Помощь - Поиск - Пользователи - Календарь
Полная версия этой страницы: "Досье" спецслужб...
Анграпа.ру > Insterburg - Черняховск > Вторая Мировая война
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44
Nick
Штурм Инстербурга, каптуляция фашисткой Германии не поставили точку в войне. Многие годы целые регионы Советского Союза лихорадило от непримиримых борцов с советской властью. Не обошла эта беда и Восточную Пруссию ....
sobkor
Nick, как несложно догадаться, эта тема – специальное приглашение для меня. Ну, что ж, я не против, но только моё повествование будет не столько о пресловутых «лесных братьях», сколько о фронтовой доблести войск НКВД-МВД-МГБ СССР.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Автор - полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ,
руководитель Калининградского корпункта
Объединённой редакции МВД России, член Союза журналистов РФ

ВОИНСКИЕ ФОРМИРОВАНИЯ НКВД СССР В БОЯХ
ЗА СТОЛИЦУ ВОСТОЧНОЙ ПРУССИИ
Одна из самых малоизученных страниц Восточно-Прусской стратегической наступательной операции – непосредственное участие в штурме города-крепости Кёнигсберг воинских формирований НКВД СССР.
А заслуги эти, поверьте, более чем весомые. Причём они разноплановые. Условно их можно разделить на косвенные и прямые. Своё повествование начну с косвенных. И первая из них - это тот неопровержимы исторический факт, что целый ряд воинских формирований Красной Армии, добивавших фашистского зверя в его же логове, родом из… Наркомата внутренних дел СССР.

Родом из… НКВД
Как известно, в годы Великой Отечественной войны союзный Наркомат внутренних дел специально сформировал для Красной Армии или же передал ей из своего состава в общей сложности 32 полнокровные стрелковые дивизии и одну общевойсковую армию. Речь в последнем случае идёт об Отдельной армии войск НКВД СССР, вошедшей в историю Второй мировой, как 70-я общевойсковая. Это воинское объединение, к слову, ярко отличилось и в ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции.
А вот из названных выше тридцати двух соединений, ведущих свою родословную от НКВД СССР, в боях за Восточную Пруссию непосредственное участие принимали не менее шести (46-я, 102-я, 154-я, 250-я, 251-я и 16-я гв.), в том числе одна из них - 16-я гвардейская стрелковая Карачевская ордена Ленина, Краснознамённая, ордена Суворова 2-й степени дивизия (36 гв. ск 11-й гв. А 3-го БелФ) – непосредственно в штурме Кёнигсберга.
16-я гвардейская, как, впрочем, и 250-я и 251-я стрелковые дивизии, была сформирована в июне-июле 1941 года в Московском военном округе на основании приказа Лаврентия Берии от 29 июня 1941 года «О формировании наркоматом пятнадцати стрелковых дивизий для передачи в действующую армию». При этом 16-я гвардейская, напомним, формировалась как 249-я стрелковая. Гвардейской она уже стала на Калининском фронте в феврале 1942 года.
Костяк всех пятнадцати дивизий, в том числе 249-й (будущей 16-й гвардейской), 250-й и 251-й, тогда составили военнослужащие кадрового состава внутренних и пограничных войск НКВД СССР: тысяча человек рядового и младшего начсостава (то есть рядовых и сержантов) и пятьсот человек среднего, старшего и высшего командно-начальствующего состава (то есть офицеров) в каждой. Остальные – это военнообязанные, призванные из запаса, причём преимущественно из числа лиц, прежде проходивших срочную военную службу именно в войсках ОГПУ-НКВД.

Пролёг путь объединения через Кёнигсберг
И ещё один малоизвестный для большинства калининградцев факт: современный Московский округ внутренних войск МВД России - кровный побратим Калининграда. Доказательства тому следующие: данный округ был воссоздан на базе Центрального Оршанско-Хинганского Краснознамённого управления внутренних войск МВД России (ранее – МВД СССР), которое в свою очередь было создано в 1986 году путём реорганизации одноименной конвойной дивизии из войскового соединения в объединение. Сама же эта дивизия была сформирована в октябре 1945 года на базе 192-й стрелковой Оршанско-Хинганской Краснознамённой дивизии Красной Армии, унаследовав при этом награды и почётные наименования последней. А несколькими месяцами раньше, как известно, эта самая сто девяносто вторая стрелковая под командованием полковника (с 5 мая 1945 года – генерал-майор) Луки Басанца в составе 113-го стрелкового корпуса 39-й армии участвовала в Прибалтийской (1944) и Восточно-Прусской (1945) стратегических наступательных операциях, в том числе и в штурме города-крепости Кёнигсберг.
И ещё одна ниточка, исторически прочно связывающая Московский округ внутренних войск с нашим янтарным краем: в период с начала 1950-х годов и до ноября шестьдесят седьмого все дислоцировавшиеся на калининградской земле конвойные части внутренних войск организационно входили в состав отдельной Оршанско-Хинганской Краснознамённой конвойной дивизии МВД СССР, то есть будущего Московского округа внутренних войск МВД России.
В ходе работы над данной статьёй автору стало известно и том, что в том же октябре 1945 года и там же в Маньчжурии в соединение конвойных войск НКВД СССР была преобразована и другая стрелковая дивизия, ярко отличившаяся в ходе штурма-города крепости Кёнигсберг, - 124 стрелковая (3-го формирования). На первую половину 1945 года она, напомним, входила в состав 94-гострелкового корпуса 39-й армии. Но её боевой путь в составе внутренних войск отечественного МВД для автора пока тайна…

Имя им - Полководцы
И вторая косвенная заслуга – это целая плеяда выдающихся полководцев, военачальников и Героев, воспитанных для Красной Армии органами и войсками правопорядка. Немало их в силу сложившейся фронтовой судьбы приняло участие и в разгроме Восточно-Прусской группировки противника. Назовём лишь некоторых, как принято говорить, самых именитых. Итак:
Из числа военачальников фронтового звена:
- заместитель командующего 3-м Белорусским фронтов (25 февраля-5 апреля 1945 года одновременно – командующий Земландской оперативной группой войск) Герой Советского Союза генерал армии Иван Христофорович Баграмян (впоследствии – Маршал Советского Союза, дважды Герой Советского Союза): в декабре 1915-июле 1916 гг. – нижний чин в рядах Отдельного корпуса пограничной стражи Министерства финансов Российской Империи.
Из числа командармов:
- командующий 18-й воздушной армией главный маршал авиации Александр Евгеньевич Голованов: в 1924-1933 гг. – сотрудник органов госбезопасности и военнослужащий войск ОГПУ, в том числе в Дивизии особого назначения при Коллегии ОГПУ (будущей имени Ф.Э. Дзержинского).
Из числа комкоров:
- командир 113-го стрелкового Тильзитского Краснознамённого корпуса (39-й А 3-го БелФ) - генерал-майор Николай Николаевич Олешев: в Гражданскую войну – чекист, а с 1926 по осень 1941 гг. – военнослужащий войск ВЧК-ОГПУ-НКВД, профессиональный пограничник. Впоследствии - Герой Советского Союза, генерал-лейтенант. В состав возглавляемого им 113-го корпуса, напомним, входила и уже озвученная выше 192-я стрелковая Оршанско-Хинганская Краснознамённая стрелковая дивизия.
Среди комдивов:
- командир 307-й стрелковой Новозыбковской Краснознамённой, ордена Суворова 2-й степени дивизии (81-й ск 50-й А) – генерал-майор Василий Никитич Далматов: профессиональный пограничник, до июля 1941 года – начальник Управления пограничных войск НКВД Карело-Финской ССР;
- командир 324-й стрелковой Верхнеднепровской Краснознамённой дивизии (69-й ск 50-й А) – полковник (с 11 июля 1945 года – генерал-майор) Иван Корнилович Казак: на службе в войсках ОГПУ-НКВД с 1920-х гг. по осень 1941 года, профессиональный пограничник. Впоследствии - советский военный атташе в Польше;
- командир 343-й стрелковой дивизии (2-го формирования) 81-го стрелкового корпуса 50-й армии 3-го Белорусских фронта генерал-майор Александр Львович Кроник.
Командиры полков (но только из числа Героев Советского Союза):
- генерал-майор Анатолий Иванович Банкузов (5-я гв. сд 8-го гв. ск 11-й гв. А 3-го БелФ). Воспитанник внутренних войск. В декабре 1951-июне 1956 гг. – командир 1-й гвардейской мотострелковой Пролетарской, Московско-Минской ордена Ленина, Краснознамённой, ордена Суворова 2-й степени и Кутузова 2-й степени дивизии 11-й гвардейской армии Прибалтийского военного округа;
- полковник Николай Петрович Титов (5-я гв. сд 8-го гв. ск 11-й гв. А 3-го БелФ). Профессиональный пограничник.

Золотые Звезды ВВ и ПВ
Не менее одиннадцати воспитанников войск и органов правопорядка удостоились звания Героя Советского Союза за подвиги, совершённые в рядах Красной Армии в ходе штурма Кёнигсберга, в том числе легендарные для каждого калининградца Роман Романович Бабушкин, герой штурма 5-го форта (в послевоенный период - сотрудник уголовно-исполнительной системы, полковник внутренней службы в отставке) и Александр Евгеньевич Черёмухин, герой боёв за Кёнигсбергский зоопарк (в послевоенный период - сотрудник Курганской милиции).
Один из этих одиннадцати, младший сержант Владимир Михайлович Дровник, впоследствии погиб в боях на Земландском полуострове. Его могила находится в посёлке Взморье Светловского городского округа.
Немало бывших воспитанников войск правопорядка удостоилась в боях за Восточную Пруссию высшей награды Родины – ордена Ленина. И в их числе - 36-летний подполковник Хаим Мордухович Шкляр, командир 753-го стрелкового Минского Краснознамённого, ордена Суворова 3-й степени и Кутузова 3-й степени полка 192-й стрелковой Оршанской Краснознамённой дивизии. В период с 1931 по 1939 год этот отважный воин по комсомольской путевке проходил офицерскую службу на должностях политсостава в Минске в рядах 1-го Белорусского полка войск ОГПУ-НКВД СССР.
Его имя золотыми буквами вписано и в историю партизанского движения: в годы Великой Отечественной войны руководил в Белоруссии одним из первых на юге Гомельщины отрядов народных мстителей.
Вражеская пуля сразила подполковника 9 апреля 1945 года в момент, когда над руинами поверженного Кёнигсберга уже победно реяли красные стяги. Похоронен боевыми побратимами Хаим Мордухович был в литовском городе Кудиркос-Науместис.
Несколько (но точное число неизвестно) воспитанников и представителей органов и войск правопорядка, находясь в ходе боёв за Кёнигсберг, стали полными кавалерами ордена Славы, в том числе химинструктор 19-го артполка, а ныне генерал-майор украинской милиции в отставке Иван Семёнович Горшколепов.

Плечом к плечу с Красной Армией
Теперь вкратце о частях и соединениях НКВД СССР, принимавших участие в боях за Восточную Пруссию и об их прямых заслугах в разгроме Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск. Сразу оговорюсь, что наименования частей и соединений для удобства восприятия озвучиваются мною на момент завершающего этапа Восточно-Прусской стратегической наступательной операции. При этом, специально уточню, представленный список далеко неполный. В него включены только те в/ч, упоминания о которых удалось отыскать в открытой печати.
Управление войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта (включая одноименное управление Земландской оперативной группы войск). Начальник – генерал-лейтенант Иван Семёнович Любый. Этому управлению были подчинены:
- соединения и части внутренних войск: 57-я стрелковая дивизия внутренних войск НКВД СССР в составе 369-го, 370-го и 371-го стрелковых полков; 108-й стрелковый полк и 562-й стрелковый батальон внутренних войск НКВД СССР;
- пограничные в/ч (но не входящие в состав пограничных войск): 13-й Виленский ордена Александра Невского; 31-й и 33-й Кёнигсбергские ордена Красной Звезды; 86-й Кёнигсбергский; 132-й Минский ордена Красной Звезды (ныне – это калининградская в/ч внутренних войск) и 217-й; а также 102-я и 104-я отдельные манёвренные группы;
- а в оперативном отношении – подразделения 37-й дивизии конвойных войск НКВД СССР Управления внутренних войск НКВД СССР Белорусского округа. Данная дивизия, уточним, выполняла служебно-боевые задачи в оперативном тылу одноимённых Прибалтийских, Белорусских и Ленинградского фронтов по вооружённому этапированию вглубь освобождённой советской территории колонн с немецкими военнопленными, в том числе и захваченными в Кёнигсберге.
Отдел правительственной связи 3-го Белорусского фронта:
- 2-я отдельная ордена Красной Звезды бригада правительственной связи;
- 1-й отдельный полк правительственной связи (Земландская оперативная группа войск);
- 7-й отдельный ордена Александра Невского полк правительственной связи.
Части НКВД СССР, призванные выполнять функции радио- и радиотехнической разведки, а также осуществления радиоэлектронной борьбы:
– 3-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды дивизион специальной службы внутренних войск НКВД СССР;
- 131-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды радиодивизион ОСНАЗ (в/ч 55295);
- 226-й отдельный радиодивизион ОСНАЗ (в/ч 05369);
- 474-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды радиодивизион ОСНАЗ (в/ч 30695);
- 513-й отдельный радиодивизион ОСНАЗ (в/ч 39570).
Кроме того, при командовании 3-го Белорусского фронта с января 1945 года функционировал аппарат Уполномоченного НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте, возглавляемый лично комиссаром госбезопасности 1 ранга Виктором Семёновичем Абакумовым, начальником Главного управления военной контрразведки «Смерш» (он же -- заместитель наркома обороны СССР, то есть И.В. Сталина), а при штабе Земландской оперативной группы войск сразу два аппарата – Уполномоченного НКВД СССР по данной войсковой группе (руководитель – комиссар госбезопасности 2 ранга Иван Максимович Ткаченко) и Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии (до 10 мая 1945 года руководителя не имел, будучи в непосредственном подчинении В.С. Абакумова).
Напомню, что институт уполномоченных НКВД СССР на фронтах был создан на основании приказа НКВД СССР № 0016 от 11 января 1945 года «для обеспечения очистки фронтовых тылов действующей Красной Армии от вражеских элементов». Одновременно на занятой советскими войсками территории зарубежных государств они должны были заниматься созданием местных органов власти, а, следовательно, и вовлечением местного населения в процесс налаживания мирной жизни.
Уполномоченные НКВД СССР на фронтах имели по два штатных заместителя – одного в лице начальника фронтового управления «Смерш» и второго в лице начальника фронтового управления войск НКВД СССР. Таким, образом, заместителями у И.С. Абакумов с января 1945 года и до конца войны были генерал-лейтенанты Павел Васильевич Зеленин, начальник Управления контрразведки «Смерш» 3-го Белорусского фронта, и Иван Семёнов Любый, начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта.

Их Знамёна не запятнаны
Но прежде чем перечислить заслуги воинских формирований НКВД СССР в деле разгрома Кёнигсбергского гарнизона, необходимо сказать о том, какие задачи этими формированиями вопреки прочно бытующему даже в литературе и кино расхожему мнению никогда не выполнялись. Это – роль пресловутых заградотрядов, а также якобы функции по охране всевозможных штрафных подразделений Красной Армии. И заградотряды (а чаще всего это были именно одноимённые штатные в/ч Красной Армии, но подчинённые органам контрразведки «Смерш») и постоянный состав штрафных рот и батальонов комплектовались исключительно военнослужащими Наркомата обороны и подчинялись только командованию Красной Армии, а не войскам НКВД. Органы же «Смерш», напомню, были штатной структурой именно НКО, а не НКВД или НКГБ.
Выполнять подобные задачи войска НКВД СССР не могли уже как в силу своего боевого предназначения, так и в силу своей штатной организации. В первом случае необходимо пояснить, что охрана тыла действующей армии войсками НКВД осуществлялась методом распыления стрелковых подразделений (стрелковый батальон – погранзастава - КПП) на широком как по фронту, так и в глубину участке местности. В результате каждый пограничный или стрелковый полк ВВ «обслуживал» в среднем две соседние армии, то есть его полторы тысячи штатных штыков «размазывались» на площади от двухсот до шестисот километров по фронту и до ста километров в глубину.
Ну, а во втором случае, нельзя забывать о том, что основным звеном в войсках НКВД СССР по охране тыла действующей армии была самостоятельно оперирующая у линии фронта (то есть действующая в отрыве и нередко на большом удалении от ядра части) пограничная застава в 50 штатных штыков и лишь в редком случае – стрелковая рота, если речь идёт о стрелковом полке внутренних войск, но чаще – разведывательно-поисковая группа (как правило, это усиленный взвод) от стрелковой роты ВВ.
На совести войск НКВД СССР нет и приписываемых им отдельными псевдоисториками преступлений против человечности, совершённых якобы против немецкого населения. Доказательством тому может служить уже хотя бы сам характер специально-боевой подготовки личного состава погранполков накануне их участия в Восточно-Прусской стратегической наступательной операции. В частности, как свидетельствуют архивные документы, накануне передислокации из Прибалтики в Восточную Пруссию с личным составом этих частей были проведены трёхдневные практические занятия по темам: с помощниками начальников застав - «Организация службы на охраняемом участке» и «Ликвидация вооружённой банды, засевшей в отдельном строении»; с сержантским составом – «Порядок конвоирования задержанных»; с личным составом контрольно-пропускных пунктов и сотрудниками военно-контрразведывательного аппарата – «Ухищрения, применяемые агентурой противника с целью маскировки своей преступной деятельности в нашем тылу» и «Новые признаки распознавания поддельных документов, которыми противник снабжает своих агентов».
Одновременно политработниками во всех подразделениях были проведены партийные и комсомольские собрания с повесткой дня: «Повышение бдительности и особенности несения службы на территории Восточной Пруссии».
А непосредственно накануне 6 апреля во всех подразделениях частей войск НКВД СССР, привлечённых к участию штурма города-крепости Кёнигсберг, прошли партийные и комсомольские собрания с повесткой дня: «Задачи коммунистов и комсомольцев в период штурма города Кёнигсберг». Кроме того, политработниками и представителями партийно-комсомольского актива с личным составом были проведены беседы на темы: «Моральный облик воина-пограничника», «Кто ослабляет дисциплину и теряет бдительность, тот совершает преступление перед Родиной» и «Бдительность – наше оружие».

Вклад воинских формирований НКВД СССР, относящихся к числу правоохранительных, – войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии, аппаратов Уполномоченных НКВД СССР – на 3-м Белорусском фронте, в Земландской оперативной группе войск и по Восточной Пруссии
(но при самом тесном взаимодействии их с органами «Смерш»)
1. В период с февраля 1945 года и вплоть до завершения штурма Кёнигсберга не только надёжно защитили тыл, коммуникации войск Земландской оперативной группы плюс сам штаб генерала армии И. Баграмяна от происков гитлеровской агентуры и прочих враждебных элементов, включая диверсантов-террористов, но и обеспечили, тем самым скрытность и неотвратимость по отношению к противнику оперативно-стратегических замыслов высшего советского командования.
А это, между прочим, сотни тысяч спасённых жизней советских солдат. На языке спецслужб подобная служебно-боевая деятельность именуется борьбой со шпионажем. И в частности:
а) Уже в середине февраля части войск НКВД СССР по всему периметру осаждённого Кёнигсберга осуществили целый ряд режимных мероприятиях, в том числе и связанных с отселением из прифронтовой полосы немецкого гражданского населения. Кстати, последнее позволило советскому командованию, хотя эта задача, понятно, и не рассматривалась им тогда как первостепенная, сохранить сотни и тысячи жизней немецких граждан.
Так, например, только из полосы обороны 39-й и 43-й армии и только 31-м пограничным ордена Красным Звезды полком войск НКВД СССР, начиная с 16 февраля, было депортировано в безопасную зону 10132 человека из числа местного немецкого населения.
б) В течение февраля-марта сорок пятого удалось максимально нейтрализовать в районе Кёнигсберга активность вражеской агентуры и лазутчиков, в том числе не допустить в нашем тылу широкомасштабной партизанской войны, к развёртыванию которой, к слову сказать, нацистские власти Восточной Пруссии готовились давно и основательно. А в качестве иллюстрации – факт, почёрпнутый из Исторического формуляра уже упоминавшегося выше 31-го погранполка: в период с 26 по 30 марта 1945 года его 3-й стрелковый батальон осуществил чекистско-войсковую операцию на стыке лесных массивов «Штаатсфорст» и «Грайбен» (северо-западное предместье осаждённого Кёнигсберга), где укрывалась диверсионно-разведывательная группа противника численностью в десять человек.
Итог операции: трое вражеских лазутчиков убиты, а остальные семеро пленены, причём произошло это, когда последние, переодевшись в советскую военную форму, пытались «раствориться» в массе военнослужащих из расположенных в этом районе воинских частей 39-й и 43-й армий.
Одновременно батальон выявил и уничтожил пять принадлежавших разгромленной бандгруппе лесных бункеров, а также захватил богатые трофеи в виде сорока килограммов взрывчатки, тридцати мин, 62-х гранат (в том числе двенадцати противотанковых), двенадцати единиц огнестрельного оружия (шести автоматов, пяти винтовок и одного пистолета), ящика с запалами и взрывателями, 5800 штук различных патронов, одной радиостанции.
А это уже строки из раздела «Служба и участие в походах и боях» Исторического формуляра современного 110-го (Анадырского) пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды отряда (бывший одноимённый 33-й погранполк), «в период штурма (январь-апрель 1945 года) частями Красной Армии города-крепости Кёнигсберг, погранполк, следуя неразрывно за боевыми порядками Красной Армии, задерживал и разоружал мелкие группы противника, оставшиеся в тылу боевых порядков Красной Армии и готовящихся нанести удар в спину штурмующим частям. Принимал под охрану государственные предприятия с их материальными ценностями, а также нёс службу заграждения выходов из г. Кёнигсберг в южном и юго-западном направлениях, очищал занятые районы города от враждебного элемента.
В результате оперативно-служебной деятельности на территории Восточной Пруссии выявлены и задержаны две диверсионно-террористические группы, состоящие из подростков - членов фашистской организации Гитлерюгенд в р-не д. Поироджкен».
Напомню, что в ходе осады Кёнигсберга штаб 33-го погранполка дислоцировался в городе Лёвенхагене (ныне – посёлок Комсомольск Гвардейского района), а его стрелковые батальоны – в боевых порядках 11-й гвардейской армии.
в) Войска НКВД СССР, как тогда принято было говорить, железной рукой навели революционный порядок в оперативном тылу действующей армии. Так, только служебными нарядами всё того же 31-го погранполка и только в период с 16 февраля по 19 апреля 1945 года (но без учёта участия его личного состава в штурме Кёнигсберга) на Земландском полуострове, в непосредственной близости от предместий Кёнигсберга было выявлено и задержано 3213 человек и, в том числе: германских подданных, уклонившихся от мобилизации в немецко-фашистскую армию, – свыше 990; членов нацистской партии – 662; дезертиров из рядов Красной Армии – 153; советских военнослужащих, отставших от своих частей, - свыше 60; членов фолькштурма – 18; агентов вражеской разведки – 8; изменников Родины – 2; граждан иностранных государств – свыше 27; советских граждан, пребывавших на территории Восточной Пруссии в немецком рабстве, - свыше десяти.
2. Уполномоченный НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте комиссар госбезопасности 1 ранга В.С. Абакумов и его аппарат, поскольку это была их исключительная прерогатива, ещё в конце марта организационно оформили и сформировали будущие советские военные комендатуры Кёнигсберга, призванные заниматься делами гражданского управления.
Эти комендатуры, как известно, развернули свою созидательную работу уже в первые часы после официальной капитуляции гарнизона Кенигсберга, чем прочно вошли в добрую память и местного немецкого населения, и современных калининградцев.
3. Войска НКВД СССР и три оперативные группы аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии непосредственно участвовали в боевых действиях по овладению советскими войсками столицей Восточной Пруссии - Кёнигсбергом.
Двигаясь сразу за цепями пехоты, а в ряде случаев – и впереди них, Кёнигсберг штурмовали:
- погранполки: 13-й Виленский (в полосе 39-й армии), 31-й ордена Красной Звезды (в полосе 11-й гв. и 50-й армий), 33-й ордена Красной Звезды (в полосе 11-й гв. армии), 86-й (в полосе 43-й и 50-й армий), 132-й Минский (с рассвета 9 апреля – в полосе 11-й гв. армии) и 217-й (охрана тыла по периметру города и выполнение военно-конвойных функций по отношению к немецким военнопленным);
- манёвренные группы пограничных войск: 102-я и 104-я (но сектора, в которых они действовали, пока неизвестны);
- части внутренних войск: 108-й стрелковый полк ВВ НКВД СССР (подробности его боевой деятельности также пока неизвестны);
- три сводных чекистско-войсковых отряда (по одному в полосе наступления 11-й гвардейской, 43-й и 50-й армий) аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Говоря современным языком, эти отряды выполняли роль своеобразного чекистско-войскового спецназа.
Задачи, которую в ходе штурма выполняли все эти правоохранительные формирования. Это - захват и дальнейшее сохранение особо важных документов и объектов вражеских органов управления и разведки; выявление и захват тех немецких военнослужащих и нацистских чиновников, чьи показания могли потенциально представлять повышенный оперативный интерес; ликвидация остававшихся в нашем тылу очагов вооружённого сопротивления; охрана главных коммуникаций наступающих войск, выполнение военно-конвойных функций и, наконец, поддержание, как тогда было принято говорить, железного революционного порядка в непосредственном тылу наступающих советских подразделений (т.е. пресечение фактов дезертирства, мародёрства, издевательств над гражданским населением и военнопленными и т.д.).
Краткая (но имеющая документальное подтверждение) хроника:
13-й погранполк. В ходе штурма захватил в плен около двух тысяч фашистских солдат и офицеров.
33-й погранполк. В боевых цепях пехота 11-й гвардейской армии действовали пограничные заставы из его 1-го и 2-го стрелковых батальонов. Их главной задачей было немедленно брать под свою надёжную охрану главные коммуникации наступающих войск, а также отбитые у противника промышленные предприятия и административные здания, причём как принадлежащие военным, так и гражданских органам управления фашистской Германии. Так, пограничная застава младшего лейтенанта Мацюка из состава 1-го стрелкового батальона капитана Трофимова, не дожидаясь окончания в этом районе города уличных боёв, броском преодолела зону интенсивного огня противника и достигла здания государственного банка. В результате последний оказался захваченным ею со всеми находившимися внутри ценностями и денежно-валютными запасами.
Пограничная застава лейтенанта Шемчёнка безупречно организовала комендантскую службу на одной из главных коммуникаций 11-й гвардейской армии, чем надёжно защитила войсковой тыл наступающих на этом участке частей от любых внезапных нападений. Одновременно в течение двух первых дней штурма подчинённые этого доблестного офицера выявили и пленили в зоне своей ответственности 58 уже успевших переодеться в цивильную одежду вражеских солдат и офицеров, а также 69 человек из числа государственных чиновников и членов нацистской партии.
Пограничная застава лейтенанта Чуклинова, двигаясь сразу за спинами пехотинцев, в условиях тяжёлых уличных боёв выявила и пленила 1845 спрятавшихся от надвигающегося возмездия в подвалах, подземных коммуникациях и на чердаках гитлеровцев, среди которых оказалось и немало власовцев.
Пограничная застава старшего лейтенанта Маврина, действуя в оперативном тылу 36-го гвардейского стрелкового корпуса, на отбитых у противника улицах автоматным и гранитным огнём оперативно зачищала дома, в которых продолжали сохраняться очаги вооружённого сопротивления. Только пленными противник тогда потерял от её решительных действий 778 человек, в том числе 82 офицеров.
Всего 33-м погранполком в ходе штурма Кёнигсберга было пленено свыше трёх тысяч вражеских военнослужащих. Кроме того, были изобличены и задержаны сто восемьдесят пять членов нацистской партии и иных организаций фашистского толка, четверо вражеских агентов, два диверсанта и один полицейский.
132-й погранполк. В Кёнигсберг, совершив марш района замка Бальга, воины это части вошли на рассвете 9 апреля. Задача, которую получили от вышестоящего командования, - произвести зачистку юго-восточных кварталов Кёнигсберга, включая Понарт, от продолжающих здесь вооружённое сопротивление мелких разрозненных подразделений противника. Одновременно во взаимодействии с чекистами в кратчайший срок осуществить массовую фильтрацию гражданского населения этих городских кварталов, в том числе и в отношении выявленных здесь советских поданных.
Результат этой работы: среди десятков других военных преступников, изобличён личный секретарь Эриха Коха, гауляйтера Восточной Пруссии. Его выявили и задержали бойцы 13-й пограничной заставы. Нацист укрывался в большой группе мирных жителей Понарта, выдавая себя при общении с советскими солдатами за ярого антифашиста.
Воины же 1-го стрелкового батальона в потоке освобождённых из фашистского рабства советских граждан, возвращавшихся теперь с чужбины на Родину, вычислили и задержали гитлеровского агента с 30-летним стажем шпионской деятельности. Русским языком он владел в совершенстве, поскольку долге годы своей жизни на нелегальном положении провёл в Москве, Ленинграде и Харькове. По своему прямому предназначению использовался немецким командованием и сейчас – как разведчик-«нелегал» направлялся обратно на территорию Советского Союза.
4. Дата, напрочь забытая историками из Калининграда, а, вероятней всего, им просто неизвестная: с 11 по 19 апреля 1945 года войсками НКВД СССР с целью окончательного подавления вооружённого сопротивления гитлеровских войск, отказавшихся признать акт капитуляции, была произведена широкомасштабная зачистка Кёнигсберга. Фактически это был второй штурм Кёнигсберга!
Для этого комиссаром госбезопасности 1 ранга В.С. Абакумовым и генерал-лейтенантом И.С. Любым были привлечены:
- три погранполка: 31-й (действовал в центральном секторе правобережной части города - от современного проспекта Мира до улица Гагарина); 33-й (западный сектор левобережной части - от Понарта до современной улицы Киевская); 86-й (западный сектор правобережной части - от Метгетена до современного проспекта Мира);
- от внутренних войск - 57-я стрелковая дивизия ВВ НКВД СССР: весь восточный сектор по обоим берегам Прегели – от современной улицы Киевской до улицы Гагарина.
Как свидетельствуют архивные документы, только личным составом 31-го погранполка в течение тех восьми суток было захвачено и пленено в общей сложности 1555 солдат и офицеров противника, а также выявлено, обезврежено и передано в руки военных контрразведчиков 495 военных преступников, в том числе 194 члена вооружённых отрядов фолькштурма, 35 членов нацистской партии, пять сотрудников гестапо и один представитель вооружённых отрядов СА. При этом у пленённых было изъято на правах трофеев 2783 винтовки и карабина, 203 пулемёта,15 автоматов, 18 ящиков с гранатами, одна радиостанция.
В ходе зачистки города нередко имели место боестолкновения с нежелающими сложить оружие разрозненными группами гитлеровцев. В частности, как следует из Исторического формуляра всё того же 31-го погранполка, 6-й пограничной заставы, возглавляемая лично начальником данной погранзаставы лейтенантом Лейзером Ханимовичем Бродецким, в подземном переходе через подвалы домов по улице Шонштрассе (ныне – улица генерала Соммера на стыке её с улицей Пролетарской) подверглась нападению из засады.
Пограничники заняли оборону. В ходе завязавшейся огневой дуэли им удалось ответным огнём уничтожить двух гитлеровцев – офицера и солдата. Но поскольку превосходство в численности было у противника (не менее сотни штыков), а также в силу наличия двух раненных - лейтенант Л.Х. Бродецкий (получил смертельное ранение) и ефрейтор Солоницын (был легко ранен) - РПГ была вынуждена отступить. Через некоторое время, когда данный район оказался со всех сторон плотно блокированным 6-й заставой, схватка в подземелье продолжилась. На сей раз разведывательно-поисковой группе с помощью массированного применения в ближнем бою пулемётов и ручных осколочных гранат удалось достаточно быстро сломить отчаянное сопротивление противника, но вот, однако, продвинуться вглубь подземелья ей помешал внезапно вспыхнувший здесь от разрывов гранат пожар. Но он-то, этот самый пожар, и выполнил за пограничников их боевую работу – беспощадно уничтожил засевших в подземелье фашистов, а также находившийся при них солидный арсенал: кто-то из врагов погиб в огне и дыме, а кто-то от взрывов начавших детонировать в жарком пламени бессчётных ящиков с боеприпасами…
Говоря по-другому, враг дорого заплатил за смерть лейтенанта Л.Х. Бродецкого. На поверхность в разных местах Шонштрассе и прилегающих к ней улочек чудом удалось тогда выбраться не больше чем трём десяткам солдат противника, но они все тут же были выявлены, обезоружены и пленены нарядами 6-й пограничной заставы.

II. Вклад воинских формирований НКВД СССР, не относившихся к числу карательных, – органы и части правительственной связи, радиодивизионы ОСНАЗ и дивизионы специальной службы внутренних войск
а) Органы и части правительственной связи окончателньо вошли в состав НКВД СССР в январе 1943 года. Здесь были призваны заниматься строительством, восстановлением, эксплуатационным обслуживанием и охраной всех магистральных линий, используемых для правительственной ВЧ-связи между Ставкой Верховного Главнокомандующего и штабами фронтов и армий.
К сожалению, данная тема в бытность существования Советского Союза во многом была закрытной, в силу чего фамилии героев-связистов НКВД и документальные свидетельства их подвигов ещё ждут своих заинтересованных исследователей. Практически неизвестны они и мне, поэтому ограничусь констатацией факта, который удивит даже уважаемых ветеранов 11-й гвардейской армии: наш калининградский Центр правительственной связи, который существует и сегодня, но уже под эгидой Федеральной службы охраны РФ, был создан в ноябре 1945 года именно на базе узла правительственной связи легендарной для каждого из калининградцев 11-й гвардейской армии.
б) Радиодивизионы ОСНАЗ (а в ряде случаев отдельные из них именовались дивизионами специальной службы внутренних войск) осуществляли радиоперехват и глушение выходивших в эфир радиостанций противника.
В составе внутренних войск созданы были на основании приказа НКВД СССР № 002509 от 3 ноября 1942 года путём приёма из Главного разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии полевых управлений специальной службы и радиоподразделений особого назначения (ОСНАЗ).
Согласно Постановлению Государственного Комитета Обороны СССР от 16 декабря 1942 года, в составе внутренних войск НКВД СССР были сформированы радиодивизионы мешающего действия по забивке радиостанций противника на поле боя.
Как следует из материалов открытой российской печати, каждый радиодивизион ОСНАЗ организационно состоял из трёх передвижных радиоцентров и узла связи. Вооружение: 8-10 автомобильных радиостанций типа РАФ-КВ, предназначенных для постановки радиопомех, 18-20 разведприёмников типа «Вираж» и «Чайка», четыре радиопеленгатора типа 55 ПК-3А и «Штопор».
На вооружении 131-го отдельного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды радиодивизиона ОСНАЗ (в/ч 55295) 3-го Белорусского фронта, кроме того, имелась мощная станция радиопомех «Пчела», установленная на железнодорожной платформе и предназначавшаяся для противодействия самолётным радиокомпасам противника.
Станции радиопомех располагались обычно в 20-30 км от переднего края и в 3-5 км - от радиоприёмного центра дивизиона. Задача – ведение круглосуточного наблюдения за основными радиосетями противника с целью выявления основных и запасных частот вражеских радиостанций, мест расположения этих самых радиостанций, их войсковой принадлежности и режимов работы, а в последующем – и подавления путём выставления мощных радиопомех в эфире.
Части, входившие в состав 3-го Белорусского фронта, сыграли исключительную роль в большинстве из боевых операций, проводившихся высшим советским командованием в Восточной Пруссии, в том числе и в штурме города-крепости Кёнигсберг. Об этом, в частности, свидетельствуют признания сделанные в советском плену командующим войсками Кёнигсбергского гарнизона генералом от инфантерии Отто Ляшем: «В результате ужасающей артиллерийской подготовки проводная связь в крепости была выведена из строя. Я надеялся на радиосвязь с Курляндией, с Земландской группировкой войск и с Центральной Германией. Но эффективные действия забивочных радиосредств русских не давали возможности использовать радиосредства для передачи радиограмм, и мои действия не могли координироваться ставкой верховного главнокомандования. Это послужило одной из причин моей капитуляции».
Известно, например, что только 131-му и 226-му отдельным радиодивизионам ОСНАЗ, действовавшим накануне штурма Кёнигсберга в полосе обороны Земландской оперативной группы войск 3-го Белорусского фронта, удалось эффективно заглушить 175 имевшихся в противодействовавших частях противника радиостанций и это несмотря на то, что те пытались вести работу в тридцати радиосетях и на трёхсот радиочастотах! Всего же по Кёнигсбергской группировке войск противника радиодивизионами ОСНАЗ был сорван приём около 1200, а по Земландской - 1000 радиограмм.
Из открытой печати известен и такой факт: в течение первых суток штурма советскими войсками города-крепости Кёнигсберг главная радиостанция окружённого гарнизона пыталась последовательно вести передачи на сорока трёх частотах, но во всех случаях совершенно безуспешно, ибо каждая новая частота тут же забивались советскими средствами радиоэлектронной борьбы.
Остаётся добавить, что именно радиостанциями радиодивизионов ОСНАЗ во второй половине 9 апреля 1945 года на частотах немецких раций открытым текстом был выдан в эфир приказ генерала О. Ляша о безоговорочной капитуляции.
В послевоенный период радиодивизионы ОСНАЗ были переданы из МВД СССР: частично - в Комитет государственной безопасности при Совете Министров СССР, но основная масса – в подчинение Главного разведывательного управления Генерального штаба Советских Вооружённых Сил.

«КЁНИГСБЕРГСКИЕ» ЧАСТИ НКВД СССР
Приказом Верховного Главнокомандующего № 084 от 17 мая 1945 года «за образцовое выполнение заданий командования в боях с фашистскими захватчиками при овладении городом и крепостью Кёнигсберг и проявленные при этом доблесть и мужество» воинского почётного наименования «Кёнигсбергские» были удостоены девяносто восемь объединений, соединений и воинских частей советских Вооружённых Сил, в том числе шесть от Наркомата внутренних дел СССР. Это:
– 3-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды дивизион специальной службы внутренних войск НКВД СССР (командир – майор Чернов Геннадий Сергеевич);
- 131-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды радиодивизион ОСНАЗ (командир – подполковник Петров Владимир Алексеевич);
- 474-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды радиодивизион ОСНАЗ (командир – подполковник Серёгин Иван Кондратьевич);
- 31-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР (командир - подполковник Котов Сергей Николаевич);
- 33-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР (командир – майор Зотов Николай Константинович);
- 86-й пограничный Кёнигсбергский полк войск НКВД СССР (командир – майор Марихин Павел Аполлонович).
По воинским формированиям НКВД СССР данный приказ Верховного Главнокомандующего был объявлен приказом № 0132 от 24 мая 1945 года генерального комиссара госбезопасности Л.П. Берия.
В настоящий момент в пограничной службе ФСБ России существуют две воинские части, носящие воинское почётное наименование «Кёнигсбергская». Это:
- 95-й пограничный Кёнигсбергский ордена Ленина и Красной Звезды отряд Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области. (В качестве справки: на основании приказа МВД СССР № 0080 от 23 марта 1956 года в связи со слиянием двух пограничных отрядов - 95-го ордена Ленина и 24-го Кёнигсбергского ордена Красной Звезды путём расформирования последнего - воинское почётное наименование «Кёнигсбергский» и боевая награда в лице ордена Красной Звезды № 897635 бывшего 31-го погранполка (с 12 октября 1945 года – 115-й, а с 12 декабря 1946 года – 24-й одноимённый погранотряды) были унаследованы 95-м погранотрядом.);
- 110-й (Анадырский) пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды отряд Северо-Восточного пограничного управления береговой охраны ФСБ России. (В качестве справки: данный отряд - это бывший 33-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР.)
Что же касается информации о послевоенной истории 3-го отдельного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды дивизиона специальной службы внутренних войск НКВД СССР и двух отдельных (131-м и 474-м) Кёнигсбергских ордена Красной Звезды радиодивизионах ОСНАЗ, то её в открытой литературе отыскать не удалось.

В ЧЁМ ОНИ «ПРОВИНИЛИСЬ»?
На Стене Славы, что в калининградском Парке Победы, сегодня выбиты наименования всех без исключения объединений, соединений и воинских частей РККА и ВМФ, но при всём этом абсолютно отсутствует список даже тех в/ч НКВД СССР, которые удостоились от Верховного Главнокомандующего воинского почётного наименования «Кёнигсбергские».
Подобный с позволения сказать «избирательный» подход калининградских чиновников к славной истории нашего с вами Отечества более чем неправеден, поскольку во всём без исключения оскорбителен и аморален. Оскорбителен и аморален, в том числе и потому, что оскверняет собой светлую благодарную память нашего народа о тех солдатах и офицерах войск правопорядка, которые наравне со своими боевыми побратимами из частей Красной Армии сражались за этот город и погибли здесь, также честно и до конца, как и их побратимы из РККА и ВМФ, исполнив при этом свой конституционный и воинский долг.
Так в чём они, эти солдаты и офицеры, волею судьбы носившие при жизни зелёные или васильковые фуражки, «провинились» перед калининградцами и собственной страной!? Почему их здесь у нас, на земле российского форпоста в Западной Европе, кто-то вдруг с кондачка лишил права на людскую скорбь и вечную благодарность потомков?!
В свете современных политических веяний мы подобным образом сегодня не относимся даже к бывшим врагам – немецким фашистам, - возводя едва ли не в самом центре Калининграда в память о последних обширное военно-мемориальное кладбище…
Так давайте же воздадим долг памяти и представителям погибших за наш город военнослужащим ПВ, ВВ, войск правительственной связи и радиодивизионов ОСНАЗ.
Nick
Я не историк и буду пересказывать слухи ... Поэтому прошу относиться к нижеизложенному с определенной долей скептицизма.

На краю пос. Железнодорожный, известной Вороньей слободке Черняховска, есть лес, носящий гордое название Орлиный. Хороший такой лес, я бы сказал веселый. Около моста через ручей стоят развалины нескольких зданий, пожожих на боксы для хранения техники. Старожили рассказывали, что на этом месте сразу после войны стояла восковая часть КА. Странным образом в части пропадали часые и якобы разгадка этой таны была всеьма трагична - по подземным коммуникациям на территории части проникали недобитые фашисткие выродки и убивали краснояармейцев.
sobkor
Дыма без огня не бывает. Хотя не исключено и банальное дезертирство. Из нашей армии всегда бегали толпами - как в военный период, так и в мирный. И это - факт...
sobkor
Ниже – отрывок из статьи, написанной мною специально для сборника «Калининградская милиция. Очерки, воспоминания, документы, 1946-2001 гг.» (Калининград, ФГУИПП «Янтарный сказ», 2001. – 348 с., 3000 экз.).
Юрий РЖЕВЦЕВ.

ИМЯ ИМ – СОЛДАТЫ ВОЙСК ПРАВОПОРЯДКА!
Историческая несправедливость – инициаторы строительства в Калининграде Парка 55-летия Победы забыли (а, может быть, не посчитали нужным?) навечно, наряду с десятками и сотнями соединений и частей Красной Армии и Военно-Морского флота, отличившимися при штурме города-крепости Кенигсберг, увековечить здесь в камне еще и наименования не менее отличившихся в тех же боях в/ч войск НКВД СССР. А ведь только воинского почетного наименования «Кенигсбергские», напомним, в 1945 году были удостоены 3-й отдельный ордена Красной Звезды дивизион специальной службы внутренних войск НКВД СССР, 131-й и 474-й отдельные ордена Красной Звезды радиодивизионы ОСНАЗ, 31-й, 33-й и 86-й пограничные (первые два – ордена Красной Звезды) полки войск НКВД СССР. Беспримерное мужество и героизм проявили в ходе Восточно-Прусской операции военнослужащие и многих других частей и соединений войск НКВД СССР. Расскажем об этом лишь вкратце…
Вступление Красной Армии на территорию Восточной Пруссии было ознаменовано усилением фронтовых группировок войск НКВД СССР. Произошло это на основании постановления Государственного комитета обороны СССР от 18 декабря 1944 года «Об охране тыла и коммуникаций действующей армии на территории Восточной Пруссии, Польши, Чехословакии, Венгрии и Румынии». Так, в частности, в соответствии с этим постановлением к середине января сорок пятого были сформированы 57-я (командир – гвардии полковник Барладян) и 63-я (командир – полковник Игнатов) стрелковые дивизии внутренних войск НКВД СССР. Первая в составе 369-го, 370-го и 371-го стрелковых полков приступила к выполнению оперативно-боевых задач в полосе ответственности 3-го Белорусского фронта, а вторая в составе 32-го, 145-го и 273-го стрелковых полков – 2-го Белорусского. Численность каждой – пять тысяч человек.
Как свидетельствуют архивные документы (а в данном случае это письменный, датированный августом 1945 года, доклад комдива-63 в Главк внутренних войск НКВД СССР), «…формирование дивизии происходило в условиях беспрерывного движения вперёд, большой разбросанности частей и подразделений, при выполнении задач по охране тыла Красной Армии и очистке его от вражеских элементов. Процесс формирования дивизии не отразился на оперативной работе и, невзирая на сложность обстановки, формирование закончено было в срок…
Основным способом передвижения личного состава были пешие походные порядки. В зимнюю стужу и весеннюю распутицу части дивизии не срывали графика движения и прибывали к месту назначения всегда в установленное время…
Полки следовали непосредственно за боевыми порядками армий, части подразделений вместе с передовыми частями врывались в города Восточной Пруссии, Померании, Гдыню и своей служебной деятельностью обезоруживали вражеские элементы, не допустив ни одного случая диверсионного акта в тылу наступающих частей, наводя революционный порядок в тылу».
Основная форма участия личного состава частей войск НКВД по охране тыла действующей армии в боевых операциях обслуживаемых фронтов - прочесывание (или, говоря современным языком, зачистка) населенных пунктов и лесных массивов, а также несение гарнизонной службы. О том, насколько жизненно необходимо было присутствие во фронтовой полосе воинов в краповых погонах, наглядное представление дают следующие строки из справки Главного управления внутренних войск НКВД СССР об оперативной обстановке на территории Восточной Пруссии и Румынии в период с 1-15 апреля 1945 года: «На территории Восточной Пруссии скрывается большое количество вражеских солдат и офицеров и членов фашистских организаций, оставленных в тылу Красной Армии для диверсионной и террористической деятельности и формирования бандгрупп из солдат и офицеров противника, не успевших отступить вместе со своими частями, и местных жителей.
Все эти лица имеют оружие, боеприпасы и радиоприемники.
Численность этих контингентов велика, так – за отчетный период частями 57 и 63 сд задержано солдат и офицеров противника 3010.
Со стороны бандгруппировок имеют случаи вооруженных нападений на одиночных военнослужащих Красной Армии…».
Непосредственно на Земландском полуострове, как уже говорилось выше, действовала 57-я стрелковая дивизия внутренних войск НКВД СССР. Вот краткая хроника оперативно-боевой и служебной деятельности ее личного состава за зиму-весну 1945 года.
7 февраля. 3-й взвод 3-й роты 371-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР в районе приграничного к Германии литовского населенного пункта Симно-Буцуны в ходе зачистки местности напоролся на засаду. Фашисты вели огонь из двух сараев и двух дзотов. Несмотря на то, что преимущество было явно на стороне противника, командир взвода лейтенант Помазанский принял решение атаковать, не дожидаясь подхода подкрепления. В результате умелого маневра и высокой боевой выучки личного состава взвода гитлеровцы были разгромлены: пятеро убиты, а девять человек взяты в плен. С нашей стороны обошлось без потерь.
12 февраля. Все тот же взвод лейтенанта Помазанского в районе Бенксдорфа в ходе ожесточенного боя ликвидировал две вооруженные группы военнослужащих вермахта, которые укрывались от советских войск в тщательно замаскированных подземных бункерах. Трофеями взвода стали 30 винтовок, 20 автоматов, 4 станковых пулемета, 2000 патронов, а также автомашина. В ходе этой операции выпало отличиться самому лейтенанту и двум его подчиненным - рядовым Крейтору и Шевцову.
14 февраля. Разведывательно-поисковая группа 369-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР вступила в бой с диверсионным подразделением врага, которое, засев в бетонных колпаках, кинжальным огнем перекрыло движение на оживленной автомагистрали, пролегающей в окрестностях населенного пункта Бархерстдорф (20 км северо-западнее современного польского городка Орнета). Потери противника: двое убито, двое ранено, пятеро предпочли сдаться на милость победителя. Потери РПГ: ранено двое военнослужащих…
6 апреля. В окрестностях Гросс-Розинско также выявлена и уничтожена диверсионная группа. Ее возглавлял гауптман Шенк. В ходе боя убито трое диверсантов, в том числе и сам Шенк. Захвачено три винтовки, автомат, пистолет и 486 патронов.
В этот же день и здесь же в хорошо замаскированном схроне обнаружена и пленена сотня до зубов вооруженных солдат и офицеров вермахта.
7 апреля. 5-я рота 371-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР, которой командовал офицер Сундеев, в окрестностях все того же Гросс-Розинско вступила в бой с диверсионным подразделением фашистов, в результате которого со стороны сопротивляющихся убиты двое офицеров и двое солдат, а еще семнадцать взяты в плен. К сожалению, не обошлось без потерь со стороны воинов в краповых погонах – смертью героя погиб рядовой Шешин.
21 апреля. В районе Велау (ныне п. Знаменск Гвардейского района) личным составом 8-й роты 370-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР ликвидирована крупная диверсионно-бандитская группа: двое немцев убиты и 23 пленены. В боестолкновении отличились рядовые Балагуров и Андреев…
В период с 7 по 11 апреля, когда была проведена широкомасштабная операция по зачистке Восточной Пруссии, военнослужащими 57-й стрелковой дивизии войск НКВД СССР в районах, где еще совсем недавно проходили оборонительные рубежи противника, обнаружено и взято под охрану большое количество поспешно брошенных при отступлении взрывчатых веществ. В частности, южнее города Ликк (ныне – польский Элк) выявлен заминированный и подготовленный к взрыву склад с боеприпасами, в котором находились 20 тонн тола, 20 тысяч противотанковых и 7 тысяч противопехотных мин, 10 тысяч сигнальных ракет, 7 тысяч метров бикфордова шнура и большое количество капсюлей-детонаторов. Тол впоследствии дивизионными саперами израсходован на разрушение оставшихся после немцев дотов, а остальное трофейное имущество сдано военному коменданту.
Но это еще не все – воинам пятьдесят седьмой выпало в те самые дни предупредить беду, которую потенциально несло в себе и химическое оружие, – одно из самых страшных в тот период по своим поражающим свойствам: на окраине Фюрстенвальде в замаскированной яме ими было обнаружено двадцать два 1,5-литровых баллона с жидкими отравляющими веществами и сто восемьдесят пять баллонов – с твердыми. Еще 13 ящиков с жидкими и твердыми ОВ были извлечены из тайника в районе населенного пункта Ешиновиц. Командованием дивизии немедленно были приняты все необходимые меры по надежной охране и вывозу этих смертоносных для всего живого находок в безопасное место, что, специально уточним, позволило, помимо всего прочего, предотвратить вполне реальную угрозу их непроизвольной разгерметизации…
Кроме того, как свидетельствуют архивные документы, в период с января по 15 июня 1945 года военнослужащие 57-й стрелковой выявили и обезвредили в тылу войск 3-го Белорусского фронта 877 вражеских агентов,17 из которых, как потом выяснилось в ходе следствия, оказались особоопасными диверсантами и террористами. От неминуемого и скорого разоблачения представителей антисоветского подполья и бандгрупп не были способны избавить никакие изощренные коварство и изворотливость, ибо, говоря словами одного из документов тех лет, у воинов пятьдесят седьмой «в процессе борьбы за выкорчевывание остатков гитлеровской агентуры… значительно повысилась большевистская бдительность, укрепилось чекистское мастерство, умение разоблачать врага, в какие бы одежды он ни рядился». Так, коммунист младший сержант Мажетов из 369-й стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР обезвредил опасную немецкую шпионку только благодаря хорошей наблюдательности. Произошло это в момент выполнения им оперативного задания. Проверяя в одном из населенных пунктов личности местных жительниц, Мажетов сумел уловить фальшь в поведении немки, якобы страдающей от раны ноги и в связи с этим опять же якобы не способной отвечать на вопросы о себе. Чтобы развеять зародившиеся сомнения, приказал разбинтовать ногу. Той ничего не оставалось, как подчиниться. Разумеется, никакой «кровоточащей раны» под повязкой не оказалось. Уже в ходе следствия выяснилось, что младшим сержантом Мажетовым задержана не просто шпионка, а еще, вдобавок, и активный член нацистской партии.
Комсомолец младший лейтенант Камалов из 371-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР в ходе одной из операций по зачистке местности обратил внимание на подозрительно лежащий посредине поля одиночный валун: размер последнего отнюдь не внушительный, а потому странно, что крестьяне его не убрали, как мешающий земледелию. Обхватив, приподнял его, а под ним - лаз в добротный, построенный из досок, подземный схрон, в котором в тот момент укрывалась диверсионно-террористическая группа противника, имевшая в своем распоряжении для связи с разведцентром радиопередатчик.
Завершая повествование относительно 57-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР, необходимо сказать, что в июне 1945 года командование 3-го Белорусского фронта отметило боевыми орденами и медалями 212 ее наиболее отличившихся в ходе боевой службы бойцов и офицеров.
А теперь немного о 63-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР. Как отмечено в оперативной сводке ее штаба за период с 15 по 31 марта 1945 года: «…Части дивизии осуществляли службу по очистке тыла фронта в условиях непрерывного и успешного наступления Красной Армии на Запад.
С выходом Красной Армии к побережью Балтийского моря некоторые подразделения частей дивизии (штаб 32 сп, 2/32 сп, 2/273 сп, 3/273 сп) несли службу в условиях непосредственного воздействия артиллерии противника.
На некоторых участках фронта противник отходил неорганизованно, бросая в большом количестве военную технику и имущество. Мелкие группы и отдельные солдаты и офицеры разбитых частей врага, не успевшие отступить со своими частями, скрываются в лесах, заброшенных хуторах, в городах и других населенных пунктах. Ими особенно изобилует прибрежная полоса Балтийского моря в районах Путциг, Гдыня, Цоппот, Олива, Данциг. За полмесяца частями дивизии задержано: солдат противника – 1513, офицеров противника – 25…».
К началу мая Победного сорок пятого в зоне ответственности частей и подразделений 63-й дивизии находились уже северная часть Польши, Восточная Пруссия, Северная Померания и Бранденбургская провинция Германии. Однако наиболее сложной в оперативном отношении оставалась ситуация именно на стыке границы Восточной Пруссии с Польшей. Вот как об этом говорится в оперативной сводке штаба названного соединения за 15-30 апреля 1945 года:
«На участке дивизии было зарегистрировано восемь случаев бандпроявлений. Из них все восемь случаев – нападение на военнослужащих Красной Армии. В результате: шесть убитых и два раненых. Районы происшествий: Макер, Лабен, Швеслинг, лес севернее Геритц, Куссеров, Лауенбург.
Банддействия проявляются мелкими группами солдат противника, оставшихся в нашем тылу после разгрома немецкой армии… За вторую половину апреля выловлено 654 солдата противника. Противник оставил и забрасывает в настоящее время в тыл фронта свою агентуру. Состав агентуры разнообразен: мужчины, женщины, подростки…».
За период (начиная с 20 января 1945 года) участия 63-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР в боях Великой Отечественной войны командование 2-го Белорусского фронта удостоило орденов и медалей 434 ее военнослужащих, а 273-му стрелковому полку было присвоено воинское почетное наименование «Гданьский»…
Юрий РЖЕВЦЕВ.
Nick
Это что - пример фанатизма немецких солдат или заранее спланированные мероприятия немецкого командования?
sobkor
Немцы в данном случае уже сражались за Родину, а отсюда фанатичное упорство и беспримерная по коварству и жестокости изощрённость. И всё это было помножено на тот факт, что гитлеровское командование заранее и всерьёз побеспокоилось о развёртывание в тылу советских войск на территории Германии широкомасштабной партизанской войны...
Nick
И когда последних взяли?
sobkor
Точно неизвестно, но борьба против подполья велась на протяжении нескольких лет. Некоторые известные мне подробности - чуть позже, когда время подойдёт разместить на данном форуме хронику аппарата Уполномоченного НКВД (МВД)-НКГБ (МГБ) СССР по Восточной Пруссии. Пока же хочу "выложиться" по в/ч войск НКВД-МВД-МГБ СССР...
sobkor
Начинаю знакомить заинтересованных лиц с боевой летописью наиболее прославившихся в боях за Восточную Пруссии в/ч войск НКВД СССР. Авторство моё.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

