фундаментом для становления и поступательного развития в самом западном российском регионе местных подразделений отечественной уголовно-исполнительной системы. Так, в конце февраля 1945 года практически через месяц после взятия города Инстербурга (ныне – Черняховск) была восстановлена и приняла первых заключенных из числа военных преступников местная тюрьма (ныне - Калининградская психиатрическая больница специализированного типа с интенсивным наблюдением Минздрава РФ). В апреле – Тапиауская (ныне ФГУ «ИК-7» общего режима, что в современном Гвардейске), в мае – старая и новая Кенигсбергские тюрьмы (ныне существует только одна из них – бывшая новая, в котором размещается СИЗО регионального УФСИН). Кроме того, названным тюремным отделом были восстановлены и открыты тюрьмы, расположенные на той части территории Восточной Пруссии, которая впоследствии отошла к Польше. Таким образом, работавший при штабе 3-го Белоруссконр фронта тюремный отдел имеет весомые заслуги и перед уголовно-исполнительной системой возрожденного Польского государства!
Особой строкой в относительно непродолжительную летопись существования Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии вошел май Победного сорок пятого – именно в дни всенародного ликования по случаю победоносного завершения Великой Отечественной войны высшее руководство страны наконец-то окончательное определилось в отношении статуса Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии и потенциальных кандидатур для поочередного назначения на эту крайне ответственную должность. До этого момента, напомним, существовал лишь сам Аппарат Уполномоченного, но без старшего руководителя в лице непосредственно самого этого Уполномоченного. Первым уполномоченным НКВД СССР по Восточной Пруссии волей судьбы выпало стать заместителю наркома внутренних дел (по войскам)-начальнику Главного управления внутренних войск НКВД СССР генерал-полковнику А. Аполлонову. Уже сам факт его прибытия в Кенигсберг боле чем положительным образом сказался на всей текущей повседневной деятельности его новых подчиненных – высокое служебное положение Аркадия Николаевича (шутка ли - замнаркома внутренних дел Союза!) резко и в одночасье повысило уровень самостоятельности Аппарата, которым ему предстояло теперь на протяжении трех месяцев руководить, по отношению к штабу 3-го Белорусского фронта, как, впрочем, и вообще ко всем военным властям в целом.
К заслугам генерал-полковника А. Аполлонова на посту уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии (май-июль 1945 года) следует, думается, отнести и то, что именно при нем руководимые им аппарат вместе со своими периферийными подразделениями впервые и всерьез стали заниматься еще и решением ответственных задач, связанных с обеспечением общественной безопасности в гражданском (а это на 1 ноября 1945 года, согласно данных военных комендатур, 137 412 человек немецкого и 7042 человека, как тогда говорили, советско-гражданского населения) секторе, что в свою очередь значительно повысило служебный вес оперативных работников из числа офицеров милиции: на этом профессиональном поприще на фоне коллег-офицеров органов госбезопасности и «Смерш» последние были особенно незаменимы… А вот непосредственно само несение патрульной службы на улицах городов и крупных сельских населенных пунктов Восточной Пруссии возлагалось, главным образом, на дислоцированные в регионе части войск НКВД СССР по охране тыл действующей армии.
Во многом благодаря компетентному вмешательству Аркадия Николаевича повысился общий уровень и агентурно-оперативной, а в подчиненных Аппарату Уполномоченного воинских частях - чекистско-войсковой работы, при этом, как свидетельствуют архивные документы, особо заметных результатов в выполнении поставленных перед ними многосложных и многотрудных контрразведывательных и правоохранительных задач достигли тогда сотрудники Алленштайнской (с центром в современном польском городе Ольштын), Остероденской (с центром в современном польском городе Оструда), Пиллауской (с центром в современном Балтийске) и Гумбинненской (с центром в современном Гусеве) оперативных групп. В связи с этим небезынтересная статистика: к началу июня 1945 года число негласных, завербованных оперативниками среди немецкого населения, агентов вырос с нескольких десятков до 1048 человек, что незамедлительно и самым благотворным образом сказалось на конечных результатах всей контрразведывательной и иной правоохранительной работы, проводимой в Восточной Пруссии.
При Аркадии Николаевиче произошла и некоторая реорганизация аппарата уполномоченного – ближе к концу июня 1945 года последний прирос еще одним структурным пенитенциарным подразделением – лагерем военнопленных НКВД СССР № 533, который по вертикали одновременно замыкался еще и на руководство своего главка в Москве Он разместился в городе Прейсиш-Эйлау (ныне – Багратионовск) и организационно к началу 1946 года состоял из четырех лагерных отделений, в которых раздельно содержались пленные военнослужащие фашистской Германии и интернированные лица различной (но главным образом, немецкой) национальности.
Яркий след в летописи органов правопорядка современной Калининградской области в далеком теперь уже сорок пятом оставил и преемник Аркадия Николаевича Аполлонова на посту Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии генерал-лейтенант Федор Яковлевич Тутушкин, являвшейся тот период времени начальником Управления контрразведки «Смерш» Московского военного округа. В течение своей также недолгой правительственной командировки (июль-сентябрь 1945 года) ему, помимо прочего, выпало аж дважды заниматься такой многосложной текущей работой как вынужденное организационное реформирование структуры, которую возглавлял на правах Уполномоченного НКВД СССР. Первый раз это произошло в середине августа и было вызвано расформированием с 15 числа 3-го Белорусского фронта, при штабе которого, как мы уже знаем, и работал с апреля 1945 года Аппарат Уполномоченного. Требовалось, не ломая уже существующую, а, главное, полностью доказавшую свою достаточно высокую эффективность организацию аппарата и периферийных подразделений, создать такую материально-хозяйственную базу, которая бы оказалась способной всецело обеспечивать дальнейшее, но уже автономное и независимое от военных властей, полноценное функционирование этих самых аппарата и подразделений.
Во второй раз – приблизительно месяц спустя в связи с фактом предстоящей ликвидации периферийных оперативных (шести оперативных секторов из восьми существующих) и пенитенциарных (общим числом где-то не менее десяти) подразделений, выполнявших свои контрразведывательные и правоохранительные функции на той территории Восточной Пруссии, которая в соответствии с решениями Потсдамской конференции подлежала передачи в состав возрожденного Польского государства. Теперь аппарату предстояло официально именоваться Штабом Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии (хотя непосредственно в сам штаб вошло всего-навсего четыре человека из числа первых лиц) и внешне, помимо названия, отличаться от территориальных управлений внутренних дел только отсутствием отдела пожарной охраны да более широкими властными полномочиями по отношению к дислоцированным в регионе воинским частям внутренних и пограничных войск. Если вкратце, управленческо-аппаратный орган при штабе Уполномоченного составили три отдела - 1-й (следственный), 2-й (оперативный) и - обратите внимание, впервые! - милиция (3-й отдел). Структурная же организация самих периферийных оперативно-следственных, пенитенциарных и тыловых подразделений, работающих на советской территории Восточной Пруссии, серьезных изменений не претерпела – сохранились Кенигсбергский (15 опергрупп) и Инстербургский (6 опергрупп) оперативные сектора, три тюрьмы и лагерь НКВД СССР для военнопленных и интернированных № 533. Трудиться в штабе и его периферийных структурах предстояло все тем же пребывавшим в долгосрочной правительственной командировке (цифры даются по состоянию на 12 ноября 1945 года) 111 офицерам органов государственной безопасности, 99 - органов внутренних дел (в том числе милиции и уголовно-исполнительной системы) и 35 – войск НКВД, а также 243 представителям гражданского персонала, 85 из которых были переводчиками, а остальные - медицинскими и финансовыми работниками, секретарями-машинистками и прочими вольнонаемными служащими.
К моменту отъезда Федора Яковлевича в Москву к постоянному месту службы (22 сентября 1945 года) выполнение задачи по созданию новой организационной структуры - Штаба Уполномоченного НКВД по Восточной Пруссии с разветвленной сетью периферийных подразделений - была практически завершена, однако еще более трудная работа по сколачиванию этого несколько нового по форме образования и проверке ее жизнеспособности легла уже на плечи подполковника милиции Степана Игнатьевича Навалихина - заместителя начальника Управления милиции УНКВД по Горьковской области, находившегося в правительственной командировке на территории Восточной Пруссии еще с декабря 1944 года. К временному исполнению обязанностей руководителя агентурно-оперативной работой в Восточной Пруссии (то есть фактически - Врио уполномоченного НКВД по Восточной Пруссии) он приступил 22 сентября 1945 года на основании соответствующего приказа генерал-лейтенанта Ф. Тутушкина, передав на основании того же приказа 8-й оперативный сектор НКВД СССР, которым руководил до этого момента, не менее опытному оперативнику и фронтовику майору-чекисту Сергею Зарубецкому. Сотрудник милиции и - вдруг во главе всей региональной контрразведывательной и правоохранительной структуры?! Что правда, то правда - факт для того времени едва ли не беспрецедентный, ибо милиция в системе НКВД-НКГБ всегда была как бы на правах, если не пасынка, то, по меньшей мере, пресловутого «младшего брата»! Безусловно, выбор военного контрразведчика генерала Ф. Тутушкина пал на Степана Игнатьевича как на своего временного преемника исключительно в силу незаурядных профессиональных и организаторских качеств последнего. Забегая вперед скажем, что в январе 1947 года С. Навалихин за свои впечатляющие заслуги перед Родиной, достигнутые уже на посту заместителя начальника УМВД по Калининградской области-начальника областного управления милиции, будет удостоен погон комиссара милиции 3 ранга (тогдашний аналог современного специального звания «генерал-майор милиции»), минуя очередное специальное звание «полковник милиции», - случай в истории отечественного МВД также, согласитесь, исключительно редкий, если вообще не единственный!
И в заключение этой главы из летописи калининградской милиции необходимо добавить, что возглавлять штаб уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии Степану Игнатьевичу Навалихину выпало на протяжении почти едва ли не двух месяцев, то есть более половины срока от срока командировки каждого из двух прежних уполномоченных - генералов А. Аполлонова и Ф. Тутушкина. Этот свой многотрудный пост он сдал только 12 ноября ново прибывшему в Кенигсберг Уполномоченному НКВД СССР по Восточной Пруссии – опытнейшему чекисту, начальнику УНКВД Курской области генерал-майору Борису Петровичу Трофимову, но о последнем, его заслугах перед современной Калининградской областью, как, впрочем, и о многом другом – наше отдельное повествование…
Полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
sobkor
post 19.03.2006, 10:37
Post #58