МИНСКИЙ ОРДЕНА КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ БАТАЛЬОН ВНУТРЕННИХ ВОЙСК МВД РОССИИ, одна из наиболее прославленных воинских частей пограничных и внутренних войск, воинская часть внутренних войск МВД России Калининградского военного гарнизона.
Полное официальное наименование - N-й отдельный специальный моторизованный Минский ордена Красной Звезды батальон внутренних войск МВД России N-й бригады внутренних войск МВД России Северо-Западного округа внутренних войск МВД России (в/ч 3932).
Свою родословную ведёт от 132-го пограничного полка войск НКВД СССР. Последний был сформирована в апреле 1943 года в подмосковном городке Боровске (ныне – в составе Калужской области) из числа бывалых фронтовиков - солдат, сержантов и старшин, прошедших лечение в госпиталях и теперь прибывших в Боровск в составе маршевых рот и батальонов Западного фронта. Созданием и сколачиванием новой части занимался её первый командир - подполковник Павел Моисеевич Руденко.
Штатное расписание – такое же, как и в большинстве других погранполков, входивших в состав войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии: помимо штаба, подразделений боевого обеспечения и тыла, три стрелковых батальона по пять линейных застав и одной резервной в каждой плюс собственный в каждом из батальонов контрразведывательный аппарат (всего в батальоне 370 человек командно-начальствующего и рядового состава), манёвренная группа (148 человек) и противотанковый взвод (два 45-мм орудия). Общая численность - около 1400 человек.
29 апреля 1943 года на основании соответствующей грамоты, подписанной «всесоюзным старостой» Михаилом Калининым полку было вручено Боевое Красное Знамя. С тех пор эта дата – ежегодно празднуемый День части.
Боевое крещение 132-й пограничный полк войск НКВД СССР принял летом всё того же 1943 года. Произошло это на подступах к городу Спас-Деменск современной Калужской области. Рассредоточившись на широком фронте, он взял тогда под свою надежную охрану тылы и коммуникаций сразу двух общевойсковых армий Западного фронта – 11-й гвардейской и 33-й.
Первые потери полк понёс ещё до начала ставшей впоследствии знаменитой Смоленской стратегической наступательной операции: 10 июня 1943 года погиб 45-летний красноармеец-стрелок Алексей Григорьевич Лисов, уроженец села Чаадаевка Муромского района Владимирской области, а 1 августа на линии административной границы Калужской области со Смоленской - 48-летний сержант Яков Минеевич Перевозчиков, уроженец современной Нижегородской области.
Впоследствии уже на Смоленской земле погибли не менее четырнадцати военнослужащих, в том числе один офицер - 5 декабря 1943 года майор Дмитрий Григорьевич Ануфриев, командир одного из трёх штатных стрелковых батальонов.
Всего же к окончанию 2-й Мировой войны, уточним, список безвозвратных потерь 132-го погранполка составил не менее 36 человек, в числе которых пять офицеров, один старшина и десять сержантов.
Дальнейший боевой путь на запад 132-го пограничного пролёг через смоленские райцентры Ельня, Хиславичи, Красный и белорусскую Оршу. Этот период в истории полка отмечен не только образцовым выполнением задач оперативно-чекистской службы, но и боевой доблестью воинов из внештатной снайперской команды, которую возглавил лично помощник начальника штаба полка по боевой подготовке капитан Баринов.
Так, местом для боевой стажировки снайперов из 132-го погранполка командованием Управления войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта была определена полоса ответственности 160-й стрелковой дивизии генерал-майора Б.Ф. Зарако-Зараковского, входившей в состав 33-й армии.
Вот как комдив-160 в боевой характеристике отозвался о капитане Баринове и его подчинённых: «Блестящих успехов команда снайперов добилась благодаря хорошей выучке снайперов, высокому сознанию воинского долга и воинской дисциплине, упорству и выносливости, а также личному участию Баринова. Несмотря на огонь противника, Баринов правильно расставлял силы снайперов и правильно выбирал огневые позиции. Лично капитан Баринов показал образцы мужества и выносливости, сам лично уничтожил 10 фашистов. Работа снайперов за вышеуказанный период усилила прочность и огневую мощь нашей обороны».
Из архивного документа, именуемого «Докладом командования войск по охране тыла Западного фронта о боевой деятельности снайперов войск за период с 1 июня 1943 г. по 1 января 1944 г.» стали известны фамилии наиболее отличившихся тогда снайперов 132-го погранполка: «18 октября 1943 г. снайперы Лузин, Огнев (132-й погранполк) со своей огневой позиции обнаружили 3 солдат противника, несущих ящик. Выстрелом зажигательного патрона Лузин попал в ящик, в результате чего получился взрыв, которым было убито 2 солдата противника и 1 ранен».
И там же: «Снайперы 132-го пограничного полка ефрейтор Исаев и Ганчицкий 22 декабря 1943 г. около 12-00 вели наблюдение за противником, пока не установили, куда и по какому маршруту ходят немцы за обедом. Установив маршрут движения, Ганчицкий в один день уничтожил 6 фашистов, Исаев – 3».
Не знал промаха и другой знатный снайпер полка – боец манёвренной группы красноармеец Никулин: к августу 1944 года, то есть меньше чем за год фронтовой «страды», он записал на свой лицевой счёт 35 уничтоженных с нейтральной полосы фашистских солдат и офицеров.
К сожалению, снайперская команда тоже несла безвозвратные потери. Так, осенью 1943-весной 1944 гг. из боевого поиска по причине героической гибели в бою не вернулись четверо полковых снайперов: 5 ноября 1943 года – 20-летний красноармеец Анатолий Дмитриевич Тиунов, уроженец деревни Ценята Карагайского района Пермской области; 3 января 1944 года – 23-летний сержант Пётр Михайлович Назаров, уроженец города Туапсе Краснодарского края; 23 марта 1944 года – красноармеец Василий Павлович Соколов, уроженец современной Нижегородской области (дата рождения неизвестна); 18 апреля 1944 года – 25-летний красноармеец Иван Петрович Говоров, уроженец Орловской области.
25 марта 1944 года в соответствии с изданным в этот день по войскам НКВД СССР приказом 132-й погранполк возглавил участник гражданской войны, опытный чекист и отличный знаток строевой службы 43-летний гвардии полковник Аркадий Захарьевич (Захарович) Хмелюк. Он был переведен в распоряжение начальника Управления войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта из штаба 8-й гвардейской армии 3-го Украинского фронта. К тому времени он уже был кавалером двух орденов (Отечественной войны 2-й степени и Красной Звезды) и двух медалей – «За оборону Сталинграда» и «ХХ лет РККА». Чуть позже за фронтовую доблесть он будет удостоен еще одного ордена – Отечественной войны 1-й степени, а также медали «За взятие Кёнигсберга».
В должности командира 132-го погранполка полковнику А.З. Хмелюку выпало состоять в вплоть до апреля 1947 года.
Начало июля 1944 года – один из самых героических периодов в истории 132-го пограничного полка войск НКВД СССР. Его личный состав тогда ярко отличился в боях по освобождению столицы Белоруссии, за что приказом Верховного Главнокомандующего от 23 июля 1944 года полку единственному во внутренних и пограничных войсках бывшего СССР было присвоено воинское почётное наименование «Минский»!
А местом боевой доблести стал тогда райцентр Логойск, что в несколько десятках километрах северо-восточнее Минска, и его ближайшие окрестности: в первых числах июля сорок четвёртого воины 132-го пограничного закрыли здесь собой брешь в боевых порядках 3-го Белорусского фронта, через которую фашисты попытались отчаяно прорваться из Минского котла. Силы были неравными и, чтобы сдержать яростно атакующего противника, гвардии полковник А.3. Хмелюк был вынужден кинуть в бой курсантов учебной команды.
Пограничники выстояли, при этом, благодаря хорошей полевой выучки, они понесли минимальные потери: из боя не вернулись всего лишь на всего чеверо военнослужащих: старшины учебной команды старшина Степан Максимович Шинцов, командир отделения сержант Василий Владимирович Кущенко, курсанты учебной команды младший сержант Виктор Петрович Назаров и красноармеец Василий Емельянович Белоусов.
Отмечен был июль сорок четвертого и целой чередой успешных чекистско-войсковых операций. Вот краткая хроника тех дней, восстановленная по архивным документам, ноиз числа опубликованных в открытой печати.
9 июля. На шоссе Минск – Гродно диверсионно-террористическая группа гитлеровцев, прикрываясь дымкой утреннего тумана, устроила засаду, в которую угодил тыловой обоз одной из артиллерийских частей РККА. Не поддавшиеся панике обозники нападение отразили, однако организовать преследование и ликвидацию бандгруппы самостоятельно не сумели.
Узнав об инциденте, гвардии полковник А.3. Хмелюк немедленно направил по горячему следу разведывательно-поисковую группу в составе девятнадцати военнослужащих во главе с опытным офицером-пограничником капитаном Овчаровым.
В 12.20 данная РПГ настигла немцев: по идущим цепью по ржаному полю «зелёным фуражкам» автоматным огнем вдруг огрызнулась поросшая кустарником высотка.
«Судя по интенсивности стрельбы, в кустарнике укрылся лишь пост скрытного наблюдения за местностью. Ядро же бандруппы наверняка где-то в лесу, который начинается сразу за высоткой», - сделал вывод капитан и сразу принял решение: РПГ разбивается на две боевые группы. Первая - восемь бойцов во главе со старшиной Евгением Шаповаловым – атакует одновременно с фронта и левого фланга, а вторая, во главе с ним самим, капитаном овчаровым, броском выдвигается на обратные скаты высотки, чтобы отрезать тем самым обороняющемся дорогу к лесу, а в случае необходимости и нанести по ним удар с тыла.
В 13.00 всё было кончено. Группе старшины Е. Шаповалова поддержка со стороны товарищей не понадобилась. Справились сами и без потерь в своих рядах: пост скрытного наблюдения уничтожен; трофеи – три автомата плюс солидный боезапас к ним.
А ещё через час капитан уже докладывал по рации командиру полка о ликвидации всей диверсионно-террористической группы: её «зелёным фуражкам» удалось настичь в глубине леса. Без боя столкновения не обошлось: гитлеровцы, поняв, что от погони не уйти, затаились в засаде. Их жертвой едва не стал лейтенант Куртин, не сумевший вовремя разглядеть в гуще буйной растительности целившегося в него из автомата фашиста. Жизнь молодому офицеру спас тогда капитан Овчаров: будучи бывалым фронтовиком, он отреагировал с мгновенной быстротой - разрядил в автоматчика пистолетную обойму раньше, чем тот успел нажать на спусковой крючок своего MP–38/40.
«Надо лучше смотреть!», - только и упрекнул тогда своего было оплошавшего подчинённого капитан.
Исход схватки, как и полчаса назад при штурме высотки, предрешила группа старшины Е. Шаповалова. Только на сей раз она, совершив обход, нанесла сокрушительный удар с тыла.
Под перекрёстным огнём пограничников никто из врагов не уцелел. Всего в ходе этой разведывательно-поисковой группой 132-го погранполка был ликвидирован 21 бандит. Отличившиеся воины капитаном Овчаровым были представлены к наградам, в частности, гимнастёрку старшины Евгения Николаевича Шаповалова вскоре украсил орден Красной Звезды.
13-14 июля. Трое военнослужащих-коммунистов полка – старшина Василий Маликов, старший сержант Павел Данилин и красноармеец Ивашкин возвращались в свой батальон из вышестоящего штаба, куда только что под конвоем доставили задержанного накануне однополчанами диверсанта. На одном из лесных участков дороги им повстречался чем-то сильно встревоженный лесник.
- Ой, ребята, беда! – завидев пограничников, бросился тот к ним за помощью. – Недалеко немцы!
- Сколько их, отец? – спросил старшина В. Маликов.
- Да, наверное, человек тридцать и у всех винтовками…
Пограничники подобрались к врагу незамеченными. Гитлеровцев действительно оказалось около трех десятков. Двое несли службу в качестве часовых, а остальные отдыхали, расположившись на траве между деревьями.
Выждав подходящий момент, старшина подал подчинённым условный сигнал открыть огонь. Три автомата ударили разом и в упор.
Полагая, что их лесной бивуак подвергся нападению превосходящих сил противника, немцы в панике, даже не пытаясь оказать сопротивления, бросились в рассыпную.
Итог скоротечного боя – двенадцать вражеских солдат убито и ещё трое пленены.
Вечерние сумерки настигли пограничников и их пленников в деревне Вышнёвка. Пленных закрыли в амбаре, а сами расположились на ночлег в рядомстоящих хозяйственных постройках.
Но спать пришлось недолго. Приблизительно в полночь, воспользовавшись отсутствием здесь постоянного гарнизона советских войск, в деревню ворвалось одно из разбитых накануне и теперь блуждающих по лесам вражеских подразделений. Немцев было не менее полсотни. И все вооружены стрелковым оружием.
Сразу начались массовый грабеж и насилование женщин. У «зелёных фуражек» был верный шанс незамеченными добраться до леса и отсидеться там до утра, однако они, не сговариваясь, сделали для себя другой выбор, который помог победить и на сей раз: заняв круговую оборону, открыли по фашистам шквальный огонь из безотказных ППШ.
Жестокий бой шёл, не прекращаясь, до рассвета. Старшина Маликов и красноармеец Ивашкин получили ранения, но не покинули огневых позиций: первому гранатными осколками посекло лицо, а затем пулей нетяжело ранило в голову, а второму осколки попали в руку и в грудь…
С первыми лучами солнца враг позорно ретировался, бросив на деревенских улицах и в огородах двадцать пять трупов своих солдат. А двоих замешкавшихся немцев пограничникам удалось захватить в плен.
Перебинтовав раны и приведя себя в порядок, отважная тройка отправилась в путь на запад, ведя впереди себя под дулами автоматов теперь уже пятерых пленённых фашистов.
Штаб родного батальона они настигли только вечером того же дня, уже в Лиде…
15 июля. В окрестных к витебскому городу Толочину лесах разведывательно-поисковыми группами полка была выявлена концентрация гитлеровских войск. Это были остатки разбитых в районе Минска частей и подразделений, которые кто-то из старших офицеров вермахта теперь пытался сплотить вокруг себя в мощную ударную силу. Общая численность группировки - около полторы тысячи солдат и офицеров. Все хорошо вооружены плюс солидный обоз.
Доклад разведчиков стал недоброй новостью для гвардии полковника А.З. Хмелюка. И не мудрено: фактически в оперативном тылу 3-го Белорусского фронта, зализывая раны, выжидал момента для совершения партизанского рейда пусть и сводный, но при всем этом полнокровный по численности и средствам вооружения пехотный полк!
Любое промедление было смерти подобно и вот почему полковник принимает крайне рискованное, но, как впоследствии подтвердилось, единственно верное на тот момент решение: не дожидаясь подкрепления, кинуть против скрывающихся в лесу немцев единственный свой резерв – манёвренную группу.
Фактически против вражеского полка должны были действовать силы численностью чуть больше роты! И в этих условиях единственными гарантиями успеха могли быть только фактор внезапности и высокая оперативность управления подразделениями в бою. В завидных тактических способностях командира мангруппы старшего лейтенанта Донца сомневаться не приходилось: это был опытный фронтовой офицер, уже имевший на своем лицевом счету немало успешных чекистско-войсковых операций. А вот для повышения оперативности управления мангруппой её командиру были приданы штабные связисты с двумя рациями. Это позволило старшему лейтенанту Донцу разделить подчинённых на два действовавших на большом расстоянии друг от друга боевых отряда, но при этом сохранить нити управлениями обоими из них в своих руках и плюс одновременно быть на прямой связи с комполка.
Задуманная дерзость удалась на все «сто». Манёвренная группа сумела не только взять лесной лагерь противника в клещи, но и по всему периметру скрытно подобраться к нему на дистанцию гранатного броска.
Лихая атака завершила начатую операцию. На месте остались лежать убитыми сразу 62 немца. Остальные общим числом в 1305 человек, пребывающие в шоке от внезапного нападения «зелёных фуражек», поспешили покорно задрать руки к небу. Пограничники же потерь не понесли.
В этом коротком бою особенно отличиться выпало уже известному нам старшине Е. Шаповалову, а также красноармейцу Гриценко: во время атаки они, действуя в паре, ворвались в самую гущу врага и плотным автоматным огнём подавили у уцелевших от их метких пуль немцев всякую волю к дальнейшему сопротивлению…
23 июля. Бандгруппа из пятнадцати до зубов вооружённых гитлеровцев под утро предприняла попытку атакой с короткой дистанции овладеть лагерным пунктом № 41, который располагался в деревне Лоза и в котором под охраной 13-й пограничной заставы на тот момент содержались две сотни военнопленных немецких солдат.
При этом расчёт ими был сделан не только на внезапность, но и на численное превосходство: по периметру лагпункта находилось всего лишь на всего четыре одиночных поста, а внутри – только дежурный офицер. Остальной же личный состав погранзаставы располагался в нескольких сот метрах в стороне от охраняемого объекта.
Однако этот коварный план оказался сорванным ещё до того, как нападавшие сумели достичь условного рубежа начала атаки. И всё благодаря высокой бдительности часовых – красноармейцев Данилова, Мокрова, Пронина и Пономарёва. Несмотря на предрассветные сумерки и густой туман, они сумели-таки своевременно распознать грозящую им опасность.
Исход незримого поединка предрешил красноармеец Данилов - метким выстрелом из снайперской винтовки он ранил гитлеровца, умудрившегося по-пластунски максимально близко подобраться к запретной зоне. Тот, взвыв от боли, развернулся и со всех ног устремился обратно к лесу, увлекая тем самым за собой остальных так же впавших в панику горе-атакаующих.
Погоню 13-й заставе по горячим следам тогда организовать не удалось. И, тем не менее, специально оговоримся, бандитам не долго пришлось оставаться не уловимыми, а значит, и безнаказанными. Так, буквально через неделю с небольшим после тех драматических событий, на глухой лесной дороге лицом к лицу с ними неожиданно столкнулись четверо бойцов хозвзвода 13-й заставы. Сдаться на милость победителя пограничники отказались наотрез. Завязался бой. «Зелёные фуражки», вооружённые только винтовками, вначале оборонялись, а затем, когда инициатива полностью перешла в их руки, поднялись в штыки. Из пятнадцати гитлеровцев никто не уцелел. Особенно мужественно действовал в том бою красноармеец Григорий Евдокимович Михаленко, повар по военной специальности. Он доказал тогда однополчанам, что трехлинейкой владеет не хуже, чем кухонным половником…
27 июля. Пограничный наряд в составе старшины Е. Шаповалова, знатного снайпера Никулина и двух автоматчиков – красноармейцев Гришкина и Ефовского при поддержке пяти бывших белорусских партизан, которые всего лишь несколько суток как вернулись к мирному крестьянскому труду, но ещё не успели сдать оружие военным властям, в одном из лесных массивов выявил большую группу военнослужащих вермахта, организованно пробирающихся из окружения.
Действовать старшина решил немедленно, не дожидаясь подкрепления. Двумя группами бесшумно, как это умеют делать только пограничники и партизаны, подобрались к немцам вплотную. Те, как наудачу, спали крепким сном. Бодрствовал только единственный часовой. Неуловимым броском старшина Шаповалов сбил его с ног и скрутил. Все – безопасная дорога вперёд была открыта.
- Гутен морген! – с насмешкой в голосе разбудил спящих Е. Шаповалов. – А теперь быстренько с поднятыми вверх руками строиться в колонну, иначе всем – «Гитлер капут»!
Немцам, в ужасе проснувшимся под направленными на них дулами восьми автоматов и снайперской винтовки, ничего иного не оставалось, как покорно подчиниться.
Колонна военнопленных получилась внушительной – из шестидесяти четырёх человек. Впечатляющими оказались и трофеи – 21 винтовка и ручной пулемёт.
По белорусской земле воины 132-го пограничного Минского полка войск НКВД СССР дошли с боями до берегов Немана. Впереди была Польша, но именно в этот момент из штаба 3-го Белорусского фронта пришел приказ резко повернуть на север и сосредоточиться в литовском городе Алитус - для участия в широкомасштабной зачистке тыла 11-й гвардейской и 33-й армии от скрывающихся в местных труднопроходимых лесах как остатков разбитых гитлеровских частей, так и оперирующих в этом районе бессчётных диверсионно-террористических подразделений Абвера.
1 августа 1944 года в числе первых на литовскую землю вступила 3-я погранзастава лейтенанта Житника. И фактически уже на марше была вынуждена включиться в погоню за немецкой бандгруппой, состоявшей из десяти человек.
События развивались следующим образом. Гитлеровцы, готовясь к очередному разбойному нападению на близлежащие хутора, укрылись на отдых в поросшем кустами овраге, что приблизительно в километре в стороне от местечка Гуделе.
Однако их близкое присутствие не осталось тайной для здешних крестьян, и только на сельских улицах показалась походная колонна пограничников, те немедленно поспешили к старшему командиру с просьбой защитить их от возможного набега мародёров.
Застава немедленно изменила маршрут и развернулась в боевой порядок.
Первым немцев обнаружил разведдозор в составе красноармейцев С. Прокопенко и Цеховского. Огрызнувшись с дальней дистанции беспорядочной стрельбой, бандиты поспешно стали отходить к лесу. Чтобы преградить им путь к бегству, красноармеец С. Прокопенко вскочил верхом на пасущуюся поблизости крестьянскую лошадь. Немцы в бешенстве открыли по нему шквальный огонь, но ни одна пуля не задела отважного всадника.
В течение длительного времени, пока к месту боя не подоспели главные силы родной для него заставы, боец из верного ППШ в одиночку сдерживал яростный напор пытавшихся уйти от погони фашистов. Его огневая позиция на опушке так и осталась для врага не преступной. Мужественный воин скончался от многочисленных пулевых ран на руках боевых товарищей – старшины Асмоловского и сержанта Пирожкова, которые первыми в ходе атаки, нанесённой бандитам с тыла, достигли кромки леса.
29-летний автоматчик 3-й заставы 132-го пограничного Минского полка войск НКВД СССР красноармеец Семён Васильевич Прокопенко, родившейся на Украине в Днепропетровской области в крестьянской семье, но до призыва в армию работавший на одном из заводов Саратова, был погребён однополчанами со всеми воинскими почестями в литовской земле. Они же увековечили его подвиг на страницах официальной истории родной для себя воинской части.
В окрестных к Алитусу лесах «зелёные фуражки» из 132-го пограничного вели беспощадную борьбу с бандитскими и диверсионно-террористическими группами гитлеровцев вплоть до середины января 1945 года. И практически в течение всего этого периода времени первыми и надёжными их помощниками в осуществлении повседневной чекистско-войсковой работы, как и в упомянутом выше местечке Гуделе, были литовские крестьяне. С помощью местных жителей им, например, удалось выследить и захватить немало фашистских чинов из числа военных преступников. Так, 6 августа 1944 года к офицеру 5-й заставы младшему лейтенанту Котовщикову за помощью обратился один из крестьян деревни Большие Заришки:
- В принадлежащем мне сарае укрылись немцы. Как я понял, они пробираются лесами в Восточную Пруссию. Девять человек. Все вооружены: у троих пистолеты, у остальных - винтовки. Один вроде бы офицер – все перед ним на вытяжку.
- Их точно девять? – переспросил младший лейтенант.
- Я же с ними общался – девять. Под угрозой расстрела они приказали меня приготовить и принести горячий обед. Я, конечно, ответил согласием, но, как только они меня отпустили за продуктами, тут же поспешил к вам. Шестеро, в том числе офицер, знаю, сейчас отдыхают, а трое стоят на часах.
- Что ж, обедом мы их угостим - это единственный шанс схватить их всех сразу врасплох. А в сарай мы ворвёмся, как только ты подашь нам условный сигнал. Судя по количеству охраны, офицер, о которым ты только что рассказал, - крупная птица и её нельзя упустить.
Что было дальше – строками архивного документа, именуемого «Из истории 132-го пограничного Минского ордена Красной Звезды полка»: «Сперва в сарай ворвался один красноармеец и, держа в руке заряженную гранату, что есть силы закричал: «Руки вверх!» - потом, очевидно, вспомнив, что нужно кричать по-немецки, ещё страшнее повторил «Хенде хох!». Вслед за ним в сарай ворвались остальные. Немцы, ошеломлённые этим неожиданным визитом, подняли вверх ложки и, дожёвывая обед, с жалостью посматривая на то, что осталось не съеденным, и потом, со страхом тараща глаза на пограничников, сдались в плен».
Пленённым офицером оказался полковник Ротклифс - бывший комендант Орши, печально прославившейся на этом своем посту склонностью к садизму и массовым казням.
Не на один день не прекращались в те дни и чекистско-войсковые операции. Кстати, в красноармейских книжках бойцов и командиров полка период «сентябрь-октябрь 1944 года» так и обозначен – «Литовская ССР. Уничтожение шпионажа».
На основе архивных источников расскажем о наиболее ярких боевых деяниях подчинённых гвардии полковника А.З. Хмелюка, свершённых ими на литовской земле.
15 августа. Тринадцать немецких диверсантов, заняв удобную позицию в одном из отдельно стоящих сараев, подвергли интенсивному обстрелу дорогу, ведущую к единственному в этом районе мосту. В результате движение воинских колонн здесь оказалось парализованным.
Место инцидента находилось в зоне ответственности 7-й заставы. Однако, как на беду, под рукой у ее командира лейтенанта Меденцева в тот момент не было ни одного стрелкового отделения: все боевые подразделения несли боевую службу на других, удалённых от этого места, участках.
Что делать? И тогда лейтенант принимает решение сформировать группу захвата из находящихся при нём военнослужащих хозвзвода - старшины Звонарёва, гвардии сержанта Сашкина и красноармейца Южанова. Во главе неё становит сам. Вдовесок к автомату (у лейтенанта) и трём винтовкам вооружились гранатами.
- Диверсантов по возможности необходимо взять живыми. Они могут оказаться ценными «языками» для военной контрразведки. Огонь на поражение открывать лишь в исключительном случае, - проинструктировал подчинённых офицер.
К огневой точке противника пограничники, ни чем себя не выдав, подобрались с тыла.
Приоткрыв дверь, но не входя вовнутрь, лейтенант выпустил поверх голов немцев автоматную очередь: «Хенде хох!».
С поднятыми руками вышли трое. Среди них унтер-офицер, немного разговаривающий по-русски.
- Сколько вас всего в сарае? – спросил его лейтенант Меденцев.
- Тринадцать, остальные раздумывают, стоит ли сдаваться…
- Крикни им по-немецки, чтобы выходили по одному, иначе уничтожим!
Унтер-офицер добросовестно выполнил команду, однако немцы, засевшие в сарае, подчиниться не торопились, чего-то выжидали.
Выбора у начальника заставы не оставалось: «Красноармеец Южнов – гранату к бою!».
Ещё не успел рассеяться дым от разрыва, как из дверей выскочили наружу четверо солдат. От ужаса их бил озноб. Однако оставшиеся, - а это было хорошо слышно с улицы, -лязгнули затворами, готовясь принять последний бой.
- Южанов – ещё одну гранату! На сей раз – на поражение!
Всё – диверсионно-террористическая группа врага была ликвидирована: шесть гитлеровцев уничтожены, семеро пленены.
17 августа. Прочёсывая в окрестностях Алитуса прибрежный к Неману лес, служебные наряды 6-й пограничной заставы обнаружили плот из свежесрубленных сосен.
- Тут трудились топорами явно не крестьяне: зачем тем плот, если не так далеко отсюда добротный мост, построенный нашими сапёрами!? – прикинул в уме руководитель операции младший лейтенант Заболотный. – Не иначе, как немцы, причём имеющие при себе топографическую карту местности: чуть ниже по течению когда-то действовала паромная переправа, обозначенная на всех картах. Об её существовании теперь напоминает лишь протянутый от одного берега к другому прочный стальной трос. Не им ли хотят неизвестные воспользоваться, после того, как спустят плот на воду?!
Чтобы развеять сомнения, офицер приказал организовать ночную засаду, которую и возглавил. С собой он взял восемь человек - самых опытных солдат и сержантов.
Затаились на месте бывшей паромной переправы. Ждать пришлось недолго. Перегруженный людьми плот (как потом выяснится, на нём разместилось двенадцать до зубов вооружённых гитлеровцев) медленно плыл по течению. Когда достиг троса, направление движения изменилось. Теперь плот, набирая скорость, по прямой устремился к противоположному берегу: немцы, ухватившись за трос, ритмично перебирали по нему руками.
По команде офицера первым открыл огонь младший сержант Нефёдов, командир расчёта ручного пулемёта: трассирующими пулями он произвёл для боевых побратимов целеуказание. Следом заговорили восемь ППШ. Особенно метко в ночном сумраке разили врага сержант Сегачёв и ефрейтор Волокитин. Никто из двенадцати фашистов не уцелел…
7 сентября. Командованию 3-го стрелкового батальона стало известно точное местонахождение лесного лагеря немецкой бандгруппы: три километра от местечка Жиданцы в сторону шоссейной дороги, проходящей по обратному краю этого самого леса.
За данной бандой охота шла давно. Было известно, что в ней орудуют девятнадцать унтер-офицеров одной из дивизий вермахта, разгромленных ещё в Минском котле. Немцы держат путь в Восточную Пруссию, а по пути, делая непродолжительные остановки на отдых, занимаются грабежами и мародёрством по отношению к местному населению. На их совести и несколько нападений из засад на одиночных военнослужащих Красной Армии.
На поиск и разгром банды были выделены сразу три заставы – 11-я и 15-я линейные и 3-я резервная. Они взяли лес в кольцо и начали медленно продвигаться в глубь его труднопроходимой чащи.
К месту схрона все три группы вышли в точнорассчитанное время «Ч». Однако застать бандитов врасплох не удалось. Те успели занять круговую оборону. Произошло короткое боестолкновение. За считанные минуты банда была разбита на голову. В ходе схватки ярко проявил себя командир 11-й заставы лейтенант Плаксин. Этот доблестный офицер давно снискал себе в полку репутацию непревзойдённого снайпера. Поразительную меткость продемонстрировал и сейчас, но только уже из пистолета: с дальней дистанции на вскидку первым же выстрелом уничтожил гитлеровца, целившегося из винтовки в грудь руководителю операции - старшему лейтенанту Чернявского, у которого в тот самый момент, как на беду, внезапно заел затвор автомата.
2 января 1945 года. В 10.00 красноармеец Карпов, выполнявший в тот момент обязанности часового по охране родной для себя 13-й заставы, обратил внимание на двоих мужчин, старательно маскировавшихся под случайных прохожих. Когда же те попытались скрыться, под угрозой применения оружия остановил их и передал в руки подоспевшего на подмогу дежурного по заставе младшего сержанта Кузнецова.
Интуиция не подвела бдительного воина-чекиста: задержанные оказались агентами Абвера, только что заброшенными в наш тыл на парашютах.
К сожалению, не обходилось без потерь. Так, в конце 1944 года под Алитусом в вооружённыхм поединках с вражескими диверсантами и бандгруппами литовских националистов смертью героев погибли трое воинов 132-го пограничного полка: 16 ноября – стрелок красноармеец Михаил Фёдорович Литвинов; 3 декабря – заместитель командира одного из стрелковых батальонов лейтенант Борис Николаевич Смирнов, а на следующий день, 4 декабря, – контролёр КПП ефрейтор Николай Иванович Шматов.
В первой половине нового - 1945 – года воинская часть гвардии полковника А.З. Хмелюка, выполняя полученный из штаба 3-го Белорусского фронта приказ, покинула территорию Литвы и начала движение по немецкой земле. Теперь в зоне её ответственности были тылы и коммуникации 11-й гвардейской генерал-полковника К. Галицкого и 28-й армий генерал-лейтенанта А. Лучинского.
Примечательно, что свой вклад в разгром восточно-прусской группировки противника «зелёные фуражки» начали вносить уже на марше, когда ещё двигались в походных колонах: по пути ими выявлялись и ликвидировались вражеские засады и посты тайного наблюдения за передвижением советских войск.
Так, например, 12 января 1945 года наряд-дозор 8-й заставы в составе старшины Шарубева, сержанта Белова и красноармейца Ерохина производя разведку местности по маршруту движения своего подразделения, обнаружили замаскированный под копной соломы схрон. Укрывавшейся в нём от посторонних глаз диверсант был пленён. Позже оперативники органов контрразведки «Смерш» идентифицируют его личность как давно пребывающего в розыске государственного преступника.
Ну, а первое по-настоящему боевое крещение на земле Восточной Пруссии воины 132-го пограничного приняли 21 января. Произошло это на улицах Гумбиннена (ныне – Гусева), днём раньше взятого штурмом войсками 28-й армии.
«Зелёным фуражкам» тогда была поставлена задача, произвести широкомасштабную зачистку этого города от остатков немецко-фашистских войск и диверсантов, что диктовалось не только сложившейся боевой обстановкой, но и мерами безопасности: в Гумбиннене вот-вот должен был передислоцироваться штаб 3-го Белорусского фронта.
Подчинённые гвардии полковника А.З. Хмелюка не ударили в грязь лицом. Стрелковые подразделения поработали на совесть. Вот только один характерный пример: воинами 7-й заставы старшего лейтенанта Меденцева в районе кирпичного завода был выявлен затаившейся там вражеский агент. Он был в маскхалате и вооружён автоматом и гранатами. Поняв, что обнаружен и от погони не уйти, занял огневую позицию на самой верхней точке 30-метровой эстакады, куда забрался по вертикальной лестнице.
От окруживших его сержанта Чувашёва, красноармейцев Попова и Корогодина оборонялся с яростью обречённого. Разрывами сброшенных вниз двух гранат сумел даже легко ранить красноармейца Корогодина. И всё же был схвачен живым: когда высунулся из-за укрытия, чтобы метнуть очередную гранату, получил прицельную очередь от сержанта Чувашёва. Пули из ППШ пробили ему руку и ногу…
В ходе допросов, учинённых ему военными контрразведками, выяснилось, что он отнюдь не рядовой вражеский агент, а диверсант-профи с большим послужным списком: на Восточном фронте с июня сорок первого, выполнял задания Абвера в Крыму, в предгорьях Северного Кавказа, в освобождённом советскими войсками 1 августа 1944 года литовском Каунасе. Сейчас же в Гумбиннене он был оставлен с целью наведения фашистской авиации на разместившиеся здесь крупные воинские штабы.
Дальше на пути у воинов 132-го пограничного были города Гердауен (ныне – посёлок Железнодорожный Правдинского района), Фридланд (ныне – Правдинск), Прейсиш-Элау (ныне – Багратионовск), Цинтен (ныне – посёлок Корнево Багратионвоского района) и Хайлигенбайль (ныне – Мамоново), где им также выпало немало боевой работы. В частности, 7 февраля нарядом КПП, возглавляемым старшим сержантом Вадисом и выставленным на одной прифронтовых дорог от 3-го стрелкового батальона, была сорвана тщательно спланированная вражескими разведорганами попытка забросить в наш тыл диверсионно-террористическую группу в количестве пятерых человек. Четверо агентов изображали семью немецких беженцев, а пятый, питомец Гитлерюгенда, был надёжно укрыт от посторонних глаз в потайной нише гужевой повозки, на которой эта самая «семья» якобы бежала в восточном направлении из зоны активных боевых действий.
В городе же Гердауене у воинов полка произошла одна короткая, но оставившая неизгладимый след в сердцах встреча. Вот как об этом рассказано в архивных документах: «А навстречу по всем дорогам шли советские люди. Они, освобождённые от рабства, шли домой, в свою любимую страну…
Вдруг из толпы стремительно вышла женщина, держа на руках трёхлетнюю девочку. Она подошла к лейтенанту Трескову, который один из стоявших тут был в пограничной фуражке. «Скажите, вы – пограничник?» – взволнованно произнесла женщина. – Мой муж тоже пограничник. Не знаете ли вы его? Фёдоров, лейтенант связи?»
И она рассказала о себе. Рассказала о тех боях, которые вели пограничники с врагом в первые дни войны. Она была в Н-ской комендатуре. Её муж – лейтенант. Он ушёл в бой, и после она не видела его. Семьи пограничников не успели уехать. Пришли немцы… Потом всех… погнали в Германию. Она попала на ферму прусского помещика. Там родился у неё ребёнок – дочь лейтенанта Фёдорова…
Молча, внимательно слушали пограничники рассказ женщины… Крепче сжимались кулаки, суровее становились лица. Мстить, мстить врагу за всё – за поруганную честь, за сожжённых и замученных, за погибших в бою товарищей, отстаивавших родную землю, за их семьи, угнанные в неволю».
В течение февраля-марта сорок пятого подчинённые гвардии полковника А.З. Хмелюка, по-прежнему продолжая охранять тылы и коммуникации 11-й гвардейской и 28-й армий, приняли непосредственное участие в штурме последних опорных пунктов Хайльсбергского укрепрайона, в том числе и в районе замка Бальза, что на полуострове Кальхольц. Именно за это чуть позже, 26 апреля 1945 года, 132-й пограничный Минский полк войск НКВД СССР вместе с целым рядом воинских частей Красной Армии будет удостоен ордена Красной Звезды. Как сказано в тексте приказа, за образцовое выполнение поставленных перед ним задач при разгроме на юго-западных подступах к столице Восточной Пруссии немецко-фашистской группировки.
Особой строкой в летописи 132-го пограничного – участие в штурме Кёнигсберга. В этот город-крепость «зелёные фуражки» вошли незадолго до официальной капитуляции его гарнизона. Задача, которую получили от вышестоящего командования, - двигаясь за боевыми порядками атакующих цепей 11-й гвардейской армии, произвести зачистку юго-восточных кварталов Кёнигсберга от продолжающих здесь вооружённое сопротивление мелких разрозненных подразделений противника.
В одной из современных книг по истории пограничных войск те ожесточенные бои описаны следующим образом: «Пограничники [речь идет о воинах 132-го погранполка], используя тактику действий мелких групп, проникали в городские постройки, где гранатами, а где автоматным огнем выкуривали из них гитлеровцев, обеспечивая безопасный проход по улицам. В подвалах разрушенных зданий засели фанатично сопротивляющиеся гитлеровцы. Борьба с ними была трудной, и тогда на помощь пограничникам приходила артиллерия»…
Одновременно при самом тесном взаимодействии с оперативниками аппарата уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии «зелёными фуражками» производился поиск и захват особо важных документов вражеских органов управления; а также лиц, виновных в совершении военных преступлений, а теперь скрывающихся от возмездия среди гражданского населения Кёнигсберга.
Среди пленённых тогда оказался, в частности, личный секретарь Эриха Коха, гауляйтера Восточной Пруссии. Его выявили и задержали бойцы 13-й заставы. Произошло это при обследовании подвалов в городском массиве Понарт. Нацист укрывался в большой группе мирных жителей, выдавая себя при общении с советскими солдатами за ярого антифашиста. Однако все эти уловки ему не помогли – был пограничниками изобличён и взят под стражу.
Воины же 1-го стрелкового батальона в потоке освобождённых из фашистского рабства советских граждан, возвращавшихся теперь с чужбины на Родину, вычислили и задержали гитлеровского агента с 30-летним стажем шпионской деятельности. Русским языком он владел в совершенстве, поскольку долге годы своей жизни на нелегальном положении провёл в Москве, Ленинграде и Харькове. По своему прямому предназначению использовался немецким командованием и сейчас – как разведчик-«нелегал» направлялся обратно на территорию Советского Союза.
Непосредственно на земле Восточной Пруссии сложили свои головы трое подчинённых полковника А.З. Хмелюка: 9 апреля в бою с гитлеровскими недобитками погиб начальник продовольственной службы полка капитан Георгий Николаевич Марченков; 29 апреля 1945 года в Кёнигсберге в стенах 189-го полевого подвижного госпиталя от полученных накануне ран скончался стрелок красноармеец Алексей Ильич Кудинов; 12 мая – стрелок красноармеец Иван Григорьевич Бабий. Все они с отданием воинских почестей были похоронены в Кёнигсберге, при этом в настоящий момент известно лишь место нахождения одного из этих трёх захоронений. Речь идёт о братской воинской могиле, расположенной в Ботаническом саду Калининграда по месту бывшей дислокации 189-го полевого подвижного госпиталя. Здесь покоится прах красноармейца А.И. Кудинова. О точном же месте погребения капитана Г.Н. Марченко и красноармейца И.Г. Бабия официальным властям ничего неизвестно.
С апреля по декабрь 1945 года 132-й пограничный Минский ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР дислоцировался в поверженном Кёнигсберге, где выполнял правоохранительные функции. Но одновременно его боевые подразделения регулярно задействовались в контртеррористических операциях проводившихся в тот период на территории соседней Литовской ССР против многочисленных местных бандформирований. В результате полк дополнительно понёс безвозвратные потери в лице не менее чем восьми своих военнослужащих: 30 июля при разгроме выявленных банд погибли автоматчик 5-й пограничной заставы 1-го стрелкового батальона красноармеец Сайдулла Абдукадыров и курсант учебной команды красноармеец Пётр Владимирович Ляпунов, 7 августа 1945 года был убит командир взвода манёвренной группы младший лейтенант Анатолий Тимофеевич Хлыстов, а 8 августа 1945 года - командир отделения манёвренной группы младший сержант Михаил Михайлович Новгородов; 11 августа 1945 года у города Рокишкис погиб стрелок красноармеец Иван Александрович Баранов; 27 августа 1945 года из боя не вернулись заместитель командира отделения младший сержант Константин Степанович Коверин и номер расчёта противотанкового ружья красноармеец Иван Фёдорович Кийко; 26 сентября 1945 года был убит помощник начальника одной из пограничных застав лейтенант Иван Алексеевич Зуев. Однако при этом архивные документы донесли до нас подробности гибели только троих из всех вышеперечисленных – младшего лейтенанты А.Т. Хлыстова, младшего сержанта М.М. Новгородова и красноармейца С. Абдукадырова.
Так, в 10.30 30 июля 1945 года красноармеец-автоматчик С. Абдукадыров в составе разведывательно-поисковой группы младшего лейтенанты Шубина приступил к поиску укрывшихся накануне ночью в литовской деревне Бекинцы бандгруппы численностью в пять до зубов вооружённых боевиков. Он действовал в боевой «тройке», возглавляемой младшим сержантом Болдиным. «В то время как группы лейтенанта Шубина и сержанта Бондаренко производили поиск на северной, южной и западной сторонах деревни, группа младшего сержанта Болдина, подойдя к одному из домов, обнаружила пребывающих там бандитов. Произошло это следующим образом и явилось для группы Болдина совершенной неожиданностью: красноармеец Абдукадыров один пошёл осматривать находящийся в стороне от других строений небольшой сарай и около самых его дверей был в упор смертельно ранен выскочившим из сарая бандитом. Воспользовавшись мгновенным замешательством, бандит попытался скрыться, но был настигнут и обезоружен младшим сержантом Лапшиным…
Потери: скончался смертельно раненый красноармеец Абдукадыров…».
Что же касается офицера и младшего сержанта, то они пали смертью героя в ходе совместной операции 86-го Кёнигсбергского и 132-го Минского ордена Красной Звезды пограничных полков войск НКВД СССР, проводившейся 5-10 августа 1945 года в Бухтянском болоте и на островах озера Жувинты (окрестности деревень Бомбиники и Грынкишки Мариампольского уезда бывшей Литовской ССР) в целях поиска и уничтожения скрывавшейся там банды «Даукантас» общей численностью до ста хорошо вооружённых боевиков-террористов.
Так, «7 августа в районе восточной части озера действовала группа на 3-х лодках в количестве 6 чел. под командой мл. лейтенанта Хлыстова А.Т.
В 14 час. 00 мин. группа обнаружила бандгруппу численностью до 40 чел. на 12 лодках в районе одного из островов. Первым заметил банду красноармеец мангруппы Страхов Н.Г., подал составу группы сигнал голосом «бандиты!» и открыл огонь по банде из автомата. Ответным огнем бандиты из пулемёта и винтовок разбили лодку, на которой находились мл. лейтенант Хлыстов и ст. сержант Логвин. Мл. лейтенант Хлыстов был смертельно ранен разрывной пулей в нижнюю челюсть, тело утонуло. В перестрелке красноармейцем Страховым и сержантом Новиковым А.С. было убито 4 бандита. Подобрав из воды ст. сержанта Логвина, группа отошла на берег в район Грынкишки».
А в 14.00 8 августа «из района д. Грынкишки на озеро вышла группа на 15 лодках от 2-го батальона и мангруппы полка в количестве 21 чел...
В 21 час. 00 мин., высадившись для прочёски на один из островов, удалённый от восточного берега на 2 километра, группа обнаружила на нём признаки круговой обороны. При прочёске острова группа была обстреляна бандитами из пулемёта и винтовок, залегла и открыла ответный огонь по банде…
После 15-минутной перестрелки начальник мангруппы капитан Карцев поднял личный состав в атаку, забросал бандитов гранатами...
Во время атаки был убит командир стрелкового отделения мангруппы мл. сержант Новгородов М.М.».
В поверженной столице Восточной Пруссии 132-й погранполк оставался вплоть до начала зимы 1946 года, после чего был передислоцирован в Литву, где принял самое активное участие в окончательной ликвидации бандформирований литовских националистов. Впоследствии он – одноименный конвойный полк внутренних войск МВД СССР с местом постоянной дислокации в Вильнюсе.
Новой и при этом особой вехой в исторической летописи этой прославленной в/ч стала середина ноября 1991 года – её Боевое Знамя было перевезено из Литвы в Калининград, где состоялось возрождение полка, но уже на базе двух местных батальонов ВВ - 493-го отдельного конвойного (до 28 ноября 1968 года - 283-й отдельный дивизион конвойной охраны МВД РСФСР) и 107-го отдельного специального моторизованного. Первый дислоцировался на улице Красной и вёл свою историю с 1961 года, а второй, созданный в 1990 году, – на улице Емельянова. Таким образом, история 132-го Минского орденоносного дополнилась еще и лучшими страницами летописи этих двух тоже имеющих реальные заслуги перед янтарным краем и его жителями воинских частей.
О преемственности 132-го полка и местных, существовавших до него здесь структур внутренних войск, убедительно свидетельствует и факт присвоения первому условного номера, в течение тридцати предыдущих лет принадлежащего 493-му отдельному конвойному батальону, – «в/ч 6532».
По наследству всё от того же конвойного батальона новой-старой части перешла и именная рота, в списки которой приказом МВД СССР от 1 апреля 1985 года был навечно зачислен младший сержант Владимир Иванович Андреев, повторивший 11 февраля 1952 года при разгроме бандформирований литовских националистов подвиг Александра Матросова.
Созданием возрождённого в Калининграде 132-го Минского орденоносного полка на правах его первого командира занимался подполковник Олег Александрович Лябин, проходивший затем службу в Калининградской высшей школе МВД России, а в 2003-2005 гг. - на посту главного судебного пристава Калининградской области.
В дальнейшем полком последовательно командовали полковники Владимир Викторович Литвин (с 18 октября 1993 года по январь 1997 года; впоследствии до 2000 года - начальник УВД Калининградской области, генерал-майор милиции в отставке) и Игорь Иванович Лимаренко (с 3 февраля 1997 года по 25 января 1999 года; в настоящий момент ответственный работник одного из крупных промышленных предприятий Калининграда).
132-й Минский ордена Красной Звезды полк внутренних войск МВД России особенно запомнился калининградцам эффектными выступлениями на различных городских праздниках своего спецназа, который по праву слыл лучшим среди родственных подразделений не только в нашем эксклавном регионе, но и на всем Северо-Западе. Родоначальники и создатели этого уникального спецподразделения – кавалеры крапового берета Олег Урбанюк (впоследствии командир калининградского СОБРа, ныне подполковник милиции в отставке) и Александр Царенко (ныне майор запаса, президент Калининградской региональной Ассоциации ветеранов подразделений специального назначения органов правопорядка и безопасности «Резерв», руководитель военно-патриотического клуба юных спецназовцев).
К сожалению, с 25 января 1999 года в Калининграде больше нет ни этого полка, ни его спецназа. Дело в том, что в соответствии с планом реформирования внутренних войск МВД России калининградский полк был «секвестрирован» в 132-й отдельный специальный моторизованный батальон, за которым, однако и к счастью, осталось почетное наименование Минского ордена Красной Звезды. Проведённая реорганизация повлекла за собой и смену командования: данную в/ч до очередной реорганизации возглавил подполковник Владимир Леонидович Миршук.
В первой половине 2002 года эта прославленная в/ч стала «жертвой» очередного этапа реформирования внутренних войск – её реорганизовали в так называемую кадрированную часть: 956-й отдельный Минский ордена Красной Звезды батальон ВВ МВД России, подчиненный не на прямую командованию Северо-Западного округа внутренних войск МВД России, как это было до этого, начиная с осени 1991 года, а №-й бригаде внутренних войск МВД России (командир – полковник А. Баранов) всё того же Северо-Западного округа ВВ.
Сменился и условный номер - с «в/ч 6532» на «в/ч 3932».
Данная реорганизация повлекла за собой не только изменения в сторону значительного сокращения численности личного состава и оптимизации оргштатной структуры, но и полную смену командования - новую-старую в/ч возглавил заслуженный ветеран ее калининградского периода истории подполковник Игорь Владимирович Красношлыков. Его боевые заместители в большинстве своём тоже прослужили в 132-м орденоносном не один год. Это майоры Игорь Полещук, зам. по работе с личным составом, Николай Гергало, зам. по вооружению и техники, и старший лейтенант Расим Таджибов, зам. по тылу.
В 2005 году в/ч 3932 вновь реорганизована в отдельный специальный моторизованный батальон. Теперь его войсковые наряды вновь несут службу на улицах Калининграда по охране здесь общественного порядка.
В настоящий момент в рядах батальоне почти два десятка военнослужащих, принимавших непосредственное участие в контртеррористической операции, проводимой в Северо-Кавказском регионе. Боевая доблесть большинства из них, проявленная в схватках с вооруженными сепаратистами, отмечена государственными и ведомственными наградами. В частности, командир роты капитан Г. Голиш, удостоен медали ордена «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени с изображением мечей, а подполковник И. Красношлыков, командир части, майор А. Турчин, начальник медслужбы, и прапорщик С. Коцовский, начальник клуба, - медали Суворова.
Гордостью в/ч 3932 являются также лейтенант Антон Вебер (в 2001 году он был удостоен ордена Мужества за задержание на одной из ночных улиц Калининграда вооружённого убийцы и получившего в той схватке ножевое ранение) и прапорщик Татьяна Бердникова, военный медик, прошедшая по фронтовым дорогам сначала Афганистана, а затем и Чечни.
И ещё один малопрецедентный факт: калининградская в/ч внутренних войск все последние десятилетия – одна из базовых для проведения плановых стажировок и практических занятий курсантов Отдельного курса МВД России Калининградского пограничного института ФСБ России, в том числе и курсантов спецфака, обучающихся здесь по линии внутренних войск МВД Республики Беларусь.
sobkor
Представляю свой исторический очерк о боевом пути бывшего 31-го погранполка войск НКВД СССР.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