Участник проекта
*****

Group: Участники проекта
Posts: 5528
Joined: 8.08.2005
From: Калининград
Member No.: 12
Имя: Юрий
Отчество: Петрович



И СТАЛИ С ЧЕКИСТАМИ ОНИ ПОБРАТИМАМИ
Май – особый месяц в летописи органов правопорядка и безопасности нашего особого своей эксклавностью региона. Именно в этот весенний месяц 1946 года произошли следующие судьбоносные для каждого из них события. Во-первых, состоялось фактическое вычленение из структур аппарата уполномоченного МВД-МГБ СССР по Восточной Пруссии оперативной группы МГБ СССР по Кенигсбергской области. Да-да, той самой, которая впоследствии (13 сентября 1946 года) была переименована в местное региональное управление госбезопасности (ныне – УФСБ России по Калининградской области). Ну, а, во-вторых, 24 мая 1946 года министр внутренних дел СССР своим приказом № 00484 утвердил штаты УМВД по Кенигсбергской области, то есть современного регионального УВД. Впрочем, обо всем этом подробно и по порядку…
Третий и последний по счету уполномоченный НКВД СССР по Восточной Пруссии – генерал-майор Борис Петрович Трофимов - был назначен приказом наркома внутренних дел Маршала Советского Союза Л. Берия с небывалой для подобных случаев задержкой - 3 ноября 1945 года, то есть спустя сорок одни сутки со дня убытия в Москву к постоянному месту службы предыдущего уполномоченного - генерал-лейтенанта Федора Яковлевича Тутушкина. В силу каких причин (а они, понятно, должны быть более чем вескими!) стало возможна подобная «не расторопность» кадровиков союзного НКВД? Ответ на этот вопрос заинтересованным исследователям еще только предстоит отыскать в ходе работы в государственных и ведомственных архивах. Пока же присутствуют одни лишь предположения, при этом, как нам кажется, наиболее правдоподобное из них следующее: к осени сорок пятого для представителей высшего руководства страны, непосредственно занимавшихся предстоящим преобразованием советской территории Восточной Пруссии в еще один субъект СССР, стало, видимо, более чем очевидна необходимость быстрейшей, чем, возможно, это предполагалось прежде, замены института временных органов исполнительной власти, работающих там, на постоянные. В частности, это могло быть вызвано тем, что на повседневную деятельность подавляющего большинства этих самых временных органов исполнительной власти, включая и Аппарат (Штаб) Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии, все более сильней и явственней начал пагубно сказываться донельзя размытый должностной и социальный статус работающих там сотрудников. Так, вот уже который месяц подряд, числясь в неоправданно затянувшейся, правительственной командировке, живут и трудятся в отрыве от своих семей, родных для себя трудовых, воинских и милицейских коллективов. На практике это выливалось в излишнюю болезненную нервозность, поселившуюся среди людей, а также в участившиеся случае, когда убывшие в отпуск на родину, начинали искать любые благовидные предлоги, чтобы только не вернуться назад в Восточную Пруссию.
Если взять все вышесказанное в расчет, то ситуация вокруг длительной задержки с назначением нового, третьего по счету, Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии, тут же проясняется, причем проясняется в русле логики поступков представителей именно кадрового аппарата: вероятней всего, в период с конца сентября по начало ноября 1945 года на Лубянке настойчиво и самым тщательнейшим образом подыскивалась и подбиралась среди генеральского состава наиболее подходящая кандидатура человека, потенциально способного по своим морально-деловым и профессиональным качествам на постоянной основе возглавить, а в последующем твердой рукой реформировать работающие на советской территории Восточной Пруссии местные органы правопорядка и безопасности. Становится понятным одновременно в связи с этим и другое – почему на фоне предыдущих уполномоченных НКВД СССР по Восточной Пруссии, являвшихся в системе НКВД и «Смерш» лицами высокопоставленными как по воинскому званию, так и по должностному положению (А. Аполлонов, напомним, - генерал-полковник, замнаркома внутренних дел по войскам, а Ф. Тутушкин – генерал-лейтенант, начальник управления контрразведки «Смерш» «придворного» к Кремлю Московского военного округа), их преемник в лице Б. Трофимова выглядел, с позволения сказать, до невыразительности скромно – всего лишь генерал-майор и начальник управления НКВД типично провинциальной Курской области. Впрочем, все это, повторимся, - только предположения, построенные на умозаключениях, вытекающих из анализа косвенных фактов и свидетельств. Куда более определенно можно вести сегодня речь о том, почему же жребий судьбы пал тогда именно на Бориса Петровича? Ключ к ответу на этот вопрос дает его послужной список – за все предыдущие двадцать четыре года чекистской службы ему, в отличие от многих других ближайших коллег, посчастливилось проверить и всецело проявить себя на практической и руководящей работе не только в контрразведке, а именно внутри всех ведущих составных структур системы ВЧК-ОГПУ-НКВД - органах госбезопасности (в том числе работающих на транспорте), внутренних дел, исполнения наказаний, а также в войсках НКВД! Фактически это - высший уровень профессиональной компетентности; а, следовательно, дело дальнейшего строительства функционирующих на советской территории Восточной Пруссии местных органов правопорядка и безопасности теперь доверялось не просто одаренному управленцу, но и человеку, досконально знающему специфику работы всех без исключения подчиненных штабу уполномоченного оперативных, следственных и пенитенциарных подразделений, а также энкэвэдэшных (при этом как ВВ, так и ПВ) войсковых частей.
Непосредственно к исполнению обязанностей Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии Борис Петрович Трофимов приступил в первый же день своего прибытия в Кенигсберг – 12 ноября 1945 года. Формально он еще продолжал числиться начальником УНКВД по Курской области, но временно пребывающим в правительственной командировке. Однако – и он об этом знал безусловно и точно – трудиться ему и его новым подчиненным на бывшей немецкой, а теперь навсегда и впредь российской земле предстоит не на временной, а на постоянной основе, а, следовательно, - если не один, год, то уж, по меньшей мере, не один месяц. Отсюда – напряженная, но выполняемая параллельно с решением всех иных текущих задач, работа над проектом новой организации советских правоохранительных органов в Восточной Пруссии. А венцом ее стал подписанный 4 января 1946 года наркомами внутренних дел и госбезопасности совместный приказ № 004/002. В соответствии с ним, напомним, утверждались штаты аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ СССР по Восточной Пруссии, причем в штат этого самого аппарата назначались все без исключения сотрудники, которые на тот момент числились прикомандированными к структурам теперь уже формально несуществующего штаба уполномоченного НКВД по региону. Говоря юридическим языком, именно с этого момента прекращался срок их правительственной командировки, а советская территория Восточной Пруссии становилась постоянным местом службы. (Впрочем, отвлекаясь несколько от главной темы разговора, поясним, что подобное «превращение» прикомандированных сотрудников в штатных - а это только военнослужащих и сотрудников милиции более двухсот человек! - до конца так и не разрешило проблемы дефицита кадров. Достаточно сказать, что некомплект личного состава по самому аппарату уполномоченного и подчиненным ему горрайорганам составил на январь 1946 года 135 человек, в том числе 58 офицеров.)