КЁНИГСБЕРГСКИЙ ОРДЕНА КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ ПОГРАНИЧНЫЙ ПОЛК (ОТРЯД) ВОЙСК НКВД-МВД СССР, одна из наиболее прославленных воинских частей отечественных пограничных войск и одна из трёх пограничных частей войск НКВД СССР, удостоенных за боевую доблесть, проявленную при штурме столицы Восточной Пруссии, воинского почётного наименования«Кёнигсбергская».
Полное официальное наименование на 17 мая 1945 года – 31-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды пограничный полк Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта.
Сформирован был в июле 1941 года в городе Великие Луки, районном центре Псковской области, как 88-й отдельный батальон войск НКВД по охране железнодорожных сооружений Калининской железной дороги, но с подчинением Отделу охраны войскового тыла 22-й армии Западного фронта. Костяк новый в/ч составили военнослужащие 2-го стрелкового батальона также входившего тогда в состав 22-й армии 53-го полка войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений.
«20.7.41 из состава 2 сб, - гласит один из архивных документов Управления войск НКВД по охране тыла Калининского фронта, описывающий боевые действия 53-го полка войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений в 1941-1942 гг., - откомандирован личный состав в особый отдел НКВД 62 ск [стрелкового корпуса], в отряды на ст. Бологое и Волоколамск, на курсы младшего и среднего начсостава, а оставшаяся часть личного состава включена во вновь формирующейся 88 отдельный батальон ОВТ [отдел охраны войскового тыла] 22 армии».
В период с 21 июля по 25 августа 1941 года 88-й отдельный батальон войск НКВД по охране железнодорожных сооружений Калининской железной дороги был привлечён командованием 22-й армией к обороне только что отбитого после двух дней оккупации города Великие Луки.
Но если исходить из данных, содержащихся на страницах Книги Памяти пограничных войск, первые безвозвратные потери в лице красноармейца-стрелка В.П. Долгушина батальон понёс чуть раньше - 18 июля 1941 года.
Хронику участия 88-го отдельного батальона войск НКВД по охране железнодорожных сооружений Калининской железной дороги в боевых действиях лета-осени 1941 года для нас восстанавливают уже цитируемый выше архивный документ: «[Батальон] в течение месяца находится в обороне в г. В. Луки.
С 23 и 24.8.41 вёл бои в окружении противника, обороняя г. В. Луки с восточной стороны. 23.8.41 противник перешёл в наступление, бросив на район обороны батальона до 70 танков, полк мотопехоты, автоматчиков и мотоциклистов. В течение двух суток противник атаковывал 88 отдельный батальон, но атаки его были отбиты, при этом противник потерял убитыми более 100 солдат и офицеров.
В 24.00 28.8.41 произведённой разведкой был обнаружен стык противника и, получив приказ на прорыв линии окружения, 88 отдельный батальон и истребгруппа [53-го жд] полка внезапным ударом прорвали оборону противника, уничтожив большое количество живой силы и техники. Из окружения вышло и батальоном было выведено бойцов частей РККА 300 человек вместе с материальной частью».
Безвозвратные потери тех дней среди красноармейцев-стрелков: 20 августа – пропал без вести 43-летний Терентий Данилович Ярохов; 25 августа – убиты 41-летний Максим (Михаил) Григорьевич Давиденко и 22-летний Дмитрий Карпович Ерёменко, а ещё двое пропали без вести – 27-летний Алексей Сергеевич Бойков и 35-летний Емельян Степанович Трофимов.
29-31 августа 1941 года – совместно с истребительной группой 53-го полка войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений в боях на оборонительных рубежах, оборудованных в 15 км юго-восточнее города Торопец бывшей Калининской, а ныне Тверской области. Район, о котором идёт речь, – ближайшие окрестности расположенной здесь деревни Понизовье.
«В 8.00 30.8.41 противник перешёл в наступление, бросив в атаку 20 танков, большую группу мотоциклистов с автоматчиками и более батальона мотопехоты. 88 отдельный батальон, взаимодействуя с подразделениями 83 погранотряда, отразил атаки противника и заставил его отойти на исходные позиции. При этом противник на поле боя оставил четыре сожженных танка и более 170 трупов солдат и офицеров. 88 отдельный батальон с истребительной группой в 11 человек стойко удерживал район обороны до подхода частей Красной Армии».
В этом бою особенно ярко отличился заместитель секретаря бюро ВЛКСМ полка Гаврасов (воинское звание неизвестно): в поединке с превосходящими силами противника в одиночку метким огнём уничтожил двенадцать вражеских солдат и оставил занимаемую позицию лишь только после того, как получил от своих командиров приказ об отходе.
Из боя 30 августа 1941 года не вышли пятеро красноармейцев-стрелков – 33-летние Александр Архипович Горбунов и Павел Семёнович Гусаров, 36-летний Василий Сурманов, 43-летний Семён (Степан) Семёнович Шамков и 30-летний Алексей Егорович Шмоев. Все они официально учтены в Книге Памяти пограничных войск как без вести пропавшие.
Без вести пропавшим в августе 1941 года (но точная дата выбытия неизвестна) числится и другой красноармеец-стрелок – 33-летний Григорий Васильевич Аксёнов.
«1.9.41 88 отдельный батальон с истребительной группой 53 жд полка и подразделениями 83 погранполка занял оборону подступов к г. Андреаполь [районный центр бывшей Калининской, а ныне Тверской области]. В 16.00 2.9.41 группа мотоциклистов с автоматчиками до 50 человек с ходу ворвались в город, которая [т.е. данная группа] была полностью уничтожена. Все дальнейшие попытки противника прорваться в город были отбиты с большими для него потерями. Поставленная задача Военным Советом 22 армии удержать г. Андреаполь была выполнена. Город был удержан, и этот рубеж в течение месяца в дальнейшем удерживался частями Красной Армии.
В этом бою личный состав проявил исключительное мужество и беззаветную преданность социалистической Родине. Презрев смерть, наиболее проявили себя следующие [военнослужащие]: капитан Таранов, старший политрук Новиков, младшие лейтенанты Стрельцов, Маркин, Волков и Семёнов, политрук Маевский, врач Нечепурной, военфельдшер Марушкина, старшина Малина, старший сержант Хрусталёв, ефрейтор Громов, красноармейцы Леонов, Демешко и другие».
С октября 1941 года 88-й отдельный батальон войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений Калининской железной дороги - в составе Управления охраны войскового тыла (с 1942 года – Управление войск НКВД СССР по охране тыла) Калининского фронта.
11 октября 1941 года ещё одна безвозвратная потеря в рядах личного состава части - погиб красноармеец-стрелок Митрофан Леонович Волавик.
За проявленное в боях июля-октября 1941 года «мужество, героизм, беззаветную преданность социалистической Родине и полное презрение к смерти в борьбе с германскими оккупантами личный состав 88 отдельного батальона и истребгруппа 53 жд полка награждены и представлены к правительственным наградам в следующем количестве:
Орденом Красного Знамени – 3 награждено и 4 представлено;
Орденом Красной Звезды – 11 награждено и 21 представлен;
Медалью «За отвагу» - 3 награждено и 5 представлено;
Медалью «За боевые заслуги» - 1 награждён и 3 представлены.
Всего – 18 награждено и 33 представлено».
В январе 1942 года на территории бывшей Калининской, а ныне Тверской области 88-й отдельный батальон войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений Калининской железной дороги был переформирован в 31-й пограничный полк войск НКВД СССР. С этого момента и до конца 1943 года он выполнял служебно-боевые задачи по охране тыла 22-й 39-й и 43-й армий Калининского фронта.
Полк заслуженно славился на Калининском фронте своими снайперами. Так, в июле 1942 году группа снайперов в количестве 121 военнослужащего проходила боевую стажировку на участке обороны 22-й армии. Уже в течение первых пяти дней она уничтожила 962 фашистов. Всего же в третьем квартале 1942 года снайперы полка своими меткими выстрелами сразили 1298 вражеских военнослужащих, чем установили среди других действующих здесь частей войск НКВД СССР своеобразный рекорд. А особенно отличились тогда своей меткостью красноармейцы Антоненко и Курдов: первый за восемь дней боевого поиска уничтожил из снайперской винтовки двадцать солдат и офицеров противника, а второй, казах по национальности, - 17.
На слуху у воинов 31-го погранполка в те дни было и имя другого снайпера-рекордсмена – младшего сержанта Дудника. В ходе первых пяти дней июльской (1942 года) боевой стажировки он с помощью военной хитрости (вынудил например, однажды противника открыть массированный огонь по чучелу) выследил и уничтожил 37 немецких солдат и офицеров.
К сожалению, несли потери и сами снайперские команды. В частности, при выполнении боевого задания погибли красноармейцы-снайперы: где-то у деревни Подберёзье Нелидовского района современной Тверской области - Александр Давыдович Гончаров (дата гибели неизвестна), а 3 марта 1944 года у деревни Побединщина Витебской области Белоруссии - Иван Гаврилович Агафонов.
Всего, если исходить из Книги Памяти пограничных войск, в ходе боевой страды 1942-первой половины 1944 годов (но без учёта потерь, понесённых снайперскими командами), погибли не менее четырнадцати военнослужащих полка и, в том числе: представители офицерского состава - старший лейтенант Д.В. Акимов (21 февраля 1943 года) и младший лейтенант И.Г. Фомичёв (2 июня 1944 года); младшие командиры - старшина стрелкового батальона старшина А.П. Бирюков (умер от ран 3 июня 1944 года в эвакогоспитале № 2659), старшина погранзаставы сержант Н.С. Житинский (5 ноября 1942 года), сержант И.Е. Белик (4 января 1943 года у станции Скворцово, что в Торопецком районе современной Тверской области; должность неизвестна), командиры отделений старший сержант И.П. Скрылёв (7 января 1943 года) и сержант М.И. Залесский (24 февраля 1942 года), шофёр сержант С.А. Ермаков (13 января 1943 года), инструктор служебных собак младший сержант В.В. Лазуков (17 октября 1943 года), младший сержант П.Ф. Смирнов (12 октября 1943 года; должность неизвестна); солдаты - повозочный ефрейтор И.И. Авнин (8 марта 1943 года у районного центра Оленино современной Тверской области), красноармейцы Н.Г. Белов (26 февраля 1942 года у деревни Колесня Нелидовского района современной Тверской области), А.Е. Гаврилов (26 апреля 1943 года у деревни Репино современной Калужской области), И.А. Жуков (30 мая 1943 года), М.М. Курбанов (23 сентября 1943 года), И.И. Мошко (6 января 1942 у деревни Байгорово современной Тверской области) и А.И. Шикин (6 марта 1943 года). Были и пропавшие без вести, общее число которых пока установить не удалось.
Успешно выполнял 31-й пограничный полк войск НКВД СССР полк и возложенные на него служебно-боевые задачи по охране тыла фронта. Так, к слову, в октябре 1942 года в районе деревни Замошье Нелидовского района бывшей Калининской, а ныне Тверской области двумя его разведывательно-поисковыми группами, возглавляемыми капитаном Цветковым и младшим лейтенантом Гаревым, была выявлена и обезврежена выброшенная трое суток назад с самолёта диверсионно-разведывательная группа противника в количестве шести человек. При этом подчинённые младшего лейтенанта Гареева в ходе погони настигли и после непродолжительного, но жестокого по своему характеру боестолкновения пленили четверых парашютистов, а капитана Цветкова – двоих. Дополнительными трофеями той операции стали шесть спрятанных в лесных тайниках парашютов, а также немалое количество различного шпионского снаряжения.
С 1 октября 1943 года 31-й погранполк – в составе Управления войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта. И в данном качестве ярко отличился уже в первые дни после начала Белоруской стратегической наступательной операции. Так, только в период с 23 июня по 14 июля 1944 года он совместно с личным составом соседнего 216-го погранполка всё того же 1-го Прибалтийского фронта в ходе проведения чекистско-войсковых операций истребил сто восемьдесят шесть не желавших сложить оружие гитлеровцев и, в том числе, восемнадцать офицеров, а 1354-х захватил в плен, включая сорока четырёх офицеров.
Вот краткая хроника тех дней. В ночь с 27 на 28 июня разведывательно-поисковая группа, возглавляемая лейтенантом Савченко, у белорусской деревни Слободка методом засады выявила и в ходе завязавшегося боя ликвидировала пробиравшуюся лесами на запад группу немецких военнослужащих. Итог операции: уничтожено двое унтер-офицеров, а остальные (два офицера и девять солдат) пленены. Трофеи: ручной пулемёт, пять винтовок и пистолет. С нашей стороны обошлось без потерь. В бою особенно отличился сержант Урусов.
В ночь с 30 июня на 1 июля военнослужащие обоза 11-й и 14-й погранзастав старшины Брызгалёв и Усольцев, сержант Буяло и красноармеец Кубицкий положили конец преступной деятельности хорошо вооружённой (ручной пулемёт и два автомата) шайки грабителей и мародёров, состоявшей из семи гитлеровцев-недобитков.
Внезапно атаковав захваченную накануне вечером бандитами белорусскую деревню Новинки, они метким автоматным огнём и ручными гранатами уничтожили пятерых негодяев, а двоих захватили в плен. Среди пограничников в ходе этого боя никто даже не был ранен. А героем схватки стал тогда старшина Брызгалёв - и как руководитель операции, и как меткий стрелок. К слову, он лично скосил из автомата пытавшихся оказать яростное сопротивление троих солдат и офицера.
1 июля 1944 года. Разведывательно-поисковая группа 8-й пограничной заставы (10 штыков во главе с лейтенантом Сербиным) при прочёсывании одного из лесных массивов выявила и в завязавшемся встречном бою уничтожила сводное пехотное отделение гитлеровцев. От возмездия никто из врагов не ушёл: трое убиты, четверо пленены. Трофеи пограничников: три винтовки и четыре парабеллума. С нашей стороны не было даже раненых. В ходе схватки особенно отличились младший сержант Сысолятин и красноармеец Шагин.
2 июля 1944 года. Разведывательно-поисковая группа 1-й пограничной заставы (12 штыков во главе с лейтенантом Васильевым) сорвала попытка сводного подразделения противника (20 человек при двух автоматах, трёх винтовках и двух пистолетах) скрытно переправиться у белорусских деревень Марги и Подрезы через реку Улла. После недолгой перестрелки все двадцать немцев сдались на милость победителя. В бою особенно отличились лейтенант Бутьков и младший сержант Березтнёв.
3 июля 1944 года. В 12.20 юго-восточнее белоруской деревни Старое Ранчище разведывательно-поисковая группа 8-й пограничной заставы (21 штык во главе с начальником заставы лейтенантом Литвиновым) настигла и ликвидировала сводное немецкое подразделение численностью в семнадцать военнослужащих вермахта, десять из которых являлись офицерами. В схватки враг потерял двенадцать человек убитыми, в том числе пятерых офицеров. Остальные сдались в плен. В бою особенно отличился ефрейтор Кузнецов: выйдя гитлеровцам наперерез, он огнём из ручного пулемёта преградил им путь вперёд. Его позиция оставалась непреступной даже после того, как получил три пулевых ранения - одно лёгкое в левую руку и два тяжёлых в грудь.
Мужественно и решительно действовали в том бою также старший лейтенант Волченко, лейтенант Литвинов и младший сержант Сысолятин.
Трофеи, доставшиеся «зелёным фуражкам»: девять винтовок и по четыре единицы автоматов и парабеллумов.
8 июля 1944 года. В 7.30 1-я резервная и 3-я линейная пограничные заставы подверглись внезапной атаке со стороны превосходящих сил противника. Фашисты стремились вырваться из окружения путём организации прорыва через боевые порядки советских войск. Не получилось: пограничники не дрогнули и дали достойный отпор - перед их позициями остались лежать трупы двадцати трёх немецких солдат и офицеров, а остальные нападавшие были отброшены назад и рассеяны по окрестным лесам плотным огнём. К сожалению, не обошлось без потерь и в рядах «зелёных фуражек»: один советский офицер был убит (к сожалению, фамилию установить не удалось), а ещё один получил ранение…
В боях сорок четвёртого года при освобождении советской Белоруссии и Литвы также погибли: врач полка старший лейтенант медицинской службы Анна Михайловна Забелинская (22 июля), начальник манёвренной группы полка старший лейтенант Алексей Семёнович Костюк (7 июля) и командир взвода младший лейтенант Василий Дмитриевич Ушков (10 августа), кузнец старший сержант Г.В. Гула (18 июля в районе деревни Бернаты Витебской области). Кроме того, по неофициальным данным (в Книге Памяти пограничных войск его фамилия не значится) от полученных в бою 8 июля ран уже в госпитале скончался герой-пулемётчик ефрейтор Кузнецов.
В ходе Прибалтийской (1944) и Восточно-Прусской (1945) стратегических наступательных операций полк возглавлял подполковник Сергей Николаевич Котов. Под его руководством тридцать первый ярко отличился в боях на дальних подступах к столице Латвии, что впоследствии было высоко оценено Родиной. Так, на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР № 145 от 22 октября 1944 года «за образцовое выполнение заданий командования в боях с немецко-фашистскими захватчиками при прорыве обороны противника юго-восточнее города Рига и проявленные при этом доблесть и мужество» 31-й пограничный полк войск НКВД СССР был удостоен ордена Красной Звезды (№ 897635, но Грамота Президиума Верховного Совета СССР от 28 мая 1948 года № 737/605).
Одновременно личный состав полка, защищая прифронтовые коммуникации, нанёс ощутимый урон всевозможным, окопавшимся в нашем тылу, бандформированиям. Вот только одно документальное тому свидетельство. Оно почёрпнутое из Политдонесения начальника политуправления 1-го Прибалтийского фонта генерал-майора И.П. Волковского, датирвоанного 12 октября 1944 года (ЦАМО: ф. 325, оп. 8241, д. 16, л. 305-308): «…Несколько групп из числа оставшихся в окружении немецких солдат и офицеров, а также присоединившиеся к ним каратели, полицейские и сотрудники фашистских концлагерей в Литве, общей численностью свыше 50 вооружённых, стремившихся пробиться через линию фронта и выйти к городу Мемель, по пути следования занимались диверсией и убийствами военнослужащих и мирных жителей.
В районе Паневежиса они были окружены подразделениями 31-го пограничного полка и в бою ликвидированы. При этом отличились пограничники – рядовые Николаенко, Алфёров, Бородин и Лось».
В период с 15 декабря 1944 по 31 января 1945 года полк, продолжая при этом охранять войсковой тыл 1-го Прибалтийского фронта (в том числе с 1 января 1945 года – 4-й ударной и 43-й армий), принял участие в широкомасштабной операции войск НКВД СССР против бандформирований литовских националистов. Он действовал тогда в Расейнском, Таурагском и ряде других уездов Литовской ССР, расположенных вдоль границы с Восточной Пруссией.
Всего тогда полковой разведкой в зоне ответственности подчинённых подполковника С.Н. Котова было выявлено двенадцать активно действующих здесь банд общей численностью почти в 1125 активных штыков. В ходе череды чекистско-войсковых операций полк восемь раз имел с ними крупные боестолкновения. В частности, 17 декабря 1944 года полк нанёс сокрушительный удар по банде некого Побарчуса, в недавнем прошлом офицера литовской армии, но опустившегося, в конце концов, до роли наймита немецких нацистов. Банда понесла значительные потери, мало-мальски оправиться от которых сумела только к началу февраля следующего года. Впоследствии (15 февраля 1945 года) она, к слову, была окончательно разгромлена уже подразделениями другого пограничного полка, также входившего в состав Управления войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта, - 338-го.
Дата другого крупного боестолкновения - 24 декабря 1944 года. Оно произошло в районе местечка Гиртаколь Расейнского уезда бывшей Литовской ССР. В этот день разведывательно-поисковой группа лейтенанта И.С. Носок, высланная в местный лесной массив от 13-й пограничной заставы, лицом к лицу столкнулась с бандой численностью в 50 штыков. Завязался неравный бой. Пограничники сумели уничтожить свыше тридцати боевиков, но и сами понесли безвозвратные потери в лице четырёх своих побратимов – заместителя начальника 13-й пограничной заставы лейтенанта Ивана Самойловича Носок, инструктора служебных собак старшего сержанта Ивана Павловича Захарченко, командира отделения младшего сержанта Василия Михайловича Сёмика и заместителя командира отделения младшего сержанта Ивана Ивановича Васильева. При этом, как гласит Исторический формуляр части (ЦПА ФСБ России: ф. 318, оп. 2, л. 2, лл. 1-8), старший сержант И.П. Захарченко, «будучи окружён бандитами, подорвал себя гранатой и нанёс ранения врагу», а младший сержант И.И. Васильев «в ходе боя получил ранение и попал в плен к бандитам. Мужественный пограничник был подвергнут жестоким пыткам, но до конца жизни остался верен Присяге».
Общий итог полуторамесячного участия 31-го погранполка в данной контртеррористической операции: истреблено 88 вооружённых бандитов, а ещё 246 пленено. Захвачено боевых трофеев: винтовки и карабины – 161; пулемёты -16; автоматы – 11; ручные осколочные гранаты – 44; мины различных конструкций – 14; патроны к стрелковому оружию – 28297; радиостанции - одна.
Одновременно «зелёным фуражкам» удалось обезвредить тогда и немало иных преступных элементов и, в частности: лиц, уклоняющихся от призыва на военную службу, - 944; дезертиров – 28; бывших полицаев и карателей – 25; скрывающихся от советского правосудия предателей и изменников Родины – 7; вражеских агентов, засланных к нам в тыл с диверсионно-разведывательной миссией, - 2; мародёров – 2.
И ещё одна боевая доблесть полка: его столь успешное и бескомпромиссное противодействие бандитам не замедлило тут же положительно сказаться на оздоровлении морально-психологического климата в окрестных населённых пунктах, свидетельством чему тот факт, что в декабре 1944-январе 1945 гг., осознав всю дальнейшую бесперспективность своего пребывания на нелегальном положении, на призывные пункты, расположенные в зоне ответственности 31-го погранполка, поспешили добровольно явиться 9484 местных жителя из 13 тысяч, уклонявшихся на тот момент от призыва или мобилизации на военную службу.
К сожалению, в ходе чекистско-войсковых операций осени 1944-зимы 1945 гг. имел и другие безвозвратные потери, кроме понесённых 24 декабря. Так, согласно Книге Памяти пограничных войск и Книге Памяти Калининградской области «Назовём поименно», в тот период в литовских лесах погибли: 5 октября 1944 года - командир отделения младший сержант Иван Иванович Нечетаев; 11 ноября 1944 года - пулемётчик красноармеец Александр Алексеевич Толкачёв; 15 декабря 1944 года – красноармеец-телефонист Николай Иванович Харченко; 16 декабря 1944 года - заместители командиров отделений красноармейцы Владимир Степанович Гузлаев и Владимир Степанович Гузненко; 17 декабря 1944 года – красноармеец-стрелок Фёдор Григорьевич Федотов; 29 декабря 1944 года – красноармеец Магомет Калинкович Саадуев; приблизительно в самом конце декабря 1944-начале 1945 гг. - красноармейцы Анна Васильевна Моисеева и Яглы-Сагадиевич Сагадиев; 9 января 1945 года - инструктор служебных собак сержант Николай Васильевич Орёл.
Кроме того, в ходе боёв 1944 года (но точная дата неизвестна) погибла полковая писарь красноармеец Нина Александровна Горшкова.
В течение декабря 1944-января 1945 гг. военнослужащие 31-го погранполка одновременно нанесли ощутимый урон и войскам вермахта путём откомандирования в боевые порядки частей и соединений 43-й армии 1-го Прибалтийского фронта своих лучших снайперов. Для этого последние были сведены в две снайперские команды по шестнадцать человек личного состава в каждой. Началом месячной командировки для обеих команд стало 7 декабря 1944 года. При этом 1-я снайперская команда осуществляла боевой поиск в полосе обороны 70-й и 344-й стрелковых дивизий 19-го стрелкового корпуса, а 2-я (начальник – старший лейтенант Гори) – частей и соединений, непосредственно участвовавших в осаде восточнопрусского Мемеля (ныне – литовский Клайпеда).
Результатом боевой стажировки снайперов 1-й команды стали выведенные из строя к 6 января 1945 года 374 гитлеровца, а второй к 7 января 1945 года – 254. Однако, к сожалению, не обошлось без потерь и в рядах самих снайперов. И особенно большие они были в 1-й команде: из боевого поиска по причине героической гибели в бою не вернулись одиннадцать её представителей (но фамилии неизвестны), при этом оставшиеся в живых пятеро других к концу фронтовой командировки также выбыли из строя, но только уже в связи с полученными ранениями.
2-й команде в этом отношении повезло больше: её потери – один раненый в лице ефрейтора Савченко.
Как гласит Книга Памяти Калининградской области «Назовём поименно» (т. 18, стр. 274), 2 февраля 1945 года в стенах дислоцировавшегося в восточнопрусском городе Лабиау (ныне – Полесск) 464-го хирургического полевого подвижного госпиталя от ран скончался военнослужащий 31-го погранполка старший сержант Николай Максимович Чернов. Фамилия этого воина почему-то отсутствует в Книге Памяти пограничных войск.
Начиная с 10 февраля 1945 года, 31-й пограничный ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР принял непосредственное участие в Восточно-Прусской стратегической наступательной операции. Для этого ему, выполняя приказ вышестоящего командования, пришлось совершить шестидневный марш из окрестностей литовского города Таураге вглубь Земландского полуострова на рубеж: город Кранц (ныне – Зеленоградск) – посёлок Кармиттен (ныне - Отрадное Гурьевского района) – посёлок Вилкюнен. Местом дислокации штаба полка при этом стал посёлок Заллекен (ныне – Лесосеково Гурьевского района).
Задача, к выполнению которой приступил уже 16 февраля, – охрана тыла и коммуникаций 39-й и 43-й армий 1-го Прибалтийского фронта (в 24.00 24 февраля 1945 года преобразован в Земландскую оперативную группу войск 3-го Белорусского фронта), в том числе участие здесь в режимных мероприятиях по отселению из прифронтовой полосы гражданского населения.
Всего к 19 апреля 1945 года на Земландском полуострове (но без учёта участия в штурме Кёнигсберга) служебными нарядами полка в лице разведывательно-поисковых групп, дозоров, засад и выставленных на важнейших дорогах КПП были выявлены и задержаны 3213 человек и, в том числе: германских подданных, уклонившихся от мобилизации в немецко-фашистскую армию, – свыше 990; членов нацистской партии – 662; дезертиров из рядов Красной Армии – 153; советских военнослужащих, отставших от своих частей, - свыше 60; членов вооружённых отрядов фольксштурма – 18; агентов вражеской разведки – 8; изменников Родины – 2; граждан иностранных государств – свыше 27; советских граждан, пребывавших на территории Восточной Пруссии в немецком рабстве, - свыше десяти.
Одновременно из прифронтовой полосы полк отселил в безопасную зону 10132 человека из числа местного немецкого населения.
На лицевом счету полка и участие в широкомасштабной зачистке войсками НКВД СССР Восточной Пруссии. Так, 26-30 марта 1945 года его 3-й стрелковый батальон провёл чекистско-войсковую операцию на стыке лесных массивов «Штаатсфорст» и «Грайбен» (северо-западное предместье осаждённого Кёнигсберга), где укрывалась диверсионно-разведывательная группа противника численностью в десять человек.
Итог операции: трое вражеских лазутчиков убиты, а остальные семеро пленены, причём произошло это, когда последние, переодевшись в советскую военную форму, пытались «раствориться» в массе военнослужащих Красной Армии из расположенных здесь воинских частей 39-й и 43-й армий.
Одновременно батальон выявил и уничтожил пять принадлежавших разгромленной группе диверсантов лесных бункеров, а также захватил богатые трофеи в виде сорока килограммов взрывчатки, тридцати мин, 62-х гранат (в том числе двенадцати противотанковых), двенадцати единиц огнестрельного оружия (шести автоматов, пяти винтовок и одного пистолета), ящика с запалами и взрывателями, 5800 штук различных патронов, одной радиостанции.
За образцовое выполнение заданий командования и верность долгу, проявленные в ходе ликвидации Земландской группировки немецко-фашистских войск, 44 военнослужащих полка впоследствии были удостоены государственных наград, а 238 (в том числе 17 офицеров и 53 представителя сержантского состава) – поощрены в дисциплинарном порядке.
Всего же за мужество и фронтовую доблесть, проявленные в ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции, боевыми наградами были отмечены 197 воинов полка. Соответствующие регалии им были вручены в период с 1 апреля по 1 июля 1945 года.
Кроме того, весь личный состав части в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 июня 1945 года был удостоен медали «За взятие Кёнигсберга» (в воинских частях, ставших правопреемником 31-го погранполка, награждения были произведены: в 115-м погранотряде – на основании приказа по части № 30 от 20 декабря 1945 года, а в 24-м погранотряде – на основании приказа по части № 025 от 25 февраля 1946 года).
С 5 апреля 1945 года в связи с расформированием Земландской оперативной группы войск полк был напрямую переподчинён начальнику Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта. Теперь в зоне его ответственности находился войсковой тыл 11-й гвардейской и 50-й армий, которым предстояло непосредственно участвовать в штурме Кёнигсберга.
11-19 апреля 1945 года – 31-й полк совместно с другими введёнными в город частями и соединениями Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта принял участие в широкомасштабной зачистке Кёнигсберга, предпринятой советским командованием в целях окончательного подавления здесь вооружённого сопротивления врага. В зоне ответственности подчинённых подполковника С.Н. Котова тогда оказалась большая часть правобережных кварталов Кёнигсберга, за исключением западной и восточной окраин. Как свидетельствуют архивные документы, личным составом полка в течение этих восьми суток было захвачено и пленено в общей сложности 1555 солдат и офицеров противника, а также выявлено, обезврежено и передано в руки военных контрразведчиков 495 военных преступников, в том числе 194 члена вооружённых отрядов фольксштурма, 35 членов нацистской партии, пять сотрудников гестапо и один представитель вооружённых отрядов СА. При этом у пленённых было изъято на правах трофеев 2783 винтовки и карабина, 203 пулемёта,15 автоматов,18 ящиков с гранатами, одна радиостанция.
В ходе зачистки города нередко имели место боестолкновения с нежелающими сложить оружие разрозненными группами гитлеровцев. В частности, как следует из Исторического формуляра полка (ЦПА ФСБ России: ф. 318, оп. 2, л. 2, лл. 1-8), в 15.30 14 апреля разведывательно-поисковая группа (РПГ) 6-й пограничной заставы, возглавляемая лично начальником данной погранзаставы лейтенантом Лейзером Ханимовичем Бродецким, в подвалах располагавшегося по улице Шонштрассе комплекса зданий правительства Восточной Пруссии (ныне – улица генерала Соммера на участке от улицы маршала Рокоссовского до улицы Пролетарская) подверглась нападению из засады.
Пограничники заняли оборону. В ходе завязавшейся огневой дуэли им удалось ответным огнём уничтожить двух гитлеровцев – офицера и солдата. Но поскольку превосходство в численности было у противника (не менее сотни штыков), а также в силу наличия двух раненных - лейтенант Л.Х. Бродецкий (получил смертельное ранение) и ефрейтор Солоницын (был легко ранен) – РПГ, которую теперь возглавил штатный заместитель лейтенанта Л.Х. Бродецкого старший сержант Данишевский, была вынуждена отступить.
Через некоторое время, когда данный район оказался со всех сторон плотно блокированным 6-й заставой, схватка в подземелье продолжилась. На сей раз разведывательно-поисковой группе с помощью массированного применения в ближнем бою пулемётов и ручных осколочных гранат удалось достаточно быстро сломить отчаянное сопротивление противника, но вот, однако, продвинуться вглубь подземелья ей помешал внезапно вспыхнувший здесь от разрывов гранат пожар. Но он-то, этот самый пожар, и выполнил за пограничников их боевую работу – беспощадно уничтожил засевших в подземелье фашистов, а также находившийся при них солидный арсенал: кто-то из врагов погиб в огне и дыме, а кто-то от взрывов начавших детонировать в жарком пламени бессчётных ящиков с боеприпасами…
Говоря по-другому, враг дорого заплатил за смерть лейтенанта Л.Х. Бродецкого. На поверхность в разных местах Шонштрассе и прилегающих к ней улочек чудом удалось тогда выбраться не больше чем трём десяткам солдат противника, но они все тут же были выявлены, обезоружены и пленены нарядами 6-й пограничной заставы.
В ходе спецоперации по зачистке Кёнигсберга смертельное ранение получил и другой военнослужащий 31-го погранполка – лейтенант Дмитрий Матвеевич Ушков. Согласно Книге Памяти Калининградской области «Назовём поименно» (т. 18, стр. 140), он скончался 24 апреля 1945 года в стенах 189-м полевого подвижного госпиталя, однако в Книге Памяти пограничных войск (т. 3, стр. 242), почему-то значится как пропавший без вести в годы Великой Отечественной войны.
20 апреля 1945 года 31-й пограничный ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР был выведен из Кёнигсберга, где к тому времени успешно выполнил все полученные ранее задания командования, и сосредоточен в городе Тапиау (ныне – Гвардейск). Прибыв сюда, он впервые за долгие месяцы пребывания на фронте, приступил к занятиям по боевой подготовке в условиях, очень близким к мирным. Здесь, на берегах реки Дейме (ныне – Дейма), он и встретил известие о безоговорочной капитуляции фашистской Германии.
Однако та предоставленная вышестоящим командованием передышка оказалась, увы, недолгой. Уже 13 мая 1945 года от начальника Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта генерал-лейтенанта И.С. Любого поступил приказ об экстренной передислокации полка из Тапиау на юг Восточной Пруссии (ныне – территория Польши) в связи с обострившейся в Зенсбургском и Йоганнисбургском округах оперативной обстановкой.
Местом дислокации штаба полка в новом районе оперирования стал город Йоганнисбург (ныне – польский Пиш). Прибытие сюда совпало с радостной новостью, поступившей вскоре из Москвы: приказом Верховного Главнокомандующего № 084 от 17 мая 1945 года «за образцовое выполнение заданий командования в боях с фашистскими захватчиками при овладении городом и крепостью Кёнигсберг и проявленные при этом доблесть и мужество» 31-й пограничный ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР был удостоен воинского почётного наименования «Кёнигсбергский». (По воинским формированиям НКВД СССР данный приказ Верховного Главнокомандующего был объявлен приказом № 0132 от 24 мая 1945 года генерального комиссара госбезопасности Л.П. Берия.)
Чекистско-войсковые операции на юге Восточной Пруссии против окопавшихся в окрестных лесах польских бандформирований и оставленных здесь фашистами в бессчётном количестве диверсионно-террористических и шпионских групп подчинённые подполковника С.Н. Котова успешно проводили вплоть до 10 июня 1945 года, пока не поступил новый приказ: передислоцировавшись в местечко Яшуны (ныне – Яшюнай) Вильнюсского уезда Литовской ССР, усилить собой группировку войск НКВД СССР, осуществляющую борьбу с бандформированиями литовских националистов на территории Вильнюсского и Тракайского уездов.
Марш совершался на автомобилях и по времени занял двое суток. А, спустя ещё трое суток (15 июня), тридцать первый Кёнигсбергский орденоносный наряду с 33-м и 220-м погранполками вновь был включён в состав возрождённого 1-го Прибалтийского фронта.
До 19 июля полк действовал в зоне Вильнюсского оперативного сектора, включавшего в себя территории Вильнюсского, Тракайского и Алитусского уездов. При этом штаб части со 2 июля дислоцировался в местечке Валькиненкай.
В районе оперирования чекистско-войсковых мероприятия командованием полка не прекращались ни на минуту, что позволило уже достаточно скоро значительно оздоровить здесь оперативную обстановку. Например, точно известно, что только в период с 15 июня по 18 июля и только пленными тридцать первым Кёнигсбергским было захвачено 195 активных участников незаконных вооружённых формирований. Ещё 260 боевиков из разгромленных им террористических банд, спасаясь от полного истребления, поспешили сложить оружие и явиться с повинной.
Одновременно, подчинёнными подполковника С.Н. Котова были изобличены, обезврежены и переданы в руки чекистов 19 разномастных изменников и предателей Родины, 18 агентов иностранных разведок, пять дезертиров. Кроме того, в зоне их ответственности добровольно явились на призывные пункты 482 местных жителя из числа лиц, ранее уклонявшихся от призыва или мобилизации в Красную Армию.
Бандформирования, кроме того, не досчитались тогда и солидного арсенала, который достался военнослужащим полка на правах захваченных в жестоких боях трофеев. Так, согласно архивным документам (ЦПА ФСБ России: ф. 318, оп. 2, д. 1, лл. 11-31), речь в данном случае идёт, по меньшей мере, об одном противотанковом ружье, одиннадцати пулемётах, семнадцати автоматах, сорока восьми винтовках и карабинах, двадцати пистолетах, двух минах, четырёх ручных осколочных гранатах, почти четырнадцати тысячах патронах, девяти сигнальных ракетах.
С 19 июля по 12 октября 1945 года полк (при этом с 17 августа по 19 сентября 1945 года, будучи уже формально переподчинённым почему-то Управлению войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Украинского фронта) нёс боевую службу в соседнем оперсекторе - на территории Расейнского и Кедайнского уездов Литовской ССР (но место дислокации штаба – город Расейняй). В этом районе оперирования его личным составом в ходе боестолкновений двадцать девять бандитов были уничтожены, а несколько сотен захвачены живыми.
Так, 20 июля, благодаря своевременно полученной от местного населения оперативной информации, 1-й и 2-й стрелковые батальоны полка в районе деревни Подратвине захватили врасплох и в ходе достаточно жаркого боя ликвидировали базировавшуюся там банду. Из сорока пяти до зубов вооружённых боевиков лишь трём удалось тогда каким-то чудом выскользнуть из ловушки, а вот остальные сорок два или были уничтожены на месте, или же угодили в плен. Одновременно в руки «зелёных фуражек», попали тогда и богатые трофеи - солидный арсенал (станковые и ручные пулемёты, автоматы и винтовки) и конный обоз банды.
В ходе этой операции, которая, начиная с 4.00, длилась более десяти часов кряду, особенно отличился расчёт станкового пулемёта «максима» из состава 2-й резервной заставы: действуя под руководством начальника данной заставы старшего лейтенанта Нурланова, пулемётчики кинжальным огнём, внезапно нанесённым с фланга, не только сорвали отчаянную попытку противника, поднявшись в контратаку, совершить прорыв, но и на месте замертво уложили десятерых врагов.
Как прекрасные тактики, проявили себя в этом же бою командиры боевых групп майоры Анзин и Марков: они грамотно руководили возглавляемыми подразделениями, что во многом и решило победный исход операции.
Однако, к сожалению, не обошлось без потерь и в рядах самих пограничников: в 11.20 головной дозор, высланный от 5-й погранзаставы в юго-западную часть леса, угодил в засаду. В результате двое военнослужащих – профессиональный разведчик младший лейтенант Александр Васильевич Лавров и красноармеец-стрелок Файвуш Исаакович Бениаминович (Вениаминов) погибли, а их трупы в течение некоторого времени оставались в зоне, подконтрольной бандитам.
Из той, устроенной бандитами, западни тогда спасся лишь старший дозора – помощник начальника 5-й погранзаставы лейтенант Коновалов: будучи лишь легко раненым, он, не позволяя бандитам к себе приблизиться, яростно отстреливался, пока не подоспела подмога от действовавшей чуть позади боевой группы майора Маркова.
Однако убийцы – те самые трое, которым, 20 июля удалось-таки просочиться через плотное кольцо оцепления, - всё же не ушли от праведного возмездия. Вот как об этом говорится в Сводке от 27 июля 1945 года штаба Управления войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта («Пограничные войска СССР 1945-1950: Сборник документов и материалов». Изд. «Наука» - М.: 1975, стр. 111): «В ночь на 26 июля 1945 г. на вероятных путях движения бандитов в районе д. Папорце была выслана группа в составе 12-й и 14-й застав 31-го погранполка в количестве 45 чел., под командованием капитана Шапаря.
В 2 час. 00 мин. 26 июля из леса севернее д. Папорце выехала подвода с тремя неизвестными, следовавшая в направлении группы. Подпустив неизвестных на близкое расстояние, командир группы решил их задержать. Во время задержания неизвестные пытались бежать, в результате убито 2 бандита и ранен 1 бандит. У убитых и раненого изъяты трофеи: автоматов - 3, пистолетов - 2, гранат - 6. Кроме этого, у бандитов отобран ремень и револьвер красноармейца Вениаминова, пистолет мл. лейтенанта Лаврова, убитых бандитами 20 июля».
Если исходить из Книги Памяти пограничных войск, в той же спецоперации, проводившейся 20 июля у деревни Подратвине, погиб и ещё один офицер - помощник начальника отделения разведки одного из стрелковых батальонов младший лейтенант Владимир Александрович Болванов, но подробности его героической смерти неизвестны. А всего же в борьбе с бандитизмом на территории Литвы, помимо младших лейтенантов А.В. Лаврова и В.А. Болванова, красноармейца Ф.И. Бениаминовича (Вениаминова), летом-осенью сорок пятого сложили свои головы ещё не менее пяти других военнослужащих полка. Назовём их поименно. Это - начальник штаба 2-го стрелкового батальона капитан Николай Афанасьевич Васильев (10 июня), сержанты Михаил Иванович Матвеев (13 июня) и Николай Петрович Поздняков (25 июня), младший сержант Семён Ильич Журавлёв (5 сентября); красноармеец-стрелок Дильмурат (Дирмурат) Бабаев (22 июля).
Кроме того, трое солдат при выполнении служебно-боевых задач получили ранения.
Однако все эти потери не были напрасными. Так, к началу октября сорок пятого полком в вверенном ему оперсекторе только пленными был захвачен пятьсот один человек из числа бандитов и прочих общеуголовных элементов. Впечатляет и общее количество доставшихся тогда «зелёным фуражкам» боевых трофеев: взрывчатка – 41 кг; мины – 94 единицы; пулемёты – 12; автоматы – 28; винтовки и карабины – 91; пистолеты – 12; патроны – 38885 единиц; сигнальные ракеты – 69; бинокли – три штуки.
12 октября 1945 года – официальная дата переформирования 31-го погранполка в 115-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды пограничный отряд войск НКВД СССР Управления погарничных войск НКВД СССР Литовского округа. Переформирование проходило на основании приказа НКВД СССР № 001109 от 18 сентября 1945 года в литовском городе Кедайняй.
Совершив 15 октября 1945 года комбинированный марш из литовского Кедайняя в восточнопрусский город Виттенберг (ныне – посёлок Нивенское Багратионовского района), эта новосозданная пограничная часть приступила к охране советско-польской границы на 70,2-километровом участке - от залива Фришес-Хафф (ныне – Висленско-Калининградский залив) до местечка Пошлонен (исключительно). Всего: по суше – 64,7 км, а по глади морского залива - 5,5 км. Под место же дислокации штаба отряда был выбран город Виттенберг.
За период с 15 октября по 31 декабря 1945 года на участке данного погранотряда, благодаря высокой бдительности и профессионализму личного состава служебных нарядов, было задержано 270 нарушителей госграницы, пятеро из которых впоследствии были изобличены как агенты иностранных разведок, а пятьдесят человек - как бывшие военнослужащие вермахта, бежавшие из советских лагерей для немецких военнопленных и лесами теперь пробиравшиеся на Запад.
Нередко нарушители при задержании оказывали вооружённое сопротивление, что приводило к безвозвратным потерям в рядах стражей границы. В частности, в первой половине июня 1946 года при исполнении воинского долга погиб ковочный кузнец 115-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды отряда войск МВД СССР рядовой Василий Дмитриевич Бабакин. С отданием последних воинских почестей однополчане похоронили его на братском воинском кладбище города Прейсиш-Эйлау (ныне – Багратионовск).
На основании приказа МВД СССР № 01131 от 12 декабря 1946 года 115-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды отряд был переформирован в одноименный 24-й погранотряд с местом дислокации штаба в городе Озёрске Калининградской области. Прежде охраняемый им участок протяжённостью в 70,2 км советско-польской границы вместе с дислоцирующимися здесь погранзаставами перешёл с 5 января 1947 года под юрисдикцию соседнего 95-го пограничного ордена Ленина отряда.
Теперь же в зоне ответственности 24-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды отряда оказался 90,656-километровый участок советско-польской границы, пролёгший на стыке Польши, Калининградской области и Литовской ССР и прежде (с 12 октября 1945 года) охранявшейся 97-м пограничным отрядом Литовского округа войск НКВД-МВД СССР. Всего в состав ново-старой части вошло шесть пограничных застав.
Расформирован отряд был на основании приказа МВД СССР № 063 от 10 марта 1956 года, но на основании другого приказа МВД СССР - № 0080 от 23 марта 1956 года - входившие в него подразделения в целях сохранения боевых традиций прославленного 31-го погранполка были влиты в состав 95-м пограничного ордена Ленина отряда, которому как правопреемнику тогда же перешли воинское почётное наименование «Кёнигсбергский» и боевая награда в лице ордена Красной Звезды № 897635 (вместе с Грамотой Президиума Верховного Совета № 737/605 от 28 мая 1948 года был передан 95-му отряду 13 апреля 1956 года из Музея пограничных войск МВД СССР). В результате эта в/ч стала впредь официально именоваться как 95-й пограничный Кёнигсбергский ордена Ленина и Красной Звезды отряд.
sobkor
ГДЫНСКИЙ ОРДЕНА КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ ПОГРАНИЧНЫЙ ПОЛК ВОЙСК НКВД СССР, одна из наиболее прославленных воинских частей войск НКВД СССР, ярко отличившаяся в годы Великой Отечественной войны и, в том числе, в боях за Восточную Пруссию, и одновременно - один из двух бывших пограничных полков войск НКВД СССР, удостоенных воинского почётного наименования «Гдынский».
Ныне – 6-й (Псковский) пограничный Гдынский ордена Красной Звезды отряд (в/ч 2294) Северо-Западного регионального пограничного управления ФСБ России.
Сформирован был 5-20 мая 1944 года на основании соответствующего приказа начальника Управления войск НКВД СССР по охране тыла 2-го Белорусского фронта как 218-й пограничный полк войск НКВД СССР (но ежегодно празднуемый день части, установленный в послевоенный период приказом министра внутренних дел СССР, – 1 мая).
Место рождения - деревня Ново-Вихряны Мстиславского района Могилёвской области бывшей Белорусской ССР.
Первый командир – полковник Веснин.
К несению службы по своему боевому предназначению приступил 1 июня 1944 года. В частности, двигаясь по маршруту: деревня Ключики – деревня Ляжки (обе – бывшего Березинского района Могилёвской области) – деревня Драчково Смолевичского района Минской области – деревня Котяги бывшего Чатовского района Минской области – деревня Дзявки – деревня Заречье (обе – бывшего Иванецкого района Могилёвской области) – деревня Руда бывших Ново-Груздского района Барановичской области – деревня Жуки Жидомельского района бывшей Белостокской области (ныне – территория Подлясского воеводства Республики Польша) – деревня Хорунжинцы Августовского района Белостокской области, зачищал тылы победно наступающих войск 2-го Белорусского фронта.
С 22 июня 1944 года – на охране тыла 49-й и частично 50-й армий 2-го Белорусского фронта. Отличился в боях по освобождению советской Белоруссии. Вот лишь краткая хроника июля сорок четвёртого.
7 июля. В 14.00 у посёлка Ленинский Березинского района Минской области разведывательно-поисковая группа (18 штыков во главе со старшим лейтенантом Овчаренко), выдвинувшаяся от 2-й резервной заставой для выполнения боевого задания в село Большое Тростино, внезапно лицом в лицо столкнулась со сводным подразделением противника общей численностью около сорока до зубов вооружённых солдат и офицеров.
Завязался бой, победителями в котором, благодаря высокому ратному мастерству, всё же вышли пограничники: не потеряв в своих рядах ни одного человека, сумели истребить шестнадцать и пленить троих гитлеровцев.
Особенно метко с грамотно выбранных позиций разили врага старший лейтенант Валов (из ППШ уложил семерых фашистов), сержант Поташкин и красноармеец Куликов (каждый из них сразил троих), младшие сержанты Поздрин и Титов (каждый - по два фашиста).
15 июля. Боевой отряд от 3-го стрелкового батальона в составе 13-й линейной и 3-й резервной погранзастав во главе с помощником начальника штаба батальона по боевой подготовке лейтенантом Бахтенко, выявил и в ходе короткого, но жаркого боя полностью ликвидировал сводное подразделение гитлеровцев, скрывавшееся в лесном массиве, расположенном севернее деревни Паусье Минской области.
Итог этой чекистско-войсковой операции: убито - пять немецких солдат и офицеров, пленено – шестнадцать; трофеи – тринадцать винтовок, пять автоматов, четыре пистолета. С нашей стороны смертью героя погиб санинструктор 13-й пограничной заставы 20-летний красноармеец Пётр Илларионович Спирин.
16 июля. Ядро 1-го стрелкового батальона во главе с начальником штаба данного батальона капитаном Максименко у озера Хромань завязало встречный бой с крупным (до 500 штыков) подразделением власовцев.
Схватка длилась пять часов подряд и закончилась полным разгромом пограничниками противника. Как сказано в архивном документе, «благодаря умелому руководству и смелым и решительным действиям личного состава батальона было уничтожено 350 власовцев, остальные, рассредоточившись мелкими группами и одиночками, скрылись в лесу. Захвачены трофеи и ценные документы».
20-е числа июля. В километре юго-восточнее деревни Ворот бывшей Белостокской области (ныне – территория Подлясского воеводства Республика Польша) служебным нарядом от 3-й пограничной заставы (семь военнослужащих во главе с сержантом Вертипорохом) была выявлена и уничтожена вражеская группа из десяти вооружённых автоматами и винтовками солдат и офицеров. При этом отличились сам старший наряда, а также его ближайший помощник - сержант Петрушин, который в ходе боя возглавил одну из двух штурмовых групп.
С 1 августа 1944 года 218-й пограничный полк войск НКВД СССР приступил к выполнению служебно-боевой задачи по охране тыла 50-й армии и 3-го гвардейского кавалерийского корпуса 2-го Белорусского фронта. Впоследствии, по-прежнему при этом находясь в подчинении Управления войск НКВД СССР по охране тыла 2-го Белорусского фронта, ярко отличился в ходе Восточно-Прусской и Восточно-Померанской стратегических наступательных операций. В частности, за боевую доблесть, проявленную 28 марта 1945 года при освобождении польского города Гдыня, приказом Верховного Главнокомандующего, наряду с 219-м пограничным полком войск НКВД СССР, был удостоен воинского почётного наименования «Гдынский». А уже после капитуляции гитлеровской Германии на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1945 года - ордена Красной Звезды. В этот период полком уже командовал подполковник Борис Алексеевич Румянцев.
Если исходить из Книги Памяти пограничных войск, на подступах к Восточной Пруссии и боях за неё в ходе Восточно-Прусской и частично Восточно-Померанской стратегических наступательных операций смертью героя пало в общей сложности не менее одиннадцати военнослужащих 218-го пограничного полка войск НКВД СССР Управления войск НКВД СССР по охране тыла 2-го Белорусского фронта: 23 ноября 1944 года - ефрейтор Иван Максимович Мельников; 29 ноября 1944 года - старший сержант Фёдор Георгиевич Румилов; 25 января 1945 года - старший сержант Харрис Галиевич Галиев, красноармейцы Пётр Семёнович Григоревский, Яков Леонтьевич Ларченко и Яков Леонтьевич Парченко; 4 февраля 1945 года - младший сержант Иван Иванович Фомкин, красноармеец Анатолий Алексеевич Фофанов; 22 февраля 1945 года - майор Шибаев, капитан Василий Григорьевич Фролкин и младший лейтенант Харитонов.
Как следует из исторического формуляра части, в период с июня 1944 по июль 1945 годов в ходе выполнения боевых задач по охране тыла действующей армии личным составом двести восемнадцатого Гдынского орденоносного было выявлено и обезврежено в общей сложности 37 тысяч вражеских элементов и, в том числе, 12 тысяч представителей различных немецких организаций нацистского толка, около 5 тысяч пытавшихся вырваться из окружения гитлеровских солдат и офицеров, не одна сотня вражеских лазутчиков в лице разномастных шпионов и диверсантов.
За боевую доблесть, проявленную на фронте борьбы с фашизмом, 242 военнослужащих полка были удостоены государственных наград.
День Победы личный состав полка встретил в центральной Германии.
19 июня 1945 года из состава 218-го пограничного Гдынского ордена Красной Звезды полка войск НКВД СССР для охраны предстоящей Потсдамской (Берлинской) конференции глав правительств великих держав-победительниц во 2-й Мировой войне (17 июля-2 августа 1945 года) был сформирован сводный батальон численностью в 240 штыков.
По неофициальным данным, до конца 1940-х дислоцировался в северных провинциях Польши, а затем, после переформирования в 6-й одноимённый пограничный отряд, - в Эстонии (штаб части – город Раквере), где, «поглотив» в себя бывшие погранзаставы 99-го пограничного отряда, принял под охрану подступы к Ленинграду и северное побережье Эстонской ССР.
В марте 1954 года в 6-й пограничный Гдынский ордена Красной Звезды отряд войск МВД СССР отряд был влит 93-й Добромильский пограничный отряд, сформированный летом 1944 года под Харьковом и с августа того же года дислоцировавшейся на Западной Украине – на территории Старосамборского района Львовской области.
В апреле 1946-1954 гг. сначала в 99-м (Ракверском), а затем в 6-м (Ракверском) Гдынском ордена Красной Звезды пограничных отрядах войск Управления пограничных войск МВД-МГБ Ленинградского округа в должности старшины одной из пограничных застав проходил службу Герой Советского Союза старший сержант Николай Иванович Аверченко (18.12.1922-03.07.1960), который совершил свой бессмертный подвиг в апреле 1945 года при форсировании рек Одер и Шпрея, находясь в рядах Красной Армии.
Живой легендой части в первый послевоенный период являлся и старшина Геннадий Гордеев, секретарь комсомольской организации одной из штатных погранкомендатур: пограничник-фронтовик с 1944 года, кавалер ордена Ленина (1951), медалей «За боевые заслуги» (1944), «За отличие в охране государственной границы СССР» (1951), «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «ХХХ лет Советской Армии и Флота», а также двух нагрудных знаков служебной доблести «Отличный пограничник».
На основании Постановления Президиума ЦК Компартии Эстонии от 13 августа 1963 года (протокол № 60) и изданным в его во исполнение приказа КГБ при Совете Министров СССР от 7 сентября 1963 года одной из пограничных застав 6-го (Ракверского) пограничного Гдынского ордена Красной Звезды отряда было присвоено имя героически погибшего в Литве в бою с немецко-фашистскими захватчиками политрука Петра Андреевича Родионова (1915-22.06.1941), заместителя начальника пограничной заставы по политической части 106-го Таурагского пограничного отряда войск НКВД СССР Управления пограничных войск НКВД Белорусской ССР. (Ныне - это дислоцирующаяся в Печорском районе Псковской области пограничная застава «Лазарево».)
В июле 1969 года воины Гдынского ордена Красной Звезды пограничного отряда Прибалтийского пограничного округа КГБ при Совете Министров в ходе 12-часового поиска настигли и после короткой схватки обезвредили двух вооружённых автоматом и обрезом террористов, совершивших неудачную (при этом ими был ранен бортрадист) попытку захвата самолёта «Аэрофлота». Тринадцать наиболее отличившихся пограничников части были впоследствии удостоены за этот подвиг медали «За отличие в охране государственной границы СССР», в том числе и руководитель операции лейтенант И. Дударенко, а также рядовой А. Зудилов, которому выпало в одиночку вступить в рукопашную с одним из тех двух террористов.
6-й (Ракверский) пограничный Гдынский ордена Красной Звезды отряд Краснознамённого Прибалтийского пограничного округа по итогам 1990 года был признан лучшим в пограничных войск КГБ СССР. В этот период им командовал полковник Валерий Павлович Куксов.
Кроме того, в разное время за высокие показатели в службе по охране Государственной границы отряд был отмечен Ленинской юбилейной почётной грамотой ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР, Почётной грамотой Военного Совета пограничных войск КГБ СССР и неоднократно - Переходящим Красным знаменем Военного Совета Прибалтийского пограничного округа КГБ СССР.
В связи с выводом российских пограничных войск с территории суверенных государств Балтии к осени 1992 года (но первая группа офицеров прибыла сюда уже 14 июля) был передислоцирован в Печорский район Псковской области, где, войдя в состав современного Северо-Западного регионального пограничного управления ФСБ СССР, принял под свою охрану около 280 км российско-эстонской и около 50 км - российско-латвийской границы.
В 1994 году командование части доложило федеральному центру о своевременном выполнении Указа Президента РФ об установлении и обозначении в одностороннем порядке Государственной границы с Эстонской Республикой.
В 1995 году Псковской пограничный Гдынский ордена Красной Звезды отряд занял первое место в Северо-Западном пограничном управлении ФПС России по инженерному оборудованию Государственной границы. А в 2001 году он был признан лучшим в регионе по результатам служебно-боевой деятельности, за что удостоился переходящего штандарта Северо-Западного регионального управления Федеральной пограничной службы РФ. Сама торжественная церемония награждения была произведена в феврале 2002 года в центре Пскова - на площади Победы у Вечного огня.
Из хроники середины-второй половины 1990-х:
- 1 апреля 1994 года. В схватке с вооружёнными нарушителями границы погиб военнослужащий 8-й пограничной заставы «Печоры» рядовой Вячеслав Андреевич Цыганков;
- 11 марта 1996 года. Пограничный наряд заставы «Личниково» в составе сержанта А.А. Паценко и рядового А.Н. Барашкова по горячим следам в ходе погони настиг и обезвредил двух нарушителей государственной границы, вооружённых восемнадцатью пистолетами ТТ;
- 10 марта 1999 года. Наряд 8-й пограничной заставы «Печоры» в составе младшего сержанта К.А. Дроздова и рядового В.Н. Перькова своевременно обнаружил неизвестного, скрытно выдвигавшегося к сопредельной территории, и, выдвинувшись вперёд броском, задержал его в момент преодоления им реки Пиуза, по фарватеру которой и проходит линия границы. При личном досмотре у данного нарушителя были обнаружены и на правах контрабанды изъята крупная сумма иностранной валюты (2600 немецких марок и 960 долларов США), а также золотые ювелирные украшения общую на сумму, превышающую 50 тыс. рублей.
Как следует из сообщений СМИ, в 2004 году военнослужащие отряда, благодаря высокой бдительности и должному боевому мастерству, в зоне своей ответственности выявили и задержали 48 нарушителей границы и 600 нарушителей пограничного режима. Они же пресекли нелегальную транспортировку через госграницу 3,91 кг наркотических средств, из которых 10 граммов – это героин, а остальное - маковая соломка. Кроме того, у браконьеров на правах незаконных орудий лова было изъято 25 км рыболовных сетей.
За первый квартал 2005 года Псковским погранотрядом (но при содействии со стороны трёхсот дружинников из состава 15 работающих здесь пограничных ДНД) было задержано 13 нарушителей госграницы и 158 нарушителей пограничного режима.
Яркая страница в современной истории части - это и участие личного состава её мотоманёвренной группы и резервной заставы в боевых действиях на территории Республики Таджикистан и в зоне проведения в Северо-Кавказском регионе контртеррористической операции. Особенно свято здесь хранят память о двух погибших в ходе тех боевых командировок товарищах: 17 февраля 1994 года в Таджикистане при выполнении воинского интернационального долга в результате авиакатастрофы погиб заместитель начальника отдела кадров и работы с личным составом в/ч 2294 подполковник Виктор Васильевича Гусев, а 1 марта 1995 года в Чечне от рук боевиков-террористов – командир автовзвода майор Виктор Леонидович Мыльников…
Полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.
sobkor
«КАЛИНИНГРАД» ОТРЯД ПОГРАНИЧНОГО КОНТРОЛЯ (ОПК), воинская часть современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
Свою историю ведёт от Отдельного контрольно-пропускного пункта «Вержблово» Управления пограничных войск НКВД Литовского округа, которое 22-25 октября 1945 года было передислоцировано из литовского города Каунас в Кёнигсберг для участия в охране государственной границы в пределах отошедшей к Советскому Союзу в соответствии с решениями Потсдамской конференции части территории бывшей Восточной Пруссии.
Так, в соответствии с приказом МВД СССР № 00289 от 5 апреля 1946 года на базе ОКПП «Вержблово» был сформирован Отдельный морской контрольно-пропускной пункт «Кёнигсберг» со штатной численностью в 75 военнослужащих.
В состав новосозданной воинской части тогда вошли: управление; стрелковый взвод и четыре отделения - 5-е, проверки документов и политического контроля, досмотра и оформления судов, материально-технического снабжения.
Задачи, которые в тот период выполнял Отдельный морской КПП «Кёнигсберг»: осуществление политического контроля, досмотра, оформления, охраны и сопровождения советских и иностранных судов загранплавания, транспортных средств и пассажиров, следующих в зарубежные страны, а также прибывающих в порт «Кёнигсберг»; досмотр и оформление пассажиров, следующих воздушным транспортом по маршруту «Москва - Берлин».
На основании приказа МВД СССР № 0749 от 9 августа 1946 года переименован в Отдельный морской КПП «Калининград», а на основании приказа МВД СССР № 00130 от 19 февраля 1954 года в связи с расформированием Управления пограничных войск МВД Литовского округа переподчинён командованию Управления пограничных войск МВД Западного округа.
16 марта 1952 года в/ч впервые понесла в своих рядах безвозвратные потери: в этот день «при исполнении служебных обязанностей» (однако какие-либо подробности неизвестны) погиб 32-летний контролёр 3-го отделения капитан Николай Васильевич Гоман, выпускник экстерната Харьковского пограничного военного училища НКВД СССР имени Ф.Э. Дзержинского 1940 года, кавалер двух боевых наград - ордена Красной Звезды и медали «За боевые заслуги». Его похоронили в Калининграде.
В 1965 году Отдельный морской КПП «Калининград» лишался статуса отдельной воинской части, поскольку был влит в состав 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда.
26 февраля 1967 года при досмотре уходящего в рейс к берегам ГДР теплохода «Сырве» отличился контролёр КПП «Калининград» младший сержант Голубев. Последний распознал и выявил в одной из кают хитроумный тайник с контрабандой: под упаковкой преднамеренно небрежно положенных на книжную полку шоколадных плиток оказались в действительности советские деньги и валютные чеки Внешторгбанка…
С 16 июня 1976 года - вновь в статусе отдельной воинской части: Отдельный контрольно-пропускной пункт (ОКПП) «Калининград» Краснознамённого Прибалтийского пограничного округа КГБ при Совете Министров СССР. С этого момента в его составе на правах структурных подразделений входят современные ОКПП «Железнодорожный», автомобильный пункт пропуска «Багратионовск», отделения пограничного контроля «Мамоново – автодорожное» и «Мамоново – железнодорожное».
Переформирование завершилось к 1 июля 1976 года, в силу чего дата 1 июля – теперь ежегодно празднуемый День части.
С сентября 1992 года – в составе современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
В своём нынешнем статусе отряда пограничного контроля – с 1997 года.
По итогам 1998 года отряд был признан лучшим в системе пограничного контроля России.
В настоящий момент в состав ОПК «Калининград», помимо управления, штаба, подразделений боевого обеспечения и тыла, на правах штатных структур входят:
- ОКПП «Железнодорожный»;
- шесть морских отделений пограничного контроля - «Калининград - торговый порт», «Калининград - речной порт», «Калининград – пассажирское», «Балтийск», «Пионерский» и «Светлый»;
- четыре автомобильных отделения пограничного контроля - «Мамоново – автодорожное» и «Куршская коса», а также автомобильные пункты пропуска «Багратионовск» и «Гусев»;
- отделение пограничного контроля «Мамоново – железнодорожное»;
- отделение пограничного контроля «Храброво».
Полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.