Разумеется, должность непосредственно самого уполномоченного НКВД-НКГБ была доверена союзным центром (что, подчеркнем, выглядит вполне логичным) генерал-майору Б. Трофимову, а его заместителей – людям также не менее достойным по своим человеческим и профессиональным качествам - полковнику-чекисту Евгению Васильевичу Рудакову (прибыл с должности замнаркома госбезопасности Литовской ССР) и подполковнику милиции Степану Игнатьевичу Навалихину.
Если касаться статуса этой новой структуры, то сразу возникает вполне логичный вопрос: почему, несмотря на перевод на штатную основу, вновь «аппарат уполномоченного», а не «управление внутренних дел»? Увы, к тому моменту советская территория бывшей Восточной Пруссии еще не получила в СССР никакого официального юридического статуса, а потому на ней и, пусть теперь уж в большей мере и формально, но продолжал сохраняться институт временных органов государственной исполнительной власти. Впрочем, эта правовая казуистика не сказывалась как-либо пагубно на многогранной и многосложной текущей работе структур аппарата уполномоченного. А способствовало, прежде всего, тому, думается, то, что последние теперь были еще более максимально (но ровно настолько, насколько это позволяла ситуация) приближены к оргштатному расписанию типовых для всех иных субъектов СССР территориальных органов правопорядка и безопасности. Вот для наглядности непосредственно сама структура названного аппарата: секретариат; отделы - кадров, 1-й (следственный), 2-й (агентурный), 3-й (милиция), по делам военнопленных и интернированных, финансовый, хозяйственный; отделения - 1-ое (уголовный розыск), 2-ое (ОБХСС), учетное, тюремное, Госавтоинспекции, материально-технического обеспечения, автотехническое, строительное, санитарное, фельдсвязи и, наконец, по обслуживанию ведомственной телефонной станции.
Одновременно путем реорганизации уже существовавших оперативных секторов и групп были созданы Кенигсбергский оперативный сектор в составе 9 и Земландский в составе 14 оперативных групп.
Кроме того, на советской территории Восточной Пруссии к концу января 1946 года работали два лагеря для военнопленных и интернированных (№ 445 и № 533) и три тюрьмы.
Первая реорганизация Аппарата Уполномоченного произошла уже вначале весны. Правда, характер она носила в большей мере, так сказать, косметический – в связи с преобразованием 15 марта 1946 года всех союзных наркоматов в министерства ему теперь официально предстояло именоваться Аппаратом Уполномоченного МВД-МГБ СССР по Восточной Пруссии. Предвестник же грядущего в ближайшие, если не дни, то недели процесса коренного реформирования работающих в Восточной Пруссии органов правопорядка положил Указ Президиума Верховного Совета СССР от 7 апреля 1946 года об образовании в составе РСФСР Кенигсбергской области. А вот непосредственным началом к тому стал приказ министра государственной безопасности СССР № 00168 от 29 апреля 1946 года, в соответствии с которым генерал-майору Б. Трофимову в целях создания оперативной группы МГБ СССР по Кенигсбергской области надлежало выделить из структур возглавляемого аппарата несколько десятков профессиональных контрразведчиков. Выполнение данного приказа по объективным причинам затянулось на две с небольшим недели – ровно столько занял процесс кадрового укомплектования группы и обеспечения ее всем необходимым для полноценной работы. К автономной работе на правах самостоятельного регионального правоохранительного органа она приступила 16 мая, юридическим основанием к чему послужил изданный в этот день соответствующий (№ 0018) приказ генерал-майора Б. Трофимова. Возглавил группу полковник Евгений Васильевич Рудаков, трудившейся до этого момента, как мы уже знаем, в качестве заместителя уполномоченного, а еще ранее, до командировки в Восточную Пруссию, - на высоких и ответственных постах в органах правопорядка и безопасности Чечено-Ингушской АССР и Литовской ССР. Забегая вперед скажем, что именно на базе этой оперативной группы впоследствии на основании приказа МГБ СССР № 00359 от 13 сентября 1946 года было создано областное управление госбезопасности, реорганизованное к настоящему моменту в УФСБ по Калининградской области. Так что, как видим, у калининградской милиции и у калининградских чекистов общие исторические корни и истоки – Аппарат Уполномоченного НКВД (с 4 января 1946 года - НКВД-НКГБ) СССР по Восточной Пруссии, а, следовательно, и одно общее на всех место рождения – победоносно наступающий вглубь Земландского полуострова 3-й Белорусский фронт!
С выделением и обособлением оперативной группы МГБ СССР Аппарат Ууполномоченного фактически перестал выполнять роль регионального органа госбезопасности, а только внутренних дел. Однако формально это не повлекло за собой процедуры официального переименования – в ней уже не было никакой практической необходимости, ибо в самом ближайшем будущем структуре, возглавляемой генералом Б. Трофимовым, предстояло раз и навсегда трансформироваться в полноценное территориальное управление союзного МВД. Долгожданный час «Ч» пробил 24 мая 1946 года – в этот день министр внутренних дел СССР приказом № 00484 утвердил штаты УМВД по Кенигсбергской области, которое в дальнейшем в соответствии с приказом МВД СССР № 00696 от 17 июля 1946 года и в связи переименованием с 4 июля 1946 года Кенигсбергской области в Калининградскую было реорганизовано в УМВД по Калининградской области. Понятно, что вся тяжесть организационной работы по созданию и сколачиванию структур ново учреждаемого управления легла на плечи именно личного состава аппарата уполномоченного МВД-МГБ СССР по Восточной Пруссии. Он же стал костяком коллектива этого самого УМВД. Так, в частности, базой для 16 городских и районных отделов (в ряде мест - отделений) МВД СССР, созданных на территории Кенигсбергской-Калининградской области к концу июля 1946 года, послужили именно оперативные группы аппарата уполномоченного.
С июля 1946 года должность генерал-майора Б. Трофимова уже официально именовалась как Уполномоченный МВД-МГБ СССР по Калининградской области.
Заключительной датой существования Аппарата Уполномоченного следует, пожалуй, считать 8 августа 1946 года, когда был издан приказ МВД СССР № 1151. В соответствии с ним с генерал-майора Бориса Петровича Трофимова слагались обязанности уполномоченного. Он теперь принимал новый не менее ответственный пост - начальника УМВД по Калининградской области. Кстати, одновременно было произведено и еще одно назначение - заместителя начальника названного УМВД-начальника управления милиции Калининградской области. Эту должность союзный центр доверил тогда уже известному нам подполковнику милиции Степану Игнатьевичу Навалихину. Таким образом, к середине августа сорок шестого Аппарат Уполномоченного оказался полностью поглощенным ново созданным управлением внутренних дел, превратившись с этого самого момента в первую, причем достаточно яркую, строку летописи сразу трех местных правоохранительных структур – современных областных УВД, УФСБ и УФСИН…
Полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Житель 60-х
post 20.03.2006, 9:32
Post #59