На СНИМКАХ: сегодняшние будни личного состава ОПК «Калининград».
Фото старшего мичмана запаса Михаила УРСУЛА.
Nick
Щас вот придет наш заслуженный пограничник и расскажет, что такое ОКПП!

Как-то раз я вспоминал о о книге В.Полякова "Момент истины", где упоминалась разведшкола Абвера (войсковая разведка) в оайоне города Инстербург, занимающая подготовкой разведывтельно-диверсионных групп для заброски на территорию Советского Союза. По некоторым сведениям подобное "учебное заведение" располагалось в нынешнем пос. Зеленый Бор Черняховского района. Несколько раз слыщал, что около поселка есть заброшенный полевой аэродром, но сам его не видел.
Сдается мне, что эта школа была неплохой кузнецей кадров для организации сопротивления войскам Красной Армии на территории Восточной Пруссии.
sobkor
Как иллюстрация к словам Nickа - цитата из моего очерка о 86-м пограничном Кёнигсбергском полку войск НКВД СССР (полную версию данного очерка в ближайшее время выставлю на форуме «Лесные братья», Инстербург, 1945…»):
«В ходе осуществлённой осенью 1944 года Прибалтийской стратегической наступательной операции 86-й пограничный полк войск НКВД СССР действовал на левом фланге 3-го Белорусского фронта - вдоль линии современной российско-польской границы. В середине ноября 1944 года на территории Восточной Пруссии его служебными нарядами при поддержке со стороны контрразведчиков 16-го гвардейского стрелкового корпуса 11-й гвардейской армии была выявлена и ликвидирована зондеркоманда, оставленная немецким контрразведывательным органом «Абверштелле Десеверкрайс коминдос 1 Кёнигсберг» в тылу наших войск с диверсионно-разведывательной и террористической миссией.
Костяк последней составляли девять отборных нижних чинов из зондеркоманды майора Фреверта, охранявшей от элитного полка «Герман Геринг» дачу нацистского рейхсмаршала Германа Геринга, расположенную в районе населённого пункта Роминтен (ныне – посёлок Радужное Нестеровского района Калининградской области). Командовал группой фельдфебель Биоксдорф.
В распоряжении диверсантов имелись спрятанные в чаще Роминтенского леса три схрона с вооружением и трёхмесячным запасом продовольствия. Связь с разведцентром в Кёнигсберге осуществлялась ими как по радиосвязи, так и посредством голубиной почты, для чего они имели при себе две рации и десять почтовых голубей.
В течение полутора месяцев пребывания в оперативном тылу советских войск зондеркоманда фельдфебеля Биоксдорфа выдала в эфир десять радиограмм с разведданными и предприняла две (к счастью, по отношению к нам оказавшиеся безуспешными) попытки подрыва мостов.
Разгром данной зондеркоманды начался 14 ноября, когда одним из служебных нарядов 86-го погранполка в чаще Роминтенского леса по горячему следу были настигнуты и обезврежены трое её активных бойцов. Двоих из них пограничникам тогда удалось взять живыми, при этом в качестве трофеев были захвачены четверть центнера взрывчатки и двадцать пять ручных гранат.
Остальных диверсантов, в том числе и их руководителя фельдфебеля Биоксдорфа, на основании оперативных данных, полученных в тот же день от пограничников, изловили военные контрразведчики из подразделений «Смерш» 16-го гвардейского стрелкового корпуса».
Юрий РЖЕВЦЕВ.
Nick
А может часть этих диверсантов растворилась среди мирного населения, правдами и неправдами избежала депортации в Германию и воспитала борцов с окупационным режимом?

Вон, что наделала Фоменко с Черняховском! Виноградов ее последователь! Может они и есть вредители и диверсанты?
sobkor
«ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЙ» ОТДЕЛЬНЫЙ КОНТРОЛЬНО-ПРОПУСКНОЙ ПУНКТ (ОКПП), структурное подразделение современного Отряда пограничного контроля «Калининград» Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
Создан был в самом начале (по одним данным в январе, а по другим – в феврале) 1946 года в бывшем восточнопрусском городе Гердауене (ныне – посёлок Железнодорожный Правдинского района) как ОКПП «Гердауен», подчинённый по вертикале Управлению пограничных войск НКВД Литовского округа.
Формировать новую воинскую часть выпало майору И.О. Русанову (но на правах Врио командира данной в/ч) и капитану И.О. Шишкину, занявшему тогда пост заместителя командира по политчасти.
Первые представители состава старших контролёров и контролёров - капитан Я.С. Клименко, старший лейтенант П. Сидличенко, лейтенант А.Г. Сокольников, младшие лейтенанты П.О. Мельник и Т. Онуприенко.
К августу всё того же сорок шестого года в связи с возросшим потоком поездов через станцию Гердауен (в сутки проходило свыше двух десятков составов), вызванный выводом советских войск из стран Восточной Европы и подготовкой к репатриации немецкого населения советской территории Восточной Пруссии в Германию, ОКПП «Гердауен» было переведено на новое, увеличенное (всего около двадцати офицеров и свыше ста двадцати военнослужащих срочной службы), штатное расписание, что повлекло за собой смену командования части. Теперь данный ОКПП возглавили: начальник - подполковник С.Т. Пройдаков; заместитель начальника по политической части - капитан П.К. Петрусенко; начальник штаба - майор А.А. Косматов.
Лицевой счёт боевых отличий ОКПП «Гердауен» был открыт в 1947 году пограничным нарядом в составе старшего лейтенанта С.Ф. Блинова, старшин А.В. Бельчика и П.Н. Метлашевского: в ходе досмотра поезда, следовавшего в Польшу, было обращено внимание на то, что торцовая сторона внутри одного из вагонов обшита свежеструганными досками. Когда измерили рулеткой объём внутреннего пространства этого вагона и точно такого же соседнего, то пришли к однозначному выводу: за стеной из свежеструганных досок укрыт тайник. И действительно, как выяснилось уже через несколько минут, там прятались четверо нарушителей Государственной границы.
В 1954 году ОКПП «Гердауен» был переименован в КПП «Железнодорожный» с одновременным переводом его в разряд контрольно-пропускных пунктов отрядного подчинения: лишился статуса отдельной воинской части, став линейным структурным подразделением 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда.
По воспоминаниям ветеранов части, на 1959 год КПП «Железнодорожный» имел штатное расписание в шестьдесят семь человек личного состава, из которых двенадцать – офицеры, однако впоследствии, когда здесь успешно был применён опыт работы ОКПП «Брест» (у линии госграницы оборудован контрольный пост, а железнодорожные парки местной станции были вверены в оперативное обслуживание специально для этого снаряженным пограннарядам), штатную численность КПП без каких-либо последствий для боевой службы и личной безопасности военнослужащих удалось снизить до сорока трёх человек, из которых шестеро являлись офицерами.
Опять же по свидетельству ветеранов, в 1960-1963 гг. через КПП «Железнодорожный» было пропущено свыше 70 тысяч человек. Тогда же, благодаря должному профессионализму и высокой бдительности личного состава, удалось выявить и задержать трёх нарушителей границы, а также 335 нарушителей пограничного режима. Примечательно, что один из трёх обезвреженных тогда нарушителей госграницы оказался гражданином Польши, который специально проник на территорию СССР, чтобы скрыться здесь от польского правосудия за ранее совершённое на родине преступление. Уточним, что этот инцидент имел место около 16.00 1 января 1961 года: рядовой Е.Г. Анурьев, неся службу на посту наблюдения, заметил как со стороны ПНР вдоль железнодорожного полотна пробирается неизвестный мужчина. Солдат быстро спустился с вышки и броском выдвинулся на перерез… За умелые действия, проявленные при задержании нарушителя Государственной границы, рядовой Е.Г. Анурьев был поощрён краткосрочным отпуском с выездом на родину.
Двое же других обезвреженных в тот период нарушителей, наоборот, оказались уголовниками из СССР, которые пробирались в Польшу, чтобы в свою очередь скрыться там от советского правосудия.
28 января 1962 года представителями воинского коллектива КПП «Железнодорожный» Огарковым и Ситало был пресечён факт нарушения воздушного пространства СССР: в условиях ненастной погоды эти два бдительных воина сумели различить отдалённый шум авиационного мотора, о чём немедленно поставили в известность должностных лиц местных частей ПВО.
Кроме того, воины ОКПП «Железнодорожный» неоднократно срывали как преступные намерения контрабандистов, так и происки зарубежных спецслужб, направленные против СССР. В частности, 26 июня 1962 года в прибывшем из Польши вагоне № 162865 военнослужащем Р.А. Качаровым был обнаружен и вскрыт хитроумный тайник, где нелегально транспортировалось пятьсот экземпляров религиозной литературы подрывного содержания.
А в ряде случаев «зелёные фуражки» способствовали органам внутренних дел в раскрытии общеуголовных преступлений. Например, 16 февраля 1962 года военнослужащий Соломянный в гружённом углём полувагоне № 419947 обнаружил спрятанный неизвестными злоумышленниками свёрток с семимесячным младенцем. По данному факту сотрудниками транспортной милиции тогда было немедленно начато расследование, которое уже скоро завершилось задержанием виновных, которые, как выяснилось в ходе следствия, таким образом пытались замести следы ранее совершённого преступления.
В 1960-1965 гг. КПП «Железнодорожный», возглавляемый в этот период времени подполковником Н.В. Зелепугиным, прочно удерживал в 95-м пограничном Кёнигсбергском ордена Ленина и Красной Звезды отряде почётное звание отличного подразделения.
В 1964 году бюро Калининградского обкома ВЛКСМ за образцовое выполнение воинского долга наградило комсомольскую организацию КПП «Железнодорожный» своим Переходящим Красным Знаменем.
В начале 1960-х в КПП «Железнодорожный» в должности контролёра проходил службу будущий военачальник пограничных войск, а ныне генерал-майор в отставке Григорий Владимирович Бакач.
10 июля 1967 года, когда личный состав КПП «Железнодорожный» по сигналу тревоги прибыл на усиление соседней пограничной заставы № 9, воинами-комсомольцами С.С. Потейчуком и И.Д. Ярёмой был выявлен и действиями из засады задержан настойчиво разыскиваемый все последние часы нарушитель Государственной границы. Последний, уточним, нелегально, используя для этого глухие лесные тропы, проник на нашу территорию из сопредельной Польши.
С 16 июня 1976 года и по настоящий момент – в составе современного ОПК «Калининград» и в своём нынешнем статусе Отдельного КПП.
Полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.
sobkor
Как и обещал ранее, представляю вниманию заинтересованных лиц свой очерк о боевом пути 86-го пограничного Кёнигсбергского полка войск НКВД СССР, входившего в годы войны в состав отнюдь не пограничных войск, а именно войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии. То есть, говоря по-другому, на фронте полк выполнял функции оперативных частей внутренних войск.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

КЁНИГСБЕРГСКИЙ ПОГРАНИЧНЫЙ ПОЛК ВОЙСК НКВД СССР, одна из наиболее прославленных воинских частей войск НКВД СССР и одна из трёх пограничных частей войск НКВД СССР, удостоенных за боевую доблесть, проявленную при штурме столицы Восточной Пруссии, воинского почётного наименования «Кёнигсбергская».
Полное официальное наименование на 17 мая 1945 года – 86-й пограничный Кёнигсбергский полк войск НКВД СССР Управления войск НКВД ССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта.
Сформирован был на основании приказа по войскам охраны войскового тыла Западного направления от 27 июля 1941 года в городе Вязьма Смоленской области как 87-й пограничный полк войск НКВД СССР.
Первый командир – 36-летний уроженец Могилёвской области Белоруссии майор Антон Степанович Зиновский; военком – 35-летний уроженец Ивановской области батальонный комиссар Сергей Александрович Разживин.
Формирование началось в тот же день. Костяк личного состава этой новой воинской части послужили военнослужащие резерва кадрового среднего и старшего командно-начальствующего состава войск охраны войскового тыла Западного направления, остатки 87-го Ломжинского пограничного отряда бывшего Управления пограничных войск НКВД Белорусской ССР (12 октября 1941 года были переданы в состав новоформирующегося 87-го погранполка, которому суждено было стать правопреемником боевой славы данного погранотряда) и резервисты (рядовые, сержанты и старшины) из числа приписного состава Вяземского райвоенкомата.
С 1 сентября 1941 года – на боевой службе по охране тыла Западного фронта на рубеже: город Вязьма – город Сычёвка (оба - Смоленской области) – город Ржев Калининской, а ныне Тверской области (исключительно).
На момент перехода Группы армий «Центр» 2 октября 1941 года в решительное наступление в направлении Москвы против войск Западного и Резервного фронтов, штабы пограничных комендатур 87-го пограничного полка войск НКВД СССР дислоцировались в следующих населённых пунктах Смоленской области: 1-й – город Сычёвка; 2-й – деревня Песочное Вяземского района; 3-й - посёлок Издешково, на тот момент районный центр, а ныне – населённый пункт современного Сафоновского района; 4-й – деревня Хмелита Вяземского района. Одновременно в деревне Хмелита расположился штаб и комендантский взвод полка, а также 5-я рота соседнего 252-го пограничного полка войск НКВД СССР.
7 октября 1941 года под давлением превосходящих сил противника полк, получив на то соответствующий приказ руководства Управления войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта, начал организованный отход с занимаемых позиций на Вязьму и Можайск. Что было дальше - словами архивного документа, датированного 30 октября 1941 года: «Из группы командования отряда 7 октября четыре автомашины с зенитными установками, шесть - с противотанковыми орудиями, штабная и две легковые автомашины были направлены в обход по дороге на Вязьму, а остальной личный состав 4-й и резервной комендатур во главе с командованием полка продолжал движение в направлении шоссейной дороги с целью обхода г. Вязьма восточнее и выхода в направлении Можайска.
Впереди колонны следовали начальник погранполка майор Зиновский и военком погранполка батальонный комиссар Разживин.
Ночью 7 октября в пути следования, проходя по тропинке, колонна расчленилась на две группы.
Оставшуюся группу - начсостав 4-й комендатуры, комендантский взвод и 5-я рота 252-го погранполка, всего около 70 человек — возглавили секретарь партбюро полка политрук Петров и капитан Синюков. Связи с командованием погранполка им установить не удалось...
Старший помощник начальника 2-го отделения штаба полка капитан Михайлов, во главе группы в 11 человек, не доходя дер. Селиваново, 9 октября присоединился к группе начальника охраны войскового тыла 16-й и 20-й армии майора Степченко и принял участие в составе армейской группы 24, 20 и 19-й армий в прорыве обороны противника в районе деревень Панфилово и Селиваново. В результате трёх атак оборона противника была прорвана. Выйдя в район ст. Лосьмино, которая неоднократно подвергалась обстрелу автоматчиками противника, Михайлов от группы Степченко оторвался и присоединился к группе начальника штаба дивизии 20-й армии полковника Симировского, в составе которой и прибыл из окружения в район дер. Пушкино. В ночь на 15 октября этой группой в районе дер. Тёмкино - Дубно был разгромлен штаб немецкой части, уничтожено 13-17 офицеров, 15-18 солдат и 3 автомашины.
2-я комендатура под командой капитана Весина в составе 5, 6 и 8-й застав, взвода связи и штаба комендатуры 9 октября двигались по магистрали Минск-Москва из дер. Песочное в дер. Царёво - Займище. В голове колонны следовала 8-я застава. На 198-м км впереди идущие автомашины внезапно столкнулись с идущей навстречу немецкой мотоколонной в составе 20 автомашин с пехотой, 30 мотоциклистами и 7 танкеток. Противник с дистанции 70-80 м открыл по автомашинам пулемётный огонь. Личный состав заставы, развернувшись по левой стороне дороги, вступил в бой с противником. Затем вступила в бой 6-я застава.
8-я застава по приказанию капитана Весина с боем отошла от места столкновения и присоединилась к штабу 16-й и 20-й армий. 6-я застава осталась на месте и продолжала бой. 5-я застава в бой не вступала, обошла место боевых действий и 14 октября прибыла из окружения в г. Можайск.
В результате боя 8-я застава уничтожила до 20 солдат и 3 автомашины противника, потерь в личном составе не имела.
Пулемётно-миномётным огнём была выведена из строя и оставлена на месте боя одна автомашина погранотряда…
13 октября 8-я застава в полном составе, за исключением четырех красноармейцев, вышла из окружения.
Всего из окружения прибыл 451 человек из личного состава 87-го погранполка.
Убито в боях во время выхода из окружения 10 человек, ранено – 16. Не имеется данных о 241 человеке. Прибывший из окружения красноармеец Доброхотов доложил, что начальник полка майор Зиновский 12 октября в одной из перестрелок с противником под Вязьмой был убит. Там же убит осколком мины в грудь военком резервной комендатуры ст. политрук Титов…».
Что же касается батальонного комиссара С.А. Разживина, военкома полка, то его судьба неизвестна до сих пор, в связи с чем в Книге Памяти пограничных войск он официально числится пропавшим без вести в 1941 году.
23 октября на 1941 года на основании изданного в этот день начальником Управления войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта приказа был переименован в 105-й пограничный полк, а чуть позже, сспустя несколько дней, – в 86-й. Под этим номером – «86» он и вошёл в историю Великой Отечественной.
В ходе битвы под Москвой последовательно нёс боевую службу по охране тыла 1-й ударной армии, одновременно - 16-й, 20-й и 5-й армий, а затем 33-й и 49-й. При этом штаб полка в ноябре-начале декабря сорок первого дислоцировался в районе подмосковного населённого пункта Харьково.
В этот период времени, как сказано в одном из отчётных документов, подписанных лично начальником Управления войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта генерал-майором И.С. Любым, «командно-начальствующий и рядовой состав полка одновременно учился и обогащался опытом организации службы в период наступления. Личный состав с чувством высокой ответственности проявлял революционную бдительность, умение найти и распознать врага». И здесь же – «5 декабря 1941 г. с началом наступления Красной Армии и разгромом немцев под Москвой, полк, вслед за наступающими частями продвигался вперёд и впервые за время Отечественной войны вышел на территорию, освобождённую от противника».
В ходе суровых фронтовых будней восемьдесят шестой имел безвозвратные потери. Так, в частности, в 1942 году на земле Подмосковья сложили свою голову десятки его воинов, в том числе и военный комиссар полка 38-летний старший политрук Дмитрий Андреевич Сидоркин. Он пропал без вести.
Тогда же пропали без вести ещё два политработника - политрук 12-й погранзаставы политрук Иван Иванович Крымов (Крымсов) и политрук 15-й погранзаставы младший политрук Фёдор Арсентьевич Смирнов.
В списке безвозвратных потерь 1942 года значатся и следующие военнослужащие: представители службы тыла - интендант 3 ранга Г.М. Кругликов (пропал без вести, но дата неизвестна) и техник-интендант 1 ранга И.П. Бирюков (погиб 19 сентября). Представители комсостава - начальник инженерной службы полка офицер (воинское звание неизвестно) С.Ф. Сурик (пропал без вести 18 октября) и заместитель начальника погранзаставы офицер (воинское звание неизвестно) А.Д. Шереметьев (погиб 3 июля). Представители младшего начсостава - командиры отделения старший сержант А.А. Целишев (погиб 29 октября), сержант В.С. Евтюгов (погиб 2 марта) и младший сержант В.А. Завьялов (погиб 9 февраля), кодировщик штаба полка младший сержант В.Г. Беленко (19 сентября). Красноармейцы - стрелок Е.И. Соболеков (погиб 20 августа) и повозочный И.З. Ященков (погиб 19 сентября).
Безвозвратные потери полк понёс и в 1943 году. В частности, опять же если исходить из Книги Памяти пограничных войск, были убиты начальники пограничных застав старший лейтенант В.М. Корнеев (22 сентября) и лейтенант А.А. Ткаченко (28 октября), старшина погранзаставы старшина В.С. Иванов (16 марта), заместитель командира отделения сержант П.А. Чепалов (11 октября), повозочный полкового обоза ефрейтор И.Ф. Лобач (23 мая), красноармейцы - шофёр Н.М. Грачёв (30 мая у калужского города Боровска), стрелки Будкин (12 марта в 50 м западнее деревни Тарарыкино Тёмкинского района Смоленской области) и Ф.В. Червяков (17 сентября). Имелись и без вести пропавшие: старшина А.А. Шевчик (февраль 1944), красноармейцы Ф.Я. Александров (5 января), И.В. Грудинин, В.И. Тимофеев и Е.С. Фёдоров (трое последних - в августе)…
В ходе суровых фронтовых будней по охране тыла действующей армии личный состав полка не раз демонстрировал образцы высокой бдительности и верности долгу. Вот только несколько характерных примеров. 22 марта 1943 года младший помощник начальника отделения 1-го стрелкового батальона младший лейтенант В.И. Головин в ходе доверительных бесед с жителями недавно освобождённой деревни Будневка Знаменского (ныне – Угранского) района Смоленской области установил личности двух деревенских женщин, которые в период оккупации часто посещали местное гестапо. Резонно предположив, что налицо несомненный факт вербовки, младший лейтенант немедленно выехал по месту жительства этих женщин и произвёл их задержание. Дальнейшие оперативно-следственные действия полностью подтвердили правоту бдительного офицера: в ходе допросов обе арестованные, в конце концов, сознались, что являются агентами немецкой разведки.
23 июня 1943 года патруль в составе старшего сержанта Ратникова и красноармейца Сальникова заприметил в лесном массиве, расположенном у деревни Песочная, вооружённого винтовкой красноармейца. Тот, без конца озираясь по сторонам, не шёл, а именно пробирался в наш тыл.
Наряд, маскируясь за деревьями, вышел незнакомцу наперерез. Во время процедуры проверки документов сомнения пограничников в том, что перед ними вражеский лазутчик, окончательно развеялись: псевдокрасноармеец предъявил «зелёным фуражкам» явную «липу» - неправильно оформленные красноармейскую книжку, командировочное удостоверение и продаттестат.
Осознав, что попался с поличным, задержанный поспешил сделать чистосердечное признание: сегодня ровно в полночь был заброшен в наш тыл с борта немецкого самолёта.
И действительно в восьмистах метрах от места задержания неизвестного патрульный наряд обнаружил брошенный тем парашют…
Одновременно в освобождённых населённых пунктах представители 86-го погранполка неустанно проводили большую по объёму партийно-политическую работу среди местного населениям. Так, например, в самом начале 1942 года офицерскому составу одного из подразделений удалось мобилизовать молодёжь деревни Абутково на проведение силами комсомольской бригады обязательных ежедневных субботников по расчистке от снега близлежащих прифронтовых дорог.
Среди частей войск НКВД СССР Западного фронта 86-й пограничный славился и своими снайперами. Так, согласно архивным документам, в первом квартале 1943 года 138 его снайперов из числа членов ВЛКСМ в ходе боевых стажировок в передовых частях Красной Армии вывели из строя в общей сложности 2380 гитлеровцев, при этом 1100 вражеских солдат и офицеров значились на лицевом счету тридцати трёх представителей комсомольской организации 1-го стрелкового батальона, где секретарём бюро ВЛКСМ являлся некто Баландин.
В течение второго полугодия 1943 года боевую стажировку на фронте прошли в полном составе 4-я, 5-я, 8-я, 9-я и 14-я пограничные заставы 86-го погранполка, при этом, в частности, оказались выведенными из строя: представителями 4-й пограничной заставы – 323 фашиста, 5-й – 246, 14-й – 494…
О боевом мастерстве снайперов-пограничников даёт представление и отзыв командира 170-го стрелкового полка майора Быкова, датированный второй половиной 1943 года: «Группа снайперов 86-го погранполка показала дисциплинированность, отвагу и храбрость. Не считаясь с погодой и огнём противника, снайперы смело выдвигались за передний край обороны и целыми днями выслеживали и в результате уничтожали метким огнём оккупантов».
Одной из лучших в полку заслуженно слыла снайперская команда старшего сержанта Володичева, состоявшая, как и командир, только из коммунистов, - сержантов Полянского и Шепелева, красноармейца Курдинова. Свой самый громкий подвиг эта горстка отважных совершила на рассвете 23 июля 1944 года: выдвигаясь ползком к месту предстоящего боевого поиска, обнаружила на ничейной полосе затаившееся в засаде пехотное отделение противника. Выхода не было – против огрызнувшихся автоматным огнём фашистов (одна из очередей зацепила старшего сержанта Володичева) пришлось пусть в ход гранаты.
Однако боестолкновение на этом не закончилось – на выручку своему попавшему в серьёзную переделку передовому охранению по близлежащей траншеи тут же поспешило до взвода немецких солдат. Но и это нападение было решительно отбито снайперами - гранатами и метким огнём. При этом особенно отличиться выпало сержанту Полянскому: он остался прикрывать товарищей (Шепелев и Курдинов были отправлены им выносить раненного командира), а когда, оторвашись от погони, возвращался к своим, обнаружил в кустах и захватил в плен тяжелораненого обер-ефрейтора, который позже в ходе допросов дал советскому командованию ценные сведения.
В общем, победа в этой внезапной стычке на ничейной полосе осталась за снайперами: среди гитлеровцев убито семеро и один пленён. С нашей же стороны – один раненый: командир команды старший сержант Володичев. Плюс «зелёным фуражкам» достались неплохие трофеи – три автомата…
Добрую славу в частях войск НКВД СССР Западного фронта снискал себе и другой снайпер 86-гопогранполка – боец Фёдоров. Так, в первом квартале 1943 года он по личному почину обучил снайперскому делу шестерых сослуживцев.
63 гитлеровцев уничтожил из свой снайперской винтовки, а нескольких пленил в ходе боевых поисков старший сержант Николай Стогул. (См.: газета «Граница России» № 4 за май 1994 года, стр. 1).
Необходимо пояснить, что в снайперы отбирались только добровольцы. Например, красноармеец П.И. Сергеев стал в 1943 году снайпером после того, как подал рапорт следующего содержания: «Прошу командование послать меня на снайперскую стажировку на фронт, так как я дал слово на общем собрании колхозников уничтожать фашистов. Прошу в моей просьбе не отказать». К 1 января 1944 года из своей снайперской винтовки красноармеец П.И. Сергеев сумел вывести из строя десять вражеских военнослужащих.
А другой военнослужащий этого же полка - младший сержант Мамонов – в качестве аргумента о своём зачислении в снайперскую команду приложил письмо от матери, в котором та просила сына-пограничника отомстить фашистским извергам за пострадавших в оккупации мужа, сына и дочь, то есть за отца, брата и сестру младшего сержанта Мамонова. Кстати, наказ матери младший сержант Мамонов выполнил с честью: к 1 января 1944 года от его метких пуль бесславную смерть на советской земле нашли восемнадцать вражеских солдат и офицеров.
К сожалению, снайперы тоже несли безвозвратные потери, о чём свидетельствуют следующие фамилии со страниц Книги Памяти пограничных войск: 30 октября 1942 года не вернулся из боевого поиска младший сержант Николай Семёнович Ивашевский, а в один из майских дней 1943 года - сержант Золотарёв (соцданные неизвестны)…
С апреля 1944 года 86-й пограничный полк войск НКВД СССР - в составе Управления войск НКВД ССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта. Достаточно сказать, что это именно пограничниками восемьдесят шестого при зачистке освобождённых районов братской Белоруссии от остатков разгромленных войск противника был выявлен и в ходе скоротечного боя уничтожен командир 267-й пехотной дивизии вермахта генерал-лейтенант Отто Шрёдер. Последний в сопровождении восемнадцати человек охраны (один полковник медицинской службы, четыре штабных офицера и тринадцать солдат войск СС) пробирался лесами на запад. По его следу были отправлены истребительные группы от 7-й (командир – младший лейтенант Мартынов) и 10-й (командир – лейтенант Богданов) пограничных застав (всего 25 штыков). Вскоре гитлеровцы были настигнуты и окружены. Разгорелся бой, в ходе которого ни сам фашистский генерал, ни кто-то из его приближённых, находившихся сейчас рядом, не ушёл от неминуемого возмездия за совершённые на советской земле злодеяния – все до одного после отказа сложить оружие и сдаться были уничтожены прицельными залпами пограничников.
Тогда же, в июле сорок четвёртного, беспримерный подвиг совершили и семеро водителей автоколонны полка во главе с техником-лейтенантом Линенко: в течение двенадцатидневной командировки, проходившей в прифронтовой зоне, неоднократно в силу складывавшейся у них на пути оперативной обстановки вступали в бой с блуждающими в нашем тылу разрозненными группами противника. При этом пограничники-шофёры сумели не только избежать потерь в собственных рядах, но и в свою очередь метким ответным огнём, отвагой и решительными наступательными действиями нанесли этим самым группам окруженцев серьёзный урон: в общей сложности уничтожили девяносто семь и пленили пятьдесят четыре гитлеровца. Они же при содействии белорусских партизан обезвредили и немецкую бандгруппу, регулярно обстреливавшую из леса пулемётным огнём некую деревню Ш. В результате блестяще осуществлённой спецоперации данная бандгруппа перестала существовать. Трофеями «зелёных фуражек» тогда стали знамя одного из разбитых накануне Красной Армией полков вермахта, тягач, два ручных пулемёта, десять винтовок и две рации.
Всего в ходе летних боёв сорок четвёртого на земле братской Белоруссии и Литвы, согласно Книге Памяти пограничных войск, сложило свою голову около десятка военнослужащих полка и, в том числе, инструктор политотдела части старший лейтенант В.С. Хоменков (2 августа), а также младшие лейтенанты В.А. Викторов (в июле) и М.И. Лебедев (4 августа), старшина погранзаставы старшина М.С. Терновский (8 августа), командир отделения сержант А.В. Солдатов (22 июля), красноармеец-радист А.А. Гусев (11 августа у литовской деревни Латвенцы).
Повествуя об участии 86-го погранполка в боевых действиях на территории Литвы нельзя обойти молчанием и участие в середине июля 1944 года его личного состава в спецоперации по бескровному со своей стороны разоружению бойцов из объединённой группировки Виленского и Новогрудского округов Армии Крайовой, штурмовавшей 13 июля 1944 года вместе с советскими войсками столицу Литвы – город Вильнюс.
«Вина» же личного состава этого повстанческого польского формирования заключалась в том, что его командование подчинялось по вертикали Польскому правительству, находившемуся в вынужденной эмиграции в Лондоне, а не новому - прокоммунистическому.
Обезвреженные пограничниками АКовцы на правах враждебного по отношению к СССР элемента были под вооружённым конвоем этапированы на сборный пункт, располагавшейся в местечке Медники. При этом, что почему-то рядом историков воспринимается не иначе как преступлением против человечности, - «подразделения 86-го ПП открывали огонь на поражение при неповиновении и попытках побега конвоируемых бойцов АК». Но ведь подобные военно-полицейские меры в отношении лиц, пребывающих под стражей, являются в аналогичных ситуациях общепринятыми в мире, в том числе и сегодня - в наше вполне цивилизованное время!
В ходе осуществлённой осенью 1944 года Прибалтийской стратегической наступательной операции 86-й пограничный полк войск НКВД СССР действовал на левом фланге 3-го Белорусского фронта - вдоль линии современной российско-польской границы. В середине ноября 1944 года на территории Восточной Пруссии его служебными нарядами при поддержке со стороны контрразведчиков 16-го гвардейского стрелкового корпуса 11-й гвардейской армии была выявлена и ликвидирована зондеркоманда, оставленная немецким контрразведывательным органом «Абверштелле Десеверкрайс коминдос 1 Кёнигсберг» в тылу наших войск с диверсионно-разведывательной и террористической миссией.
Костяк последней составляли девять отборных нижних чинов из зондеркоманды майора Фреверта, охранявшей от элитного полка «Герман Геринг» дачу нацистского рейхсмаршала Германа Геринга, расположенную в районе населённого пункта Роминтен (ныне – посёлок Радужное Нестеровского района Калининградской области). Командовал группой фельдфебель Биоксдорф.
В распоряжении диверсантов имелись спрятанные в чаще Роминтенского леса три схрона с вооружением и трёхмесячным запасом продовольствия. Связь с разведцентром в Кёнигсберге осуществлялась ими как по радиосвязи, так и посредством голубиной почты, для чего они имели при себе две рации и десять почтовых голубей.
В течение полутора месяцев пребывания в оперативном тылу советских войск зондеркоманда фельдфебеля Биоксдорфа выдала в эфир десять радиограмм с разведданными и предприняла две (к счастью, по отношению к нам оказавшиеся безуспешными) попытки подрыва мостов.
Разгром данной зондеркоманды начался 14 ноября, когда одним из служебных нарядов 86-го погранполка в чаще Роминтенского леса по горячему следу были настигнуты и обезврежены трое её активных бойцов. Двоих из них пограничникам тогда удалось взять живыми, при этом в качестве трофеев были захвачены четверть центнера взрывчатки и двадцать пять ручных гранат.
Остальных диверсантов, в том числе и их руководителя фельдфебеля Биоксдорфа, на основании оперативных данных, полученных в тот же день от пограничников, изловили военные контрразведчики из подразделений «Смерш» 16-го гвардейского стрелкового корпуса.
Позже, уже в 1980-х годах калининградским писателем Юрием Николаевичем Ивановым, в Секретном архиве Берлина был обнаружен и впоследствии на страницах романа «На краю капкана» (Оформл. Худож. В.Н. Рыжова. – Калининград: Кн. изд-во, 1983. – 248 с., ил.; стр. 198) обнародован следующий более чем красноречивый по данному поводу документ: «Генералу СС и полиции Отто Неллвигу. Докладываю. По вашему указанию на базе егерского взвода Роминтенского леса создана усиленная боевая диверсионная группа «Роминтен», получившая задание в случае прорыва русских остаться в тылу для ведения диверсионной и разведывательной работы. В лесу оборудованы три базы-землянки. На вооружении группы - пулемёты, автоматы, гранаты, взрывчатка, запас продовольствия на три месяца: сухари, галеты, консервы, концентраты. Связь осуществляется по рации и с помощью десяти почтовых голубей. Центр связи с группой: Кёнигсберг, Лёнцштрассе, 32. Пароль группы: «Только храбрые достойны жизни». Вчера, по просьбе командира группы майора Ферварта, отправили дополнительно в Роминтенский лес 50 килограммов взрывчатки, 2 тысячи патронов, простыни, наволочки и 2,5 килограмма туалетной бумаги из фондов «Только для СС». Подобные группы готовятся и для других лесных массивов, всего - тридцать групп. Общее наименование всей организации: «Вервольф». Эмблема — волчий капкан...».
Подпись под этим донесением – «командир Восточно-Прусской организации «Вервольф» штурмбаннфюрер СС Шмитц».
В ходе оборонительных боёв зимы 1944-1945 гг. Красной Армии в Восточной Пруссии на передовой активно действовали снайперы 86-го погранполка, в том числе 18-летний красноармеец Михаил Ксенафонтович Гаврилов (21.11.1926-16.04.1990). Последний 25 декабря 1944 года в ходе выполнения очередного боевого задания получил ранение в ногу и был отправлен на лечение в госпиталь (см. в материалах http://school.ukg.kz/myvictory/m2/end/m2e_06.htm).
Новый, 1945, год личный состав управления и тыловых подразделений полка встретил в Литве на берегах Немана, в районе города Приенай (ныне – Пренай). Во главе полка к этому времени уже стоял опытный офицер погранвойск майор Павел Аполлонович Марихин.
В ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции 86-й погранполк до весны 1945 года предположительно нёс боевую службу в полосе ответственности общевойсковых армией, наступавших на левом фланге 3-го Белорусского фронта, а приблизительно с марта сорок пятого – в боевых порядках 43-й и 50-й армии, готовившихся к штурму города-крепости Кёнигсберг.
Архивные документы, датированные началом 1945 года, донесли до нас подробности боевой доблести личного состава 9-й пограничной заставы, возглавляемой младшим лейтенантом Сайковым. Так, 28 февраля хозвзвод сержанта Конева по месту своей дислокации в местечке Шейбург подвергся внезапному нападению со стороны какой-то блуждающей по местным лесам немецкой бандгруппы. Хотя помимо ружейного огня бандиты активно применили в бою «карманную артиллерию», какого-либо успеха, тем не менее, не добились - были решительно остановлены, а затем и отброшены за окраину посёлка ответным огнём, который по ним тут же открыли отнюдь немногочисленные часовые.
На следующий день, 29 февраля, младший лейтенант Сайков стянул в Шейбург основные силы заставы и произвёл ими зачистку как данного населённого пункта, так и прилегающих к нему ближайших окрестностей. Результат не заставил себя ждать – бандгруппа была обнаружена, спрятавшейся в отдельно стоящем сарае.
В ходе возникшей огневой дуэли сарай загорелся. Силу пожара при этом многократно увеличил начавшийся взрываться в огне боезапас, в том числе ручные осколочные гранаты. На образовавшемся пепелище пограничники потом обнаружили обуглевшиеся останки четырёх немецких солдат и обгоревшие остовы трёх винтовок.
В последующие дни служебными нарядами 9-й погранзаставы в этом районе были выявлены и задержаны ещё шестнадцать скрывавшихся в лесах и в сельхозпостройках гитлеровцев.
11-19 апреля 1945 года – 86-й погранполк совместно с другими введёнными в город частями и соединениями Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта принял участие в широкомасштабной зачистке Кёнигсберга, предпринятой советским командованием в целях окончательного подавления здесь вооружённого сопротивления врага. В зоне ответственности подчинённых майора П.А. Марихина тогда оказался западный сектор правобережной части Кёнигсберга.
13 мая 1945 года полк был экстренно переброшен из Кёнигсберга в западные районы Восточной Пруссии, прилегающие к Данцигу (ныне – польский Гданьск), для участия в борьбе с процветающим здесь вооружённым бандитизмом. Местом дислокации штаба полка по прибытию сюда был избран город Эльбинг (ныне - польский Эльблонг). В связи с этим данный район получил условное наименование Эльбинский оперативный сектор.
В данном районе оперирования восемьдесят шестой Кёнигсбергский пробыл до 8 июля 1945 года. Как сказано в одном из архивных документов, «тот период времени служба неслась полком на территории Восточной Пруссии, контингент задержанных был разнообразным и в большинстве представлял собой немецкое население».
В боях за Восточную Пруссию и при ликвидации на её территории очагов вооружённого бандитизма погибли: 28 октября 1944 года - младший сержант Александр Максимович Боярченко; 29 ноября 1944 года - мотоциклист Николай Иванович Маркедонов; 25 декабря 1944 года - помощник начальника штаба 1-го стрелкового батальона старший лейтенант Иван Ермолаевич Гвоздарев, старшина одной из пограничных застав старшина Тихон Григорьевич Потапов и два красноармейца – писарь Иван Акимович Сбитнев и автоматчик Николай Васильевич Степанов; 1 января 1945 года – сержант Николай Петрович Лавриненко; 12 января 1945 года – снайпер красноармеец Степан Иванович Плетнёв (в районе местечка Урдомин Литовской ССР); 8 апреля 1945 года - сержанты Николай Андреевич Бабурин (под Кёнигсбергом); 10 апреля 1945 года - заместитель начальника пограничной заставы младший лейтенант Фёдор Архипович Коценко (под Кёнигсбергом); 24 мая 1945 года – связист красноармеец Андрей Борисович Кабанцев.
8 июля 1945 года 86-й погранполк Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта был переброшен в Паневежский уезда Литовской ССР для участия в спецоперациях против незаконных вооружённых формирований литовских националистов. Здесь по данным разведки действовало тогда «11-13 бандгрупп неустановленной численности, которые в большинстве случаев возглавляют бывшие офицеры сметоновской армии, работники полиции «Саугумас», вооружённых пулемётами, автоматами, винтовками, гранатами».
Используя опыт, приобретённый в ходе чекистско-войсковых операций, проводившихся в Восточной Пруссии, командование полка условно поделило зону ответственности, Паневежский уезд, на оперативные сектора: каждые четыре волости – на стрелковый батальон (на каждую волость - по одной-двум погранзаставам) при одновременном перекрытии основных коммуникаций штатными КПП.
Такая тактика позволила достаточно быстро и надёжно изолировать бандитские отряды друг от друга и наглухо запереть каждый из них в конкретном лесном массиве.
Широкая применена была и тактика массированных ударов – когда полк действовал против крупных бандформирований в тесном взаимодействии с соседними погранчастями и местными истребительными батальонами НКВД СССР. А, начиная с 16 июля, боевые возможности восемьдесят шестого многократно возросли в связи с приданием ему в оперативное подчинение такой достаточно мобильной и мощной в огневом отношении силы, как отдельная манёвренная группа погранвойсках НКВД СССР. В данном случае речь идёт о 102-й отдельной мангруппе. Специально уточним, что мангруппы, как и погранполки, находились в исключительном подчинении фронтовых управлений войск НКВД СССР: одна-две – на фронт.
Первую широкомасштабную спецоперацию подчинённые майора П.А. Марихина провели в Паневежском уезде 14 июля. Восемьдесят шестой Кёнигсбергский действовал тогда во взаимодействии с 13-м пограничным Виленским ордена Александра Невского полком и 105-й отдельной манёвренной группой пограничных войск.
А объектом же операции стало тогда бандформирование численностью до трёхсот боевиков, базировавшееся в Розалинской волости, в глубине лесного массива Крейвокишки.
Первым противника обнаружил дозор 10-й погранзаставы в составе сержанта Мкртычана и красноармейца Кузяева. Произошло это в 9.15 в лесу в 600 метрах северо-восточнее деревни Гирялки. Дозорные оказались тогда на пути пытавшегося в одиночку проскользнуть из блокированного пограничниками района главаря банды. После короткой перестрелки высокопоставленный бандит, получивший ранение, был обезврежен и захвачен в плен. Личным составом дозора у него при этом была изъята винтовка с солидным боезапасом в сто двадцать патронов и две ручные гранаты.
В 9.45 на просеке, расположенной в 700 метрах юго-западнее усадьбы лесника, лицом к лицу с бандитами столкнулся дозор 1-й погранзаставы. Это был бандитский пост. Завидев пограничников, шестеро «лесных братьев», в панике бросая оружие, со всех ног пустились наутёк. Заросли густого кустарника скрыли их от глаз дозорных. И всё же далеко убежать бандиты не успели. Так, двое из них уже через двадцать минут были настигнуты и повалены на землю пущенными по свежему следу служебными собаками по кличке «Арго» и «Рекс». Ещё двоих обнаружили и пленили при прочёсывании зарослей кустарника, а оставшихся двоих выловили спустя несколько часов при зачистке северо-западных окрестностей близлежащей деревни Колинги. Трофеями дозорных в ходе той бескровной стычки стали четыре винтовки, пистолет и двенадцать патронов.
В 12.30 – первое серьёзное боестолкновение: дозор от 13-й погранзаставы в составе пяти человек под командой сержанта Птичкина, внезапно был обстрелян из засады, устроенной бандитами в полутора километрах южнее усадьбы лесника. После ответных залпов «лесные братья» поспешили скрыться в северном направлении. На их поиск и преследование начальник заставы лейтенант Пустовой немедленно отправил отделение автоматчиков, возглавляемое сержантом Афанасьевым. В результате в 13.45 бандиты были настигнуты в трёхстах метрах северо-западнее дома лесника. Однако с ходу разгромить их не удалось: атакующая цепь «зелёных фуражек» была встречена огнём ручного пулемёта, при этом сам командир отделения был ранен, а остальные вскоре прижаты свинцовым ливнем к земле.
Поскольку от фронтального огня вражеский пулемётчик был малоуязвим – он укрылся за пнём, подоспевший сюда с остальными подчинёнными лейтенант Пустовой решил нанести фланговый удар. Однако совершавшая обход группа внезапно в чаще леса столкнулась с главными силами банды. Завязался неравный бой, в ходе которого смертью героя погиб заместитель командира отделения ефрейтор И.И. Богомолов, а двое воинов - сержанты Птичкин и Х.И. Баткаев – были ранены, при этом последний смертельно.
Столь драматический поворот событий вынудил прибыть к месту неравной схватки начальника штаба 3-го стрелкового батальона лейтенанта Ласкина. Оценив обстановку, он бросил на поддержку усилий подчинённых лейтенанта Пустового 12-ю погранзаставу, которая получила приказ выйти бандитам в тыл. Однако банда, раньше чем пограничники 12-й заставы успели перекрыть ей пути отхода, бросив пулемёт, начала стремительное бегство в северо-западном направлении. Всё, что смогла сделать в этой ситуации обременённая раненными 13-я застава, – открыть ей вдогонку шквальный огонь из всего имеющегося в наличии стрелкового оружия. В результате были убиты на месте трое бандитов, а ещё четверо прижаты огнём к земле и впоследствии в таком беспомощном состоянии захвачены в плен.
Общий итог операции: истреблены трое бандитов, а двадцать один, включая главаря банды, пленён (в том числе одиннадцать - взаимодействующими погранчастями).
Наши потери: убитыми – два (один из 86-го погранполка и один из 13-го); раненными (все - из 86-го погранполка) - три, один из которых – командир отделения 13-й пограничной заставы сержант Хамзя Ибрагимович Баткаев – впоследствии от полученных ран скончался.
18 июля 1945 года полк провёл сразу две успешные чекистско-войсковые операции. Одну - силами 1-го и 3-го стрелкового батальонов и манёвренной группы – против банды численностью в тридцать два боевика, орудовавшей в районе Безымянного озера. А вторую – силами 2-го стрелкового батальона (6-я - 9-я погранзаставы), усиленного отделением станковых пулемётов и взводом (21 штык) из состава Роговского волостного истребительного батальона - против бандгруппы в десять человек некоего Поканиса Брониса.
В первом случае подробности неизвестны, кроме конечного итога - банда была выявлена, блокирована и в ходе боя полностью уничтожена. А вот во втором архивные документы донесли до нас некоторые детали. Так, оказывается, эта операция стала тогда результатом реализации комбатом-2 старшим лейтенантом Худяковым полученной накануне оперативной информации о том, 17 июля Поканис Бронис и его подручные после того, как в деревне Устронь «экспроприировали» у одного из местных крестьян двух коров, скрылись с добычей именно в лесном массиве, расположенном в пяти километрах западне местечка Рогово. Офицер логично предположил, что после обильного мясного пиршества разморенные приятной негой бандиты наверняка сразу улягутся спать, а, следовательно, раньше следующего утра этот район не покинут. Поэтому принял решение, используя элемент внезапности, захватить их врасплох ещё в предрассветных сумерках. А чтобы свести риск до минимума, обычно принятому выдвижению пешим маршем предпочёл стремительный бросок на колёсах специально сформированной для этого автоколонны.
В начале пятого утра батальон прибыл в заданный квадрат и, взяв его в плотное кольцо, начал осторожно движение вглубь лесной чащи.
Первым бандитов обнаружил дозор от 7-й пограничной заставы, возглавляемый красноармейцем Морозовым. Произошло это ровно в 5.00.
К сожалению, Поканис Бронис и его подручные уже были на ногах. Приближение опасности они, видимо, почувствовали каким-то внутренним звериным чутьём. Однако оказать организованного сопротивления, тем не менее, были никак не в состоянии. Успели только схватить оружие и, отстреливаясь, броситься в рассыпную.
Преследование длилось полтора часа. Спастись чудом тогда удалось только троим из десяти. Семеро же остальных были убиты.
С нашей стороны обошлось без потерь, при этом в бою, помимо уже названного выше красноармейца Морозова, отличились руководитель операции начальник штаба батальона капитан Гришенков и начальник 7-й погранзаставы лейтенант Богданов.
Известно также, что в конце июля-начале августа 1945 года, полк частью своих сил участвовал в контртеррористических операциях, проводившихся войсками НКВД на территории Мариямпольского уезда и, в том числе: 30 июля (в ходе неё погиб пулемётчик красноармеец Андрей Андреевич Попов), а также 5 и 6 августа - двумя батальонами, приданными командованию 132-го пограничного Минского ордена Красной Звезды полка, по ликвидации в Бухтянском болоте и на островах озера Жувинты базирующейся здесь банды «Даукантас», насчитывавшей около ста до зубов вооружённых боевиков.
Всего же к к началу августа сорок пятого 86-й пограничный Кёнигсбергский полк войск НКВД СССР принятыми мерами наголову разгромил четыре (общая их численность – 91 боевик) из одиннадцати-тринадцати ранее выявленных на территории Паневежского уезда бандформирований, а остальные изрядно потрепал. Кроме того, в ходе локальных боестолкновений служебных нарядов с мелкими группами бандитов ответным огнём было уничтожено двадцать участников незаконных вооружённых формирований, а ещё семнадцать были захвачены живыми.
Доказательством безусловного успеха полка на ниве проведения контртеррористических операций стал и факт массовой явки «лесных братьев» с повинной. А таких одиночек в Паневежском уезде на 1 августа тогда насчитали аж семьдесят три плюс в полном составе (двенадцать боевиков) добровольно сложила оружие бандгруппа, державшая прежде в страхе Купишскую волость.
Лучшими же по результатам служебно-боевой деятельности, достигнутым в июле, в полку были признаны: среди батальонов - 1-й стрелковый старшего лейтенант Слёмзина; среди пограничных застав - 5-я линейная всё того же 1-го батальона (начальник - старший лейтенант Ноздрин; застава в течение месяца уничтожила в общей сложности девять вооружённых бандитов и ещё пятьдесят девять захватило живыми); среди контрольно-пропускных пунктов – КПП лейтенанта Тамбова из 3-го стрелкового батальона (в ходе боестолкновений это подразделение ликвидировало троих и пленило четырнадцать бандитов).
В начале августа 86-й погранполк был срочно переброшен в новый район оперирования – на территорию Алитусского и Лаздийского уездов, где в тот период времени «бандитская деятельность направлялась в основном бывшими офицерами сметоновской армии, чиновниками полиции, другими представителями контрразведывательных и карательных органов сметоновского режима и оккупационного периода Литвы, а также членами националистического движения Литвы, объединённых в так называемую ЛЛА». При этом ряды действовавших с нечеловеческой жестокостью бандформирований широком потоком «пополнялись членами организации «Шаулисты», полицейскими, карателями и другим преступным элементом, а также оставшимися в нашем тылу и забрасываемыми немцами».
В результате серии мощных ударов, нанесённых подчинёнными майора П.А. Марихина по бандитам, уже к сентябрю сорок пятого «имеющиеся до этого бандгруппы свою активизацию прекратили и часть их разошлась по домам, где и скрывается в специально оборудованных укрытиях или лесных массивах».
В ходе чекистско-войсковых операций лета 1945 года в Литве также погибли: 18 июля - командир отделения сержант Пётр Андреевич Ступников; 30 июля 1945 года – красноармеец-автоматчик Александр Захарович Щепетков; 28 августа 1945 года - оперуполномоченный отдела контрразведки «Смерш» полка младший лейтенант Николай Михайлович Рыбаков.
Из воспоминаний ветеранов войск НКВД СССР поохране тыла действующей армии известно, что в сентябре 1945 года 86-й пограничный Кёнигсбергский полк совместно с 12-м пограничным Рижским полком, входившим прежде в состав Управления войск НКВД СССР по охране тыла Ленинградского фронта, эшелонами были переброшены из Литовской ССР в состав Управления войск НКВД СССР по охране тыла действующей Красной Армии на Дальнем Востоке. При этом конечным пунктом назначения 12-го Рижского стал юг Сахалина, а 86-го Кёнигсбергского – Маньчжурия, где тот принял под свою охрану объекты КВЖД, но спустя некоторое время был там же расформирован.
Nick
А в Инстербурге кто обеспечивал контртеррористичнские мероприятия?
sobkor
В период боевых действий (но каждый в рамках своей компетенции) - органы контрразведки "Смерш", апппарат уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии, войска НКВД по охране тыла действующей армии и транспортные органы НКГБ СССР. При этом первые три структуры находились в непосредственном подчинении уполномоченного НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте комиссара госбезопасности 2 ранга Виктора Семёновича Абакумова (он же - начальник Главного управления контрразведки "Смерш" Наркомата обороны СССР-заместитель наркома обороны).
Nick
В ИНстербурге стояло специально подготовленное подразделение НКВД или все обеспечивал названный Вами Кенигсбергский пограничный полк войск НКВД СССР?
sobkor
В Инстербурге был создан и эффективно работал Инстербургский оперативный сектор аппарата уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии, которому напрямую были подчинены подразделения пограничных частей из состава войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии плюс в оперативном подчинении у него находились местные подразделения конвойных войск НКВД СССР.
Одним из первых руководителей Инстербургского оперативного сектора был будущий генерал советской милиции, а в тот период подполковник Степан Игнатьевич Навалихин. Ниже - биографическая справка на последнего. Авторство моё...
Юрий РЖЕВЦЕВ.