Участник
***

Group: Участники
Posts: 855
Joined: 27.02.2006
Member No.: 66



Спасибо, это тоже интересно. Но для специализированного издания. Мне, как обывателю, было тяжеловато читать. Не хватает ярких воспоминаний тех лет. А они должны быть. Сам помню, нас возили на пограничную заставу ( если не ошибаюсь, к 20-летию победы) второклашек и рассказывали погранцы-ветераны, какая сложная обстановка была в период первых месяцев создания Калининградской области.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
sobkor
post 24.03.2006, 11:53
Post #60


Участник проекта
*****

Group: Участники проекта
Posts: 5528
Joined: 8.08.2005
From: Калининград
Member No.: 12
Имя: Юрий
Отчество: Петрович



Этот исторический очерк написан мною для газеты МВД России «Щит и меч» и приурочен к 61-й годовщине штурма города-крепости Кенигсберг…
Юрий РЖЕВЦЕВ.

«ВАСИЛЬКОВЫЕ ФУРАЖКИ» В БОЯХ ЗА КЕНИГСБЕРГ
Приказом Верховного Главнокомандующего № 084 от 17 мая 1945 года «за образцовое выполнение заданий командования в боях с фашистскими захватчиками при овладении городом и крепостью Кенигсберг и проявленные при этом доблесть и мужество» воинское почетное «Кенигсбергские» было присвоено в общей сложности 98 объединениям, соединениям и частям действующей Красной Армии.
На Стене Славы Парка Победы, помпезно возведенного в центре Калининграда в год 55-летия Великой Победы, по сей день и, как надо полагать, в силу произвола местных чиновников не выбиты только шесть из тех девяносто восьми. И все они, как ни странно, из… Наркомата внутренних дел СССР.
Говоря по другому, по чьей-то злой воле насильственно вычеркнутыми из истории оказались не просто воинские формирования союзного НКВД, а едва ли не наиболее прославленные из них - 31-й, 33-й и 86-й пограничные Кенигсбергские (а первые два - еще и ордена Красной Звезды) полки войск НКВД СССР, 3-й отдельный Кенигсбергский ордена Красной Звезды дивизион специальной службы внутренних войск НКВД СССР, 131-й и 474-й отдельные Кенигсбергские ордена Красной Звезды радиодивизионы ОСНАЗ.
Сегодня подобным образом в российской Прибалтике никто не относится даже к бывшим врагам – немецким фашистам. Достаточно напомнить, что в память о погибших солдатах вермахта едва ли не в самом центре Калининграда все последние годы на субсидии из-за рубежа активно возводится военно-мемориальное кладбище.
Но есть ли в действительности повод считать советских воинов, волей судьбы носивших в годы 2-й Мировой зеленые или васильковые фуражки, «провинившимися» перед калининградцами и собственной страной!? Как свидетельствуют архивы, – ни малейшего. И вот факты….