НАВАЛИХИН Степан Игнатьевич (1905-1979), ветеран системы отечественного МВД, один из создателей и первых руководителей калининградской милиции, участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга, комиссар милиции 3 ранга (1947) в отставке, Заслуженный работник НКВД (1947).
Родился 7 января 1905 года в деревне Пеньки современных Богородского района Кировской области в крестьянской семье. Русский. Член КПСС с ноября 1928 года.
Образование: 4 класса сельской школы; в 1935 – годичный курс Ленинградской школы старшего начальствующего состава Рабоче-Крестьянской милиции; в 1954 - годичный курс Высшей школы милиции МВД СССР (Москва).
Трудовую деятельность начал на родине в 1924 году - разнорабочий металлургического завода.
Срочную военную службу проходил в 1927-1929 гг. в Московском военном округе: курсант полковой школы, старшина и И.о. политрука роты отдельного батальона (военный гарнизон города Ростова Ярославской области).
По увольнению в запас вернулся на родину: заведующий избой-читальней, пропагандист Богородского райкома ВКП(б), военный инспектор Богородского райисполкома.
На службе в органах внутренних дел в 1932-1955 гг. - по партийной мобилизации: политинспектор Богородского районного отдела НКВД СССР.
С 1935 года – на практической и руководящей работе в аппарате и территориальных подразделениях управления милиции УНКВД по Горьковской области, в том числе начальник ряда (Варнавинского, Лысковского и Дзержинского) горрайорганов милиции.
В 1936 году в ходе аттестации на персональные звания был удостоен знаков различия сержанта милиции (аналог современного специального звания «лейтенант милиции»), но начало Великой Отечественной войны являлся уже старшим лейтенантом милиции (аналог современного специального звания «майор милиции»).
В 1941-1943 гг. - начальник ОБХСС, а затем заместитель начальника Управления милиции УНКВД по Горьковской области.
В феврале 1943 году в ходе переаттестации на новые специальные звания был удостоен погон подполковника милиции.
По неофициальным данным, в 1943 году был направлен в ряды действующей армии в качестве военного контрразведчика.
В декабре 1944 года направлен в правительственную командировку в органы военной контрразведки действующей армии: заместитель начальника отдела «Смерш» 43-й армии 3-го Белорусского и 1-го Прибалтийского фронтов и (с конца февраля 1946 года) начальник оперативной группы и ряда (в том числе Гумбинненского и Инстербургского) оперативных секторов аппарата уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Отличился в боях по штурму города-крепости Кёнигсберг.
В период с 22 сентября по 12 ноября 1945 года - временно исполняющий обязанности руководителя агентурно-оперативной работой в Восточной Пруссии (то есть фактически - Врио уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии).
С 4 января и по август 1946 года – заместитель уполномоченного НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 года – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии.
Как сказано в тексте аттестации, подполковник милиции С.И. Навалихин «в исключительно трудных условиях проделал в Восточной Пруссии большую работу по организации и укреплению органов милиции».
Летом 1946-1949 гг. – заместитель начальника УМВД по Калининградской области - начальник управления милиции.
В дальнейшем заместитель начальника управления милиции МВД-МГБ Киргизской ССР, заместитель начальника управления милиции (с 1950) УМГБ-УМВД по Амурской области; начальник управления милиции (с 1954) УМВД по Орловской области.
Специального звания комиссара милиции 3 ранга (тогдашний аналог современного звания «генерал-майор милиции») удостоен в январе 1947 года, минуя очередное специальное звание «полковник милиции».
В 1955 (по другим данным – 1956) году уволен со службы в органах внутренних дел по инвалидности. Будучи на пенсии, проживал сначала в городе Орле, а затем (после 1975) в Москве в семье дочери.
В период службы неоднократно избирался в партийные и советские органы власти и, в частности: в 1952 - кандидатом в члены Амурского областного комитета КПСС; 22 февраля 1953 года – депутатом Амурского областного Совета депутатов трудящихся от Дамбукинского избирательного округа.
Кавалер большого количества государственных и ведомственных наград, включая пять орденов – Красного Знамени (приблизительно в 1953; № 423993), Отечественной войны 2-й степени (21.04.1945; № 801298), двух Красной Звезды (приблизительно 1944 и 1945; № 2236923), Знак Почёта (1943; № 34676), - многочисленных медалей и, в том числе, «За боевые заслуги» (01.02.1946; № 24233877), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За взятие Кёнигсберга» и «50 лет советской милиции», а также нагрудного знака «50 лет в КПСС». В 1947 году был удостоен, кроме того, почётного звания Заслуженный работник НКВД (нагрудный знак № 4522).
Скончался 29 апреля 1979 года. Похоронен в Москве.

На АРХИВНОМ СНИМКЕ: комиссар милиции 3 ранга С.И. Навалихин. Февраль 1953 года.
Nick
А где они в Инстербурге располагались и какие силы были?
sobkor
Численность Инстербургского оперативного сектора вряд ли была большой - от силы десяток-полтора оперативников. А вот по какому адресу он располагался в бывшем Инстербурге - это уже вопрос, который следует адресовать не мне, а красным следопытым и краеведам из современного Черняховска...
Nick
Это поздразделение были единственным контразведывательным органом в советском Инстербурге или нет?
sobkor
Я же выше писал, что ещё органы контрразведки "Смерш" (они при каждой в/ч) плюс транспортные органы НКГБ СССР (при структурах железнодорожного транспорта)...
Nick
А функции территориалов, кто выполнял? Или названные Вами были единственными подразделениями НКВД?

С 70-х годов (а может и раньше) до 90-х милиция и Черняховский горотдел УКГБ СССР по Калининградской области распологались на ул. Крупской. Мрачное такое здение около спортивного магазина.
sobkor
В мае-июне 1946 года Инстербургский оперативный сектор аппарата Уполномоченного МВД-МГБ СССР по Восточной Пруссии был преобразован в Черняховский городской отдел МВД, подчинённый по вертикале только что созданнному УМВД по Кёнигсбергской области.
Одновременно, но начиная с середины февраля 1946 года, существовало Линейное отделение милиции станции Инстербург, замыкавшееся на Вильнюс.
Но более подробно обо всём этом, когда закончу повествование о в/ч войск НКВД СССР.
sobkor
Продолжаю знакомить людей, не равнодушных к истории родного Отечества, с летописью наиболее отличившихся в боях за Восточную Пруссию в/ч войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии. Сегодня моё повествование о 13-м пограничном Виленском орденоносном полку. Авторство моё. Что же касается фоторепортажных снимков, запечатлевших сегодняшние будни личного состава камчатской погранзаставы имени Г. Кирдищева, то они любезно были предоставлены мне коллегами - военными журналистами редакции газеты Северо-Восточного пограничного управления береговой охраны ФСБ России "Пограничник Северо-Востока", за что я им сердечно благодарен.
Юрий РЖЕВЦЕВ


ВИЛЕНСКИЙ ОРДЕНА АЛЕКСАНДРА НЕВСКОГО ПОГРАНИЧНЫЙ ПОЛК (ОТРЯД), одна из самых наиболее прославленных воинских частей войск НКВД СССР, ярко отличившаяся, в том числе, и в ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции, и единственная из них удостоенная воинского почётного наименования «Виленская».
Полное официальное наименование на день окончания Великой Отечественной войны – 13-й пограничный Виленский ордена Александра Невского полк войск НКВД СССР Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта, а на момент расформирования части летом 1953 года - 109-й (Северо-Курильский) пограничный Виленский ордена Александра Невского отряд Управления пограничных войск МВД СССР Камчатского округа.
Свою историю ведёт с февраля 1924 года, когда был создан Западный пограничный округ в составе семи пограничных отрядов, в том числе и 13-го Полоцкого, взявшего тогда под свою охрану границу с буржуазной Латвией.
Не менее двухсот лучших представителей 13-го Полоцкого пограничного отряда войск НКВД СССР осенью 1939 года в рядах четырёх особых батальонов НКВД Белорусской ССР (численность каждого - 300 штыков) участвовали в так называемом освободительном походе Красной Армии в Западную Белоруссию. Эти отряды (фактически, говоря современным языком, подразделения пограничного спецназа) были, напомним, сформированы на основании приказа наркома внутренних дел СССР от 10 сентября 1939 года «О мероприятиях по выполнению специального задания Правительства СССР пограничными войсками НКВД Белорусского округа». Он предписывал командованию дислоцирующихся на территории БССР 13-го, 14-го, 15-го, 16-го, 17-го и 18-го пограничных отрядов «на комплектование обратить личный состав манёвренных групп и линейных застав». И далее – «Батальоны сосредоточить: Полоцк, Заславль, Дзержинск, Тимковичи – к 12.00 13.09.39 г.».
С 16 октября 1939 года – 13-й Березинский пограничный отряд войск НКВД СССР Управления пограничного войск НКВД Белорусской ССР с местом дислокации штаба части в местечко Березино бывшей Вилейской, а ныне современной Витебской области.
Имея на стыке слева 18-й Житковичский, а справа – 83-й Слободский погранотряды, 13-й Березинский погранотряд приступил тогда к несению службу по охране зоны пограничных заграждений, установленных ещё по старой линии госграницы.
В период с 1937 года и до конца ноября 1939 13-м погранотрядом командовал полковник Константин Иванович Ракутин (06.01.1902-октябрь 1941), будущий прославленный советский полководец, Герой Советского Союза (1990, посмертно). (На основании приказа КГБ СССР № 0560 (по другим данным – 0506) от 16 сентября 1986 года имя генерал-майора К.И. Ракутина было присвоено пограничной заставе «Охотск» Магаданского пограничного отряда Камчатского пограничного округа КГБ СССР, а в начале 2000-х по инициативе судовладельца в лице предприятия «Камчаттралфлот» – одному из рыбопромысловых траулеров.)
На начало Великой Отечественной войны насчитывал 844 человека личного состава, во главе которых стояли: майор Тимофей Андреевич Сметанин, начальник отряда; депутат Верховного Совета СССР батальонный комиссар М.Л. Лебедев (по другим данным – батальонный комиссар Д.Т. Дынин), заместитель начальника отряда по политической части; майор Георгий Андреевич Тельвинов – начальник штаба отряда. В Книге Памяти пограничных войск значится батальонный комиссар Лебедев Максим Лаврентьевич 20 декабря 1907 года рождения, член ВКП(б), пропавший без вести в сентябре 1941 года в качестве военкома 265-й стрелковой дивизии. Очевидно, это бывший замполит 13-го погранотряда.
Как следует из текста доклада начальника войск НКВД СССР по охране тыла Калининского фронта начальнику пограничных войск НКВД СССР от 6 февраля 1942 года, «с началом военных действий связь со штабом погранвойск и НКВД БССР была прервана и принятые меры к восстановлению её результата не дали, вследствие чего отряды [речь идёт о 13-м и 83-м погранотрядах] действовали самостоятельно и ориентировались в обстановке на фронте через местные органы НКВД Вилейской области и вели оперативно-войсковую разведку...
Не имея связи и не зная обстановки на фронте, связанные с большими запасами имущества, оружия и боеприпасов, по месту постоянной дислокации продолжали нести службу по охране зоны пограничного заграждения, укрепляли оборону участков, организовывали истребительные группы для борьбы с парашютными десантами, усиливали борьбу с лицами, сеющими панику, и поддерживали твердый революционный порядок в тылу фронта.
Кроме того, приказом начальника войск НКВД Западного фронта отрядом были сформированы и направлены в 22 армию одна рота в количестве 75 человек и четыре взвода по 44 человека. Всего было направлено: старшего и среднего начсостава – 13 человек, младшего начсостава – 35 человек, рядового состава – 201 человек…
За проявленное мужество и отвагу к правительственной награде было представлено и награждено: орденом Ленина – 1, Красного Знамени – 11, Красной Звезды – 11, медалью «За отвагу» – 18, «За боевые заслуги» - 3. Итого – 44».
В первые часы гитлеровской агрессии под вражескими бомбами и в схватках с диверсантами погибло не менее десятка военнослужащих отряда, в том числе начальник одной из пограничных комендатур старший лейтенант Пётр Семёнович Лесик и командир отделения сержант Николай Петрович Сидоров.
Первые серьёзные столкновения с наступающими частями вермахта 13-й Березинский пограничный отряд войск НКВД СССР имел в первых числах июля на северо-востоке Белоруссии. Здесь, на берегах реки Северная Двина, смертью героя пало немало воинов части, включая и следующих представителей её офицерского состава: помощники начальника отряда (воинское звание обоих неизвестно) Я.Н. Астанин (пропал без вести, но дата неизвестна) и П.А. Дорофеев (пропал без вести 2 июля), политработники (должности неизвестны) старший политрук Е.М. Гофен (пропал без вести 2 или 6 июля у деревни Лепель-Бровка), политруки И.С. Лугенов (пропал без вести 2 июля) и Д.Я. Спирин (погиб 18 июля), начальники пограничных застав старший лейтенант И.М. Даншин (пропал без вести, но дата неизвестна), лейтенанты Ф.И. Владыка и Г.В. Сергеев (оба пропали без вести 2 июля) и младший лейтенант И.А. Кузьменко (пропал без вести 6 июля), делопроизводитель ведомственного автозавода младший лейтенант Н.А. Григорьев (погиб 5 июля).
Приблизительно в конце июля-начале августа отряд был переподчинён отделу охраны войскового тыла 22-й армии Западного фронта. В середине августа он оказался брошенным в бой на правах обычной пехоты. Дело было у деревни Облипушки (Облякуши) и железнодорожного посёлка Кунья Псковской области. Закрепившись здесь на оборонительных рубежах, пограничники, тем самым, лишили противника возможности возобновить беспрепятственное продвижение на восток по двум стратегически важным (железнодорожной и автомобильной) магистралям - Великие Луки – Ржев.
Пик сражения пришёлся на 22 августа. Прорыв обороны 13-го пограничного отряда враг начал с нанесения массированных артиллерийских и авиационных ударов. И лишь после этого бросил в атаку танки. «Зелёные фуражки» держались, сколько было сил. Гранатами и бутылками с зажигательной смесью они тогда уничтожили четыре танка. Отход осуществили организованно, мелкими группами и лишь после того, когда возникла реальная угроза полного окружения.
В эти критические минуты особенно отличиться выпало двум бойцам - И.Д. Савенкову, секретарю бюро ВЛКСМ управления отряду, и П.А. Саенко, военному водителю: они, выполняя приказ, предприняли все меры к спасению Боевого Знамени части, а также документов её партийно-политического аппарата. Так, в частности, машина, на которой они на максимальной скорости двигались в штаб отдела охраны войскового тыла 22-й армии, внезапно угодила под вражеский обстрел и в результате оказалась выведенной из строя - очередь прошила радиатор. При этом тяжелое ранение в руку получил И.Д. Савенков – пуля раздробила кость. Однако отважные воины не поддались панике. Комсорг, невзирая на нестерпимую боль, с пистолетом наперевес остался охранять сейфы с доверенным ему бесценным грузом, а красноармеец П.А. Саенко отправился на поиски другой машины. Вскоре он прибыл на выручку товарища за рулём другого автомобиля и они благополучно продолжили движение в пункт назначения.
Среди офицеров из того страшного боя не вернулись начальник погранкомендатуры капитан В.А. Васильев, начальник штаба погранкомендатуры капитан Н.П. Журавлёв, начальники погранзастав старшие лейтенанты В.С. Боловцев, В.С. Волобуев и младший лейтенант П.И. Юрасов, политрук погранзаставы политрук В.Л. Большаков, а также многие, многие другие.
В последующих боях сорок первого, согласно Книге Памяти пограничных войск, погибли: начальник отдельной роты связи полка старший лейтенант И.М. Журавель (7 октября у деревни Тарбеево Московской области, что в 35 км севернее река Вязьма), начальник инженерной службы полка лейтенант И.И. Драенков (26 ноября), командир отделения старший сержант М.А. Тарасенко (9 декабря), стрелок красноармеец У.И. Чистяков (21 декабря). Несколько человек, в том числе помощник начальника погранзаставы лейтенант Д.В. Широбоких и стрелок красноармеец В.А. Загней, пропали без вести.
Приблизительно в октябре 1941 года 13-й погранотряд был переформирован в 13-й пограничный полк войск НКВД СССР. И с этого же периода – в составе Управления охраны войскового тыла (с 1942 года - Управление войск НКВД СССР по охране тыла) Калининского фронта. В данном качестве участвовал в битве под Москвой. В частности, на основании приказа члена Военного совета Калининского фронта корпусного комиссара Д.С. Леонова 7-я и 9-я стрелковые роты полка, ликвидируя на участке обороны 174-й стрелковой дивизии 29-й армии прорыв войск противника, закрепились восточнее Ржева у деревни Борисово и в период с 23 января 1942 года и по 21.00 следующих суток стойко, не сделав ни шагу назад, оборонялись здесь. При этом, как гласят архивные документы, особенно отличились командир отделения сержант М.Ф. Зайцев, и красноармеец И.П. Пургин. Так, первый, «несмотря на сильный огонь противника, умело вывел своё отделение на удобный огневой рубеж, не потеряв ни одного бойца», а второй – «под сильным артиллерийским и пулемётным огнём подполз к четырём тяжелораненым красноармейцам и вместе с оружием вынес в укрытие. Тяжелораненому красноармейцу Колтушеву оказал медицинскую помощь, и один на листе фанеры доставил его до пункта эвакуации раненых, который был в 4 км».
К моменту прибытия на подмогу частей регулярной Красной Армии роты имели следующие потери: убиты двое (в том числе, согласно Книге Памяти пограничных войск, красноармеец-стрелок С.В. Сивков), ранены пятеро, и пропали без вести (не вернулись из разведки) четверо военнослужащих.
После выхода из боя эти две роты вновь приступили к выполнению служебно-боевых задач по охране войскового тыла 29-й армии Калининского фронта.
Чуть раньше, 22 января 1941 года, свой подвиг совершил представитель комсомольской организации 13-го погранполка сержант Демьянов: в результате вражеского авиаудара загорелся сарай, который использовался в качестве пункта боепитания. Рискуя жизнью, отважный воин бросился внутрь и прежде чем огонь сумел добраться до ящиков с боеприпасами вынес последние наружу.
Всего в боях сорок второго года, если исходить из Книги Памяти пограничных войск, из боёв и схваток с диверсантами не вернулось свыше двух десятков военнослужащих полка, в том числе несколько офицеров, включая политрука погранзаставы младшего политрука Степана Ивановича Лунегова (пропал без вести, но дата не известна), казначея финчасти полка техника-интенданта 2 ранга Моисея Гавриловича Шульгу (погиб 4 апреля, но где неизвестно) и представителя комсостава (точная должность неизвестна) лейтенанта Ивана Михайловича Галдева (пропал без вести, но дата не известна).
Приблизительно в середине 1942 года 13-й пограничный полк войск НКВД СССР был передан в состав Управления войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта.
В новом районе оперирования полк сразу снискал себе честно заслуженную славу активного участка снайперского движения. В частности, только в полосе обороны 30-й армии генерал-майор артиллерии Г.И. Хетагурова и только в период с 22 июля по 4 ноября 1942 года боевую стажировку прошло двенадцать его снайперских команд, которые уничтожили здесь в общей сложности 1636 солдат и офицеров вермахта.
«Все снайперы, прошедшие стажировку в частях армии, показали себя тактически грамотными, выносливыми бойцами, хорошо освоившими маскировку, прекрасно владеющими стрелковым оружием, умеющими правильно отыскать важные цели и быстро их уничтожить», - это строки из докладной записки, направленной командованием 30-й армии 6 ноября 1942 года в адрес начальника войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта полковника И.М. Горбатюка.
При этом самыми результативными стали команды, возглавляемые капитаном Юрьевым (уничтожено 330 фашистов) и воентехником 1 ранга Тимофеенко (429), а вот в личном зачёте лидировали воентехник 1 ранга Тимофеенко (35), красноармеец Хлынов (30), красноармеец Бибанаев (28), младший сержант Носенко (19) и красноармеец Ивлев (17).
В первом квартале 1943 года число внештатных снайперов в полку многократно возросло, при этом основную массу добровольцев составляли представители полковой комсомольской организации – 174 человека. Достаточно сказать, что только снайперами из числа членов ВЛКСМ 13-го погранполка, согласно архивным документам Управления войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта, тогда было уничтожено 1818 гитлеровцев.
А вообще боевой счёт в новом, 1943, году снайперы полка открыли уже 1 января в ходе очередной, продлившейся до 5 марта, боевой стажировки. Вот только три примера их боевой доблести.
19 января. Снайперские пары – первая в составе младшего сержанта Комардина и ефрейтора Тарасова, а вторая – красноармейцев Луговского и Листопадова – в ночных условиях с близкого расстояния истребили девятнадцать гитлеровских сапёров, принявшихся было производить инженерные работы на переднем крае своей обороны.
21 января. Красноармеец Козкин с помощью военной хитрости уничтожил вражеского снайпера: в амбразуру переднего дзота выставил каску и, привлекая внимание «коллеги»-фашиста, несколько раз пальнул отсюда из винтовки в сторону немецких окопов. Приняв пустую каска за силуэт головы пехотинца-новичка, гитлеровский снайпер тут же ответил прицельным огнём, чем обнаружил свою позицию и был убит первым же выстрелом, произведённым Козкиным из соседней амбразуры.
22 января. Снайперская пара в составе младшего сержанта Чупрунова и ефрейтора Сметаны выследила позицию хорошо замаскированного станкового пулемёта, из которого гитлеровцы каждую ночь обстреливали наш передний край, и, целясь на вспышку автоматического огня, меткими выстрелами уничтожили пулемётчиков. В ту ночь эта огневая точка больше не беспокоила обороняющиеся на данном участке советские подразделения.
Во второй половине сорок третьего ряды снайперов пополнились девушками. Вот как об этом сказано в докладе командования войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта «О боевой деятельности снайперов войск за период с 1 июня 1943 года по 1 января 1944 года»: «Характерно, что за отчётный период довольно успешно тренировались девушки-снайперы. Так, например, в 13-м погранполку рядовые Капышева и Ратникова показали образцы смелости и снайперского мастерства. Капышева за три выхода на передовую уничтожила 23 фашиста. Ратникова за два выхода уничтожила 15 фашистов».
К сожалению, безвозвратные потери нёс и личный состав наших снайперских команд, в частности, из боевого поиска по причине героической гибели в бою не вернулись следующие их представители: 27 августа 1942 года – ефрейтор Пётр Андреевич Гладуш; 22 октября 1942 года – уже упоминавшейся выше ефрейтор Василий Павлович Бибанаев (погиб у деревни Першино Ржевского района современной Тверской области); 29 октября 1942 года - красноармейцы Николай Максимович Багин и Михаил Иванович Бодьин; 24 сентября 1943 года - красноармеец Степан Васильевич Гришанков; 18 января 1944 года - ефрейтор Михаил Павлович Седов (погиб у местечка Лиозно Витебской области)…
Достойно офицеры, сержанты и солдаты тринадцатого выполняли воинский долг и по главному своему служебно-боевому предназначению – охране тыла действующей армии. На их лицевом счету, к слову, сотни обезвреженных вражеских лазутчиков. Вот только один пример. 18 июня 1943 года служебный наряд 11-й пограничной заставы в составе ефрейтора Шевченко, красноармейцев Нестерова и Пыжикова при патрулировании местности, примыкающей к смоленской деревне Третьяково, выявил и задержал шпионку, засланную сюда с разведывательной миссией Абвером. Женщина визуально контролировала движение наших войск по одной из прифронтовых дорог, маскируясь под кандидата в вольнонаёмные служащие Красной Армии: якобы её завербовал на вакантную должность прачки и привёз сюда незнакомый старшина, который в данный момент отлучился с её документами в штаб своей части, чтобы там-де уладить в отношении неё все возникающие в таких случаях формальности.
О сложности и опасности труда воинов-чекистов на фронте свидетельствует, хотя бы уже список потерь: только в 1943 году, согласно Книге Памяти пограничных войск, в борьбе со шпионажем и бандитизмом в 13-м пограничном полку погибло или пропало без вести не менее пятнадцати военнослужащих, в том числе - не менее четырёх офицеров. И это - старший фельдшер полка старший лейтенант медицинской службы И.Н. Коноплёв (погиб 1 сентября), помощник начальника пограничной заставы лейтенант Т.К. Дыбтан (погиб 6 марта), командир взвода младший лейтенант В.Ф. Курышев (пропал без вести 10 апреля), младший лейтенант Н.П. Бурсин (погиб 25 сентября). В этом скорбном списке есть одно и женское имя – санинструктора младшего сержанта Татьяны Васильевны Зенкиной: погибла в боях за Родину 5 сентября 1943 года.
И ещё об одной фронтовой доблести военнослужащих полка – в освобождённых из-под немецко-фашистской оккупации районах они всемерно помогали местному населению заново строить мирную жизнь. В частности, в 1942 году, как гласят архивные документы, «офицерами 13-го полка проведены беседы, митинги в деревнях Марково, Нойновка, Барково, Плоское Сафоновского и Ярцевского районов [Смоленская область]. В этих деревнях были проведены собрания по выборам правлений колхозов».
С апреля 1944 года 13-й пограничный полк - в составе Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта. Задача, которую выполнял, - обеспечение безопасности войскового тыла 5-й армии. К этому времени полком уже командовал майор Кузьма Порфирьевич Петренко.
В ходе Белорусской стратегической наступательной операции полк воспитал двоих Героев Советского Союза. Речь идёт о красноармейце Алексее Михайловича Носкове (21.11.1923-10.07.1944) и младшем лейтенанте Гаврииле Федотовиче Кирдищеве (20.03.1919-13.07.1944).
Красноармеец А.М. Носков - инструктор служебных собак 13-го погранполка, но именно в тот период времени - курсант Учебной команды сержантского состава Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта, кавалер ордена Славы 3-й степени. Свой героический подвиг он совершил в боях по отражению попыток окружённых гитлеровских войск прорваться из Минского котла: 10 июля 1944 года у деревни Мешкевичи (Мишковичи) Логойского района Минской области красноармеец А.М. Носков, жертвуя собой, закрыл своим телом от автоматной очереди, выпущенной в упор подкравшемся справа немецким унтер-офицером, своего командира – майора Ивана Леонтьевича Гожуха, начальника Учебной команды сержантского состава Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта, чем в минуту смертельной опасности спас тому жизнь.
На основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 24 марта 1945 года красноармеец Алексей Михайлович Носков посмертно был удостоен Звания Героя Советского Союза. Могила отважного воина находится в деревне Острошицы Логойского района Минской области Белоруссии.
В послевоенный период имя Героя было присвоено:
- на основании Постановления Совета Министров РСФСР № 114-3 от 18 марта 1976 года одной из пограничных застав 60-го Виленского, Курильского, орденов Ленина и Александра Невского пограничного отряда Краснознамённого Тихоокеанского пограничного округа КГБ при Совете Министров (ныне в составе Северо-Восточного пограничного управления береговой охраны ФСБ России);
- улицам в городе Ярославле и белорусском посёлке Логойск;
- в начале 2000-х по инициативе судовладельца в лице предприятия «Камчаттралфлот» – одному из рыбопромысловых траулеров 1975 года постройки (СССР): СТР «Пограничник Носков».
Фасад здания средней школы № 40 города Ярославля, где Герой когда-то учился, украшает посвящённая ему мемориальная доска.
Младший лейтенант Г.Ф. Кирдищев - начальник 8-й пограничной заставой. 1 и 13 июля 1944 года силами возглавляемого подразделения (33 штыка) умело организовал оборонительные бои против превосходящего противника, чем воспрепятствовал отчаянным попыткам того вырываться из плотного кольца окружения. Так, 1 июля 8-я погранзастава, внезапно оказавшись на пути вражеской роты автоматчиков, огнём с места отразила нападение, а затем и сама перешла в решительную контратаку. Преследование беспорядочно отступивших фашистов продолжалось до полного их истребления. Итог выигранного боя: шестьдесят военнослужащих противника убиты, а двадцать девять пленены.
13 июля 8-я погранзастава во время совершения марша вновь столкнулась превосходящими силами противника. Произошло это у деревень Рудница и Пустоваловка Вильнюсского района. На позиции поспешно окопавшихся тридцати трёх пограничников со всей яростью обрушилось до трёхсот хорошо вооружённых гитлеровцев, но застава выстояла, при этом примером мужества и стойкости для её бойцов стал командир – младший лейтенант Г.Ф. Кирдищев: был тяжело ранен, но продолжал командовать подразделением даже в ходе завязавшейся рукопашной схватки.
Вражеское подразделение оказалось полностью разгромленным: убито сто человек, пятьдесят пленено, остальные рассеяны в беспорядке по окрестностям.
Умер от ран 13 июля 1944 года в 544-м медсанбате. Похоронен в Вильнюсе.
В послевоенное время имя Героя Советского Союза младшего лейтенанта Г.Ф. Кирдищева было присвоено:
- на основании Постановления Совета Министров РСФСР № 319-20 от 15 мая 1975 года пограничной заставе «Налычево» 60-го Виленского, Курильского, орденов Ленина и Александра Невского пограничного отряда Краснознамённого Тихоокеанского пограничного округа КГБ при Совете Министров (ныне в составе Северо-Восточного пограничного управления береговой охраны ФСБ России). Одновременно Герой был навечно зачислен в списки личного состава данной пограничной заставы;
- в городе Алексеевка Целеноградской области Казахстана парку культуры и отдыха (решение исполкома Алексеевского районного Совета депутатов трудящихся № 2-14 от 22 января 1976 года), а также одной из городских улиц;
- в городе Петропавловске-Камчатском одной из улиц: «Улица Кирдищева»;
- одной из средних школ Акмолинского района современной Акмолинской области Республики Казахстан: «Средняя школа имени Кирдищева»;
- теплоходу современного Дальневосточного морского пароходства (г. Владивосток): «Гавриил Кирдищев» (год постройки – 1976; 10 июня 2004 года был сертифицирован по международному Кодексу охраны судов);
- в начале 2000-х по инициативе судовладельца в лице предприятия «Камчаттралфлот» – одному из рыбопромысловых траулеров 1975 года постройки (СССР): СТР «Пограничник Кирдищев».
В советский период имя Героя носила и одна из пионерских дружин Вильнюса.
Имя Героя Советского Союза младшего лейтенанта Г.Ф. Кирдищева увековечено также и на калининградской земле – оно внесено в Калининградскую Книгу Памяти «Назовём поименно» (т. 15, стр. 426), поскольку его планируется здесь выбить на мраморных плитах Мемориала воинам-пограничникам, который в ближайшем будущем должен быть возведён в Калининграде.
Весь же остальной личный состав 8-й погранзаставы за мужество и героизм, проявленные в боях 1 и 13 июля 1944 года, был удостоен орденов и медалей. Всего же, уточним, в полку было награждено свыше четырёхсот человек, отличившихся в боях лета 1944 года, в том числе орден Богдана Хмельницкого 2-й степени украсил тогда грудь командира полка майора К.П. Петренко.
Приказом Верховного Главнокомандующего от 25 июля 1944 года 13-му пограничному полку единственному в воинских формированиях НКВД СССР «как отличившемуся в боях за овладение г. Вильнюс» было присвоено воинское почётное наименование «Виленский».
Всего в течение 1944 года полк в ходе боёв и боестолкновений истребил несколько тысяч гитлеровцев. Кроме того, его военнослужащими в прифронтовой полосе было выявлено и обезврежено 348 вражеских агентов и лазутчиков.
К сожалению, красноармеец А.М. Носков и младший лейтенант Г.Ф. Кирдищев – не единственные безвозвратные потери полка в боях сорок четвёртого года. Среди убитых тогда, согласно Книге Памяти пограничных войск, значатся также начальник пограничной заставы лейтенант А.П. Емельянов (14 февраля), сержант М.А. Ярынкин (10 июля), командир отделения сержант Г.Б. Лексин (7 июля), инструктор служебных собак ефрейтор В.А. Лашин (31 августа), красноармейцы-стрелки Н.Е. Терещенко и Д.Г. Федорчук (19 мая) и некоторые другие.
Новый, 1945, год 13-й погранполк встретил в Литве, чуть севернее города Каунаса (район населённого пункта Кулаутува), на берегах Немана. В зоне его ответственности в этот момент находился войсковой тыл 39-й армии 3-го Белорусского фронта.
В ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции 13-й погранполк участвовал в боях за Земландский полуостров, по-прежнему при этом охраняя войсковой тыл 39-й армии 3-го Белорусского фронта. В архивных документах, некогда опубликованных в советской печати, удалось отыскать два факта из боевой биографии полка за март 1945 года. Так, 7 марта 1945 года разведывательно-поисковая группа, высланная во исполнение приказа командира батальона от 9-й пограничной заставы (начальник - лейтенант Юсов), выявила и обезвредила в деревне Дер бандгруппу из двенадцати вооружённых мужчин. Четверо бандитов оказались захваченными врасплох во время внезапного нападения пограничников на дом, где те грелись у печки, а остальные восемь – путём организации засады. Во втором случае не обошлось без короткого боестолкновения. В ходе операции особенно отличились командир данной РПГ младший лейтенант Иванов, являющейся по должности помощником начальника 9-й погранзаставы, и младший сержант Ваценко.
А 13 марта 1945 года разведывательно-поисковая группа из пятнадцати военнослужащих 11-й пограничной заставы (два офицера, два сержанта, остальные – солдаты) во главе с начальником данной заставы младшим лейтенантом Савельевым провела чекистско-войсковую операцию по поиску и обезвреживанию бандгруппы из трёх мужчин, занимавшейся грабежами в районе хутора Бланненберг.
Благодаря бдительности командира отделения сержанта Евдокимова, который интуитивно выявил среди жительниц хутора Бланненберг сообщницу бандитов и сумел незаметно проследить за ней, последние были обнаружены прятавшимися под соломой в одном из расположенных здесь сараев.
13-й погранполк в составе войск 39-й армии принимал непосредственное участие в штурме столицы Восточной Пруссии. Как сказано в сборнике «Краснознамённый Прибалтийский пограничный» (Сост. В.И. Боярский. – Рига.: Авотс, 1983. – 427 с., 48 л. ил. Стр. 171), пограничники майора К.П. Петренко «вместе с бойцами 39-й армии выбивали немцев из подвалов и разрушенных домов Кёнигсберга, уничтожали их огневые точки. Воинами полка было взято в плен около двух тысяч фашистских солдат и офицеров».
За успешное выполнение боевых заданий командования, проявленное в ходе разгрома Земландской группировки противника, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 апреля 1945 года 13-й пограничный Виленский полк войск НКВД СССР был награждён орденом Александра Невского.
День Победы полк встретил на Земландском полуострове у берегов Балтики. Но уже 13 мая он на основании приказа начальника Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-гоБелорусского фронта экстренно перебрасывается на юг Восточной Пруссии, чтобы защитить местные коммуникации от набегов со стороны окопавшихся в окрестных лесах польских бандформирований и оставленных здесь фашистами в бессчётном количестве диверсионно-террористических и шпионских групп. Одновременно, начиная с 13 мая, в его оперативное подчинение был передан 1-й стрелковый батальон 33-го пограничного ордена Красной Звезды полка войск НКВД СССР, штаб которого располагался в городе Бишофсбурге (ныне – польский Бискупец).
К концу мая сорок пятого только данным батальоном в зоне ответственности 13-го погранполка было выявлено и обезврежено 118 лиц из числа преступного элемента.
С лета сорок пятого – в Литве, где участвует в контртеррористических операциях против местных бандформирований. И, в частности, 14 июня во взаимодействии с 86-м пограничным Кёнигсбергским полком войск НКВД СССР разгромил в Розалинской волости Паневежского уезда действовавшую там банду численностью в триста до зубов вооружённых боевиков. К сожалению, в ходе этой спецоперации не обошлось без потерь: согласно архивным документам, в схватке с бандитами погиб один из военнослужащих 13-го полка, но кто – неизвестно. Всего же, если исходить из двух Книг Памяти - пограничных войск и Калининградской области, в боях осени 1944-лета 1945 гг. сложило свои головы не менее девятнадцати военнослужащих полка и, в том числе: офицеры - старший лейтенант В.И. Утолин (23 июня 1945 года), лейтенанты Д.А. Кузьмин (30 октября 1944 года) и Н.Н. Пустовалов (4 июня 1945 года), младший лейтенант Г.И. Амбарнов (23 июня 1945 года в районе восточнопрусского города Арис); младшие командиры - старший сержант А.П. Смирнова (точная дата гибели неизвестна), сержант Ф.П. Одинцов (30 октября 1944 года в районе деревне Александровка Шакяйского района Литовской ССР), младший сержант С.М. Самедов (24 апреля 1945 года); солдаты - ефрейторы В.П. Барков (17 октября 1944 года в районе города Каунаса Литовской ССР), И.И. Виноградов (9 апреля 1945 года), М.М. Гришанов (25 января 1945 года), красноармейцы К.М. Зубков (11 ноября 1944 года), П.М. Ильин (8 октября 1944 года в районе некоего местечка Семенишки), М.М. Колосков (22 июля 1945 года), В.А. Королёв (20 октября 1944 года), Л.А. Кошкин (11 июля 1945 года), В.А. Кукушкин (5 октября 1944 года), С.И. Теличко (21 октября 1944 года), П.С. Терещенко (23 февраля 1945 года) и В.П. Шивкин (в конце июля 1945 года).
В середине августа 1945 года 13-й пограничный совместно с 33-м пограничным Кёнигсбергским ордена Красной Звезды полком на протяжении месяца эшелонами перебрасывается из Литовской ССР в Маньчжурию в состав Управления войск НКВД СССР по охране тыла действующей Красной Армии на Дальнем Востоке.
На основании приказа НКВД СССР № 001123 от 15 декабря 1945 года 13-й пограничный Виленский ордена Александра Невского полк войск НКВД СССР был переформирован в 109-й (Северо-Курильский) пограничный Виленский ордена Александра Невского отряд войск НКВД СССР с переподчинением его Управлению пограничных войск НКВД СССР Камчатского округа.
Постоянным местом дислокации новой-старой части стали освобождённые в сентябре 1945 года Северные Курилы, при этом управление отряда и ряд пограничных застав разместились в бывшем казарменном фонде разгромленных здесь советскими десантами частей японской императорской армии.
В ночь с 4 на 5 ноября 1952 года военные городки отряда оказались в эпицентре страшного природного бедствия – огромного цунами, трижды, с разрывом между гигантскими волнами в пятнадцать минут, накрывшего Северные Курилы и юг Камчатки.
Почти полностью оказался разрушенным город Северо-Курильск, десятки посёлков вместе с людьми в буквальном смысле слова были сметены с лица земли. Общее число жертв по официальным данным тех лет составило 2300 человек и это, вероятней всего, без учёта погибших военнослужащих, ибо такая статистика в те годы подлежала немедленному засекречиванию. Поэтому цифра понесенных «зелёными фуражками» потерь неизвестна. Но о ней можно предположительно судить косвенным фактам. Так, по месту дислокации управления одной из погранкомендатур отряда чудом удалось спастись только двум пограничникам из многих, находившихся там в момент катастрофы.
Пусть крайне скупые, но, тем документальные сведения о жертвах содержатся и в Исторических формуляре части: «В результате подземных толчков и прилива воды с моря пострадали 16-я, 17-я, 19-я, 20-я и 21-я заставы 4-й комендатуры. Им нанесён значительный ущерб на общую сумму 339753 рублей. Погибли пограничники в нарядах: младший сержант Козлов, рядовой Зоткин, рядовой Гурьянов и жена начальника 21-й заставы лейтенанта Гурьянова…».
Летом 1953 года командованием пограничных войск МВД СССР было принято решение о расформировании 109-го (Северо-Курильского) пограничного Виленского ордена Александра Невского отряда с передачей участка границы, который им прежде охранялся, Камчатскому пограничному Курильскому ордена Ленина отряду. В связи с этим и в целях сохранения лучших боевых традиций бывшего Виленского орденоносного погранполка приказом МВД СССР от 5 августа 1953 года Камчатскому погранотряду были переданы воинское почётное наименование и боевая награда последнего.
В настоящий момент это 60-й пограничный Виленский, Курильский ордена Ленина и Александра Невского отряд (в/ч 2069) Северо-Восточного пограничного управления береговой охраны ФСБ России с местом дислокации управления части в городе Петропавловске-Камчатском.
sobkor
Поскольку речь в данном случае идёт о 13-м погранполке войск НКВД СССР, думаю, будет правильным дополнить выше размещённый очерк биографическими справками на тех Героев Советского Союза из числа воспитанников данной в/ч, чьи имена так или иначе связаны с Восточной Пруссией или современной Калининградской областью. Таких двое – генерал К. Ракутин и младший лейтенант Г. Кирдищев. Авторство моё.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

РАКУТИН Константин Иванович (1902-1941), прославленный советский военачальник, Герой Советского Союза (1990, посмертно) из числа воспитанников системы отечественного МВД и пограничных войск ОГПУ-НКВД СССР, в августе 1920-августе 1921 гг. находился на территории Восточной Пруссии в германском плену как один из многих интернированных немецкими властями военнослужащих Красной Армии, генерал-майор (1940), Почётный работник ВЧК-ОГПУ.
Родился 6 января (по другим данным - 21 мая) 1902 года в деревне Новинки Яковцевской волости Владимирской губернии (ныне - Вачский район Нижегородской области) в семье служащего, но с семилетнего возраста рос и учился в городе Нижний Новгород. Русский. Партийность: в годы гражданской войны вступил в комсомол, а в 1922 году – в ряды ВКП(б).
Образование: шестиклассное реальное училище в Нижнем Новгороде; в 1920 - Тамбовские курсы красных командиров; в 1931 - Высшую пограничную школу ОГПУ, в 1936 (по другим данным – в 1937) - Военную академию имени М.В. Фрунзе.
После установления Советской власти работал счетоводом в Арзамасском горисполкоме.
На военной службе с 1919 году - в качестве добровольца Красной Армии: помощник военного комиссара учебной школы 9-го Приволжского полка. В данном качестве участвовал в вооружённом подавлении антисоветского крестьянского восстания в Тамбовской губернии - «Антоновщины».
Первая должность в 1920 году как новоиспечённого краскома – помощник командира роты и командир роты 474-го (по другим данным – 473-го) пехотного полка 53-й пограничной дивизии Западного фронта: в боях и сражениях советско-польской войны.
В конце августа 1920 года, отступая под натиском белопольских войск от Варшавы, в составе полка перешёл границу Восточной Пруссии, где вместе с другими однополчанами был разоружён и интернирован немецкими властями, но уже через год в ответ на настойчивые требования РСФСР вместе с другими интернированными военнослужащими Красной Армии возвращён Германией на Родину.
В 1921-1922 годах - в рядах Народно-Революционной армии Дальневосточной республики: помощник командира и командир роты 5-го Читинского полка. В феврале 1922 года отличился при штурме «Дальневосточного перекопа» - Волочаевки, за что впоследствии был награждён главнокомандующим НРА ДВР В.К. Блюхером именным оружием. В тех же боях был ранен.
С конца 1922 года – на службе в войсках ОГПУ-НКВД СССР. «Я крещён огнём, испытан многими боевыми походами, - написал он в те дни родителям в письме. - Теперь наступило время для нового испытания, испытания границей».
В течение первых восьми лет – на Дальнем Востоке: политрук (с 1923) Амурского кавалерийского эскадрона, комендант (с 1924) пограничного участка Бикинского отряда, начальник (с 1925) пограничной комендатуры в Николаевске-на-Амуре, начальник (в 1926-начале 1930) отдельной Охотской пограничной комендатуры и одновременно - заместитель председателя Охотского райисполкома.
Ярко проявил организаторский и командирский талант в подавлении контрреволюционного вооружённого мятежа, поднятого зимой 1927 года в якутском посёлке Оймяконе некем Винокуровым-Индигирским. Так, К.И. Ракутин на правах старшего на тот период на Колыме оперативного начальника сразу сумел взять ситуацию под свой жёсткий контроль и, в частности, создал из местных жителей побережья отряды самообороны, что позволило ему быстро и надёжно локализовать очаг контрреволюционного восстания. Чуть позже, когда позволила погода и обстановка, снарядил и отправил на собачьих и оленьих упряжках из Охотска в Оймякон по 750-километровому маршруту экспедиционный отряд (командир – военнослужащий пограничных войск Петров), который затем в ходе ожесточённого боестолкновения и разбил бандитов наголову (при этом сам главарь мятежников, Винокуров-Индигирский, был захвачен живым).
За ликвидацию оперировавшей на Охотском побережье и в Якутии банды Винокуров-Индигирский краском пограничных войск К.И. Ракутин от имени Коллегии ОГПУ был удостоен именного маузера.
В 1931-1935 гг. – начальник учебного стола 1-й (Ново-Петергофской) школы пограничной и внутренней охраны ОГПУ имени К.Е. Ворошилова. За успехи в подготовке кадров для охраны границы и в связи с пятилетним юбилеем этого военно-учебного заведения К.И. Ракутин был награждён знаком «XV лет ВЧК-ОГПУ» («Почётный работник ВЧК–ГПУ (XV)»).
В 1937-1939 гг. полковник К.И. Ракутин - начальник 13-го Березинского пограничного отряда войск НКВД СССР в Белоруссии.
В конце 1939 года был откомандирован в город Лида Гродненской области, где сформировал новый пограничный отряд.
Участник Финской кампании: в 1940 году стажировался на фронте в должности помощника командующего 15-й армией по охране и обороне тыла.
Вскоре был удостоен воинского звания «комбриг», а 4 июня всё того же 1940 года – «генерал-майор» (в списке первых советских генерал-майоров значится под № 336). К этому времени уже являлся кавалером двух государственных наград – ордена Красной Звезды и медали «ХХ лет РККА».
В первой половине сорокового К.И. Ракутин был назначен начальником штаба Управления пограничных войск НКВД СССР Ленинградского округа, а уже в конце июля – начальником Управления пограничных войск НКВД СССР Прибалтийского округа (место дислокации штаба – Таллинн).
Участник Великой Отечественной с первых её минут. Ярко отличился в приграничных сражениях. В частности, с его именем связана героическая оборона Либавы (ныне - Лиепая), Таллинна и других городов Латвии и Эстонии. При этом в ходе боевых действий умело руководил как частями пограничных войск, так и находившихся у него в подчинении войск внутренних.
С 26 июня 1941 года на основании изданного в этот день наркомом внутренних дел СССР приказа № 167 назначен начальником охраны войскового тыла Северо-Западного фронта, но уже через несколько дней был вызван в Москву, в Главное управление пограничных войск НКВД СССР, где получил предписание убыть на должность командующего формируемой в Московском военном округе 31-й общевойсковой армии. На этом посту пробыл девятнадцать суток, после чего возглавил 24-ю армию Фронта резервных армий и Резервного фронта.
Герой Ельнинской наступательной операции Резервного фронта (30 августа-8 сентября 1941 года). Был представлен тогда к награждению орденом Ленина, но данное представление по каким-то причинам не получило реализации на уровне Кремля.
Погиб в октябре 1941 года в Смоленской области при выходе из окружения. Длительное время числился без вести пропавшим.
Посмертно (уже в послевоенное время) был награждён орденом Отечественной войны 1-й степени.
Звания Героя Советского Союза был удостоен посмертно на основании Указа Президента СССР № 114 от 5 мая 1990 года - за успешное руководство в годы Великой Отечественной войны воинскими соединениями и проявленные при этом личное мужество и героизм.
Приказом КГБ СССР № 0560 (по другим данным – 0506) от 16 сентября 1986 года имя генерал-майора К.И. Ракутина было присвоено пограничной заставе «Охотск» Магаданского пограничного отряда Камчатского пограничного округа КГБ СССР (ныне – Северо-Восточное пограничное управление береговой охраны ФСБ России).
Уже в наше время историкам-исследователям удалось установить, что 7 октября 1941 года штаб 24-й армии во главе с генерал-майором К.И. Ракутиным отходил в сторону Вязьмы вместе с ополченцами из разбитой накануне 139-й стрелковой дивизии генерал-майора Б.Д. Боброва.
Наткнувшись на заслоны противника, ополченцы залегли и приготовились к круговой обороне. Генерал К.И. Ракутин и член Военного совета 24-й армии дивизионный комиссар Н.И. Иванов выдвинулись непосредственно в боевые порядки, чтобы воодушевить бойцов. В частности, в районе села Семлёво генерал-майор К.И. Ракутин несколько раз лично поднимал ополченцев в атаку. Однако в течение 7-8 октября попытки организованного прорыва из окружения успеха не имели. Напротив, гитлеровцы сами перешли в контрнаступление. В результате штаба 24-й армии и остатки попавших в окружение частей в дальнейшем уже прорывались к своим небольшими разрозненными группами. Среди пробившихся через линию фронта командарма-24 К.И. Ракутина не оказалось...
В мае 1996 года в ходе комплексного исторического исследования сотрудниками историко-архивного поискового центра «Судьба» Ассоциации «Военные мемориалы» предполагаемого района гибели командарма-24 в двух метрах от обочины дороги Волочёк - Семлёво, в районе урочища «Гаврюково» Дорогобужского района Смоленской области в неизвестной ранее братской могиле были обнаружены останки генерал-майора Красной Армии. Антропологическая экспертиза черепа доказало, что данные останки принадлежат пропавшему без вести 7 октября 1941 года генерал-майору К.И. Ракутину.
6 декабря 1996 года, в канун празднования 55-летия контрнаступления под Москвой, останки Героя-командарма с воинскими почестями были перезахоронены на военно-мемориальном кладбище, расположенном в посёлке Снегири Истринского района Московской области.
Однако 25 октября 2004 года один из заместителей главы администрации (губернатора) Смоленской области на специально созванном для журналистов брифинге озвучил иную версию обстоятельств гибели генерал-майора К.И. Ракутина, основанием для которой стали данные немецких архивов: генералы К.И. Ракутин и Б.Д. Бобров якобы погибли 19 октября 1941 года в Дорогобужском районе Смоленской области, когда в составе экипажей танков КВ прорывались во главе своих войск из окружения.
Согласно документам вермахта, их тела были извлечены гитлеровцами из башен этих самых подбитых КВ. Личности погибших идентифицировали по находящимся при них личным документам. Вечером того же дня в присутствии командира 78-й пехотной дивизии вермахта полковника фон Ройтнера тела советских генералов, погибших на поле боя смертью храбрых, с воинскими почестями были преданы земле на перекрёстке дороги Косой Брод - деревни Свиная.
Значится в Книге Памяти Нижегородской области (т. 14, стр. 126): «РАКУТИН Константин Иванович, род. 1901, дер. Новинки Вачского р-на Нижегородской области. Генерал-майор. Герой Советского Союза. Погиб в бою 9 окт. 1941. Похоронен в г. Вязьме Смоленской области».
sobkor
Повествование о 13-м погранполке войск НКВД СССР завершаю биографической справкой на Героя Советского Союза (посмертно) младшего лейтенанта Г. Кирдищева.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

КИРДИЩЕВ Гавриил Федотович (1919-1944), Герой Советского Союза (1945 посмертно) из числа воспитанников системы отечественного МВД и пограничных войск НКВД СССР, советский военнослужащий, посмертно увековеченный на калининградской земле, командир 8-й пограничной заставы 2-го стрелкового батальона 13-го пограничного (будущего – Виленского, ордена Александра Невского) полка войск НКВД СССР Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта, младший лейтенант.
Родился 20 марта 1919 года в Казахстане - в селе Приозёрное Алексеевского района Целиноградской области в крестьянской семье. Русский. Член ВКП(б).
Образование: семь классов сельской школы; школу ФЗУ в городе Петропавловске бывшей Северо-Казахстанской области; в 1939 – курсы младших лейтенантов при Саратовском училище пограничной и внутренней охраны НКВД СССР.
До призыва в армию трудился слесарем.
На военной службе с 1938 года – в войсках НКВД СССР, в том числе: до начала Великой Отечественной, по отдельным данным, - военнослужащий частей Управления пограничных войск НКВД Белорусской ССР, а с конца июня 1941 года – военнослужащий 3-й роты 205-го полка войск НКВД СССР по охране особо важных предприятий промышленности (Горьковский военный гарнизон), вошедшего с 31-го января 1941 года в состав только что тогда сформированной 17-й дивизии войск НКВД СССР по охране особо важных предприятий промышленности.
Сохранилась комсомольская характеристика военнослужащего Г.Ф. Кирдищева периода его службы в 205-м полку войск НКВД СССР: «…За время нахождения в комсомольской организации третьей роты показал себя преданным делу партии Ленина и социалистической Родине. Идеологически выдержан, морально устойчив. Работал низовым агитатором, с работой справлялся, комсомольские поручения выполняет аккуратно и в срок… Авторитетом среди бойцов пользуется, общителен».
С 1944 года - в действующей армии: в своей последней должности.
Звания Героя Советского Союза был удостоен посмертно на основании Указа Президиума Верховного СССР от 24 марта 1945 года за подвиги, совершённые в боях по освобождению Вильнюса: 1 и 13 июля 1944 года младший лейтенант Г.Ф. Кирдищев силами возглавляемой заставы (33 штыка) умело организовал оборонительные бои с превосходящими силами немцев, пытавшимися вырываться из кольца окружения.
Так, 1 июля 8-я погранзастава, внезапно оказавшись на пути роты автоматчиков, огнём с места отразила нападение, а затем и сама перешла в решительную контратаку. Преследование беспорядочно отступивших фашистов продолжалось до полного их истребления. Итог выигранного боя: шестьдесят военнослужащих противника убиты, а двадцать девять пленены. С нашей стороны обошлось без потерь.
13 июля 8-я погранзастава во время совершения марша вновь столкнулась с превосходящими силами противника. Произошло это у деревень Рудница и Пустоваловка Вильнюсского района. Навстречу заставе двигалась воинская колонна вермахта общей численность до трёхсот человек.
Пограничники, благодаря бдительности своего боевого охранения, первыми заметили опасность. Это дало им возможность не просто приготовиться к обороне, а именно затаиться в засаде, что во многом затем и решило исход боя: представители командования вражеского подразделения, следовавшие в голове колонны, и её передние шеренги, состоявшие преимущественно из отборных солдат и унтер-офицеров, оказались мгновенно уничтоженными кинжальным огнём.
Уцелевшие гитлеровцы залегли и, пользуясь численным превосходством (свыше двух сотен против трёх десятков), под прикрытием пулемётов стали готовиться к массированной атаке. Чтобы ввести их в заблуждение, начальник заставы применил военную хитрость: приказал стрелять своим бойцам сначала через одного, а потом чтобы каждый третий. Это спровоцировало врага кинуться в атаку преждевременно и сломя голову: были убеждены, что среди обороняющихся после ответного огня в живых остались единицы.
Залп с дистанции в сорок метров в упор выкосил передние цепи фашистов, а задние, смешав, опрокинул восвояси. И именно в этот самый момент все тридцать три пограничника дружно по зову своего командира поднялись в контратаку, которую поддержали прибывшие на подмогу артиллеристы: по приказу младшего лейтенанта Г.Ф. Кирдищева те ударили в штыки с левого фланга.
Гитлеровцев добили уже в рукопашной. При этом младший лейтенант Г.Ф. Кирдищев находился в самой гуще боя. Всего заставой в ходе этого тяжелейшего для неё боя было уничтожено сто вражеских военнослужащих и пятьдесят пленено. Остальные рассеяны в беспорядке. Войсковая колонна вермахта как боевое подразделение перестала существовать.
С нашей стороны погибших не оказалось, только несколько человек ранеными, в том числе и начальник заставы младший лейтенант Г.Ф. Кирдищев.
Гавриил Федотович без промедления на подводе был доставлен подчинёнными в ближайшее полевое медучреждение Красной Армии – 544-й медсанбат. Военные хирурги немедленно вступили в борьбу за его жизнь, однако, к сожалению, полученное в грудную клетку проникающее пулевое ранение оказалось смертельным. Герой скончался в тот же день – 13 июля 1944 года.
Похоронен был с воинскими почестями в Вильнюсе.
Пограничники 8-й заставы отправили матери погибшего командира, Елене Ивановне, проживавшей в селе Приозёрном тогдашней Акмолинской области Казахстана, письмо следующего содержания: «Воспитать сына, вырастить его – нелёгкое дело. Но какая высокая материнская заслуга – воспитать Героя Советского Союза!
Вам, Елена Ивановна, благодарен весь народ, и мы, воины-пограничники, будем считать за высокую честь называться Вашими сыновьями… Обещаем Вам быть такими же бесстрашными, честными, самоотверженными, каким был Ваш сын».
В послевоенное время имя Героя Советского Союза младшего лейтенанта Г.Ф. Кирдищева было присвоено:
- на основании Постановления Совета Министров РСФСР № 319-20 от 15 мая 1975 года пограничной заставе «Налычево» 60-го Виленского, Курильского, орденов Ленина и Александра Невского пограничного отряда Краснознамённого Тихоокеанского пограничного округа КГБ при Совете Министров СССР (ныне в составе Северо-Восточного пограничного управления береговой охраны ФСБ России). Одновременно Герой был навечно зачислен в списки личного состава данной пограничной заставы;
- в городе Алексеевка Целеноградской области Казахстана парку культуры и отдыха (решение исполкома Алексеевского районного Совета депутатов трудящихся № 2-14 от 22 января 1976 года), а также одной из городских улиц;
- в городе Петропавловске-Камчатском одной из улиц: «Улица Кирдищева»;
- одной из средних школ Акмолинского района современной Акмолинской области Республики Казахстан: «Средняя школа имени Кирдищева»;
- теплоходу современного Дальневосточного морского пароходства (г. Владивосток): «Гавриил Кирдищев» (год постройки – 1976; 10 июня 2004 года был сертифицирован по международному Кодексу охраны судов);
- в начале 2000-х по инициативе судовладельца в лице предприятия «Камчаттралфлот» – одному из рыбопромысловых траулеров 1975 года постройки (СССР): СТР «Пограничник Кирдищев».
В советский период имя Героя носила и одна из пионерских дружин Вильнюса.
Имя Героя Советского Союза младшего лейтенанта Г.Ф. Кирдищева увековечено также и на калининградской земле – оно внесено в Калининградскую Книгу Памяти «Назовём поименно» (т. 15, стр. 426), поскольку его планируется выбить на мраморных плитах Мемориала воинам-пограничникам, который в ближайшем будущем должен быть возведён в Калининграде.
В Книге Памяти пограничных войск увековечен трижды – во 2-м томе, причём в двух случаях с непростительными искажениями в написании фамилии: на странице 38 – как «Кардищев», на странице 60 – как «Кирбинцев» и только на странице 61 правильно – как «Кирдищев».
нахабит
Цитата(Nick @ Dec 14 2005, 04:05 PM) *
Я не историк и буду пересказывать слухи ... Поэтому прошу относиться к нижеизложенному с определенной долей скептицизма.

На краю пос. Железнодорожный, известной Вороньей слободке Черняховска, есть лес, носящий гордое название Орлиный. Хороший такой лес, я бы сказал веселый. Около моста через ручей стоят развалины нескольких зданий, пожожих на боксы для хранения техники. Старожили рассказывали, что на этом месте сразу после войны стояла восковая часть КА. Странным образом в части пропадали часые и якобы разгадка этой таны была всеьма трагична - по подземным коммуникациям на территории части проникали недобитые фашисткие выродки и убивали краснояармейцев.


очень интересная информация- а что за нас пункт? или прям в сасом гердауне?
Гость
пос. Железнодорожным я назвал микрорайончик частных домовладений, который расположен за железнодорожным перездом на ул. Энергетической.
Крылов (баснописец)
Цитата(Гость @ Dec 27 2005, 01:35 PM) *
пос. Железнодорожным я назвал микрорайончик частных домовладений, который расположен за железнодорожным перездом на ул. Энергетической.


@ Я не историк и буду пересказывать слухи ... Поэтому прошу относиться к нижеизложенному с определенной долей скептицизма.

На краю пос. Железнодорожный, известной Вороньей слободке Черняховска, есть лес, носящий гордое название Орлиный. Хороший такой лес, я бы сказал веселый. Около моста через ручей стоят развалины нескольких зданий, пожожих на боксы для хранения техники. Старожили рассказывали, что на этом месте сразу после войны стояла восковая часть КА. Странным образом в части пропадали часые и якобы разгадка этой таны была всеьма трагична - по подземным коммуникациям на территории части проникали недобитые фашисткие выродки и убивали краснояармейцев.
@

В устном народном творчестве Калининграда в семидесятых ходил еще один упорный слух,
что в подземельях Форта №5 у фрицев глубоко в зеле был завод!!! секретный, по производству
самолетов... и он продолжал еще работать там в глубине. Тихими ночами был слышен гул и лязг...

Однако у всякого мифотворчества есть свои причины.
Излишняя закрытость, сасекреченность с одной стороны и необходимость постоянного создания
и приближения образа врага, как важнейшего инструмента промывки мозгов - с другой стороны.

Читая данный раздел, справедливо имеющий кавычки в названии, с трудом обнаружил единственный случай конкретного бандитизма в лице алкашей, воровавших домашний скот.
И теперь вот следы недобитых фашистких выродков...
В наглухо закрытой области, с полностью вывезенным местным населением...
Стойкие же должны были быть недобитки!

Даже Sobkor открестился от этой сказки.
Она для более молодых или для вечно юных... умом.
sobkor
Начинаю (но по частям) публикацию своего очерка о 95-м пограничном Кёнигсбергском ордена Ленина и Красной Звезды пограничном отряде Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
Юрий РЖЕВЦЕВ

КЁНИГСБЕРГСКИЙ ОРДЕНА ЛЕНИНА И КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ ПОГРАНИЧНЫЙ ОТРЯД, одна из самых наиболее прославленных воинских частей войск НКВД СССР и современной Пограничной службы ФСБ России, наследница боевой славы 95-го пограничного ордена Ленина пограничного полка войск НКВД СССР и 31-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды пограничного полка войск НКВД СССР, соединение современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
Полное современное официальное наименование – 95-й пограничный Кёнигсбергский ордена Ленина и Красной Звезды пограничный отряд Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области (в/ч 2297).
Сформирован был на основании приказа начальника пограничных войск НКВД СССР от 20 сентября 1939 года на Украине в местечке Ямполь-Волынский (ныне – город Ямполь) Винницкой области в составе четырёх пограничных комендатур, шестнадцати линейных и четырёх резервных пограничных застав и манёвренной группы: всего - 1800 человек, в том числе 210 лиц комначсостава, 240 – младшего начсостава и 1350 рядовых бойцов.
Базой для создания новой части послужил участвовавший в так называемом освободительном походе Красной Армии в Западную Украину 21-й Ямпольский пограничный отряд войск НКВД СССР Управления войск НКВД Украинской ССР. Кроме того, на укомплектование новой части тогда же поступило пополнение в лице 680 призванных на действительную военную службу резервистов.
Первый командир – майор Л.А. Головкин (впоследствии – прославленный военачальник пограничных войск, полковник). Приблизительно в этот же период времени заместителем начальника отряда по политчасти был назначен батальонный комиссар Михаил Иванович Филиппов.
В октябре 1939 года 95-й отряд был передислоцирован в город Надворная – райцентр бывшей Станиславской, а ныне Ивано-Франковской области Украины, где принял под охрану 215,5-километровый участок Государственной границы СССР на её стыке с границами Чехословакии (в тот момент - территория восточной Словакии, оккупированная профашистской Венгрией) и Румынией.
Становление отряда как воинской части проходило не без сложностей. Так, в частности, откровенно формальный характер здесь в течение первых месяцев носила политико-воспитательная работа, что самым пагубным образом отражалось на общем уровне профессиональной подготовки личного состава. Как сказано в приказе НКВД СССР от 25 февраля 1940 года, подобное положение дел в результате привело к тому, что в силу недостатка бдительности в 95-м погранотряде был даже допущен факт разоружения его военнослужащих бандитами.
Если исходить из выводов, содержащихся в том приказе, на обе ноги хромала здесь и боевая учёба: «Качество специальной пограничной чекисткой выучки рядового и начальствующего состава находится не на должной высоте. Занятия проходят по шаблону, без достаточного использования положительного и отрицательного опыта работы отдельных застав и всего пограничного отряда в целом… Штабы комендатур и погранотрядов не сколочены и слабо руководят заставами, плохо организуются показ, помощь и контроль исполнения».
Последствием этого приказа стало снятие со своих постов, в том числе и с понижением в должности, целого ряда офицеров-политработников управленческого звена. В частности, от занимаемой должности как не оправдавший доверия был освобождён заместитель начальника отряда по политической части 32-летний батальонный комиссар М.И. Филиппов. Последний был направлен в аппарат штаба соседнего 91-го Рава-Русского пограничного отряда, где принял ниже стоящую должность заместителя начальника отдела. В данном качестве летом 1941 года он вступил в бои с немецко-фашистскими агрессорами и в одной из схваток пропал без вести…
В 1940-начале 1941 года отряд входил в состав Управления пограничных войск НКВД СССР, подчинённого по вертикале просуществовавшему меньше года Управлению войск НКВД Западного округа (штаб – г. Львов). Затем - вновь в составе возрождённого Управления пограничных войск НКВД Украинской ССР (штаб – г. Львов).
Как свидетельствуют архивные источники, в предвоенный период личный состав 95-го Надворнянского пограничного отряда войск НКВД СССР в зоне своей ответственности сумел выявить и разгромить в общей сложности двенадцать крупных и мелких банд, при этом семьдесят четыре боевика были захвачены живыми. Тогда же служебные наряды задержали с поличным при попытке нелегально перехода границы 5504 нарушителя, 107 из которых имели при себе оружие. Тридцать один человек из общего числа задержанных нарушителей госграницы впоследствии были изобличены органами госбезопасности как агенты зарубежных разведок, пробиравшиеся в СССР со шпионской миссией.
В боестолковениях с членами незаконных вооружённых формирований безвозвратные потери в своих рядах несли, к сожалению, и сами «зелёные фуражки». Так, в январе 1941 году в бою с бандитами был убит сержант Виктор Евдокимович Дорофеев, а спустя неполных четыре месяца, 10 мая, – красноармеец-пулемётчик Василий Афанасьевич Журавель. Кроме того, двое военнослужащих (стрелки красноармейцы Сергей Сергеевич Кузнецов и Иван Николаевич Мельников), находясь в наряде по охране Государственной границы, в феврале 1941 года пропали без вести.
Начало гитлеровской агрессии против СССР отряд встретил под командованием подполковника Дмитрия Андреевича Арефьева (впоследствии – видный военачальник пограничных и внутренних войск, полковник). Его правой рукой являлись старший политрук Афанасий Михайлович Карпов, заместитель начальника отряда по политической части, и майор З.И. Левитин, начальник штаба отряда (но в ходе боёв лета-осени 1941 года - капитан Алексей Александрович Халевин).
Организационно 95-й Надворнянский пограничный отряд войск НКВД СССР к этому времени уже состоял из пяти пограничных комендатур (всего - 20 линейных и 5 резервных погранзастав; штатная численность каждой комендатуры - 320 человек), манёвренной группы (250 человек) и школы сержантского состава (70-100 человек). Плюс - подразделения боевого обеспечения и тыла.
Первые по своему номеру семнадцать линейных пограничных застав охраняли словацкий участок госграницы, а 18-я, 19-я и 20-я – румынский.
Общая же штатная численность отряда составляла 2158 человек при следующем табельном вооружении: 50-мм ротных миномётов – 30 единиц; станковых пулемётов «максим» - 60; ручных пулемётов – 122; винтовок – 1800. В небольшом количестве в части имелись и автоматы марки «ППД».
С началом Великой Отечественной войны 95-й погранотряд оказался на острие удара 8-го венгерского армейского корпуса, организационно состоявшего из четырёх пехотных бригад. Так, в 7.00 22 июня 1941 года бомбардировке с воздуха подверглась 5-я пограничная застава, дислоцировавшаяся в местечке Сивули. А в 13.00 пехотной ротой хортистов была атакована 12-я пограничная застава, дислоцировавшаяся в селе Ябловина. В последнем случае противника встретили кинжальным огнём два стрелковых отделения, усиленные расчётами двух станковых пулемётов. В результате венгры, потеряв около взвода убитыми, поспешно покинули советскую территорию.
С нашей же стороны потери за 22 июня 1941 года были минимальными – пропал без вести один военнослужащий: заместитель начальника одной из пограничных застав по политической части младший политрук Аркадий Николаевич Новосёлов.
В первые часы войны подчинённым подполковника Д.А. Арефьева удалось захватить и пленных: в их руки в полном составе угодил экипаж немецкого бомбардировщика, совершившего вблизи границы вынужденную посадку. Впоследствии, оговоримся, уже где-то ближе к концу июня, воины девяносто пятого Надворнянского и сами сбили два гитлеровских бомбовоза - пикировщики «Ю-88», а произошло это, уточним, в ходе отражения пулемётным огнём с земли очередного налёта вражеской авиации на Надворную.
Более жарким выдался день 23 июня 1941 года. Так, уже утром шестьдесят венгерских и немецких солдат перешли границу у пограничного столба № 6, но, оказавшись в зоне интенсивного огня воинов 5-й пограничной заставы, поспешно отступили. Однако вскоре нападение повторилась, только на сей раз уже при поддержке танков. Не имевшая собственной артиллерии, застава была вынуждена под натиском противника оставить свой военный городок и, огрызаясь ответным огнём, отступить к лесу, на опушке которого и закрепилась. Здесь вражеские танки ей уже были не страшны.
В то же утро хортисты попытались было подвергнуть удару с воздуха остававшуюся для них со вчерашнего дня непреступной 12-ю пограничную заставу. Для этого был выделен самолёт-штурмовик. Однако открытый «зелёными фуражками» из всех видов табельного стрелкового оружия с земли плотный заградительный огонь заставил вражеского пилота при заходе на цель резко отклониться от курса. В результате бомбы были сброшены беспорядочно, а потому не причинили заставе никакого вреда.
Во второй половине дня 23 июня короткий, но жестокий бой разгорелся вблизи местечка Горчотка. Это в схватку с четырьмя только что приземлившимися диверсантами-парашютистами вступил пограничный наряд, возглавляемый ефрейтором Ипатовым. Вражеских агентов удалось захватить живыми.
Безвозвратные потери второго дня войны – два офицера из числа заместителей начальников погранзастав: лейтенант Титов (инициалы и соцданные неизвестны) - убит, а лейтенант Владимир Михайлович Тюриков - пропал без вести…
Утром 27 июня на территорию СССР на участке 13-й пограничной заставы, дислоцировавшейся в селе Вороненко, вторглась рота венгерской пехоты, но, не став углубляться, тут же у линии госграницы окопалась, после чего с дальней дистанции принялась обстреливать наблюдательную пограничную вышку. Нёсший на ней службу наряд дал достойный ответ провокаторам. Причём не только огнём из винтовок: красноармеец Боровиков, умело маскируясь в складках местности, по-пластунски подобрался к вражеским окопам и одну за другой метнул в них четыре ручных гранаты. Судя по многочисленным стонам раненых, венгры получили хорошую оплеуху. А вскоре они, даже не приняв бой, спасались бегством – к месту инцидента с заставы прибыла усиленная резервная группа численностью в тридцать штыков. Однако этот урок им, судя по всему, не пошёл впрок: в полдень, на том же самом участке они повторили вторжение, но вновь получили достойный отпор, причём на сей раз им даже не позволили зацепиться за советскую землю.
С треском провалилась и другая коварная затея врага - под покровом ночи заслать в военный городок 13-й пограничной заставы диверсантов-террористов: служебными нарядами те были выслежены и обезврежены когда ещё только пробирались к объекту своего предстоящего нападения.
На следующий день попытки расправиться с непокорной заставой продолжились. Так, в 13.00 её позиции атаковало до батальона венгерской пехоты.
Несмотря на свою малочисленность, застава стойко держалась более суток. И лишь в 16.00 29 июня её пограничники организованно отошли на три километра вглубь советской территории, где заняли более выгодную для обороны позицию. Поскольку хортисты шли по пятам, бой непрерывно продолжался до исхода суток, после чего застава по приказу, поступившему из штаба отряда, уничтожая за собой мосты, тоннели и другие встречающиеся на пути стратегически важные объекты, начала организованный отход в сторону города Надворная. Одновременно уже на подходе к Надворной, внезапно оказавшись в зоне боестолкновения полка Красной Армии с десантом противника, оседлавшим дорогу на Станислав (ныне – Ивано-Франковск), приняла участие в операции по разгрому этого самого десанта. В результате тех совместных усилий – стрелкового полка и погранзаставы – автомагистраль была разблокирована, а остатки десанта отброшены от неё сразу аж на четыре километра в сторону.
28 июня. Боестолкновение с противником было зафиксировано на участке 4-й пограничной заставы, дислоцировавшейся в окрестностях села Горгану: служебный наряд вступил в перестрелку с тремя венгерскими солдатами и вышел в ней победителем - один нарушитель границы убит, второй ранен и пленён, а третий обращён в позорное бегство в сторону сопредельной территории.
29 июня 1941 года – дата перехода венгерского корпуса в широкомасштабное наступление по всей линии советско-словацкой границы. Острие его удара при этом было направлено на 9-ю пограничную заставу, дислоцировавшуюся у села Поломы. Хортисты, как оказалось, давно и тщательно готовились к штурму её военного городка. Утром 29 июня они, скрытно выдвинувшись вперёд, блокировали его плотным кольцом – чтобы не один русский не спасся. В связи с этим не сложно представить, какое же их охватило бешенство, когда после столь тщательно выполненных манёвров, отнявших к тому же у них немало столь драгоценного для боевой обстановки времени, вдруг выяснилось, что… советских пограничников здесь и нет вовсе - военный городок пуст: русские, своевременно прознав об опасности и получив «добро» от вышестоящего командования, часом-двумя раньше скрытно ушли в сторону Надворной на соединение со штабом отряда.
Впопыхах кинулись было в погоню, но уже через несколько километров наткнулись на выставленные на пути Красной Армией мощные заслоны. 9-я погранзастава же тем временем, находясь в Надворной, с помощью приданных ей десятерых военных сапёров уничтожала все находящиеся как в этом городе, так и в округе стратегически важные объекты - чтобы те не достались врагу: нефтеперегонный и лесопильный заводы, электростанции, путевое хозяйство местной железнодорожной станции, военные склады…
Из Надворной в сторону Станислава она ушла 30 июня последней из числа войск гарнизона – ведя по дороге арьергардные бои.
В схватках с врагом 30 июня погибло и пропало без вести несколько воинов отряда и в их числе начальник одной из пограничных застав Сергей Петрович Пахлов.
30 июня 1941 по приказу командования 12-й армии Юго-Западного фронта 95-й погранотряд официально в полном составе был снят с охраны границы. Теперь ему предстояло действовать в качестве арьергарда отходящих с боями в сторону Винницы частей 44-й горнострелковой и 58-й стрелковой дивизий. В связи с этим для удобства управления штатными погранкомендатурами штаб отряда и подразделения боевого обеспечения и тыла были переформированы в две роты, поступившие в непосредственное подчинение командования 12-й армии, - сводную и автомобильную.
2 июля 95-й погранотряд в количестве 1952 штыков вошёл в оперативное подчинение частей 12-й армии Юго-Западного фронта: 1-я погранкомендатура – 44-й горнострелковой дивизии; остальные погранкомендатуры – 170-го стрелкового полка 58-й стрелковой дивизии. При этом в качестве основной отряду было поручено выполнение боевой задачи по обороне переправ, в том числе через реки Прут и Днестр, с которой он в целом справился успешно. В частности, в течение 1 и 2 июля, прикрывая южнее города Снятын современной Ивано-Франковской области отход 295-го горнострелкового полка, вела бой в полном окружении и, поскольку, как гласит архивный документ «командир 295-го стрелкового полка полковник Руднев забыл отдать приказ на отход заставе после выхода своих частей», героически погибла на своих позициях 17-я пограничная застава лейтенанта Василия Васильевича Тихоненкова (Тихоненко). Сорок пять её бойцов и командиров, вооружённые помимо винтовок, тремя автоматами ППД-40, двумя станковыми и тремя ручными пулемётами противостояли тогда не менее чем двум батальонам пехоты противника, усиленным пятью бронемашинами, одной артиллерийской и двумя миномётными батареями, шестью станковыми пулемётами, при этом пограничники, мужественно принимая смерть, сумели уничтожить до батальона пехоты, три бронемашины и восемь грузовиков.
Там же, у города Снятын, отличилась и 15-я пограничная застава старшего лейтенанта Кистанова, прикрывавшая отход 279-го стрелкового полка всё той же 58-й стрелковой дивизии: перейдя в ходе завязавшегося боя в контратаку, она разгромила здесь разведотряд противника. Хортисты от её решительных действий только убитыми тогда потеряли двадцать шесть человек. Кроме того, в плен был захвачен командир пехотной роты, а в качестве трофеев - две автомашины. «Зелёные фуражки» же потерь в том бою не понесли.
Также самоотверженно, обороняя мост через Днестр, 1-5 июля дралась на занимаемых позициях и 4-я пограничная комендатура старшего лейтенанта Гращенко (Геращенко). В результате через реку в этом месте успели переправиться основные силы отступающей с боями 12-й армии. В журнале боевых действий полка по этому поводу была сделанная такая запись: «В боях по прикрытию переправы из состава комендатуры погибли политрук Кузнецов, библиотекарь Трухин и 15 пограничников. Комендатура успешно выполнила поставленную задачу». Особенностью этой локальной оборонительной операции стала, совершённая в ночь со 2 на 3 июля вылазка одной из погранзастав комендатуры в тыл противника. Её итог - уничтожена миномётная батарея, нескольких огневых точек и до взвода вражеской пехоты.
А спустя несколько дней, оказавшись у местечка Ярмолинцы Хмельницкой области в кольце плотного окружения, подчинённые старшего лейтенанта Гращенко (Геращенко), как один поднялись в штыки, и, уничтожив в яростной схватке не менее роты венгерской пехоты, пять вражеских бронетранспортёров и двадцать грузовиков, благополучно прорвались через линию фронта к своим.
Сохранили архивные документы для нас и имя пулемётчика ефрейтора Климова: обороняя в составе своего подразделения село Залещики, он метким огнём уничтожил расчёт вражеского орудия, поставленного на прямую наводку, а также немало солдат из рядов атакующей пехоты.
Не раз выпало отличиться в те горячие дни июля сорок первого подчинённым подполковника Д.А. Арефьева и старшего политрука А.М. Карпова и на ниве охраны войскового тыла. Так, в частности, где-то ещё в порубежье с оккупированной хортистами Словакией 11-я пограничная застава лейтенанта Хохлова ликвидировала оказавшуюся у неё на пути вооружённую националистическую банду.
Выявила в зоне своей ответственности и уничтожила бандформирование бандеровцев численностью в полсотни штыков и 13-я пограничная застава лейтенанта Корниенко.
Около трёх десятков человек убитыми не досчиталась в своих рядах и другая бандеровская банда, орудовавшая на путях отхода частей 12-й армии. А столь сокрушительный удар по ней нанёс небольшой истребительный отряд пограничников, возглавляемый лейтенантом Кубасовым.
От боя к бою списочный состав отряда редел. Вот только несколько фамилий павших, почерпнутые из Книги Памяти пограничных войск: 5 июля убит младший политрук Серафим Петрович Целых, а 9 июля - младший политрук Николай Макарович Колесников (должности обоих неизвестны), а пропали без вести лейтенант Григорий Иванович Цапалов (дата неизвестна) и старшина одной из пограничных застав старший сержант Николай Порфирьевич Тарасенко (16 июля)…
Краткая хроника последующих боёв.
13-18 июля. 95-й Надворнянский пограничный отряд войск НКВД СССР в составе других частей, подчинённых Отделу охраны войскового тыла 12-й армии Южного фронта, нёс службу заграждения и в данном качестве принял тогда участие в обороне городов Винница (10-16 июля), Кайсин (райцентр Винницкой области и Умань (Черкасская область), а также в уничтожении ряда крупных вражеских десантов, в том числе выброшенных противником в окрестностях насёленных пунктов Краснополка Винницкой области и Родниковка Черкасской.
24 июля. 2-я пограничная комендатура под давлением превосходящих сил противника была вытеснена из винницкого села Краснополка, однако на рассвете следующего дня, совершив дерзкую вылазку, отбила это село обратно с большими потерями для противника: уничтожено до двух рот пехоты, а в качестве трофеев захвачено пять автомашин, два тяжёлых и пять ручных пулемётов. Подробности же этого боя зафиксированы в воспоминаниях бывшего начальника политотдела 10-й дивизии войск НКВД по охране железнодорожных сооружений генерала Ильина: «С юга к Краснополке подошли пограничники. Они сходу бросились в атаку. Завязался смертельный поединок. В ход пошли гранаты, автоматы, револьверы, а потом штыки и даже кулаки. Много я видел боевых схваток, но такую – впервые. Пограничники бились бесстрашно. Гитлеровцев было раза в три больше, но никто из пограничников не дрогнул, не отступил. Рота фашистов была уничтожена одним ударом. Перебита была и вся прислуга вражеской батареи…».
К исходу тех же суток личный состав 95-й Надворнянского пограничный отряда войск НКВД СССР сосредоточился в треугольнике сёл Шабельная – Пархомовка - Капиевка, где до него был доведён изданный в этот же день приказ командующего 12-й армией: три погранкомендатуры из пяти штатных свести в сводный отряд под общим командованием подполковника Д.А. Арефьева с переподчинением командиру 13-го стрелкового корпуса (штаб корпуса - местечко Дашев Ильинецкого района Винницкой области), а двум другим погранкомендатурам и манёвренной группе совместно со штабом 21-го Ямпольского кавалерийского полка войск НКВД СССР и 2-й пограничной комендатурой 20-го Славутского пограничного Краснознамённого отряда войск НКВД СССР немедленно поступить в распоряжение начальника Отдела войскового тыла 12-й армии, но на правах сосредоточенного в посёлке Севастьяновка резерва командарма-12.
Из боестолкновений тех дней живыми не вышли профессиональный чекист младший лейтенант госбезопасности Григорий Викторович Медведев, занимавший в отряде должность старшего оперуполномоченного особого отдела НКВД (убит приблизительно 25 июля 1941 года в районе местечка Старый Дашев), два офицера в звании капитана - Андрей Яковлевич Шинкаренко, начальник одной из пограничных комендатур (пропал без вести, но дата неизвестна), и Василий Яковлевич Гуров (должность неизвестна; пропал без вести 25 июля 1941 года), а также начальник одной из пограничных застав старший лейтенант Николай Прокофьевич Самсонов (пропал без вести, но дата неизвестна).
28 июля. Все подразделения 95-й погранотряда сосредоточились в черкасском городе Умани, где воссоединившись, приступили к несению службы по охране войскового тыла 12-й армии. Однако уже на следующий день резко изменившася на фронте не в нашу пользу боевая обстановка заставила отряд в полном составе выступить на оборону стратегически важного для 12-й армии села Нерубайко Подвысоцкого района Кировоградской области.
Неравный бой продолжался здесь в полном окружении вплоть до 31 июля. В ходе него сложили свои головы несколько десятков пограничников и, в том числе, секретарь бюро ВЛКСМ части замполитрука Владимир Владимирович Гинжул (убит 30 июля), начальники пограничных застав лейтенанты Алексей Васильевич Алексеев (пропал без вести 30 июля 1941 года) и Александр Дмитриевич Дресвянкин (убит 30 июля).
1-7 августа. Стойко дрались в тылу врага несколько подразделений 4-й пограничной комендатуры отряда, оказавшихся в составе главных сил 12-й армии в Уманском котле. Общее командование ими взял на себя 37-летний уроженец Воронежской области майор Виктор Сергеевич Арцыбушев, являющейся по штатной должности начальником одного из отделений штаба отряда. Так, в частности, под его руководством пограничники девяносто пятого вплоть до четвёртого августа стойко обороняли переправу через реку Синюха, не давая тем самым гитлеровцам завершить операцию по окончательному разгрому 12-й армии.
А 4 августа группа майора В.С. Арцыбашева, действуя в авангарде подразделений прорыва, с ходу овладела стратегически важным для нас селом Копенковатое, но, к сожалению, продвинуться дальше из-за плотного пулемётного огня не сумела. Все предпринятые, чтобы усилить напор, атаки, одна за другой заканчивалась полной неудачей. При этом пограничники понесли огромные потери в личном составе, в том числе в атакующих цепях погиб и сам майор В.С. Арцыбашев. Под давлением превосходящих сил пограничники отступили на исходные рубежи, где вскоре влились в одно из сводных подразделений штаба 10-й дивизии войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений. Бывшая группа майора В.С. Арцыбашева из-за невосполнимых потерь в своих рядах окончательно перестала существовать 7 августа 1941 года, то есть в момент очередного, но на сей раз завершившегося успехом прорыва из кольца окружения. В частности, осколок вражеского снаряда нанёс тогда смертельное ранение в плечо 32-летнему политруку Павлу Ивановичу Назарову. Всего, по воспоминаниям выжившего в том пекле бывшего военкома 4-й пограничной комендатуры Григория Ивановича Глушкова, из района печально знаменитой Зелёной Брамы (район села Подвысокое Кировоградской области) через линию фронта прорвалось в общей сложности полтора-два десятка пограничников из бывшей группы майора В.С. Арцыбашева. Остальные погибли на поле боя или угодили в плен…
Что же касается основного ядра 95-го погранотряда, то ему из Уманского котла удалось выскользнуть с минимальными потерями. Так, тыловые службы, благодаря разумной расторопности помощника начальника отряда по материально-техническому снабжению майора Силуанова, были выведены в безопасную зону Южного фронта ещё до того, как замкнулось кольцо вражеского окружения. А вот штабу отряда и находящемуся при нём большинству боевых подразделений удалось вырваться к своим с помощью военной смекалки: в ходе ночной атаки на прорыв впереди атакующих цепей были пущены полтора десятка тракторов, которыми пограничники не так давно разжились в одной из оставшихся на оккупированной территории украинских МТС и которые с того момента использовались ими на правах тягачей. Ползущие на них по полю с зажжёнными фарами трактора фашисты приняли за советские танки и в панике бежали…
Дальнейшее отступление осуществлялось по двум маршрутам: 1-я пограничная комендатура с арьергардными боями двигалась в направлении города Первомайска Николаевской области, а 2-я и 3-я – к переправам через Днепр, расположенным южнее города Запорожье. В стычках с врагов тогда, в частности, пропали без вести старший военфельдшер Емельян Васильевич Горносталь (5 августа) и политрук одной из пограничных застав младший лейтенант Иван Романович Родионов (8 августа).
К 8 августа 1941 года все подразделения 95-го погранотряда воссоединились, сосредоточившись в городе Никополе Днепропетровской области. Полученная боевая задача – охрана и обороны переправ, наведённых через Днепр в черте Никополя.
Пограничники оказались в числе немногочисленных защитников этого города, причём они продолжало упорно сражаться даже тогда, когда 17 августа 1941 года, прорвав нашу оборону, враг уже во всю хозяйничал на улицах Никополя. Так, в частности, 22-летний переводчик разведотдела отряда младший сержант Вульф Мурдухович Фишман, вооружённый автоматом и гранатами, добровольно остался на правом берегу прикрывать отход последнего катера с эвакуируемыми войсками. Прорваться к его позиции, оборудованной за брошенным трактором, фашисты сумели лишь после того, как вызвали к себе на подмогу танки…
После оставления Никополя 95-й погранотряд на протяжении месяца был привлечён к исполнению своих прямых функций по охране войскового тыла. В этот период, обороняя подвергшейся нападению вражеского десанта штаб 12-й армии, почти в полном составе погибла 7-я пограничная застава, во главе которой стояли лейтенант Фомин и политрук Новиков (соцданные на обоих неизвестны). Но были и другие безвозвратные потери: 28 августа убит 21-летний начальник одной из резервных пограничных застав отряда лейтенант Николай Макеевич Максимишин, а 17 сентября - помощник начальника одного из отделов штаба отряда капитан Сергей Григорьевич Королёв. В поимённом списке потерь за сентябрь 1941 года немало и без вести пропавших. Вот лишь некоторые из фамилий: секретарь-переводчик старший лейтенант Фёдор Иванович Задворьев (Задорин), старший помощник начальника 5-го отделения штаба отряда лейтенант Александр Александрович Лежнёв, начальник одной из пограничных застав лейтенант Михаил Фёдорович Иванов, представители среднего комсостава (должности обоих неизвестны) лейтенант Александр Георгиевич Муравлёв и младший лейтенант Василий Иванович Никифоров…
Во второй половине сентября 1941 года подчинённых подполковника Д.А. Арефьева и старшего политрука А.М. Карпова командование Южного фронта вновь использует на правах пехоты: им приказано занять оборону по левому берегу Днепра в черте города Запорожье, прямо напротив острова Хортица.
Яркая строка в летописи обороны Запорожья – создание лейтенантом-разведчиком Львом Андреевичем Юхновцом, командиром внештатной оперативной группой отряда, на острове Хортица из местных комсомольцев истребительного отряда НКВД СССР. Это небольшое по численности добровольческое формирование затем в течение некоторого времени вело боевые действия под руководством пограничников.
Неоднократно в этот период воины 95-го пограничного отряда войск НКВД СССР участвовали и в вылазках на оккупированный фашистами правый берег Днепра. Одна из них, совершённая на борту рыбачьего баркаса в ночь с 21 на 22 сентября 1941 года разведгруппой, возглавляемой начальником столовой сержантом Бельмасом (бойцы – Гринёв, Ершов, Пономаренко и Собирайский), завершилась даже захватом крайне ценного «языка» в чине немецкого офицера. Забегая вперёд скажем, что уроженец Сумской области Украины Тихон Федотович Бельмас, к тому времени уже старшина по воинскому званию, сложит свою голову в боях по освобождению Тамани: он был убит 30 апреля 1943 года в районе станицы Марьянская Краснодарского края. На момент гибели ему было от роду только двадцать восемь…
Очевидно, именно в Запорожье личному составу части был оглашён приказ Наркомата внутренних дел СССР от 25 сентября 1941 года, в соответствии с которым прекращал своё существование целый ряд в/ч пограничных войск, в том числе 2-й, 12-й, 20-й, 32-й, 83-й, 86-й, 88-й, 94-й, 95-й, 97-й, 105-й, 106-й и 107-й пограничные отряды, 42-й и 43-й резервные пограничные полки, 2-я, 3-я, 4-я и 5-я отдельные пограничные комендатуры. Но отдельные из перечисленных выше пограничных отрядов, специально оговоримся, чуть позднее всё же будут переформированы в пограничные полки войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии и в их числе - бывший 95-й Надворнянский. Однако в силу складывающейся на фронте боевой обстановки вплоть до конца ноября-начала декабря сорок первого некоторые из частей, подлежавших расформированию или переформированию, продолжали сражаться в прежнем составе, сохраняя при этом и своё прежнее наименование, и в их числе – опять-таки же 95-й Надворнянский пограничный отряд войск НКВД СССР. К примеру, в ночь с 28 на 29 сентября 1941 года де-юре уже не существующий, но де-факто продолжающий вести активные боевые действия 95-й Надворнянский пограничный отряд войск НКВД СССР получил новую боевую задачу от командарма-12: оставить занимаемый рубеж в Запорожье и немедленно выступить в район, вплотную примыкающий к северо-восточной окраине Днепропетровска, чтобы занять здесь оборону по руслу реки Самара на участке Новоалександровка - Лиманское. Однако уже в ходе марша поступил новый приказ: место назначения – город Синельнеково, районный центр Днепропетровской области, где совместно с придаваемыми в качестве усиления 15-й танковой бригадой и артиллерийской батареей приступить к организации обороны.
На место прибыли вечером 1 октября и немедленно начали возведить вокруг Синельниково (у железнодорожной ветки и шоссе, ведущих в Днепропетровск и Ново-Московск) оборонительные рубежи, а также оборудовать у села Цыгановщина, расположенного в семи километрах юго-восточнее, - тылового района. Под штаб отряда было выбрано здание местной городской школы.
Утро не принесло добрых вестей: как выяснилось, из обещанных вышестоящим штабом частей и подразделений усиления в район Синельниково прибыла только артиллерийская батарея, а вместо танковой бригады - один единственный бронеавтомобиль. Вдобавок, соседей справа нет, а слева – изрядно потрёпанное в предыдущих боях сводное подразделение пехоты численностью не более трёхсот штыков. Итого в общей сложности около тысячи штыков против изготовившейся к броску на Синельниково хотя и изрядно потрёпанной в предыдущих боях, но, тем не менее, ещё не растерявшей всей своей броневой мощи 14-й танковой дивизии из моторизованных полчищ фон Клейста!
В течение всего 2 октября две высланные в направлении противника разведгруппы отряда вели активный боевой поиск, при этом одна из них, возглавляемая бесстрашным лейтенантом Л.А. Юхновцом, на приданном броневичке изловчилась под покровом вечерних сумерек беспрепятственно проникнуть в центр уже оккупированного противником села Раевка, где в ходе короткого боестолкновения захватила «языка» в чине лейтенанта танковых войск вермахта. Правда, последний по дороге в Синельниково умер от большой потери крови.
Поздним вечером приданная отряду артбатарея получила приказ от своего командования о передислокации на другой участок фронта. Чтобы хоть как-то загладить свою «вину» перед пограничниками, её командир приказал подчинённым дать три залпа по выявленным минувшим днём скоплениям немецко-фашистских войск.
35 лет спустя бывший начштаба отряда подполковник в отставке Алексей Александрович Халевин вспоминал: «Хотелось бежать за ними [артиллеристами] и кричать: что же вы делаете? Зачем нас оставляете одних против громады фашистских танков?»…
Ранним утром 3 октября неожиданная поддержка пришла от советской авиации: несколько краснозвёздных штурмовиков на глазах воспрянувших духом пограничников нанесли пулемётно-бомбовый удар по передовым частям немцев. Противник понёс существенные потери, однако от ранее назначенного наступления на Синельниково не отказался. Уже вскоре, маскируясь в последних клубах утреннего тумана, его моторизованные колонны начали организованное движение на Синельниково. Первыми в бой вступали выдвинутые далеко вперёд уступом и усиленные двумя станковыми и тремя ручными пулемётами 10-я и 12-я пограничные заставы. Они не только остановили врага на своём рубеже обороны, но и после жестокой рукопашной схватки даже обратили его в позорное бегство.
В 10.00 противник начал артподготовку, а по её окончанию бросил в атаку танки и бронетранспортёры с гренадёрами.
Острие удара пришлось на позиции 2-й пограничной комендатуры в составе 5-й, 6-й, 8-й линейных и 9-й резервной пограничных застав. Хотя и ценой немалых потерь в своих рядах, её воинам всё же удалось сдержать этот яростный напор. Около их окопов остались догорать четыре танка из семи начинавших атаку и один бронетранспортёр.
В последующие полтора-два часа 2-я погранкомендатура отразила ещё две атаки противника.
Жарко пришлось и личному составу 3-й пограничной комендатуры и манёвренной группы, совместно оборонявших северо-западную окраину Синельниково. Однако и на этом участке пограничники не только выстояли, но и штыковым ударом отбросили противника далеко назад.
Окончательно исход боя 3 октября 1941 года в нашу пользу решил очередной налёт советских штурмовиков…
Как указывает в своих мемуарах бывший командующий Южным фронтом генерал-лейтенант в отставке Д.И. Рябушев («Первый год войны». - М.: Воениздат, 1990. - 255 с. - Военные мемуары./Литературная запись В.М. Зоткина/Тираж 50000 экз. ISBN 5-203-00396-3.; стр. 11), «к сожалению, на других участках фронта события развивались не в нашу пользу… На участке Богуславка, Раевка, Георгиевна части 261-й стрелковой дивизии и 95-го пограничного отряда до последней возможности отстаивали свои позиции, испытывая недостаток боеприпасов. Превосходящие силы противника оттеснили их на западную окраину Синельниково. С наступлением темноты танковые части врага захватили окраину станционного поселка».
Упорно обороняться на занимаемых рубежах подчинённые подполковника Д.А. Арефьева и старшего политрука А.М. Карпова продолжали вплоть до 5 октября 1941 года, причём даже того, когда оказались в окружении. Свои позиции они оставили только лишь после того, как получили наконец приказ об отходе.
Общий итог пятидневной операции по обороне Синельниково: уничтожено двенадцать танков и пятнадцать танкеток, девять автомобилей, из которых восемь – грузовики, плюс до батальона живой силы врага.
Через линию фронта прорывались, хотя и разрознено, но организованно, о чём хотя бы свидетельствует дневниковая запись уже представленного выше майора Силуанова бывшего помощника начальника отряда по материально-техническому снабжению: «По инициативе комиссара Карпова весь транспорт в начале боя был переведён в Цыгановщину. Это спасло его от гибели. Из Синельниково можно было уходить только пешим строем. Всё шло как будто нормально. Продвигались, прячась в камышах и кукурузе. Вот уже и лесопосадки. Но в районе Цыгановщины путь перерезан семнадцатью танками. Такое во сне не приснится, и то страшно. Что и говорить, переживаний было немало. Двое суток росинки в рот не взяли. Двое суток брели в такой обстановке 180 пограничников. Вышли на Васильевну, где наконец застали свой штаб».
О потерях, которые понёс в районе Синельниково 95-й погранотряд, можно судить из текста письменного доклада командования Управления охраны войскового тыла Южного фронта «О боевой деятельности и морально-политическом состоянии пограничных войск за 1-10 октября 1941 года: «По предварительным данным в этом бою большие потери в личном составе понесла манёвренная группа – около 70 процентов. Бойцы и начальствующий состав мужественно сражались, нанося противнику существенные удары и героически умирая на поле боя».
Начиная с осени 1983 года красными следопытами средней школы № 3 города Синельниково в ходе поисковой экспедиции были подняты со дна старых окопов останки сорока восьми павших здесь в октябре сорок первого воинов-пограничников. Останки пятерых удалось идентифицировать по «смертным» медальонам. Вот фамилии этих отважных защитников Родины: Бродяной (Бородяной) Николай Семёнович, начальник одной из пограничных застав, старший лейтенант; Гладышев Николай Михайлович, красноармеец; Ермилин Алексей Ефимович, стрелок, красноармеец; Зема Борис Константинович, шофёр, красноармеец; Цыганчук (Циганчук) Василий Арсентьевич, начальник 5-й пограничной заставы, лейтенант. При этом красноармеец Б.К. Зема успел оставить и предсмертную записку: «Погиб за Родину. За коммунизм».
Книга Памяти пограничных войск называет и другие фамилии павших героев боёв по обороне Синельниково: старший помощник начальника 5-го отделения штаба отряда старший лейтенант Г.Н. Козьмовский, заместитель начальника погранкомендатуры старший лейтенант К.Т. Сарычев (Саричев), начальники штабов погранкомендатур капитаны Д.В. Воронин и М.М. Юров, военный медик военврач 3 ранга С.В. Емиленко (Емеленко); политработники старший политрук М.П. Коновалов, политруки В.А. Корсун, Ф.А. Кузьмин и В.В. Чеканов, младшие политруки Г.А. Новиков и К.Ш. Танотаров, начальник манёвренной группы отряда лейтенант А.Н. Можаренков и его штатный помощник старший лейтенант Н.Е. Смирнов, начальник одной из пограничных застав А.И. Тарелкин, помощники начальников погранзастав лейтенант И. Курбатов (в Книге Памяти пограничных войск почему-то не значится), младшие лейтенанты В.Т. Зелепукин (Зеленухин) и Н.М. Красицкий…
Вышедшему из окружения из-под Синельниково 95-му погранотряду долго отдыхать и приводить себя в порядок не дали. К 8 октября он уже был временно разделён на две боевые группы. Первая – основное ядро части во главе с подполковником Д.А. Арефьевым и старшим политруком Карповым; задача – в составе отступающих войск двигаться с арьергардными боями по маршруту: Красноармейск – Кураховка – Павловка – Б. Янисоль – Поповка – Чермалык (все - на территории современной Донецкой области Украины).
Вторая – сводное подразделение их двухсот бойцов и командиров во главе с начальником штаба 1-й пограничной комендатуры капитаном Яковом Гавриловичем Брованем и политруком Шелупенко; задача - поступив в подчинение командира 15-й танковой бригады полковника Максима Васильевича Колосова, в качестве десанта, посаженного на броню, совершить рейд по тылам левого растянутого фланга 1-й танковой армии вермахта, двигаясь при этом по маршруту: Красноармейск (Донецкая область) – город Гуляйполе – село Чубаревка (оба - Запорожской области) – село Павловка (Донецкая область).
Некоторые подробности содержатся в мемуарах бывшего командующего Южным фронтом генерал-лейтенант в отставке Д.И. Рябушев «Первый год войны» (стр. 119): «Частным распоряжением командиру 15-й танковой бригады полковнику Колосову я приказал сформировать группу в составе 2-й и 15-й танковых бригад. 2-го и 95-го погранотрядов, 521-го противотанкового артполка и миномётного дивизиона М-13 майора Воеводина. Эта группа поступала в моё непосредственное подчинение. Группе полковника Колосова предстояло нанести удар во фланг неприятельской танковой группе в направлении на Гуляйполе, Пологи и по выполнении задачи отходить в район Павловки (30 километров северо-западнее Волновахи)».
Рейд проходил в период с 8 по 12 октября 1941 года на броне тридцати трёх танков. Некоторые итоги участия в нём пограничников 95-го отряда: в районе Гуляйполе, на шоссе Рождественское – Чубаревка разгромлена немецкая штабная колонна, в результате чего захвачено немало ценных документов и даже шинели немецких генералов; в ходе внезапного ночного нападения разгромлен гарнизон села Чубаревка и здесь же освобождены свыше сорока пленных красноармейцев.
Герои рейда - капитан Я.Г. Бровань, политруки Шелупенко и Булаенко, старшие лейтенанты Герасименко, Ипатов, Корниенко и Челноков.
Обе боевые группы вновь воссоединились 12 октября 1941 года в селе Павловка Донецкой области.
С 14 октября 1941 года – 95-й Надворнянский пограничный отряд войск НКВД СССР вновь в тяжёлых оборонительных боях. На сей раз ему приказано было занять и удерживать рубеж, проходящий по правому берегу реки Кальмиус вблизи районного центра Старобешево.
Первыми в схватку вступили регулярно высылаемые в предполье разведгруппы. Это случилось 16 октября в трёх километрах от села Николаевка Старобешевского района: два стрелковых отделения во главе с 31-летним начальником резервной заставы старшим лейтенантом Филиппом Григорьевичем Лягушей преградили путь вперёд колонне вражеских разведывательно-дозорных бронеавтомобилей. В неравном поединке погиб офицер Ф.Г. Лягуша и несколько бойцов. Оставшиеся в живых вынуждены были рассеяться по полю, но и враг, после понесённых потерь, вынужден был повернуть назад…
На рассвете 17 октября 1941 года тела павших были подобраны боевыми побратимами и с отданием воинских почестей погребены на окраине села Стыла. Теперь на этом месте воинский мемориал.
16 октября 1941 года был убит и командир взвода связи отряда младший лейтенант Иван Кондратьевич Кузьменко.
28-31 октября 1941 года. Отряд ведёт оборонительные бои на высоте 277,9, известной больше как курган Саур-Могила (район хутора Петровский), а 31 октября–4 ноября 1941 года – по левому берегу реки Миус (восточнее села Дмитровка Шахтёрского района).
4 ноября 1941 года остатки отряда были выведены в резерв командующего 18-й армией Южного фронта: сначала – в Орехово, а затем в Красную Поляну современной Луганской области Украины.
Последний свои бои в качестве 95-го Надворнянского пограничного отряда войск НКВД СССР в/ч подполковника Д.А. Арефьева и старшего политрука А.М. Карпова провела 17-23 ноября 1941 года Действовать ей тогда пришлось в составе Боевой группы войск НКВД СССР полковника Раевского, которая включала в себя также сводные подразделения украинской милиции и 43-й резервный пограничный полк, который, к слову, как и 95-й погранотряд, согласно приказу НКВД СССР от 25 сентября 1941 года, подлежал расформированию. Задача Боевой группы, полученная от командования 18-й армии, – во что бы то ни стало овладеть селом Дьяково Луганской области.
Подробности боя 95-го погранотряда за луганское село Дьяково содержатся в корреспонденции ежедневной красноармейской газеты 18-й армии Южного фронта «Знамя Родины» от 28 ноября 1941 года: «…События развивались так. С 17 ноября часть Раевского методически брала сопку за сопкой, высоту за высотой. Наконец и безымянная высота перед нашими бойцами. Шквал огня и металла фашисты обрушили на наши атакующие цепи…
Ударная группа майора-орденоносца Грищука прошла через боевой порядок одной нашей части и с боем начала продвигаться по долине реки Нагольчик к сулее Дьяково. Густой кустарник по обоим берегам помогал пограничникам. Но бой был напряжённым и жестоким. Группа Грищука двигалась по узкому коридору между немецкими частями, которые закрепились на высотах по обе стороны реки и взяли её под перекрёстный огонь. Но пограничниками владело одно слово – вперёд! Бой шёл целый день и весь день они шли вперёд, только вперёд.
…В 7 часов 30 минут утра 3 ноября Грищук со своими бойцами ворвался в село и стал его очищать от немцев.
Фашисты удирали, бросая всё. Было захвачено 3 станковых пулемёта, 25 ящиков гранат, много мин, 15 тысяч патронов.
Но основные бои в этот день развернулись не в самом селе, а на высотах вокруг него. Дело в том, что группа Грищука зашла противнику в тыл и, когда немцы под нажимом подразделений Петрунина начали беспорядочно откатываться с высот, бойцы Грищука встретили их огнём. Удар для фашистов был настолько неожиданным, что первая их группа замахала винтовками: свои, мол, чего стреляете. Из полсотни фашистов уцелело лишь 18 человек.
Мимо группы Грищука за эти несколько часов пытались отступить от 25 до 50 человек. 150 было истреблено».
В боях за село Дьяково полегло немало воинов-пограничников и, в том числе, военком погранкомендатуры политрук Павел Григорьевич Юрасов (убит 23 ноября), помощник начальника штаба погранкомендатуры старший лейтенант Николай Васильевич Ермолов (убит 23 ноября), помощник начальника погранзаставы младший лейтенант Иван Егорович Ортяков (убит 23 ноября), красноармеец Николай Ильич Южбабаенко (пропал без вести 23 ноября) и многие, многие другие.
В Книге Памяти пограничных войск, кроме того, значатся фамилии и нескольких офицеров 95-го погранотряда, дата (и даже месяц) выбытия которых в 1941 году из списков части просто неизвестна. Это лейтенант Василий Емельнович Попов, младшие лейтенанты Василий Терентьевич Павлик, Александр Владимирович Смирнов и младший политрук Александр Семёнович Комаров.
На 28 ноября 1941 года, согласно архивным документам, во главе продолжавшего существовать как самостоятельная воинская часть 95-го Надворнянского пограничного отряда войск НКВД СССР стояли: подполковник Дмитрий Андреевич Арефьев – начальник; батальонный комиссар Афанасий Михайлович Карпов – военный комиссар; капитан Алексей Александрович Халевин – начальник штаба.
sobkor
Предлагаю вниманию заинтересованных лиц вторую часть своего очерка о 95-м пограничном Кёнигсбергском ордена Ленина и Красной Звезды пограничном отряде Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области. Она посвящена участию данной в/ч в Д[цензура]льцевской операции декабря 1941 года.
Юрий РЖЕВЦЕВ