Как это было: хроника…
На землю Восточной Пруссии воинские формирования НКВД СССР вступили осенью 1944 года в составе советских войск, привлеченных к участию в Прибалтийской стратегической наступательной операции. Главная задача, которую они тогда здесь выполняли, - охрана тыла действующей армии.
В декабре 1944 года наркоматы внутренних дел и госбезопасности по требованию Ставки Верховного Главнокомандующего значительно усилили контрразведывательные и правоохранительные структуры 3-го Белорусского фронта, направив сюда большую группу практических работников из тыловых регионов. Главным образом, это были многоопытные сотрудники уголовного розыска, БХСС и уголовно-исполнительной системы, но в немалом количестве также - профессиональные чекисты и офицеры внутренних войск. По месту прежней службы все они считались убывшими в бессрочную правительственную командировку, а по новому – временно прикомандированными кто к отделам «Смерш» общевойсковых армий, а кто – к оперативным органам Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта. Однако в конце февраля все они были собраны вместе, после чего сведены в коллектив только что созданного при штабе Земландской оперативной группы войск 3-го Белорусского фронта Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии - правоохранительной структуры, от которой теперь ведут свои истоки едва ли не все правоохранительные ведомства современной Калининградской области - региональные УВД, УФСБ, УФСИН и Центр правительственной связи.
11 января 1945 года приказом Верховного Главнокомандующего в составе действующей армии утвержден институт Уполномоченных НКВД СССР на фронтах. В обязанность последним вменялось руководство всем спектром контрразведывательной и правоохранительной деятельности, а также предоставлялись огромные полномочия по организации гражданского управления на занятых советскими войсками территориях зарубежных государств и руководству им. В качестве штатных заместителей Уполномоченные получили начальников фронтовых управлений «Смерш» и войск НКВД СССР по охране тыла, при этом те не освобождались от занимаемых постов.
Уполномоченными НКВД на фронтах, нацеленных на разгром Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск, тогда стали: на 1-м Прибалтийском - комиссар госбезопасности 3 ранга Иван Максимович Ткаченко; на 2-м Белорусском – комиссар госбезопасности 3 ранга Лаврентий Фомич Цанава (он же - нарком госбезопасности Белорусской ССР); на 3-м Белорусском – комиссар госбезопасности 2 ранга Виктор Семенович Абакумов (он же – начальник ГУКР «Смерш» Наркомата обороны СССР).
13 января 1945 года советские Вооруженные Силы начали Восточно-Прусскую стратегическую наступательную операцию, которая завершилась лишь в конце апреля с разгромом последнего организованного оплота гитлеровского сопротивления на Земландском полуострове – группировки, оборонявшей город-порт Пиллау (ныне – Балтийск). Но венцом этой выдающейся в истории отечественного военного искусства операции все же стал блестяще осуществленный 6-9 апреля 1945 года штурм города-крепости Кенигсберг, столицы Восточной Пруссии…

Их знамена не запятнаны!
Прежде чем перечислить заслуги органов и поиск НКВД СССР в деле разгрома Кенигсбергской группировки немецко-фашистских войск, сразу принципиально важно оговорить, какие задачи этими формированиями вопреки прочно бытующему в современной литературе и кинематографе расхожему мнению никогда не выполнялись. Это роль пресловутых заградотрядов, а также якобы функции по охране всевозможных штрафных подразделений. И заградотряды (а чаще всего это были именно одноименные штатные в/ч Красной Армии, но подчиненные органам контрразведки «Смерш») и постоянный состав штрафных рот и батальонов комплектовались исключительно военнослужащими Наркомата обороны и подчинялись только командованию Красной Армии, а не НКВД. В свою очередь сами органы «Смерш», напомним, являлись штатной структурой именно НКО, а отнюдь не наркоматов внутренних дел или госбезопасности.
На совести органов и войск НКВД СССР нет также и приписываемых им отдельными псевдоисториками преступлений против человечности, совершенных-де на немецкой земле, в том числе и в Восточной Пруссии. Доказательством тому может служить уже хотя бы сам характер специально-боевой подготовки личного состава частей войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта накануне начала Восточно-Прусской стратегической наступательной операции: «Организация службы на охраняемом участке», «Ликвидация вооруженной банды, засевшей в отдельном строении», «Порядок конвоирования задержанных» - темы плановых занятий с личным составом стрелковых подразделений. И - «Ухищрения, применяемые агентурой противника с целью маскировки своей преступной деятельности в нашем тылу» и «Новые признаки распознавания поддельных документов, которыми противник снабжает своих агентов» - с личным составом контрольно-пропускных пунктов и контрразведывательного аппарата.
А это уже повестка дня партийных и комсомольских собраний, проведенных в частях войск НКВД СССР в самые первые дни Восточно-Прусской стратегической наступательной операции - «Повышение бдительности и особенности несения службы на территории Восточной Пруссии».
«Задачи коммунистов и комсомольцев в период штурма города Кенигсберг», «Моральный облик воина-пограничника», «Кто ослабляет дисциплину и теряет бдительность, тот совершает преступление перед Родиной» и «Бдительность – наше оружие» - повестки дня партийных и комсомольских собраний, а также темы политбесед с бойцами подразделений частей войск НКВД СССР Земландской оперативной группы войск 3-го Белорусского фронта непосредственно накануне штурма столицы Восточной Пруссии.