Как надо полагать, в самом конце ноября-первых числах декабря сорок первого остатки 95-го погранотряда наконец-то были влиты в воинскую часть, которая уже, как минимум, месяц являлась… его правопреемником, - 95-й пограничный полк особого назначения войск НКВД СССР Управления охраны войскового тыла Южного фронта.
Данный полк, уточним, был сформирован к 1 ноября 1941 года в станице Глубокая Ростовской области на основании постановления Военного Совета Южного фронта, изданным в свою очередь во исполнение уже неоднократно озвученного выше приказа НКВД СССР от 25 сентября 1941 года.
Базой для создания этой новой в/ч послужили военнослужащие не только самого 95-го погранотряда, но и других подлежащих расформированию на основании всё того же приказа НКВД СССР от 25 сентября 1941 года частей войск НКВД СССР - 43-го резервного пограничного, 21-го Ямпольского кавалерийского и 157-го стрелкового полков, 2-й, 3-й, 4-й и 5-й отдельных пограничных комендатур, а также 3-й погранкомендатуры 2-го Каларашского пограничного отряда.
Кстати, в составе 3-й погранкомендатуры 2-го Каларашского пограничного отряда войск НКВД СССР в ряды 95-го погранполка влился осенью сорок первого и замполитрука Василий Ильич Утин (17.12.1918-10.12.1941) - будущий прославленный в отечественных войсках правопорядка Герой Советского Союза.
Организационно новая часть включала в себя три мотострелковых батальона, четыре (три сабельных и пулемётный) кавалеристских эскадрона (но не сведённых в кавдивизион), бронетанковую роту, миномётную роту (шесть 82-мм миномётов образца 1937 года), роту автоматчиков, две артиллерийские батареи - полковую на конной тяге (шесть 76-мм пушек образца 1927 года) и противотанковую на автомобильной тяге (четыре 45-мм пушки образца 1937 года), а также подразделения боевого обеспечения и тыла.
Командиром полка был назначен майор-орденоносец Сергей Максимович Фадеев (впоследствии – крупный военачальник внутренних войск, генерал-майор), военным комиссаром – депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва батальонный комиссар Арчил Семёнович Майсурадзе (впоследствии – высокопоставленный советский политработник, полковник, в частности, был военком Отдельной мотострелковой бригады особого назначения войск НКВД СССР [см. – Отдельный отряд особого назначения НКГБ СССР] и начальником политотдела сформированной войсками НКВД СССР для Красной Армии 140-й стрелковой дивизии; в отставку был уволен из аппарата Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота ЦК КПСС), заместителем командира по строевой части – майор Степан Елисеевич Капустин (впоследствии – прославленный военачальник пограничных и внутренних войск, полковник), начальником штаба – майор Николай Павлович Строителев (впоследствии – на ответственных постах в Главном управлении войск НКВД СССР по охране тыл действующей армии, полковник).
Что же касается командования бывшего 95-го погранотряда, то его представители из числа первых лиц в декабре сорок первого убыли к новым местам службы. Так, в частности, подполковник Дмитрий Андреевич Арефьев получил назначение на должность начальника штаба Управления пограничных войск НКВД Приморского округа. Впоследствии он, в том числе и в течение всего хода советско-японской войны, возглавлял штаб Управления войск НКВД СССР по охране тыла действующей Красной Армии на Дальнем Востоке.
Батальонный комиссар Афанасий Михайлович Карпов продолжить бить ненавистного врага в качестве военкома 282-го стрелкового полка 10-й стрелковой дивизии войск НКВД СССР. Ему суждено было погибнуть смертью героя в августе 1941 года в ходе героической обороны Сталинграда. После Победы благодарные потомки присвоят его имя одной из улиц Тракторозаводского района города-Героя Волгограда.
Но вернёмся к 95-му погранполку. 17 ноября 1941 года, согласно приказу командующего Южным фронтом, он приступил к выполнению боевой задачи, связанной с охраной войскового тыла 12-й армии в окрестностях Луганска. Однако уже 25 ноября, выполняя новый приказ командующего фронтом, совершил марш в район донецкого города Д[цензура]льцево, чтобы сражаться здесь на правах пехоты: 5 декабря 1941-13 февраля 1942 гг. – в оперативном подчинении 74-й Таманской стрелковой дивизии 12-й армии, а с 13 февраля по 23 марта 1942 года – как самостоятельная в/ч армейского подчинения.
5 декабря 1941 года полк закрепился на рубеже Кондратьевский рудник – Софьино-Раевка – Ольховатка (искл.), который, говоря языком архивного документа, внешне напоминал «как бы отрезок окружности, в центре которой находился населённый пункт». А уже на рассвете следующего дня пограничникам выпало принять боевое крещение: в решительное наступление на данном направлении перешла свежая пехотная дивизия врага – 52-я итальянская «Торино».
Основной удар тогда пришёлся на правый фланг нашей обороны: в 16.00 со стороны города Орджоникидзе (ныне – Енакиево) до двух батальонов вражеской пехоты обрушилось на 3-ю мотострелковую роту старшего лейтенант Стриженкова, выполнявшую роль боевого охранения на высоте 274,6. Подразделение несло потери, при этом один из его взводов очень скоро оказался отрезанным от своих. Однако паники в рядах попавших в окружение не было никакой. Заняв круговую оборону, они упорно продолжали сражаться и в итоге победили: сковав у своих позиций основные силы атакующих, они, тем самым, позволили своему батальону перегруппироваться для нанесения неожиданного контрудара, который возглавил лично комбат капитан Михаил Васильевич Курбатов. В итоге уцелевшие итальянцы к 18.00 были отброшены далеко назад.
Всего 3-й мотострелковой ротой в этот день было истреблено до 90 итальянцев.
Свой яростный натиск противник неустанно продолжал наращивать и во все последующие дни. При этом он неизменно имел тройной, а порой и пятикратный перевес в силах и огневой мощи. Так, он, не раз бросал в бой танки и штурмовую авиацию, но всё безуспешно, ибо подчинённые майора С.М. Фадеева и батальонного комиссара А.С. Майсурадзе стояли насмерть и не сделали ни шагу назад. Всякая очередная отчаянная попытка прорвать линию обороны советского пограничного полка тут же оборачивалась для итальянцев новыми непомерно высокими потерями в собственных живой силе и технике. Достаточно сказать, что только в течение первых пяти дней сражения и только уже упоминавшемся выше мотострелковым батальоном капитана Михаила Васильевича Курбатова было истреблено около пятисот вражеских солдат и офицеров.
Вот как в те дни описала боевые действия этого батальона фронтовая газета «Во славу Родины»: «Был получен приказ оборонять посёлок. Семь дней с утра и до вечера шёл непрерывный бой. За день подразделение Курбатова выдерживало и отражало от 5 до 16 атак противника. Вражескими трупами была усеяна земля, но противник упорствовал. И в эти дни особенно ярко выявились воля, мужество, неустрашимость командира. Маленькая фигура капитана мелькала то тут, то там, то в одном подразделении, то в другом. Он появлялся там, где это больше всего было нужно. Однажды, во время жаркого боя, когда уже, казалось, подразделение не выдержит натиска врага, бойцы вдруг услышали голос любимого командира батальона: «Друзья, за мной!». Капитан Курбатов первым бросился в контратаку, за ним поднялись и бойцы. Воины обрушились на врага с такой силой, что не только отбили атаку, но и отбросили противника далеко назад».
Впоследствии капитан Михаил Васильевич Курбатов за эти бои будет заслуженно удостоен высшей государственной награды СССР – ордена Ленина.
Ни разу не дрогнула в бою и 1-я мотострелковая рота старшего лейтенанта Семёна Спиридоновича Яганова. Так, только в течение первых трёх дней завязавшегося сражения данное подразделение отразило пятнадцать атак, предпринятых против неё итальянцами силами сразу двух пехотных батальонов и поддержанных огнём артиллерийской и миномётной батарей.
«Яганов всё время находился на передовой линии и неоднократно водил роту в атаку на врага. Будучи дважды ранен, т. Яганов продолжал руководить боем. За 5 дней боёв рота т. Яганова истребила 50 фашистов, до 200 чел. противник потерял ранеными», - гласит письменный доклад руководства Управления охраны войскового тыла Южного фронта, а эти строки уже из письменного донесения комиссара полка батальонного комиссара А.С. Майсурадзе: «Одной из наших рот командовал ст. лейтенант Яганов, ныне награждённый орденом Красного Знамени. До войны его знали как скромного, неприметного человека. Но в боях этот большевик проявил большие воинские способности. В течение двух суток его рота, находившаяся в боевом охранении, выдерживала всю тяжесть вражеского удара. Три ранения не смогли сломить воли. Его выдержка вдохновляла роту».
Труднооценима роль, которую сыграли в тех жестоких боях и политработники. Назовём лишь немногих, чьи фамилии до нас донесли немногословные архивные документы: военком полка батальонный комиссар А.С. Майсурадзе, военком 1-го мотострелкового батальона политрук Ларченко, военком 2-го мотострелкового батальона старший политрук Г.И. Исаев, политрук 3-й мотострелковой роты политрук И.П. Скирда. Так, «т. Майсурадзе и другие политработники во время боя непрерывно находились на передовой линии, организовывали партийно-политическую работу и личным примером увлекали бойцов на боевые подвиги». А военкомы батальонов тт. Ларченко (соцданные неизвестны) и 40-летний уроженец Башкирии Георгий Илларионович Исаев «во время Д[цензура]льцевской операции… всё время находились в передовых рядах, непосредственно руководили боем, личным примером воодушевляли бойцов на героические подвиги. В этом бою пал смертью храбрых ст. политрук т. Исаев».
В этом же архивном документе отмечены и заслуги политрука Ивана Павловича Скирды: «Рота неоднократно ходила в атаку и всегда впереди всех шёл политрук т. Скирда. Когда был убит командир роты, политрук т. Скирда взял на себя командование ротой и обеспечил выполнение боевого приказа».
Согласно Книге Памяти пограничных войск, находясь в передних цепях подчинённых, не кланялся пулям и 9 декабря погиб на боевом посту политический руководитель одной из мотострелковых рот младший политрук Василий Терентьевич Гузнов.
Однако яростно рвущихся вперёд итальянцев полк сдерживал не только огнём с места, но и решительными контратаками. Так, в частности, было и 10 декабря, в ходе легендарного штурма несколькими часами раньше захваченной итальянцами высоты 130,0.
Приказ комдива-74 гласил: эту самую высоту 130.0, как объект, представляющий для нас стратегический интерес, отбить во что бы то ни стало, причём сегодня же, ещё до исхода суток.
Понимая, что лобовой удар неминуемо обернётся неоправданно высокими потерями в рядах атакующих, командование полка отдало предпочтение фланговым ударам. Их одновременно - слева и справа - предстояло нанести двум спешенным сабельным эскадронам. При этом один из эскадронов возглавил лично майор С.М. Фадеев, комполка, а другой, усиленный взводом автоматчиков, - батальонный комиссар А.С. Майсурадзе, военком части.
Скрытность же выдвижения обходных отрядов на рубеж атаки удалось обеспечить за счёт активных действий с фронта и полуфлангов мелких групп автоматчиков и пулемётных расчётов.
Этот смелый замысел полностью оправдался – уже в сумерках высота вновь оказалась в наших руках.
Именно в этом бою совершил свой бессмертный подвиг автоматчик 1-й мотострелковой роты замполитрука В.И. Утин: в критическую минуту, невзирая на страшную боль (снарядом оторвало правую руку), поднял разрозненные огневые группы автоматчиков в атаку, чем помог обходным отрядам нанести по врагу максимально сильный удар с флангов. Отважный воин был сражён вражеской очередью уже на вершине, за несколько минут до полного разгрома окопавшихся здесь итальянцев…
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1942 года замполитрука Василий Ильич Утин был посмертно удостоен Золотой Звезды Героя.
В послевоенный период Имя Героя Советского Союза замполитрука В.И. Утина было присвоено:
- на основании постановления Совета Министров РСФСР № 599-72 от 20 мая 1964 года - пограничной заставе 95-го пограничного ордена Ленина и Красной Звезды отряда, дислоцирующейся в городе Багратионовске Калининградской области;
- на основании решения Багратионовского районного Совета депутатов трудящихся № 183 от 15 сентября 1967 года - одной из улиц Багратионовска;
- Бугабашевской школе Бакалинского района Башкирии, в которой он когда учился и в стенах которой до призыва в армию работал сельским учителем.
На пограничной заставе, носящей имя Героя, в 15.00 28 мая 1968 года был торжественно открыт его бронзовый бюст. Бюст Героя установлен и на территории Озёрского учебного центра 23-го пограничного дважды Краснознамённого отряда современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
Кроме того, как секретарь ротной комсомольской организации, проявивший мужество и отвагу в годы Великой Отечественной войны, замполитрука В.И. Утин посмертно удостоен Почётной грамоты ЦК ВЛКСМ, одновременно его имя было внесено в Книгу Почёта ЦК ВЛКСМ.
Как и замполитрука В.И. Утин героически действовал в бою по штурму высоты 130,0 и здесь же погиб и другой представитель 1-й мотострелковой роты - помощник командира взвода старший сержант Владимир Андреевич Абрамичёв.
Орденом Красного Знамени Родиной был отмечен подвиг командира отделения старшего сержанта Макаренко: в ходе оборонительных боёв у посёлка Чернухино Перевальского района Луганской области он, заменив собой выбывшего из строя взводного, четырежды под плотным огнём противника поднимал подчинённых в контратаки.
Яркой строкой в летопись девяносто пятого пограничного вошла и дата 12 декабря 1941 года - в этот день всю свою боевую мощь впервые продемонстрировала полковая конница. Дело случилось на правом фланге нашей обороны, когда враг силами двух батальонов захватили разъезд, обозначенный в архивных документах как разъезд «Б.».
Правильно оценив доклады разведчиков, командир полка бросил в бой два сабельных эскадрона.
Как сказано в одном из докладных документов, составленных лично военкомом полка батальонным комиссаром А.С. Майсурадзе, «это была классическая кавалерийская атака - быстрая, короткая и истребительная. Двести двадцать врагов полегли в этой схватке.
«Рубят - дай бог им здоровья!», - говорил про своих сабельников командир одного из эскадронов лейтенант Хитрин, сам лихой кавалерист.
Противник был выбит из разъезда и отогнан на 3-4 км. Конная атака настолько деморализовала фашистов, что, заняв оборону, они просидели около недели не шелохнувшись. Так была ликвидирована попытка обходного движения врага».
К сожалению, в этом жарком, но победном для «зелёных фуражек» бою не обошлось без потерь и с нашей стороны: полегло около взвода кавалеристов и в их числе – 30-летний уроженец Новосибирской области, кавалер ордена Красного Знамени лейтенант Семён Захарович Хитрин. Среди комсостава также погибли командиры кавалерийских взводов лейтенант Василий Васильевич Корягин и старшина Александр Иванович Сгибнев (Згибнев).
Активной нашу оборону у Д[цензура]льцева делала и широко применяемая командованием полка тактика ночных вылазок. А первая из них была осуществлена в ночь с 9 на 10 декабря: усиленный взводом разведчиков и кавэскадроном 1-й мотострелковый батальон под общим командованием военкома полка батальонного комиссара А.С. Майсурадзе совершил внезапный налёт на итальянцев и в ходе трёхчасового боя отбил у них захваченное накануне днём село Софьино-Раевка Енакиевского горсовета Донецкой области и северо-западную окраину села Еленовка. С нашей стороны потери оказались минимальными, а вот зато противник потерял свыше трёхсот человек убитыми, при этом особенно много вражеских трупов было потом обнаружено в полосе наступления взвода автоматчиков старшины Зубкова.
Специально оговоримся, что в ходе именно этой ночной вылазки впервые ярко отличился будущий Герой Советского Союза (посмертно) замполитрука В.И. Утин: в сумерках, ещё за несколько часов до начала атаки 1-го батальона, составе разведгруппы проник на окраину села Софьино-Раевка, где затем в одиночку незаметно подобрался к большому двухэтажному дому, занятому взводом противника под казарму, и метнул в окно гранату. Когда уцелевшие после взрыва фашисты в нижнем белье начали в панике выбегать во двор, из положения «лёжа» меткими короткими очередями из табельного ППД уничтожил не менее десяти из них.
Однако вскоре в диске закончились патроны, что позволило итальянскому офицеру, находившемуся в одной из ближайших к месту боя хат, выскочить наружу и с шашкой наголо броситься к советскому автоматчику: «Рус, сдавайся!». Однако едва тот приблизился, замполитрука В.И. Утин изловчился и неожиданным ударом приклада размозжил нападавшему голову. Затем, быстро перезарядив автомат, открыл по кинжальный огонь по другим пытавшимся окружить его плотным кольцом фашистам.
Когда, отстреливаясь от погони, отходил к своим, заметил в попавшемся на пути овине пулемётное гнездо. Оно контролировало огнём одну из центральных улиц, по которой вскоре предстояло наступать воинам 95-го погранполка. Незаметно подобравшись со стороны огородов, ударил в упор из автомата. В результате один из пулемётчиков был убит на месте, а второй, в чине старшего унтер-офицера, захвачен им в плен.
И ещё один факт: ближе к вечеру 10 декабря в оперативный тыл итальянцев была направлена диверсионная группа в составе четырёх автоматчиков и двух снайперов. Она вступила в схватку сразу после того, когда уцелевшие итальянцы, не выдержав фланговых ударов, начали беспорядочный отход с высоты 130,0: кинжальным огнём окончательно захлопнула ловушку.
В первых числах декабря в ходе боёв у Д[цензура]льцево в состав полка на правах воспитанника был принят 10-летний мальчишка-беспризорник Григорий Александрович Козюберда. Местом его службы стал полковой красноармейский клуб, поскольку Гриша оказался талантливым баянистом.
Приблизительно в ночь с 13 на 14 декабря 1941 года девяносто пятый пограничный был выведен на отдых во второй эшелон. Приказом по 74-й Таманской стрелковой дивизии всему личному составу полка за успешные бои против перешедшей в наступление итальянской 52-й пехотной дивизии была объявлена благодарность. Мотивация - «95-й пограничный полк на протяжении восьми дней, несмотря на бешеный нажим превосходящих сил врага, держал рубежи обороны».
Однако отдых оказался недолгим. Уже 16 декабря на основании приказа комдива-74 полковника Фёдора Екимовича Шевердина 95-й пограничный полк особого назначения войск НКВД СССР совместно со 109-м и 360-м стрелковыми полками всё той же 74-й Таманской стрелковой дивизии, а также подразделениями 71-й бригады войск НКВД СССР по охране особо важных предприятий промышленности участвует в операции по штурму города Д[цензура]льцево, при этом главный удар – по центру вражеской обороны – наносили именно пограничники.
Наступление началось в 17.00. Ему предшествовала тщательная рекогносцировка местности и детальная проработка всего комплекса вопросов, связанных с организацией взаимодействия между подразделениями, в том числе и путём широкого применения на поле боя (но, однако, не ниже уровня штабов батальонов) радиосвязи. Всерьёз позаботилось командование полка и о мобильности пунктов боепитания - чтобы те ни на шаг не отставали от атакующих цепей пехоты.
Всё это окупилось сторицей. В частности, благодаря скрытному выдвижению полка, боевое охранение противника обнаружила наши наступающие батальоны на предельно короткой дистанции – всего лишь в каких-то двухстах пятидесяти метрах от переднего края, поэтому мало-мальски оказать серьёзного сопротивления уже не могло: было смято и уничтожено «зелёными фуражками» в считанные минуты.
Изрядно досталось тогда фашистам и на их основных узлах обороны: 2-й и 3-й мотострелковые батальоны с ходу ворвались на южную окраину Д[цензура]льцево и, несмотря на спустившиеся на землю ночные сумерки, завязали уличные бои. В частности, благодаря тому, что заранее и правильно были выбраны объекты для ночных атак и так же заранее сформированы одиннадцать штурмовых групп, удалось достаточно быстро и с минимумом потерь подавить здесь все наиболее крупные очаги сопротивления.
Успех наступавших с фланга батальонов скоро подкрепил своими усилиями и 1-й мотострелковый батальон. Он, наступая уступом, планомерно выдавил противника с хорошо укреплённых позиций, возведённых в самом центре вражеской обороны. К ночи он достиг западной окраины, где соединился с одним из двух других батальонов. Таким образом, значительная часть города оказалась в руках пограничников.
В ходе уличных боёв в Д[цензура]льцево полком впервые была применена и тактика зачистки уже занятых кварталов. Только в ночь с 16 на 17 декабря таким образом было выявлено и уничтожено около сотни прятавшихся по подвалам и чердакам фашистов.
Ярко отличились в ходе уличных боёв и радисты, приданные штабам мотострелковых батальонов: благодаря их бесперебойной работе, командование полка имело возможность немедленно и адекватно реагировать на все внезапные изменения в боевой обстановке и особенно, когда противник предпринимал попытки нанесения фланговых и обходных ударов. В частности, майором С.М. Фадеевым и его заместителями на такие участки немедленно направлялись подразделения, составлявшие резерв, что в свою очередь позволяла комбатам целиком концентрироваться только на наступательных действиях своих подчинённых вглубь города.
К сожалению, враг превосходил и числом, и огневой мощью. Поэтому к утру дальнейшее наступление застопорилось и в течение последующих двух с небольших суток полк оказался втянутым в тяжёлые уличные бои против превосходящих сил противника.
Архивные документы донесли до нас несколько эпизодов того яростного сражения. Так, одиннадцать советских автоматчиков во главе с красноармейцем Стажёровым блокировали просочившуюся дворами в тыл полка отборную группу вражеских автоматчиков численностью где-то до полуроты. Жестокий огневой поединок затянулся на несколько часов и завершился полным разгромом противника. Ну, а в качестве доказательства своей победы в неравной схватке советские бойцы сняли с трупов уничтоженных ими фашистов и доставили в штаб полка тридцать четыре (!) единицы такой крайне почётной награды у головорезов из вермахта, как железный крест! За это боевое отличие красноармеец Стажёров впоследствии был удостоен ордена Красного Знамени.
В очередной раз всю мощь своего таланта военачальника продемонстрировал герой первых приграничных боёв июня 1941 года в Молдавии (за это носил на груди орден Красного Знамени) комбат-3 капитан Антон Антонович Валькевич: в ходе ночного боя с 16 на 17 декабря лично руководил действиями всех уже выше озвученных одиннадцати штурмовых групп. А в последний день сражения, прикрывая отход полка, во главе одной из рот совершил обходной манёвр и нанёс неожиданный удар в тыл фашистов, чем принудил их к позорному бегству. По окончанию Д[цензура]льцевской наступательной операции капитан А.А. Валькевич будет награждён вторым орденом Красного Знамени.
Во главе штурмовой группы из восемнадцати автоматчиков умело и бесстрашно истреблял ненавистных оккупантов на улицах Д[цензура]льцево секретарь президиума ВЛКСМ одной из рот старшина Алехнович. Как сказано в тексте архивного документа, «сам Алехнович проявил неистощимую изобретательность в овладении отдельными домами, распределяя силы искусно, так чтобы меньшая часть отвлекала на себя основной огонь немцев, а в это время остальные бойцы проникли в расположение врага и уничтожили его».
Трижды с боев прорывался в глубину обороны фашистов, а затем всякий раз невредимым возвращался к своим младший командир Лаптев, при этом в последний раз он вернулся, ведя под узды коня, запряжённого в сани. Груз - «целый воз важных фашистских документов».
Со снайперской меткостью разили врага на улицах и в переулках Д[цензура]льцево пулемётчик роты автоматчиков красноармеец Парфентьев и автоматчик красноармеец Усатов. Первый «уничтожая врагов огнём своего пулемёта, он дал возможность удержать половину села Ю., в другой половине которого находилось свыше батальона немцев», а второй – «своим грозным автоматом уничтожил 17 гитлеровцев и спас жизнь многим своим соратникам, облегчив выход батальона из боя».
Красноармеец Гусев, связист по воинской специальности, «бесстрашно исправлял под огнём частые повреждения телефонной линии и обеспечивал на своём участке бесперебойную связь».
Не жалея себя, причём даже вопреки просьбе комиссара пока А.С. Майсурадзе, под свинцовым ливнем автоматов и крупнокалиберных пулемётов врага спасала на поле боя раненных бойцов восемнадцатилетняя медицинская сестра Екатерина Севастьяновна Доброван. За этот подвиг бесстрашная девушка-воин чуть позже будет удостоена медали «За отвагу».
В публикациях журнала войск НКВД СССР «Пограничник» № 9 за май 1942 года удалось отыскать и свидетельства боевой отваги командира полка майора С.М. Фадеева и его заместителя по строевой части майора С.Е. Капустина. Так, «майор Фадеев - смелый, решительный военачальник, сохранявший спокойствие и прозорливость в самых тяжёлых условиях боя. Умелый и инициативный командир, он по заслугам носит два боевых ордена». И – «майор Капустин, награждённый орденом Красной Звезды, отличается теми же прекрасными качествами. Когда обстановка становилась исключительно сложной, он с неизменным искусством и хладнокровием находил выход из создавшегося положения».
Выйдя 19 декабря 1941 года из боя и закрепившись на рубеже: село Вергелевка - посёлок Октябрьский, - девяносто пятый пограничный немного отдохнул и привёл себя в порядок. После чего в 9.00 22 декабря 1941 года повторно осуществил штурм Д[цензура]льцево. На сей раз удар, нанесённый им по врагу, был более сокрушительным – к 15.00 того же дня город был освобождён. Враг потерял тогда трёхсот человек убитыми, двадцать два орудия, несколько миномётов, свыше десяти тысяч мин. Кроме того, пограничниками здесь оказался разгромленным штаб 117-го пехотного полка вермахта, при этом знамя и почти вся секретная документация последнего досталась им на правах особоважного трофея.
Как было сказано в тексте приказа командования 74-й Таманской стрелковой дивизии от 13 февраля 1942 года, «в операции 22 декабря 1941 г. по взятию Д[цензура]льцево 95-й пограничный полк сыграл решающую роль, личный состав полка во главе с командиром майором Фадеевым и военкомом батальонным комиссаром Майсурадзе самоотверженно и блестяще выполнил свою задачу, в течение двух-трёх часов город был очищен от немцев в полосе наступления полка, в течение трёх дней и четырёх ночей полк удерживал город, ведя непрерывные бои, и только после неоднократных атак превосходящими силами противника по приказу штадива 95-й полк вышел из окружения на прежний рубеж».
Один из героев второго штурма Д[цензура]льцево – младший лейтенант Зубков: 24 декабря возглавляемая им группа автоматчиков ликвидировала в городе пять очагов вражеского сопротивления, при этом руководить действиями подчинённых офицер продолжал даже после того, как получил серьёзное ранение. В расположение медсанбата он был эвакуирован только после второго ранения.
К сожалению, командование 74-й Таманской стрелковой дивизии не имело никакой возможности поддержать успех пограничников и последним, начиная с 23 декабря, выпало в одиночку, малыми силами обороняться на широком фронте против яростно атакующей пехоты врага. Уже к исходу тех же суток 23 декабря значительная часть городских предместий уже находилась в руках противника.
Спасая полк от полного окружения, комдив-74 полковник Ф.Е. Шевердин к исходу 25 декабря был вынужден отдать ему приказ об оставлении Д[цензура]льцево и отходе на прежний рубеж обороны – расположенную южнее посёлка Толстовка высоту 326,6 (участок – «село Вергелевка - посёлок Октябрьский»).
В боях 22-25 декабря 1941 года по взятию и обороне Д[цензура]льцево сложили свои головы многие воины полка и, в том числе: капитан Ковальчук (убит 24 декабря; должность неизвестна); старший военфельдшер П.Н. Белов (пропал без вести 25 декабря), командиры рот старшие лейтенанты Н.Ф. Бедяев (пропал без вести 24 декабря) и Д.И. Жигалов (пропал без вести 23 декабря); политические руководители подразделений политруки И.Г. Аношин (убит по одним данным 23, а по другим – 24 декабря) и В.Е. Дорофеев (скончался от ран 23 декабря в г. Луганске, в стенах 217-го военного госпиталя); заместитель командира роты младший лейтенант С.Д. Кулагин (убит 24 декабря); командиры взводов старший лейтенант Н.Ф. Беляев и лейтенант Ф.З. Зарубенко (оба пропали без вести 24 декабря), младшие лейтенант А.П. Жадан (пропал без вести 24 декабря) и Г.П. Пашенко (убит 22 декабря), старший сержант Ф.И. Пустовайтов (пропал без вести 24 декабря); старшина мотострелковой роты старшина Ф.В. Денисенко (убит 25 декабря).
За героизм и мужество, проявленные в боях за Донбасс, 110 военнослужащих 95-го погранполка были удостоены государственных наград, а один (речь о замполитруке В.И. Утине) – Золотой Звезды Героя.
Боевые действия в районе Д[цензура]льцево полк вёл вплоть до 23 марта 1942 года, нанеся при этом противнику огромный урон в живой силе. Так, по неполным данным, полк тогда вывел из строя 4366 фашистов, в том числе 2945 в качестве безвозвратных потерь, а семерых пленил. Безвозвратные потери в рядах самих пограничников после Д[цензура]льцевской наступательной операции были уже сравнительно небольшими. Например, только в рядах среднего комначсостава, согласно Книге Памяти пограничных войск, сложило свои головы всего лишь на всего двое офицеров: 2 января пропал без вести начальник клуба полка воентехник 2 ранга Иван Петрович Рувинский, а 31 января был убит старший лейтенант Василий Иванович Шувалов (должность неизвестна).
В январе 1942 года 95-й погранполк лишился статуса «полка особого назначения». Дело в том, что прежняя организационная структура в силу своей громоздкости не прошла испытаний боевой обстановкой, а потому потребовала оперативного реформирования в сторону уменьшения количества боевых подразделений.
Новое штатное расписание оказалось более удачным, поскольку практически не изменялось потом вплоть до вывода полка из состава войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии: три стрелковых батальона по пять линейных застав и одной резервной в каждой плюс собственный в каждом из них контрразведывательный аппарат (всего в батальоне - 370 штыков), манёвренная группа (148 человек), противотанковый взвод (два 45-мм орудия), а также подразделения боевого обеспечения и тыла: всего - 1396 человек по штату.
sobkor
Предлагаю вниманию заинтересованных лиц третью часть своего очерка о 95-м пограничном Кёнигсбергском ордена Ленина и Красной Звезды пограничном отряде Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области. Она посвящена участию данной в/ч в обороне Керчи и битве за Кавказ.
Юрий РЖЕВЦЕВ

1 марта 1942 года 95-й погранполк сдал занимаемый участок обороны пехотным частям и сосредоточился в оперативном тылу Южного фронта. «Полк был выведен из боя на переформирование и все подразделения стянули в район посёлка Чернухино, а затем передислоцировали в Ворошиловград, – указал в своих послевоенных воспоминаниях бывший начштаба 95-го погранполка полковник в отставке Николай Петрович Строителев. –Пробыли мы там несколько дней. По сути, не успели, как следует оглядеться, а тут директива ГКО перебросить нас в город Керчь для охраны тыла Крымского фронта».
29 марта 1942 года, совершив марш по маршруту: посёлок Чернухино (Луганская область) – город Азов (Ростовская область) – город Ейск (Краснодарский край) – город Керчь (Крымская АССР), - 95-й погранполк в количестве 1282 штыков прибыл в распоряжение руководства Управления войск НКВД СССР по охране тыла Крымского фронта.
Полученная на новом месте задача: 1-му стрелковому батальону обеспечивать безопасность войскового тыла 44-й, 2-му – 47-й и 3-му – 51-й армий. Место дислокации штаба полка – город Керчь.
Первым в бой с перешедшими в 6.00 8 мая 1942 года в решительное наступление войсками противника выпало вступить 1-му батальону: вечером 8 мая в районе населённого пункта Сейтджеут, оказавшись впереди боевых порядков 44-й армии, его бойцы дали отпор немецким автоматчикам, а затем вместе с частями Красной Армии прочно обороняли занимаемый рубеж: до вечера 10 мая – участок «Чалтемир – Сырылар», а до исхода 16 мая – район, прилегающий к населённому пункту Баксы.
Как следует из докладной записки заместителя наркома внутренних дел СССР генерала А.Н. Аполлонова от июня 1942 года, «в последующие дни с развитием наступления противника части [речь идёт о 26-м и 95-м погранполках] занимали новые рубежи по плану… А, начиная с 14 мая, были втянуты в тяжёлые оборонительные бои с основными силами противника».
2-й батальон принял боевое крещение около 13.00 15 мая у высоты 154,4: отразил атаку 30 немецких танков. Однако уже к вечеру, когда 4-я и 5-я погранзаставы почти полностью погибли под гусеницами двадцати прорвавшихся с третьей попытки на их позиции немецких танков, был вынужден отойти в сторону Керченского пролива.
3-й батальон принял первый для себя на крымской земле бой ближе к вечеру 13 мая у пристани Дуранте.
«В боях за Керчь 95-й пограничный полк (без 3-го батальона) уничтожил в общей сложности десять немецких танков, бронемашину, два тягача, девять автомашин, истребил более 450 гитлеровцев», - это данные привёл в своём военно-историческом очёрке «Легендарная оборона», опубликованном в книге «На страже советского государства» (М., 1975, с.108), ветеран внутренних и пограничных войск, бывший заместитель министра внутренних дел Эстонской ССР полковник в отставке В.Ф. Шевченко.
А это уже данные из архивного документа фронтовой поры – Доклада начальника войск НКВД СССР по охране тыла Северо-Кавказского фронта генерал-майора Н.С. Киселёва в политотдел войск НКВД СССР от 6 июня 1942 года: «Все полки войск НКВД, а в особенности 26 полк НКВД, 26 Краснознамённый погранполк, 95 погранполк, а также 276 полк НКВД дрались и вели себя хорошо…
Задачи, которые возлагались на войска НКВД высшим командованием, были выполнены с честью.
Части НКВД, в течение продолжительного времени ведя ожесточённые бои, не только сдерживали противника, но и наносили ему чувствительный урон в технике и истреблении живой силы его.
Так, за период с 8.5 по 19.5 войсками НКВД на Керченском полуострове нанесены противнику следующие потери: …95 пп: сбито самолётов – 8; подбито и сожжено танков – 12; уничтожено бронемашин - 1, тягачей - 2, пехоты – 770…».
«Утром 14 мая 1941 года, - указывает в рукописи своих воспоминаний бывший начштаба 95-го погранполка полковник в отставке Н.П. Строителев, - штаб и службы полка отошли в район завода им. Войкова, а миномётная рота - на высоту, что севернее завода… Днём перед фронтом миномётной роты появились лёгкие танки противника. Миномётчики немедленно открыли огонь. И всё же несколько танков ворвались на позиции роты и стали давить огневые точки миномётчиков. Командир полка Фадеев и я находились в это время на КП полка и всю эту картину видели своими глазами.
…Однако ни один миномётчик не покинул поля боя. Положение критическое. Но тут на наше счастье появилась «катюша», которая следовала в сторону Керченского пролива… Танки сгорели в этом огненном смерче, как солома…
Обстановка накалялась. К 15 мая мы уже не имели никаких соседей – остались в одиночестве. Связь со штабами фронта и наших войск отсутствовала. Да и место расположение этих штабов мы не знали. Командование 95-го полка приняло решение отойти к проливу и попытаться с оставшимися подразделениями переправиться на Большую землю. Сборным пунктом был назначен район маяка Эникам.
Вместе с начальником связи полка да ещё со своим ординарцем, шофёром и работником службы снабжения я остался на КП, чтобы уничтожить архивные и другие документы полка, а также имущество, которое невозможно было эвакуировать. Всё бы хорошо, но при следовании к проливу я был тяжело ранен и к маяку Эникам прибыл, когда никого из нашего полка уже не было. Но именно в этот критический момент произошла моя встреча с заместителем наркома внутренних дел Серовым. Позднее я узнал, что командование полка, политотдел, все службы и некоторые подразделения, достигнув маяка, сразу погрузились на прибывший в то время катер. Перебравшись на кубанскую землю, они в тот же день прибыли в Темрюк. Подразделения, не успевшие перебраться с первой группой, переправлялись в последующие дни на случайных судах, а то и просто на чём придётся. Скажем, командир 1-го батальона Курбатов добрался туда на телеге».
При эвакуации остатков полка через Керченский пролив на Кубань героический поступок, во многом равный подвигу, совершили военный водитель Фёдор Виташенков и трое солдат-пограничников, чьи фамилии остались неизвестными: они, выполняя приказ командира автотранспортного взвода старшего лейтенанта П.А. Чипахина (впоследствии – начальник автослужбы 95-го Правдинского пограничного ордена Ленина погранотряда Управления пограничных войск МВД-МГБ Литовского округа, майор), спасли секретную документацию политотдела полка, переправив её под вражеским обстрелом на кубанский берег в легковом автомобиле, предварительно установленном на плот, который в свою очередь собственноручно построили из найденных на берегу бревён и четырёх пустых бочек.
По данным командования войск НКВД СССР по охране тыла Крымского фронта, безвозвратные потери 95-го пограничного полка войск НКВД СССР в ходе постигшего Крымский фронт разгрома составили на 23 мая 1942 года убитыми и пропавшими без вести 877 человек. В частности, в этих скорбных списках среди прочих значатся: заместитель партбюро полка батальонный комиссар Ф.П. Берцулевич, начхим полка капитан А.Н. Салманов, легендарный комбат-3 майор А.А. Валькевич и его боевой друг и соратник военком того же батальона батальонный комиссар М.М. Зинченко, редактор многотиражной газеты полка младший политрук И.Ф. Кроха, адъютант старший стрелкового батальона старший лейтенант А.Л. Давиденко, делопроизводитель штаба части техник-интендант 2 ранга И.Н. Андреев, командир роты старший лейтенант В.К. Шаманский и многие, многие другие…
Однако, как выяснилось уже после войны, далеко не все из числа пропавших без вести погибли в рядах однополчан. Так, кто-то попал в плен, кто-то пополнил ряды Аджимушкайского подземного гарнизона, а отдельные из окруженцев, в том числе и сын 95-го погранполка Гриша Козюберда «растворились» среди местного населения и, таким образом дождавшись прихода Красной Армии, продолжили затем вооружённую борьбу с фашизмом. Вот документальное свидетельство на сей счёт бывшего заместителя командира 95-го погранполка по разведке офицера в отставке А.И. Хорина: «Некоторое время спустя на этой земле, где сражался батальон капитана Валькевича [речь о 3-м стрелковом батальоне], с боями вновь прошёл наш полк. И здесь к нам присоединились пограничники, которые остались на поле боя тяжело раненными и которых спрятали и выходили местные жители. Они рассказали о героической гибели комбата Валькевича, о гибели батальона».
Что же касается 10-летнего Гриши Козюберды, то после освобождения Крыма он стал воспитанником 36-й бригады железнодорожных войск.
Лето 1942-конец 1943 гг. – участие 95-го пограничного полка войск НКВД СССР в битве за Кавказ. Основные силы части при этом сражались в районе города Армавира Краснодарского края. В частности, 2-й стрелковый батальон полка в количестве 500 штыков в течение мая 1943 года вёл боевые действия в составе 1-й отдельной стрелковой дивизии войск НКВД СССР 56-й армии Северо-Кавказского фронта: на Кубанском плацдарме по прорыву 1-й и 2-й оборонительных линий оборонительного пояса противника «Голубая линия». Так, 2 мая 1943 года личный состав данного батальона, проявив при этом массовый героизм (за это впоследствии - отдельная благодарность от командующего фронтом), в составе других подразделений и частей дивизии овладел станицей Крымская (ныне – город Крымск) Краснодарского края, превращённой противником в непреступную крепость.
Как свидетельствуют документальные источники, перед боем за станицу Крымская комсорг 2-го стрелкового батальона Короленко провёл заседание бюро ВЛКСМ с повесткой дня: «Задачи комсомольцев в наступлении», а уже члены данного бюро Патлатенко, Сергеев и Филиппов - беседы с молодыми воинами о боевых традициях части и её героях.
Бой за Крымскую длился семнадцать часов. Военнослужащие 2-го батальона проявили в ходе него массовый героизм. Так, члены бюро ВЛКСМ Покорытов и Трушковский, комсорг заставы Ершов добровольно вошли в состав штурмовой группы. Они, увлекая за собой других бойцов, первыми врывались во вражеские траншеи, где в упор расстреливали пытавшихся оказать вооружённое сопротивление гитлеровцев.
Командир отделения сержант-коммунист Василий Михайлович Рытов, действуя во главе пулемётного расчёта, уничтожил две огневые точки и 35 человек живой силы противника. Кроме того, он лично сбил из пулемёта вражеский самолёт.
Две огневые точки и двадцать фашистов уничтожил командир стрелкового взвода сержант-коммунист Пётр Никитович Серов. На его лицевом счету и два захваченных в бою за Крымскую крупнокалиберных пулемёта.
Комсомолец Ремизанцев меткими пулемётными очередями подавил две огневые точки противника, чем дал возможность своему подразделению успешно продвинуться вперёд.
Семь фашистов истребил в штыковой атаке комсомолец Самарин, а тридцать девять на высоте Безымянная - коллективно отделение комсомольца Немцова.
Победителем в рукопашной схватке сразу с шестью напавшими на него гитлеровцами вышел комсомолец Могильский.
Комсомолец Шахрай огнём из винтовки одним за другим уничтожил всю прислугу 45-мм пушки, а затем беспрепятственно захватил это самое орудие в качестве трофея.
Отлично показали себя в тех жестоких схватках и многие другие воины и, в том числе, комсомольцы Бойков, Земзулин, Лепатов, Удегов.
Свыше шестидесяти наиболее отличившихся в ходе той майской наступательной операции военнослужащих 2-го стрелкового батальона были удостоены от командования фронта боевых наград. В том числе сержант В.М. Рытов – сразу двух орденов – Отечественной войны 2-й степени и Красной Звезды, а сержант П.Н. Серов – ордена Красной Звезды и медали «За отвагу».
21 марта 1943 года 95-му пограничному полку войск НКВД СССР от имени Президиума Верховного Совета СССР было вручено Боевое Красное Знамя и Грамота Президиума Верховного Совету СССР к нему. Церемонию вручения провёл лично полковник Сергей Максимович Фадеев, бывший командир полка, а теперь уже начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла Северо-Кавказского фронта.
Текст Грамоты Президиума Верховного Совета СССР гласил: «Президиум Верховного Совета СССР постановил – вручить Красное Знамя пограничному полку НКВД, как символ воинской доблести и славы, как напоминание каждому из бойцов и командиров части об их священном долге – преданно служить Советской Родине, защищать её мужественно и умело, отстаивать от врага каждую пять родной земли, не щадя своей крови и самой жизни».
14 апреля 1943 года – ещё одна особая дата в исторической летописи современной в/ч 2297. Именно в этот день часть стала орденоносной. Предыстория же такова: в апреле 1942 года 95-й пограничный полк войск НКВД СССР был представлен к награждению орденом Красного Знамени, однако Комиссия по рассмотрению представлений к наградам по войскам НКВД СССР в составе заместителей наркома внутренних дел комиссара госбезопасности 2 ранга И.А. Серова и генерал-майора А.Н.Аполлонова, начальника секретариата НКВД СССР старшего майора госбезопасности С.С. Мамулова, начальника политуправления войск НКВД СССР дивизионного комиссара П.Н. Мироненко вынесло иное решение: «К ордену Ленина»! (ЦПА ФСБ России: ф. 14, оп. 10, ед. хр. 195, л. 9.) По каким-то причинам, однако, реализация данного представления задержалось ровно на год - Указ о награждении полка орденом Ленина был издан Президиумом Верховного Совета СССР только 14 апреля 1943 года. Формулировка – «За отличия в боях за Донбасс, в предгорьях Кавказа и на Керченском полуострове, образцовое выполнение заданий командования». С этого времени данная дата – ежегодно празднуемый День части.
В феврале 1944 года 95-й погранполк в силу спущенного сверху приказа в составе специально для этого созданной группировки войск НКВД СССР принял участие в выполнении правительственного задания по депортации коренного населения Чечено-Ингушской АССР в Казахстан. Здесь полк не досчитался в своих рядах старшины одной из пограничных застав Василия Васильевича Дергачёва. Последний погиб при исполнении служебного долга в конце февраля и был похоронен однополчанами на городском кладбище Грозного в могиле № 30721.
Затем – вновь в составе действующей армии: согласно архивным документам, с 15 марта 1944 года в Крыму, в полосе ответственности 4-го Украинского фронта, «осуществлял охрану тылов Отдельной Приморской армии, непрерывно производил очистку прифронтового тыла от враждебного элемента, одновременно производил очистку населённых пунктов, ранее освобождённых от противника».
При выполнении этой ответственной боевой работы, согласно Книге Памяти пограничных войск, погибли: 9 апреля – наводчик противотанкового ружья ефрейтор Иван Захарович Мадык; 15 апреля на западной окраине местечка Дуранте Маяксалынского района - командир отделения старший сержант Борис Григорьевич Анастасиев, а у села Узундар - красноармеец-стрелок Григорий Андреевич Галушкин; 24 апреля – начальник инженерной службы полка капитан Филипп Данилович Пластун.
27 апреля 1944 года на основании изданного в этот день наркомом внутренних дел СССР соответствующего приказа 95-й пограничный ордена Ленина полк был передан из состава войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии обратно в состав пограничных войск НКВД СССР с одновременным переподчинением начальнику Управления пограничных войск НКВД Украинского округа. А на основании распоряжения начальника Главного управления пограничных войск НКВД СССР и изданного в его во исполнение приказа № 009 от 29 мая 1944 года начальника Управления пограничных войск НКВД Украинского округа 95-й пограничный ордена Ленина полк был переформирован в одноимённый пограничный отряд.
Новое штатное расписание: управление; пограничных комендатур - 5; линейных застав – 20, а резервных – 5; манёвренная группа; КПП - 4. Условный номер – «в/ч 2115».
Смена статуса мало что изменила в череде боевых будней военнослужащих части. Последние по-прежнему были на переднем крае борьбы со шпионажем и бандитизмом, а это, увы, приводило к неминуемым безвозвратным потерям в их рядах. В частности, в мае пропал без вести красноармеец-стрелок Фёдор Сафронович Лось; 28 июня 1944 года в селе Байдары Балаклавского района при исполнении служебного долга погиб старший фельдшер полка офицер медицинской службы Иван Прокофьевич Давиденко; 5 июля в районе Симферополя был убит красноармеец Михаил Петрович Коноваленко, а на следующий день и там же – капитан Иван Афанасьевич Локтионов (должность обоих неизвестна; но оба похоронены на Армяно-Георгиевском кладбище столицы Крыма); 8 июля 1944 года в одном из военных госпиталей Симферополя от полученных ранений скончался 41-летний майор-политработник Фёдор Иванович Шилин; 21 июля (но где, неизвестно), находясь на боевом посту, погибли помощник начальника одного из отделов штаба части старший лейтенант Николай Владимирович Крижиминский и ефрейтор Иван Васильевич Усатый (должность неизвестна).
Nick
Уважаемый sobkor! В Вашем материале от 27 2005, 04:19 PM, как мне кажется, имеется опечатка

"Неравный бой продолжался здесь в полном окружении вплоть до 31 августа. В ходе него сложили свои головы несколько десятков пограничников и, в том числе, секретарь бюро ВЛКСМ части замполитрука Владимир Владимирович Гинжул (убит 30 июля), начальники пограничных застав лейтенанты Алексей Васильевич Алексеев (пропал без вести 30 июля 1941 года) и Александр Дмитриевич Дресвянкин (убит 30 июля)."