И Абвер в этом поединке потерпел поражение
Свою весомую лепту в разгром Кенигсбергского гарнизона органы и войска НКВД СССР внесли еще задолго до начала самого штурма. Так, начиная с первых дней осады столицы Восточной Пруссии войсками генерала армии И. Баграмяна, они надежно защитили последние от происков гитлеровских разведорганов, чем во многом и обеспечили скрытность и неотвратимость по отношению к противнику оперативно-стратегических замыслов высшего советского командования. А это, между прочим, десятки и сотни тысяч потенциально спасенных жизней советских солдат. На языке спецслужб подобная служебно-боевая деятельность именуется еще борьбой со шпионажем.
Вот как это было на практике. Уже в середине февраля части войск НКВД СССР по всему периметру осажденного Кенигсберга осуществили целый ряд режимных мероприятиях, в том числе и связанных с отселением из прифронтовой полосы немецкого гражданского населения. Кстати, эта мера позволила советскому командованию, хотя эта задача, понятно, и не рассматривалась тогда никем как первостепенная, уберечь от неминуемой гибели не одну тысячу германских подданных. Так, например, только из полосы обороны 39-й и 43-й армии (Земландской полуостров) и только 31-м пограничным ордена Красным Звезды полком войск НКВД СССР было депортировано в безопасную зону 10132 местных жителя.
Хорошо организованная агентурная работа вкупе с решительными действиями разведывательно-поисковых групп позволили не только максимально нейтрализовать активность вражеской диверсантов и лазутчиков, но изначально не допустить в нашем тылу широкомасштабной партизанской войны, к развертыванию которой, к слову сказать, нацистские власти Восточной Пруссии готовились давно и основательно. А в качестве иллюстрации – факт, почерпнутый из Исторического формуляра уже упоминавшегося выше 31-го погранполка: в период с 26 по 30 марта 1945 года его 3-й стрелковый батальон осуществил чекистско-войсковую операцию в северо-западных предместьях Кенигсберга. Ее итог - на стыке лесных массивов «Штаатсфорст» и «Грайбен» выявлена и ликвидирована диверсионно-разведывательная группа противника численностью в десять человек: трое вражеских лазутчиков убиты, а остальные семеро пленены, причем произошло это, когда последние, переодевшись в советскую военную форму, пытались «раствориться» в массе военнослужащих из окопавшихся в этом районе воинских частей 39-й и 43-й армий.
Одновременно батальон выявил и уничтожил пять принадлежавших разгромленной бандгруппе лесных бункеров, а также захватил богатые трофеи: взрывчатка - 40 кг; мины различных конструкций – 13; гранаты – 62 (50 осколочных и 12 противотанковых); боевое огнестрельное оружие - 12 единиц (автоматов - 6, винтовок – 5, пистолетов -1); ящик с детонаторами; патроны - 5800 штук; радиостанции - 1.
А это уже строки из раздела «Служба и участие в походах и боях» Исторического формуляра современного 110-го (Анадырского) пограничного Кенигсбергского ордена Красной Звезды отряда – воинской части, которая ведет свою историю от бывшего одноименного 33-го погранполка, который в свою очередь (1941-1943 гг.) – 33-го мотострелкового полка оперативных войск НКВД СССР: «В период штурма (январь-апрель 1945 года) частями Красной Армии города-крепости Кенигсберг, погранполк, следуя неразрывно за боевыми порядками Красной Армии, задерживал и разоружал мелкие группы противника, оставшиеся в тылу боевых порядков Красной Армии и готовящихся нанести удар в спину штурмующим частям. Принимал под охрану государственные предприятия с их материальными ценностями, а также нес службу заграждения выходов из г. Кенигсберг в южном и юго-западном направлениях, очищал занятые районы города от враждебного элемента.
В результате оперативно-служебной деятельности на территории Восточной Пруссии выявлены и задержаны две диверсионно-террористические группы, состоящие из подростков - членов фашистской организации Гитлерюгенд в р-не д. Поироджкен».
Напомним, что в ходе осады Кенигсберга штаб 33-го погранполка дислоцировался в городе Левенхагене (ныне – поселок Комсомольск Гвардейского района), а его стрелковые батальоны – непосредственно в боевых порядках прославленной 11-й гвардейской армии генерала К. Галицкого.
Не сидели сложа руки накануне штурма Кенигсберга и оперативники Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Вот только два факта из хроники марта сорок пятого. В городе Прейсиш-Эйлау (ныне - Багратионовск) ими была выявлена и обезврежена диверсионно-террористическая группа из одиннадцати человек. Ею руководил некто Розинов, крупный местный землевладелец и, как позже выяснилось, военный преступник, причастный к вывозу оккупационными немецко-фашистскими властями с территории Днепропетровской и Запорожской областей Украины награбленных здесь культурных и материальных ценностей.
В районе города Тройбурга (ныне - польский Олецко) выслежен и арестован немецкий шпион по фамилии Калиновски. Последний был сюда заброшен для легализации по окончанию разведшколы, дислоцировавшейся в городе Нойхофе.
Одновременно органы и войска НКВД СССР, как тогда принято было говорить, железной рукой навели революционный порядок в оперативном тылу действующей армии. Так, только служебными нарядами 31-го погранполка и только в период с 16 февраля по 19 апреля 1945 года (но без учета участия его личного состава в штурме Кенигсберга) в предместьях Кенигсберга со стороны Земландского полуострова было выявлено и задержано 3213 человек и, в том числе: германских подданных, уклонившихся от мобилизации в немецко-фашистскую армию, – свыше 990; членов нацистской партии – 662; дезертиров из рядов Красной Армии – 153; советских военнослужащих, отставших от своих частей, - свыше 60; бойцов вооруженных отрядов фольксштурма – 18; агентов вражеской разведки – 8; изменников Родины – 2; иностранно-поданных – свыше 27; советских граждан, пребывавших на территории Восточной Пруссии в немецком рабстве, - свыше 10.
В свою очередь оперативники Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии на Земландском полуострове в тылу войск 39-й общевойсковой армии обезвредили особо опасную шайка дезертиров из пяти человек во главе с ее главарем - 29-летним старшиной Красной Армии Алексеем Ионовым. Эта бандгруппа в течение полутора месяцев, выдавая себя за трофейную команду, занималась грабежами в отношении местного населения. На ее же счету, кроме того, и десятки изнасилованных немецких женщин.
И еще один факт, почему-то упорно «не замечаемый» современными историками: в первую очередь Уполномоченный НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте комиссар госбезопасности 1 ранга В. Абакумов и возглавляемый им аппарат еще в конце марта 1945 года организационно оформили будущие советские военные комендатуры Кенигсберга – военные органы гражданского управления, сыгравшие впоследствии исключительно огромную созидательную роль в возрождении Кенигсберга как российского города. Дело в том, что это была их, представителей спецслужб, а не военного командования исключительная прерогатива.

И пала крепость Кенигсберг
В операции по овладению городом-крепостью Кенигсберг, начавшейся 6 апреля 1945 года, по неполным данным приняли непосредственное участие не менее девяти воинских частей оперативного назначения Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта и три сводных чекистско-войсковых отряда Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии - по одному в полосе наступления 11-й гвардейской, 43-й и 50-й армий.
Архивные источники донесли до нас задачи, которые высшим советским командованием были поставлены тогда перед этими правоохранительными формированиями. Это: захват и дальнейшее сохранение особо важных документов и объектов вражеских органов управления и разведки. Выявление и арест тех немецких военнослужащих и нацистских чиновников, чьи показания могли потенциально представлять повышенный оперативный интерес. Ликвидация остававшихся в нашем тылу очагов вооруженного сопротивления. Охрана главных коммуникаций наступающих войск. Выполнение военно-конвойных функций и, наконец, поддержание, как тогда было принято говорить, железного революционного порядка в непосредственном тылу наступающих советских подразделений, то есть, говоря по-другому, пресечение фактов дезертирства, мародерства, издевательств над гражданским населением и военнопленными и т.д. При этом сотрудники Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии фактически выполняли роль чекистско-войскового спецназа.
Краткая, но имеющая документальное подтверждение, хроника:
13-й пограничный Виленский полк. Действуя в полосе наступления 39-й армии, захватил в плен около двух тысяч фашистских солдат и офицеров.
33-й пограничный ордена Красной Звезды полк. Силами пограничных застав 1-го и 2-го стрелковых батальонов, двигавшихся в цепях пехоты 11-й гвардейской армии, брал под свою надежную охрану главные коммуникации наступающих войск, а также отбитые у противника промышленные предприятия и столичные офисы органов военного и гражданского управления Восточной Пруссии. Так, пограничная застава младшего лейтенанта Мацюка из состава 1-го стрелкового батальона капитана Трофимова, не дожидаясь окончания в этом районе города уличных боев, броском преодолела зону интенсивного огня противника и с ходу самостоятельно овладела зданием государственного банка. В результате последний оказался захваченным ею со всеми находившимися внутри ценностями и денежно-валютными запасами.
Пограничная застава лейтенанта Шемченка безупречно организовала комендантскую службу на одной из главных коммуникаций 11-й гвардейской армии, чем надежно защитила наступающие на этом участке подразделения Красной Армии от любых внезапных нападений с тыла и флангов. Одновременно в течение двух первых дней штурма подчиненные этого доблестного офицера выявили и пленили в зоне своей ответственности 58 уже успевших переодеться в цивильную одежду вражеских солдат и офицеров плюс 69 лиц из числа государственных чиновников и активных членов нацистской партии.
Пограничная застава лейтенанта Чуклинова, двигаясь сразу за спинами пехотинцев, в условиях тяжелых уличных боев выявила и пленила 1845 спрятавшихся от надвигающегося возмездия в подвалах, подземных коммуникациях и на чердаках гитлеровцев, среди которых оказалось и немало власовцев.
Пограничная застава старшего лейтенанта Маврина, действуя в оперативном тылу 36-го гвардейского стрелкового корпуса, на отбитых у противника улицах автоматным и гранитным огнем оперативно зачищала дома, в которых продолжали сохраняться очаги вооруженного сопротивления. Только пленными противник тогда потерял от ее решительных действий 778 человек, в том числе 82 офицеров.
Всего же 33-м погранполком в ходе штурма Кенигсберга было пленено свыше трех тысяч вражеских военнослужащих. Кроме того, его служебные наряды изобличили и произвели задержание 185 членов нацистской партии и иных организаций фашистского толка, шестерых агентов вражеских разведорганов (в том числе двух диверсантов) и одного полицейского чина.
132-й пограничный Минский полк. В Кенигсберг, совершив марш из окрестностей замка Бальга, воины это части вошли на рассвете 9 апреля. Задача, которую получили от вышестоящего командования, - произвести зачистку юго-восточных кварталов Кенигсберга, включая предместье Понарт, от продолжающих здесь вооруженное сопротивление мелких разрозненных подразделений противника и одновременно - во взаимодействии с чекистами в кратчайший срок осуществить массовую фильтрацию гражданского населения этих городских кварталов, в том числе и в отношении выявленных здесь советских поданных.
Результат этой работы: среди десятков других военных преступников, изобличен личный секретарь Эриха Коха, гауляйтера Восточной Пруссии. Его выявили и задержали бойцы 13-й пограничной заставы. Нацист укрывался в большой группе мирных жителей Понарта, выдавая себя при общении с советскими солдатами за ярого антифашиста.
Кроме того, служебные наряды 1-го стрелкового батальона в потоке освобожденных из фашистского рабства советских граждан, возвращавшихся теперь с чужбины на Родину, вычислили и задержали гитлеровского агента с 30-летним стажем шпионской деятельности. Последний, к слову, безукоризненно владел русским языком, поскольку долгие годы своей жизни провел на нелегальном положении в Москве, Ленинграде и Харькове. По своему прямому предназначению использовался немецким командованием и сейчас – как разведчик-«нелегал» направлялся обратно на территорию Советского Союза.
Блестяще выполнил поставленные перед ним в ходе штурма города-крепости Кенигсберг задачи и личный состав всех трех сводных чекистско-войсковых отрядов Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Приказом командующего 3-м Белорусским фронтов Маршала Советского Союза А. Василевского за проявленное мужество многие из бойцов этого чекистского спецназа уже в апреле 1945 года были удостоены высоких боевых наград и, в том числе, ордена Отечественной войны 2-й степени - заместитель начальника Горьковского областного управления милиции подполковник милиции Степан Игнатьевич Навалихин и сотрудник УНКГБ по Смоленской области майор госбезопасности Сергей Иванович Зарубецкий, а ордена Красной Звезды - заместитель начальника отдела уголовного розыска Смоленского областного управления милиции майор милиции Аркадий Исаакович Гофт…

Последний штурм – он трудный самый…
Еще одна дата, напрочь забытая историками из Калининграда, а, вероятней всего, им просто неизвестная: с 11 по 19 апреля 1945 года войсками НКВД СССР с целью окончательного подавления вооруженного сопротивления гитлеровских войск, отказавшихся признать акт капитуляции, была произведена широкомасштабная зачистка Кенигсберга. Фактически это был второй штурм столицы Восточной Пруссии!
Для этой цели комиссаром госбезопасности 1 ранга В. Абакумовым и его заместителем генерал-лейтенантом И. Любым (он же – начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта) были привлечены:
- 57-я стрелковая дивизия внутренних войск НКВД СССР (зона ответственности - весь восточный сектор города по обоим берегам реки Прегель – от современной улицы Киевской до улицы Гагарина);
- три погранполка - 31-й (действовал в центральном секторе правобережной части города - от современного проспекта Мира до улица Гагарина), 33-й (западный сектор левобережной части - от бывшего предместья Понарт до современной улицы Киевская) и 86-й (западный сектор правобережной части - от бывшего поселка Метгетен до современного проспекта Мира).
Как свидетельствуют архивные документы, только личным составом 31-го погранполка было захвачено и пленено в общей сложности 1555 солдат и офицеров противника плюс выявлено, обезврежено и передано в руки военных контрразведчиков 495 военных преступников, в том числе 194 бойца вооруженных отрядов фольксштурма и один - СА, 35 активных членов нацистской партии, пять сотрудников гестапо. При этом в качестве трофеев было захвачено 2783 винтовки и карабина, 203 пулемета,15 автоматов, 18 ящиков с гранатами, одна радиостанция.
Практически повсеместно разрозненные группы гитлеровцев оказывали «васильковым и зеленым фуражкам» отчаянное и жестокое сопротивление. Вот только один из эпизодов, почерпнутый из Исторического формуляра уже неоднократно упоминавшегося выше 31-го погранполка: в подземных коммуникациях комплекса зданий правительства Восточной Пруссии, располагавшихся по улице Шонштрассе (ныне – улица генерала Соммера на стыке ее с улицей Пролетарской), внезапному нападению из засады подвергалась разведывательно-поисковая группа, возглавляемая начальником 6-й пограничной заставы лейтенантом Лейзером Ханимовичем Бродецким.
Горстку пограничников здесь плотным огнем встретили не менее сотни до зубов вооруженных эсэсовцев. Вражеские пули сразу скосили двигавшихся впереди лейтенанта Л. Бродецкого (впоследствии скончался от полученных ран в госпитале) и ефрейтора Солоницын (получил легкое ранение). Ответными залпами пограничники уничтожили двух гитлеровцев – офицера и солдата. Однако в силу численного превосходства противника и наличие в своих рядах санитарных потерь вынуждены были, отстреливаясь, отступить на поверхность.
Повторно операция по зачистке подземелья началась менее чем через час - сразу, как только весь прилегающий район оказался плотно блокированным силами всей 6-й пограничной заставы. Сама разведывательно-поисковая группа на сей раз была дополнительно усилена сразу несколькими пулеметными расчетами.
Шквальный огонь из всех стволов автоматического оружия и массовое применение «зелеными фуражками» гранат быстро сломили сопротивление гитлеровцев. Однако продвинуться далеко вперед РПГ не позволил неожиданно вспыхнувший от пуль и осколков пожар. Впрочем, он-то, этот самый пожар, и выполнил за пограничников их боевую работу: кто-то из врагов погиб в огне и дыму, но большинство - от сдетонировавшего в жарком пламени, судя по силе взрыва, внушительного подземного арсенала…
Ну, а всех тех вражеских солдат, которым все же посчастливилось через канализационные люки и вентиляционные шахты все же выбраться живыми наружу (а таких потом насчитали чуть больше трех десятков), тут же задерживали и разоружали бойцы оцепления.
Остается добавить, что боевую задачу по вооружённому этапированию многокилометровых колонн с военнопленными из Восточной Пруссии вглубь советской территории на протяжении всей Восточно-Прусской стратегической наступательной операции осуществляли, главным образом, подразделения 37-й дивизии конвойных войск НКВД СССР Управления внутренних войск НКВД Белорусского округа. Кстати, именно это соединение в послевоенный период стало родоначальником внутренних войск современной Республики Беларусь.

Генерал Отто Ляш: руки мне «связал» ОСНАЗ…
А теперь о вкладе в разгром Кенигсбергской группировки немецко-фашистских войск, которую внесли воинские формирований НКВД СССР, не относившиеся к числу правоохранительных, – органов и частей правительственной связи, радиодивизионов ОСНАЗ и дивизионов специальной службы внутренних войск. Правда, в данном случае ограничимся лишь перечислением фактов, которые все-таки удалось по крупицам выудить из открытой печати. Дело в том, что эта тема до недавнего времени в силу режимных ограничений являлась для заинтересованных исследователей тайной за семью печатями.
Воинские части, находившиеся в подчинении Отдела правительственной связи НКВД СССР 3-го Белорусского фронта: 1-й и 7-й отдельные (второй – ордена Александра Невского) полки и 2-я отдельная ордена Красной Звезды бригада правительственной связи.
Отличился в боях за Восточную Пруссию и узел правительственной связи 11-й гвардейской армии. Именно от него ведет свою историю современный Центр правительственной связи Федеральной службы охраны РФ по Калининградской области.
Напомним, что правительственная связь окончательно вошла в состав НКВД СССР в январе 1943 года. В годы Великой Отечественной ее структуры осуществляли строительство, восстановление, эксплуатационное обслуживание и охрану всех магистральных линий, используемых для правительственной ВЧ-связи между Ставкой Верховного Главнокомандующего и штабами фронтов и армий.
Что же касается частей, выполнявших на поле боя функции радио- и радиотехнической разведки и радиоэлектронной борьбы, то в составе НКВД СССР они появились в ноябре 1942 года путем приема из Разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии полевых управлений специальной службы и радиоподразделений особого назначения (ОСНАЗ).
Спустя чуть больше месяца, во исполнение Постановления Государственного Комитета Обороны СССР от 16 декабря 1942 года в составе внутренних войск НКВД СССР дополнительно были сформированы радиодивизионы мешающего действия по забивке радиостанций противника на поле боя.
На момент начала Кенигсбергской наступательной операции 3-й Белорусский фронт располагал не менее чем четырьмя такими спецчастями. Это - 3-й отдельный ордена Красной Звезды дивизион специальной службы внутренних войск НКВД СССР, а также 131-й ордена Красной Звезды, 226-й и 474-й ордена Красной Звезды отдельные радиодивизионы ОСНАЗ.
Организационно каждый радиодивизион ОСНАЗ состоял из трех передвижных радиоцентров и узла связи. Вооружение: 8-10 автомобильных радиостанций типа РАФ-КВ, предназначенных для постановки радиопомех, 18-20 разведприемников типа «Вираж» и «Чайка», четыре радиопеленгатора типа 55 ПК-3А и «Штопор».
На вооружении 131-го отдельного Кенигсбергского ордена Красной Звезды радиодивизиона ОСНАЗ (в/ч 55295) 3-го Белорусского фронта, кроме того, имелась мощная станция радиопомех «Пчела», установленная на железнодорожной платформе и предназначавшаяся для противодействия самолетным радиокомпасам противника.
Станции радиопомех располагались обычно в 20-30 км от переднего края и в 3-5 км - от радиоприемного центра дивизиона. Задача – ведение круглосуточного наблюдения за основными радиосетями противника с целью выявления основных и запасных частот вражеских радиостанций, мест расположения этих самых радиостанций, их войсковой принадлежности и режимов работы, а в последующем – и подавление путем выставления мощных радиопомех в эфире.
О вкладе частей ОСНАЗ и дивизионов специальной службы внутренних войск в разгром Кенигсбергской группировки войск противника красноречивей всего свидетельствуют показания бывшего командующего войсками Кенигсбергского гарнизона генерала от инфантерии Отто Ляша, которые тот дал, уже находясь в советском плену: «В результате ужасающей артиллерийской подготовки проводная связь в крепости была выведена из строя. Я надеялся на радиосвязь с Курляндией, с Земландской группировкой войск и с Центральной Германией. Но эффективные действия забивочных радиосредств русских не давали возможности использовать радиосредства для передачи радиограмм, и мои действия не могли координироваться ставкой верховного главнокомандования. Это послужило одной из причин моей капитуляции».
Так, например, известно, что только 131-му и 226-му отдельным радиодивизионам ОСНАЗ, действовавшим накануне штурма Кенигсберга в полосе обороны бывшей Земландской оперативной группы войск 3-го Белорусского фронта, удалось эффективно заглушить 175 имевшихся в противодействовавших частях противника радиостанций и это несмотря на то, что вражеские радисты пытались вести работу в тридцати радиосетях и на трехсот радиочастотах! Всего же по Кенигсбергской группировке войск противника подобным образом был сорван прием около 1200, а по Земландской - 1000 радиограмм.
Донесли до нас архивные источники и такой факт: в течение первых суток штурма советскими войсками города-крепости Кенигсберг главная радиостанция окруженного гарнизона пыталась последовательно вести передачи на 43 частотах, но во всех случаях совершенно безуспешно, ибо каждая новая частота тут же немедленно забивались советскими средствами радиоэлектронной борьбы.
Остается добавить, что именно радиостанциями радиодивизионов ОСНАЗ во второй половине 9 апреля 1945 года на частотах немецких раций открытым текстом был выдан в эфир приказ генерала Отто Ляша о безоговорочной капитуляции…
Полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.
Attached thumbnail(s)
Attached Image

Attached Image
Attached Image
Attached Image
Attached Image
 
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение

145 Pages V  « < 2 3 4 5 6 > » 
Ответить в данную темуНачать новую тему
2 User(s) are reading this topic (2 Guests and 0 Anonymous Users)
0 Members:

 



RSS Lo-Fi Version Рейтинг@Mail.ru Time is now: 1.09.2014, 22:58
Design by: Download Free Invision Skins