Возможно дата 31 августа в первой строке приведенного абзаца указана ошибочно вместо 31 июля.

С глубоким уважением, Ник
sobkor
Nick, спасибо за замечание. Исправление в текст уже внёс.
Банальная описка, вызванная, увы, не менее банальной невнимательностью...
sobkor
Предлагаю вниманию заинтересованных лиц четвёртую часть своего очерка о 95-м пограничном Кёнигсбергском ордена Ленина и Красной Звезды пограничном отряде Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области. Она посвящена участию данной в/ч в ликвидации бандитизма на территории бывшей Литовской ССР.
Юрий РЖЕВЦЕВ

27 июля 1944 года на основании изданного в этот день наркомом внутренних дел СССР приказа № 00895 95-й погранотряд был передан в состав Управления пограничных войск НКВД Литовского округа.
Местом погрузки в эшелоны стала крымская станция Сюрень, а местом выгрузки (5 августа 1944 года) и первой дислокации в новом районе оперирования – литовская станция Палемонас.
12 августа 1944 года отряд на правах резерва командования Управления пограничных войск НКВД Литовского округа был передислоцирован в местечко Янковщизна, а 21 августа – в приграничный к Гродненской области Белоруссии литовский город Эйшишкес, где, оставаясь до 15 октября 1944 года, проводил в окрестных лесах чекистско-войсковые операции против орудовавших в округе банд.
При этом в качестве основных его военнослужащими применялись следующие виды нарядов: организация на важнейших транспортных коммуникациях и в населённых пунктах работы контрольно-пропускных пунктов; организация заслонов на участках, где в силу складывающейся оперативной обстановке сохранялся риск возникновения неорганизованного передвижения войск и гражданского населения; организация несения службы пограничниками в составе разведывательно-поисковых групп и секретов, а также в засадах, выставленных на путях вероятного передвижения бандгрупп и диверсантов; взятие под охрану специально снаряженными караулами расположенных в прифронтовой полосе стратегически важных военных объектов; патрулирование территории железнодорожных станций и местности, вплотную прилегающей к другим не менее важным объектам.
Так, 24 августа 1944 года наряд КПП, возглавляемый лейтенантом Масловым, на развилке дорог Подботе – Рудники разоблачил и при попытке оказать вооружённое сопротивление обезвредил следовавшего в крестьянской повозке под видом мирного обывателя командующего всеми местными бандформированиями - бывшего офицера панской Польши (дослужился там до чина майора) по фамилии Валицкий. В ходе обыска у задержанного были изъяты пистолет иностранного производства с солидным боекомплектом плюс компас и топографическая карта местности.
11 сентября 1944 года группа военнослужащих хозяйственного взвода в составе красноармейцев Дмитриева (старший), Расчупкина и Чернецкого, находясь в командировке по заготовке сена, случайно узнала от жителя хутора Мельдьяны Петрочайтиса о том, что данный хутор накануне ночью подвергся разбойному нападению бандгруппы из четырёх человек и что бандиты, видимо, подсчитавая добычу, в настоящий момент укрылась в одной из бань, стоящих на окраине хутора.
Красноармеец Дмитриев на правах старшего принял решение наказать бандитов. Пограничникам удалось незаметно подобраться к самой бане. Приказав красноармейцам Расчупкину и Чернецкому в случае необходимости прикрыть его огнём, Дмитриев вышел из-за укрытия и громким голосом потребовал от бандитов сдаться на милость победителя, в противно случае те будут уничтожены. Банда вышла из дверей бани с высоко поднятыми над головой руками. Однако эта была уловка, для меньшего риска бандиты задумали скрыться уже в ходе конвоирования: по дороге один из них внезапно выхватил тщательно спрятанный на теле пистолет и открыл стрельбу по конвою. Однако реакция красноармейца Дмитриева и его боевых побратимов была более чем молниеносной: тут же ответили плотным прицельным огнём. В результате двое бандитов были ранены, а двое других, не пожелавших и дальше испытывать судьбу, застыли на месте как вкопанные, не забыв при этом покорно задрать руки к небу. Пистолет у стрелявшего был изъят. Он стал шестым по счёту трофеем пограничников после отобранных у бандитов ещё у порога бани двух автоматов, двух винтовок и ножа армейского образца.
Безвозвратные потери тех дней: 31 августа погиб красноармеец-кавалерист Василий Дмитриевич Бабкин, а 1 или 2 октября (точно неизвестно) – красноармеец-стрелок Батрбек (Батербек) Костикович (Констикович) Баицов (Бицоев).
17 октября 1944 года на основании изданного двумя днями раньше начальником войск округа приказа № 01128 95-й пограничный ордена Ленина отряд войск НКВД СССР впервые после начала Великой Отечественной войны приступил к охране Государственной границы СССР.
Вверенный тогда под охрану участок – только что освобождённое советскими войсками порубежье с Мемельской областью Восточной Пруссией по линии прежней границы Литовской ССР с Германией. Выдвинувшиеся сюда подразделения, расположились:
- штаб полка и на правах резервной 3-я погранкомендатура - город Таураге;
- 1-я погранкомендатура - посёлок Вайнуты;
- 2-я погранкомендатура - посёлок Аукштупе;
- 4-я погранкомендатура - посёлок Эйш;
- 5-я погранкомендатура - посёлок Юрбург.
Служебные наряды едва ли не ежедневно вступали в бой с мелкими группами фашистов-недобитков и диверсантами. Это приводило к неминуемым потерям в рядах «зелёных фуражек». В частности, 18 октября погиб красноармеец-сапёр Алексей Данилович Свиридов, 24 или 25 октября (точно неизвестно) – другой сапёр – красноармеец Степан Егорович Голованов (Галаванов), а 26 октября - красноармеец Ашраф Салиев (должность неизвестна).
Приблизительно в этот же период в схватке с гитлеровцами, которая произошла уже на территории Восточной Пруссии, сложил свою голову лейтенант Алексей Васильевич Курунов.
Однако уже меньше чем через месяц, 16 ноября 1944 года, начальник отряда издал приказ (№ 0031) об отводе 1-й, 2-й, 4-й и 5-й комендатур в восточном направлении за линию армейских тылов. Дело в том, что наступление 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусских фронтов в направлении на Тильзит (ныне – Советск) гитлеровцами было к концу октября остановлено на подступах к Неману. Ещё вчера стремительно наступавшие советские войска перешли к обороне. В результате подразделения девяносто пятого пограничного орденоносного оказались в боевых порядках соединений и частей 2-й гвардейской, 39-й и 43-й общевойсковых армий.
17 ноября 1944-24 января 1945 гг. - отряд совместно с другими частями пограничных и внутренних войск участвует в чекистско-войсковых операциях против бандформирований, окопавшихся в Паневежском районе Литвы. В частности, в декабре сорок пятого он в течение двенадцати суток вёл здесь боевые действия в составе сводного боевого отряда (23-й и 95-й погранотряды, 137-й и 261-й стрелковые полки внутренних войск), возглавляемого лично начальником Управления пограничных войск НКВД Литовского округа генерал-майором М.С. Бычковским. В результате разгромленными оказались пятнадцать бандгрупп. Всего в ходе данной операции были уничтожены 284 бандита, а 800 захвачены и переданы затем в руки правосудия. Вот некоторые эпизоды, которые донесли до нас архивные документы.
В ночь с 28 на 29 декабря 1944 года в результате слаженных совместных действий двух разведывательно-поисковых групп (старших лейтенантов Волкова и Шевченко) в лесу, расположенном в 2 км северо-западнее деревни Ропиды Паневежского уезда была обезврежена совсем недавно заброшенная гитлеровским командованием в наш тыл диверсионно-разведывательная группа из одиннадцати человек. На след диверсантов удалось выйти накануне, благодаря показаниям захваченного в плен радиста этой самой группы.
К 20.00 подчинённые старших лейтенантов Волкова и Шевченко выявили и окружили землянку фашистов.
Стремясь избежать не нужных потерь с обеих сторон, старший лейтенант Волков в сопровождении трёх пограничников и пленного немца-радиста, в полный рост двинулся вперёд. Остановившись у дверей землянки на расстоянии броска гранаты, он через немца-радиста, выполнявшего теперь роль переводчика, потребовал от диверсантов сложить оружие. Однако в ответ прозвучал залп, а потом полетели гранаты. При этом сам старший лейтенант Волков и двое из троих сопровождавших его бойцов – Свиридов и Иванов – получили осколочные ранения.
Если враг не сдаётся – его уничтожают: заранее изготовившиеся к бою, старший лейтенант Шевченко и бойцы Титов и Храмцов скрытно подползли к землянке и прицельно метнули в её амбразуры по гранате.
Однако и это не отрезвило фашистов: выскочив через двери наружу, пятеро, очевидно, самых отчаянных кинулись на пограничников в рукопашную. Один из них даже сумел схватить вставшего на его пути старшего лейтенанта Скромчедашвили за горло. На выручку офицеру немедленно пришёл красноармеец Храмцов. Выстрелом, сделанным в спину врагу, он убил того наповал. Ещё троих диверсантов сразил наповал старшина Компаниец, а пятого, последнего, уже в ходе преследования, - смертельно раненный осколками брошенной тем гранаты красноармеец Ю.Г. Дунаев.
Пока группа оцепления расправлялась с пятёркой пошедшей на прорыв, краснормейцы Титов и Храмцов, вновь ползком подобравшись к землянке, бросили во внутрь несколько гранат, после чего выстрелом из ракетницы в проём двери подожгли её. В результате нашли свою смерть остальные семеро не пожелавших сложить оружие фашистов.
К сожалению, с нашей стороны помимо вскоре скончавшегося от ран красноармейца Юрия Григорьевича Дунаева была ещё одна безвозвратная потеря – вражеская пуля пробила сердце красноармейца Григория Семёновича Герасименко.
За мужество и героизм, проявленные в бою по ликвидации данной диверсионно-разведывательной группы врага, ордена Красной Звезды были удостоены старшие лейтенанты Волков и Шевченко, а медали «За боевые заслуги» - старшина Компаниец и красноармейцы Ю.Г. Дунаев (посмертно), Титов и Храмцов.
9 января 1945 года в ходе одиннадцатичасового боя с настигнутой в Скопишском лесу (ныне территория Мариямпольского района Литвы) бандой численностью в семьдесят человек совершил свой бессмертный подвиг помощник начальника политотдела 95-го пограничного ордена Ленина отряда войск НКВД СССР Управления пограничных войск НКВД Литовского округа по комсомольской работе лейтенант Николай Титович Столяров (1919-1945).
Как следует из архивных документов, лейтенант Н.Т. Столяров во главе боевой группы из пяти человек нанёс смелый удар в центр полевого лагеря бандитов, чем привёл последних в замешательство. Это же одновременно позволило двум другим боевым группам – офицеров Кутузова и Лапицкого - нанести неожиданные фланговые удары.
«Лейтенант Столяров всё время был впереди, выстрелами из пистолета убил лично сам двух бандитов.
Целью дальнейшего боя лейтенант Столяров поставил: прорваться к бункеру, откуда вели огонь бандиты из двух пулемётов, и уничтожить их. В этот момент лейтенант Столяров был убит. Задача, поставленная им бойцам своей группы, была достигнута – бандиты-пулемётчики были убиты».
Некоторые обстоятельства героической гибели лейтенанта Н.Т. Столярова изложены и в статье начальника Управления пограничных войск НКВД Литовского округа генерал-майора М.С. Бычковского «Боевые задачи пограничников», опубликованной в красноармейской газете Управления пограничных войск НКВД Литовского округа «Пограничник Литвы» (№ 1 от 15 февраля 1945 года, стр. 2): «Беззаветная преданность народу, верность сталинским указаниям, высокий моральный дух и боевое мастерство – вот что прежде всего характеризует боевую деятельность пограничников советской Литвы… До последней капли крови дрались с фашистскими разбойниками лейтенант Столяров и ефрейтор Павел Бадулин, которых вражеские пули сразили в тот момент, когда они приготовились к метанию очередных гранат. Честь и слава героям-пограничникам, память о которых мы сохраним всегда».
Помимо лейтенанта Н.Т. Столярова, красноармейцев Г.С. Герасименко и Ю.Г. Дунаева в ходе контртеррористических операций ноября 1944-января 1945 года также погибли: 28 ноября - красноармейцы И.Д. Иглин и И.Д. Целин; 11 декабря - заместитель командира отделения красноармеец Д.А. Хамраев; 12 декабря - комсорг 4-й пограничной комендатуры старшина Григорий Самойлович Кац; 14 декабря – красноармеец-пулемётчик С.Ф. Евсеев; 19 декабря – старший лейтенант Иван Фомич Бодренко (должность неизвестна); 22 декабря - красноармеец-связист Ф.М. Грязнов; 29 декабря - красноармейцы-стрелки; 8 января – красноармеец-кавалерист М.И. Плишкин; 9 января – стрелки ефрейтор И.И. Долгов и красноармеец В.Г. Ясаков; в январе 1945 года (но точная дата неизвестна) - Николай Васильевич Лемёшкин. Всего – трое офицеров и двенадцать солдат. Вечная им память и людская благодарность!
Всего, по воспоминаниям ветеранов полка, в период с августа 1944 года по 20 января 1945 года воинами девяносто пятого орденоносного в приграничье с Восточной Пруссией было выявлено, задержано и передано в руки советского правосудия 9061 человек из числа преступных элементов, в том числе 248 активных членов незаконных вооружённых формирований, 167 пытавшихся вырваться из окружения военнослужащих вермахта и, наконец, 128 засланных в наш тыл с диверсионно-террористической миссией агентов немецкой разведки.
24 января 1945 года девяносто пятый пограничный орденоносный на основании приказа начальника Управления пограничных войск НКВД Литовского округа генерал-майора М.С. Бычковского № 03027 от 22 января 1945 года сосредоточился в приграничном к Восточной Пруссии литовском городе Таураге, чтобы вновь приступить к охране Государственной границы СССР. Однако к охране, специально уточним, теперь уже не советско-германской границы, а литовско-германской, демаркированной по договору между Литвой и Германией от 1928 года, то есть по западному рубежу (река Неман) освобождённой из-под нацистской оккупации Клайпедской области!
Первые наряды на охрану новой границы вышли 12 февраля 1945 года. К этому времени подразделения 95-го погранотряда уже располагались:
- штаб и 3-я погранкомендатура (впоследствии была расформирована) – город Таураге;
- 1-я погранкомендатура – восточнопрусский город Шиббен (ныне – литовский посёлок Гайдяляй);
- 2-я погранкомендатура – восточнопрусский посёлок Штонишкен (ныне – литовский Стонишкяй);
- 4-я погранкомендатура – восточнопрусский город Погеген (ныне – литовский Пагегяй Шилутского района);
- 5-я погранкомендатура – восточнопрусский посёлок Вишвилль (ныне – литовский Вешвиле).
Взятый тогда под охрану участок протянулся по правому берегу реки Неман от залива Куришес-Хафф (ныне – Куршский залив) до восточнопрусского населённого пункта Аугстогаллен (ныне – литовский Смалининкай), то есть фактически по всему руслу Немана вдоль линии границы современной Литовской Республики с современной Калининградской областью.
Как свидетельствуют архивные документы, регулярно «на участке отряда появлялись одиночки и мелкие группы немецких солдат и офицеров из разгромленной Либавской группировки, пытавшиеся пробраться в Германию через государственную границу. Многие из них были вооружены и оказывали вооружённое сопротивление пограннарядам при задержании».
Так, в 8.00 30 мая 1945 года пограничный наряд в составе сержанта Петрова и красноармейца Иванова заметил двух неизвестных скрытно пробиравшихся в сторону Восточной Пруссии. О появлении нарушителей был оперативно поставлен в известность начальник заставы лейтенант Горнаков, который тут же по горячему следу отправил тревожную группу в составе красноармейцев Зубарева (старший) Смирнова и Ферапонтова.
В 8.45 на северной опушке отдельно стоящей рощицы неизвестные были настигнуты и в ходе короткой перестрелки уничтожены ответным автоматным огнём. У убитых были обнаружены и на правах вещдоков изъяты два боевых пистолета производства Германии с боекомплектом в восемьдесят патронов, личные документы военнослужащих вермахта, компас и топографическая карта.
Сразу два боестолкновения с нарушителями государственной границы СССР воины части имели 4 июня.
Первое из них произошло на участке, где нёс службу наряд, возглавляемый старшиной Токмаком. Последний и двое его подчинённых – красноармейцы Алёхин и Чилая – выявили тогда двоих унтер-офицеров вермахта, которые также, сверяя путь по топографической карте, лесами пробирались из Курляндии в Восточную Пруссию.
При приближении пограничников, немцы, заняв огневую позицию в развалинах бывшего хутора, пустили в ход пистолеты и прицельными выстрелами с дальней дистанции сумели ранить красноармейца Алёхина. Однако ответным автоматным огнём оба были убиты.
Участники второго боестолкновения – ефрейтор Рублёв и красноармеец Потапов. Они встали тогда на пути двух вооружённых нарушителей госграницы, которые, напротив, держали путь из Восточной Пруссии вглубь советской территории. В ходе короткой схватки, которая произошла после трёхкилометровой погони, один неизвестный был убит вышедшим наперерез красноармейцем Потаповым, а второй захвачен живым.
Одновременно пограничники девяносто пятого орденоносного принимали участие в борьбе с бандитизмом, в том числе и в разгроме диверсионно-разведывательных групп гитлеровцев, которые, говоря языком архивного документа, «по заданию Абвера совершали террористические акты против советского и партийного актива. Срывали мероприятия партии и советского правительства, направленные на восстановление народного хозяйства территории, освобождённой от немецкой оккупации».
Ход одной из таких чекистско-войсковых операций был, в частности, подробно описан в 32-м номере от 14 июня 1945 года газеты Управления пограничных войск НКВД Литовского округа «Пограничник Литвы»: «...Первой вступила в бой группа пограничников лейтенанта Естюшева. Он заметил заслон банды в составе 3-х человек и сам лично, автоматной очередью уничтожил их.
Бой разгорелся быстро. Стычка лейтенанта Естюшева с заслоном банды явилась сигналом для главного отряда банды, которая располагалась в землянках, в нескольких стах метров от выставленного заслона. Банда быстро заняла оборону и подготовилась к бою. В тактическом отношении она была в наиболее выгодном положении. Бандиты засели в 4-х бункерах, расположенных друг от друга в радиусе 250 метров. Вокруг всех бункеров бандиты отрыли окопы, соединили их ходами сообщения. Бункеры находились на возвышенности, в густом лесу, имели хороший обзор и круговой обстрел на подступах к землянкам. Совершенно другое положение занимала комендатура - она наступала из лощины. Густой лес и кустарник ограничивали обзор и обстрел, кроме того, банда заранее знала и была осведомлена о действиях комендатуры и подготовилась к обороне. Бандой командовал литовский националист в звании капитана, инженерные сооружения строили под руководством немецкого офицера. Бой быстро принял ожесточённый характер. Благодаря смелым и решительным действиям начальника заставы лейтенанта Заикина, младшего лейтенанта Тюрина и старшего лейтенанта Сетниченко, благодаря самоотверженности всего личного состава, комендатуре удалось быстро зажать банду в клещи с трёх сторон. Однако банда, имея преимущество в тактическом отношении, всё усиливала огонь из винтовок, ручных пулемётов, автоматов, забрасывала личный состав гранатами, пустила в дело немецкие фаустпатроны.
Несмотря на сильный натиск личного состава, банда вела огонь организованно, по команде. Личный состав отчётливо слышал их голоса. Уже первые минуты боя показали, что бой с хорошо вооружённой и организованной бандой будет жарким. Было ясно, что в бункерах бандитов взять трудно. Командиры решили пойти на хитрость: начали подавать сигналы автомашины. Бандиты подумали, что прибыло большое подкрепление. В стане врага началась паника, в рядах наших подразделений - подъём и воодушевление.
В лесу загремело мощное русское «ура». Пограничники поднялись и пошли на штурм врага. Враг дрогнул, [начал] рассредоточиваться на мелкие группы, которые стали разбегаться по сторонам. Немногим пришлось уйти - мощный огонь пограничников наповал косил бандитов. Однако отдельным группам удалось выйти из окружения и занять следующие, заранее подготовленные окопы и вести по пограничникам огонь.
Решительно и смело пограничники преследовали врага. Одну группу преследовала застава лейтенанта Заикина. Густой лес ограничивал всякую видимость. Чувствуя своё превосходство, бандиты усиливали огонь. Бойцы один за другим докладывали об израсходовании боеприпасов. Лейтенант Заикин отдал приказ: «Ни шагу назад, экономить патроны, стрелять только по видимым целям, выбить противника из ближайшего окопа и пополнить боеприпасы за счёт противника».
Приказ командира был выполнен с точностью. Бойцы экономили каждый патрон, подбирались к противнику всё ближе и ближе, а затем по команде командира, решительным ударом выбросили противника из его окопов, пополнили боеприпасы.
Четыре пограничника во главе с мл. сержантом Сулимом, увлекшись преследованием банды, неожиданно оказались перед бункером врага. Из амбразур бандиты по ним открыли огонь из двух пулемётов. Вышел из строя раненый сержант Сулим, ранен в левую руку и живот пулеметчик Затонский, но продолжал вести огонь до последнего патрона. Но даже в такой обстановке пограничники не растерялись. Бойцы Назарцев и Апресян, отстреливаясь, отходили с ранеными, а рядовой Асатурян остался на месте и вёл огонь из винтовки, отвлекая часть огня противника на себя, облегчая отход товарищей. Когда раненый пулеметчик Затонский прекратил огонь из пулемёта, рядовой Асатурян метким выстрелом убил вражеского пулемётчика и, воспользовавшись замешательством врага, подполз к пулемёту и открыл огонь по врагам.
Мужество и отвагу проявил рядовой - ручной пулемётчик Ченин. Группа мл. лейтенанта Тюрина, в которой находился Ченин, преследовала и вела бой на левом фланге главного узла сопротивления банды. Специально устроенный лесной завал, который бандиты держали под прицельным огнём, мешал продвижению пограничников. Бандиты понимали это и продолжали отсиживаться в окопах. Пулемётчик Ченин решил задать бандитам «огонька». Рискуя жизнью, он подполз под завалом, заняв удобную позицию, и открыл сильный, внезапный огонь из пулемёта. Бандиты залегли. В это время младший лейтенант Тюрин поднял своих бойцов, поднялись и пошли на штурм окопов группы пограничников, действующие справа. Так, в результате разумной инициативы пулемётчика Ченина, его решительности и самоотверженности противник был уничтожен.
Свыше трёх часов вела бой комендатура с озверелым и обнаглевшим врагом. Личный состав проявлял исключительную стойкость, мужество и отвагу.
На поле боя оказалось 43 вражеских трупа, два бандита были взяты в плен, подобрано 3 ручных пулемета, 7 автоматов, 17 винтовок, два охотничьих ружья, 35 гранат, 10 фаустпатронов, около 10 тысяч разных патронов. В землянках врага обнаружен радиоприемник, контрреволюционные листовки, пишущая машинка и другие документы».
Всего, согласно Книге Памяти пограничных войск, в период с февраля по сентябрь сорок пятого в боестолкновениях с нарушителями госграницы и террористами из незаконных вооружённых формирований, действовавших в тот период на территории бывшей Литовской ССР, погибло в общей сложности девять военнослужащих 95-го погранотряда и один пропал без вести. Назовём их поименно: представители сержантского состава - помощник начальника службы материально-технического снабжения части старшина Николай Николаевич Веригин (27 мая, похоронен был на пограничном кладбище города Таураге), оружейный мастер сержант Николай Николаевич Ивлев (18 февраля), стрелок младший сержант Павел Иванович Бобылев (6 августа) и сапёр младший сержант Иван Григорьевич Филин (16 мая в районе бывшего восточнопрусского города Ноенфорда); солдаты - пулемётчик ефрейтор Саркис Мативосович Мерзоян (27 мая), красноармейцы – сапёр Александр Николаевич Ефремов (15 февраля, похоронен был в городском саду бывшего восточнопрусского города Шиббена), стрелки Ляпкин (12 февраля в Паневежском уезде), Селих Галимович Харасов (12 мая, похоронен был в литовском городе Казлу-Руда) и Михаил Васильевич Сушков (10 мая в литовском городе Каунасе).
Пропавший без вести - красноармеец Василий Фёдорович Богданов (в 1945 году, но где и когда неизвестно).
sobkor
Ниже - завершающая, пятая, часть моего очерка о 95-м пограничном Кёнигсбергском ордена Ленина и Красной Звезды пограничном отряде Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
В качестве иллюстрации, помимо архивного сника, – фоторепортаж бывшего военного журналиста Погранслужбы ФСБ России, а ныне (с лета нынешнего года) старшего мичмана запаса Михаила Урсула из военного городка 5-й пограничной заставы «Западное» (окрестности города Мамоново).
Юрий РЖЕВЦЕВ

«Калининградцами» в современном понимании этого слова воины 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина отряда войск НКВД СССР стали осенью сорок пятого: в соответствии с приказом начальника Литовского округа войск НКВД СССР № 04583 от 9 октября 1945 года 95-й погранотряд под командованием своего начальника полковника Скородумова совершил марш по маршруту: литовский город Пагегяй – восточнопрусский город Гердауен (ныне – посёлок Железнодорожный Правдинского района), после чего сосредоточился на территории современного Правдинского района Калининградской области:
- штаб – город Фридланд (ныне - Правдинск);
- 1-я погранкомендатура – город Домнау (ныне – посёлок Домново);
- 2-я погранкомендатура – посёлок Бёттхерсдорф (ныне – Севское);
- 3-я погранкомендатура – город Гердауен (ныне – посёлок Железнодорожный);
- 4-я погранкомендатура – город Норденбург (ныне – посёлок Крылово).
Всего по периметру - 60,45 километра.
12 октября 1945 года отряд, имея на стыках отряды: справа - 115-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды отряд (бывший одноимённый 31-й погранполк), а слева – 97-й пограничный, приступил на обозначенном выше участке к охране новой (по договору от 16 августа 1945 года) советско-польской границы.
В Исторической формуляре отряда в разделе «Участие в соц. строительстве» имеется запись: «За период с ноября по декабрь 1945 года в связи с отсутствием на участке советского населения работа с местным населением не проводилась».
16 января 1946 года отряд получил новое условное наименование – «в/ч 12652», а на 16 декабря того же года уже организационно состоял из штаба, шести пограничных комендатур, двадцати восьми погранзастав, шести застав боевого обеспечения и манёвренной группы.
1 января 1947 года участок госграницы протяжённостью 17,75 км, находившейся прежде в зоне ответственности 4-й погранкомендатуры, был передан под охрану 24-му пограничному Кёнигсбергскому ордена Красной Звезды отряду (бывший – одноимённый 115-й), в свою очередь 95-й орденоносный принял под охрану участок границы протяжённостью 70,2 км, который раньше находился в зоне ответственности накануне расформированного (но с переформированием в одноимённый 24-й) 115-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды отряда. В результате общая протяжённость границы в зоне ответственности 95-го погранотряда достигла 112 километров. Теперь стыки обеспечивали: справа - 23-й пограничный дважды Краснознамённый отряд, а слева другой орденоносный – 24-й…
В июле 1947 года отряду было присвоено нынешнее условное наименование – «в/ч 2297».
С 31 октября 1947 года коллектив физической культуры 95-го погранотряда вошёл в состав Калининградского «Динамо», при этом начальник отряда полковник Скородумов в этот же день был избран членом Областного совета ДСО «Динамо» при Управлениях МГБ и МГБ по Калининградской области.
13 ноября 1948 года пограничная застава отряда, дислоцирующаяся в городе Багратионовске, как передовая в войсках Литовского округа (но наряду с другими лучшими подразделениями ПВ Союза) была представлена Политуправлением пограничных войск МВД СССР для награждения Почётной грамотой ЦК ВЛКСМ. В данном документе, в частности, было сказано: «…Пограничная застава ордена Ленина пограничного отряда войск Литовского округа (секретарь комсомольской организации сержант Маслов).
На этой заставе воспитывался погибший в боях с немецкими захватчиками Герой Советского Союза заместитель политрука комсомолец Василий Утин. В период Великой Отечественной войны личный состав заставы проявил храбрость и мужество при прорыве вражеской обороны на Таманском полуострове, за что застава получила благодарность командования, а участники боёв были награждены орденами и медалями. В период 1944-1945 гг. застава участвовала в боях по ликвидации бандитизма в Литовской ССР.
В настоящее время застава охраняет важный участок государственной границы. Только за I полугодие 1948 г. личным составом задержано 4 вражеских лазутчика. В течение 1948 г. на заставе не было ни одного случая нарушения воинской дисциплины.
В достижениях заставы серьёзную роль играет комсомольская организация. Все комсомольцы служат примером для личного состава. 90 % комсомольцев несут службу старшими пограничных нарядов. Такие комсомольцы, как Жмаков, Баготовский, Молдабеков, Медведев, Назарцев, Тищенко, имеют по несколько задержаний нарушителей границы. Они изготовили 245 сигнальных приборов. За последние два года комсомольцы заставы имеют только хорошие и отличные показатели по службе, боевой и политической подготовке.
Комсомольская организация большое внимание уделяет культурно-массовой и физкультурно-спортивной работе, Например, в 1948 г. все комсомольцы сдали нормы комплекса ГТО I ступени».
В 1948-1951 годах в рядах личного состава 95-го пограничного ордена Ленина отряде войск МВД-МГБ СССР Управления пограничных войск МВД-МГБ Литовского округа срочную военную службу проходил будущий знатный калининградский труженик и Герой Социалистического Труда Валентин Александрович Смирнов (1930-1992): командир отделения, а затем старшины 7-й пограничной заставы (ныне – погранзастава «Широкое»), дислоцирующейся на территории Правдинского района. Совместно с однополчанами он в тот период неоднократно принимал участие в боестолкновениях с вооружёнными бандгруппами литовских националистов, пытавшихся с боем прорваться через Государственную границу на территорию Польши.
95-й погранотряд в первой половине 1950-х стал строкой в биографии и Героя Советского Союза офицера Петра Евтихиевича Гусакова: последняя его должность здесь на момент убытия в 1955 году к новому месту службы в Одессу - контролёр КПП «Багратионовск».
В период с 19 сентября 1952 года по 10 апреля 1953 в составе отряда «в связи с приёмом под охрану морского участка Государственной границы» на правах штатной структуры находился дивизион пограничных сторожевых кораблей 2-го разряда - всего 13 судов и 248 человек личного состава.
На основании приказа МВД СССР № 00320 от 2 июня 1953 года 95-й пограничный ордена Ленина отряд был включён в состав Управления пограничных войск МВД Белорусского округа (с 20 февраля 1954 года – УПВ МВД Западного округа), а на основании приказа МВД СССР № 0080 от 23 марта 1956 года принял в себя большинство подразделений расформированного приказом МВД СССР № 0063 от 10 марта 1956 года 24-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды отряда – шесть погранзастав, охранявших участок границы протяжённостью 90,656 км.
Таким образом, 95-й погранотряд стал правопреемником боевой славы бывшего 31-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды полка, унаследовав от него воинское почётное наименование «Кёнигсбергский» и орден Красной Звезды № 897635. Последний вместе с Грамотой Президиума Верховного Совета СССР № 737/605 от 28 мая 1948 года был передан отряду из Музея пограничных войск МВД СССР 13 апреля 1956 года.
После слияния двух орденоносных частей в зоне ответственности ново созданного 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда уже находился участок границы общей протяжённостью 255,944 км. Соседом справа у него по-прежнему был 23-й пограничный дважды Краснознамённый отряд Управления пограничных войск МВД Ленинградского о округа, а вот слева уже - 16-й пограничный отряд Управления пограничных войск МВД Западного округа.
На основании приказа КГБ при Совете Министров СССР № 00325 от 28 июня 1957 года 95-й погранотряд был включён в состав новообразованного Управления пограничных войск КГБ при Совете Министров СССР Западного округа.
С 14 марта 1960 года – в непосредственном подчинении командования Оперативной группой пограничных войск КГБ при Совете Министров Белорусской ССР.
В соответствии с приказом начальника Оперативной группы пограничных войск КГБ при Совете Министров Белорусской ССР № 004 от 8 августа 1960 года управление, школа сержантского состава, подразделения обслуживания были передислоцированы из Правдинска в город Багратионовск. Впоследствии (1 февраля 1966 года в соответствии с приказом КГБ при Совете Министров СССР № 00183 от 31 декабря 1965 года) управление отряда разместилось в своём нынешнем военном городке, что в Калининграде по улице Суворова, 15. Передислокация была вызвана необходимостью разместить в бывшем Багратионовском военном городке отряда новосоздаваемое Военно-техническое училище КГБ при Совете Министров СССР.
Утром 14 июня 1963 года в восьми километрах от линии советско-польской границы личным составом 7-й пограничной заставы после бессонной ночи поисков был настигнут и задержан неизвестный, пробиравшейся вглубь нашей территории. Старт данной операции был дан накануне вечером, когда комсорг заставы рядовой Новиков проверке контрольно-следовой полосы обнаружил следы человека, который, чтобы сбить пограничников с толку, перешёл границу с территории Польши спиной назад.
Нарушитель, с соблюдением всех правил маскировки прятавшейся в лесных зарослях, был обнаружен на рассвете 14 июня нарядом в составе инструктора политотдела части по комсомольской работе сержанта Николаева и пограничника рядового Ергина.
За ратную доблесть, проявленную в ходе операции по задержанию нарушителя Государственной границы, сержант Николаев и рядовые Ергин и Новиков впоследствии были удостоены нагрудного знака «Отличный пограничник».
По итогам социалистического соревнования, проводившегося в 1963 году в честь 45-летней годовщины со дня создания пограничных войск, звания «Отличная» было присвоено 2-й пограничной заставе 95-го (Багратионовского) погранотряда, а сам отряд удостоен общей оценки «Хорошо». В связи с этим в адрес личного состава данной части поступило сразу два письменных приветствия: первое – из Москвы, от первых лиц Главного пограничного управления КГБ при Совете Министров СССР, а второе – из Киева, от командования Западного пограничного округа.
Постановлением Совета Министров РСФСР № 599-72 от 20 мая 1964 года пограничной заставе 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда, дислоцирующейся в городе Багратионовске, было присвоено имя Героя Советского Союза замполитрука В.И. Утина. Здесь же в 15.00 28 мая 1968 года был торжественно открыт бронзовый бюст Героя.
Напряжённым для личного отряда выдался 1964 год: выявлено и задержано 87 нарушителей Государственной границ, при этом девять раз, чтобы не позволить нарушителям безнаказанно скрыться, пограничники были вынуждены привлекать к себе в поддержку дружинников и военнослужащих дислоцировавшихся вдоль линии границы воинских частей Советской Армии.
1966 год. Высокую ратную выучку продемонстрировал личный состав сапёрного взвода отряда, построив и сдав в эксплуатацию 35 километров улучшенных грунтовых дорог и свыше 230 погонных метров мостов. Вот только некоторые фамилии передовиков: скреперист младший сержант Особливый, сапёры рядовые Пассик и Сербин, трактористы рядовые Лопашов и Влатонов…
19 июля 1967 года военнослужащий 6-й пограничной заставы рядовой И.П. Серговец, находясь в дозоре у дороги Багратионовск (СССР) – Бартошице (ПНР), задержал с поличным двух поданных, преднамеренно нарушивших с территории Польши Государственную границу СССР от видом празднолюбопытствующих туристов.
23 октября 1975-2 сентября 1992 гг. – в составе войск Краснознамённого Прибалтийского пограничного округа. В этот же период времени в оперативном подчинении 95-го отряда находилась пограничная комендатура «Капсукас – Мариямполь» 16-го пограничного отряда, чьи девять застав (в том числе две именные – 21-я имени Героя Советского Союза С.А. Ваупшаса и 22-я имени героя-пограничника лейтенанта П.М. Кубова) охраняли участок советско-польской границы общей протяжённостью 103,7 км.
На основании приказа КГБ при Совете Министров СССР от 16 июня 1976 года из состава части были выведены контрольно-пропускные пункты «Калининград» (в составе отряда находился с 1965 года), «Железнодорожный» (в составе отряда с 1955 года), «Мамоново» (был сформирован в составе отряда в декабре 1958 года) и «Багратионовск» (в составе отряда с января 1947 года). Сведённые вместе, они с этого момента составили новую самостоятельную воинскую часть - Отдельный контрольно-пропускной пункт (ОКПП) «Калининград» (ныне – в составе современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области).
Наглядное представление о буднях Кёнигсбергского дважды орденоносного на рубеже 1970-х-1980-х гг. даёт статья его начальника полковника В. Костенко «Традициям отцов верны», помещённая на страницах 1 и 2 25-го номера газеты Краснознамённого Прибалтийского пограничного округа «На советских рубежах» от 6 апреля 1980 года: «Наиболее активно и целеустремленно организуют и проводят работу по выполнению задач надёжной охраны государственной границы коммунисты-руководители, партийные организации застав, где служат офицеры тт. Громов А.Г., Попов О.Б., Бараченя И.С., Ляшенко В.А., Малыха И.С. и многие другие. Здесь сумели создать высокий патриотический и деловой настрой личного состава, атмосферу высокой ответственности, организованности и порядка, более целеустремленно и конкретно осуществляется руководство службой. Правофланговыми в этом важном деле идут коммунисты. Среди них офицеры Стороженко А.С., Швец Н.М., Четверяков А.Н., Париенко Н.В., Туриевский С.Н., прапорщики Зеленко В.П., Михненко М.А., Кравченко Н.А., Русманов В.Е., сержанты и солдаты: Овчинников А., Аксёненко А., Щербаков П., Филимонов С., Xyзин И., Гаянов Р., Орлов Е. и другие.
Наши будни полны примеров умелых и решительных действий воинов. Вот некоторые из них. Пограничный наряд заставы офицера Громова А.Г. в составе сержанта Муханова С. и рядового Буйволого М. нёс службу ночью в условиях непогоды. Умело используя прибор ночного видения, пограничный наряд обнаружил неизвестного, нарушившего границу. Прошли считанные минуты, и нарушитель был задержан. За умелую организацию службы, решительные действия личный состав наряда поощрён командованием.
Другой пример. На заставу поступил сигнал с границы. Тревожная группа в составе начальника заставы офицера Гордона В.H., рядового Чмырёва М., ефрейтора Емельянова Н., рядового Унковского В. выехала на участок, организовала преследование нарушителя.
Пытаясь уйти от пограничников, нарушитель применял разные ухищрения, изменял маршрут и направление движения, продирался через густой кустарник, шёл ручью. Но никакие уловки не помогли ему. Пограничники, проявив мастерство, физическую выносливость, настигли и задержали непрошенного гостя.
Примеры высокой бдительности и умелых действий воинов есть и на других заставах. За образцовое несение службы по охране государственной границы СССР большая группа пограничников награждена правительственными наградами.
Боевое и служебное мастерство, высокая воинская дисциплина и крепкий моральный дух личного состава, тактическая и оперативная зрелость офицеров - вот слагаемые успеха надёжной охраны границы...
Благодаря соревнованию, в истёкшем году каждый третий воин отряда стал отличником боевой и политической подготовки, почти каждый второй - классным специалистом.
За успехи в охране государственной границы, высокие результаты в боевой и политической подготовке пограничный отряд награждён переходящим Красным Знаменем Военного совета войск округа…
В решении задач охраны государственной границы воины нашего отряда всегда получают самую горячую поддержку и практическую помощь со стороны Калининградского обкома партии, местных партийных, советских и комсомольских органов, всего населения пограничных районов.
Узы тесной дружбы связывают воинов отряда с местными жителями. Они всегда готовы прийти на помощь пограничникам. На участке отряда созданы и активно действуют добровольные народные дружины. Грудь многих дружинников украшают медали «За отличие в охране государственной границы СССР», среди них Смирнов В., Титов С., Сальков С., Мирошников Н., Захаренко В., Шатров М., Малануха М., Павлов В., Аковитый А., 3данене О., Тамошайтис Б., Забура В., Милюнас Г., Силицкас И., Радчунас П. и многие другие. Пограничники отряда высоко ценят патриотическую помощь трудящихся, жителей приграничья, заботу партийных, советских и комсомольских органов в охране границы и отвечают на неё дальнейшим повышением бдительности в службе, напряжённой боевой учёбой».
Со 2 сентября 1992 года 95-й пограничный Кёнигсбергский ордена Ленина и Красной Звезды отряд – в своём нынешнем статусе: соединение современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
Приказом директора Федеральной пограничной службы РФ его пограничным заставам были присвоены имена:
- приказом от 6 мая 1999 года пограничной заставе, дислоцировавшейся на берегу Балтийского моря в черте города Зеленоградска (ныне – пограничная застава «Рыбачий», что на Куршской косе), - имя героически погибшего 3 сентября 1951 года в Эстонии в бою с диверсантами-террористами старшего лейтенанта Михаила Матвеевича Козлова (с лета 2003 года имя этого героя-пограничника носит другая морская пограничная застава 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда - «Рыбачий», что на Куршской косе);
- приказом № 407 от 26 июля 1999 года пограничной заставе «Новосёлово» (район посёлка Иванцёво Багратионовского района) по ходатайству командования 95-го погранотряда - имя Героя Советского Союза гвардии лейтенанта Ивана Мартыновича Ладушкина – советского танкиста, погибшего в ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции в непосредственной близости от того места, где сейчас располагается военный городок данной пограничной заставы.
Таким образом, на сегодняшний день в составе части три именные пограничные заставы:
- имени старшего лейтенанта Михаила Матвеевича Козлова;
- имени Героя Советского Союза гвардии лейтенанта Ивана Мартыновича Ладушкина;
- имени Героя Советского Союза замполитрука В.И. Утина.
Наименование 95-го пограничного отряда увековечено в названии одной из улиц города Синельниково Днепропетровской области Украины – «Улица 95-го пограничного отряда». А одна из улиц города Багратионовска Калининградской области, как уже говорилось выше, на основании решения исполкома районного Совета депутатов трудящихся № 183 от 15 сентября 1967 года носит имя воспитанника отряда Героя Советского Союза замполитрука В.И. Утина.
Согласно 5-го тома Книги Памяти пограничных войск, в период с 1952 по 2000 годы не менее восьми военнослужащих в/ч 2297 погибли при исполнении служебных обязанностей: 26 марта 1957 года – стрелок 4-й пограничной заставы рядовой Андрей Григорьевич Овчинников; 31 мая 1958 года – пулемётчик 16-й пограничной заставы рядовой Иван Харитонович Шаталов; 25 сентября 1958 года в автокатастрофе – радиомастер роты связи младший сержант сверхсрочной службы Георгий Дорофеевич Маралов; 17 июня 1962 – стрелок 3-й пограничной заставы рядовой Анатолий Павлович Павлов; 7 декабря 1982 года – заместитель начальника погранзаставы капитан Владимир Антонович Олейник; 8 мая 1986 года – автоэлектромеханик рядовой Виктор Валентинович Рябушев; 4 сентября 1993 года – водитель рядовой Александр Николаевич Степанов; 30 октября 1989 года – старший оператор 3-й пограничной заставы рядовой Игорь Александрович Шакин (трое последних – в автокатастрофах).
sobkor
Сегодня моё повествование о бывшей Севастопольской орденоносной в/ч правительственной связи, которая в 1950-2003 гг. дислоцировалась в приграничном к Польше городе Багратионовске…
Юрий РЖЕВЦЕВ.

СЕВАСТОПОЛЬСКИЙ ОРДЕНА КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ ОТДЕЛЬНЫЙ УЧЕБНЫЙ ПОЛК ФАПСИ РОССИИ, одна из наиболее прославленных воинских частей войск правительственной связи НКВД-МГБ-МВД СССР (до 1957 года), КГБ СССР (до 1991 года) и ФАПСИ России (до 2003 года).
Сформирован 14 января 1944 года в Ростове-на-Дону как 5-й отдельный полк правительственной связи НКВД СССР. Впоследствии (уже в послевоенный период) в разное время носил номера - «113-й» и «26-й».
Первый командир – полковник Иосиф Александрович Володкевич.
Боевой путь в Великой Отечественной войне начал в составе войск 4-го Украинского фронта. Отличился в ходе Крымской операции весны 1944 года, в том числе и в боях по освобождению Севастополя, за что приказом Верховного Главнокомандующего в единственном числе среди всех воинских формирований НКВД СССР был удостоен воинского почётного наименование «Севастопольский».
Как отмечено в «Книге Памяти военнослужащих органов и войск правительственной связи, погибших и пропавших без вести в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (М.: ТЕРРА, 1995, стр. 202): «В ходе Крымской операции 1944 года образцово выполнял задачи по связи в составе 5-го полка правительственной связи 254-й батальон под командованием Г.И. Шелепова. Подразделения батальона форсировали залив Сиваш вместе с передовыми частями наших войск. По грудь в ледяной воде, под артиллерийским обстрелом и непрерывными авиационными налётами воины-связисты переправляли всё необходимое для строительства линий ВЧ-связи».
В составе войск 4-го Украинского фронта участвовал также в Восточно- и Западно-Карпатских (обе – в 1944), Моравско-Островской (1945) и Пражской (1945) наступательных операциях.
За боевые заслуги на фронте был удостоен ордена Красной Звезды, однако точная дата выхода Указа Президиума Верховного Совета СССР в свет и содержащаяся в последнем формулировка неизвестны.
Летом 1945 года обеспечивал ВЧ-связь советской делегации в ходе работы Потсдамской (Берлинской) конференции глав представителей великих держав – победительниц во 2-й Мировой войне.
По неофициальным данным, в впервые послевоенные годы данная в/ч была развёрнута в одноимённую бригаду правительственной связи.
В 1945-1948 годах – в составе Северной группы войск с местом дислокации штаба части в польском городе Познань.
В 1948-1950 гг. – в городе Черкесске, столице бывшей Карачаево-Черкесской автономной области Ставропольского края. По месту новой дислокации личный состав части осуществлял реконструкцию линий ВЧ-связи, проходящих через территорию Северного Кавказа и частично – Закавказья, в том числе и Грузинскую ССР.
Одновременно в 1949 году ряд подразделений убыл в Поволжье для участия в строительстве линии ВЧ-связи «город Сергач (райцентр бывшей Горьковской области) – город Канаш (райцентр бывшей Чувашской АССР)».
В Калининградской области с 1950 года, при этом местом дислокации штаба части стал приграничный к Польше город Багратионовск. Задача, которую выполнял личный состав большинства подразделений, - строительство вдоль Транссиба линии ВЧ-связи «Москва (Люберцы) – Новосибирск». Одновременно в 1951 году один из батальонов во главе с его командиром майором Лоскотовым был откомандирован в Западную Украину для участия в борьбе с бандформированиями украинских националистов.
В 1952 году в/ч получила статус учебной части. Здесь происходила подготовка сержантского состава и младших специалистов для всех без исключения частей правительственной связи МГБ-МВД-КГБ СССР, а затем ФАПСИ России. В составе полка, начиная с начала 1970-х, находилась и ведомственная школа прапорщиков.
26-й отдельный учебный Севастопольский ордена Красной Звезды полк ФАПСИ России был расформирован в конце 2003-начале 2004 гг. в рамках проведения очередного этапа так называемой военной реформы.

ВОЙТЮК Николай Иванович, ветеран органов внутренних дел и внутренних войск отечественного МВД, правительственной связи НКВД-МВД-КГБ СССР и уголовно-исполнительной системы, директор самодеятельного музея и одновременно – заместитель председателя Совета ветеранов Управления федеральной службы исполнения наказаний по Калининградской области, майор в отставке (2000).
Родился 19 декабря 1927 года на Украине - в селе Зарудье Теофипольского района Хмельницкой области в крестьянской семье. Украинец.
Образование: в 1953 – экстерном Калининградское пограничное военное училище МВД СССР (по специализации войск конвойной охраны); в 1963 – заочно Калининградскую специальную среднюю школу милиции МООП РСФСР.
В армию был призван в ноябре 1944 года Староконстантиновским РВК Хмельницкой области. С этого же периода в составе действующей армии: связист кабельно-шестовой связи 155-й отдельной роты правительственной связи 5-го отдельного Севастопольского ордена Красной Звезды полка правительственной связи НКВД СССР Отдела правительственной связи 4-го Украинского фронта. С боями прошёл от украинского города Ровно до Праги.
Летом 1945 года в рядах однополчан обеспечивал ВЧ-связь советской делегации в ходе работы Потсдамской (Берлинской) конференции глав представителей великих держав – победительниц во 2-й Мировой войне.
В послевоенный период - сержант в родном полку. В Калининградской области проживает с 1950 года.
В 1948-1951 гг. в рядах однополчан принимал участие в реконструкции линий ВЧ-связи, расположенных в Ставропольском крае, а также и в строительстве линий ВЧ-связи вдоль Транссиба линии ВЧ-связи «Москва (Люберцы) – Новосибирск».
С осени 1951 года – старшина 6-го дивизиона (экстернат по специализации войск конвойной охраны) Калининградского пограничного военного училища МВД СССР (г. Багратионовск), старший сержант.
Летом 1953 года после окончания экстерната (по специализации войск конвойной охраны) Калининградского пограничного военного училища МВД СССР произведён в младшие лейтенанты конвойной охраны и направлен в Отдельный дивизион военизированной охраны УИТУ УМВД по Днепропетровской области (город Жёлтые Воды) на должность командира взвода.
В 1956 году в связи с передачей уголовно-исполнительной системой конвойных функций внутренним войскам попал под сокращение, после чего вернулся в Калининград, где был принят на службу в калининградскую милицию: участковый уполномоченный Московского районного отдела милиции города Калининграда. В частности, по итогам работы 1957 года был признан лучшим участковым областного центра.
В 1958 году как дипломированный специалист в вопросах конвойной службы переведён в конвойную команду УИТУ УМВД по Калининградской области на должность заместителя начальника команды по надзору за осуждёнными.
В апреле 1961-августе 1973 гг. – на офицерской службе во внутренних войсках МВД СССР: заместитель командира 4-й конвойной роты в/ч 6532 (Калининград) по надзору за осуждёнными. Последнее воинское звание перед увольнением в запас – старший лейтенант. В данной должности принимал самое активное участие в возведении в современном архитектурном облике многих улиц Калининграда и, в том числе, Ленинского и Советского проспектов.
С 1973 года и по настоящий момент – на ответственных должностях технического персонала в подразделениях и аппарате УФСИН по Калининградской области. В частности, выступил инициатором создания самодеятельного музея уголовно-исполнительной системы региона, который в настоящий момент и возглавляет на общественных началах.
Кавалер многих государственных и ведомственных наград и, в частности, ордена Отечественной войны 2-й степени (1985), а также многочисленных медалей и, в том числе, «За боевые заслуги» (1945) и «За освобождение Варшавы». В 2000 году стал одним из первых среди сотрудников современного УФСИН по Калининградской области кавалером медали Министерства юстиции РФ «За укрепление уголовно-исполнительной системы».
Проживает в Калининграде.
sobkor
Новый информационный проект - список представителей высшего эшелона НКВД-МВД-МГБ СССР, чья судьба в сталинский период времени так или иначе была связана с Восточной Пруссий или современной Калининградской областью. Авторство - моё.
Сегодня - о руководителях аппарата уполномоченного НКВД СССР на 2-м Белорусском фронте...
Юрий РЖЕВЦЕВ

Аппарат уполномоченного НКВД СССР на 2-м Белорусском фронте:
ЦАНАВА (до 1938 – Джанджава) Лаврентий Фомич (1900-1955), в сталинский период представитель высшего эшелона органов внутренних дел и госбезопасности, участник боёв за Восточную Пруссию, генерал-лейтенант (1945), депутат Верховных Советов СССР 1-го-3-го созывов и Белорусской ССР 1-го-3-го созывов, Заслуженный работник НКВД (1941).
Родился в августе 1900 года в Грузии - в селе Нахуново Кутаисской губернии (ныне - Хут-Сопели Гегечкорского района) в бедной крестьянской семье. Грузин. Член КПСС с августа 1920 года (но в 1922-1924 гг. был лишён звания коммуниста).
Образование: сельское начальное училище; в 1919 – неполный курс гимназии в Тифлисе; вечерние общеобразовательные курсы в Тифлисе.
Участник Гражданской войны в Грузии: в феврале 1921 года организовал в родном для себя селе Нахуново сразу несколько пробольшевистских повстанческих отрядов.
На службе в органах ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД-МГБ с марта 1921 года, но с перерывами в марте 1926-декабре 1928 и феврале 1933-декабре 1938 годов.
Работу в спецслужбах начинал с должности начальника уездного отдела ВЧК:
- март 1921-февраль 1922 гг. - Сенакского уезда;
- февраль-май 1922 года - Тианетского;
- май 1922-март 1923 гг. - Телавского;
- марта 1923-январь 1924 гг. – Борчалинского.
Именно в этот период времени познакомился и близко сошёлся с Л.П. Берия, найдя в его лице для себя могущественного покровителя. Так, в 1924 году после личного вмешательства Л.П. Берия чекист Л.Ф. Джанджава (Цанава) был восстановлен в правах члена ВКП(б) после почти двухлетнего пребывания вне рядов партии: в 1922 году по обвинению в незаконном уводе девушки фактически был исключён из числа членов ВКП(б) - в ходе процедуры партийной регистрации получил отказ в возврате партийного билета. Позже Л.Ф. Цанава сам об этом эпизоде напишет так: «В бытность начальника политбюро ЧК в г. Телави в 1922 году, в период разгара борьбы с национал-уклонистами - последними было выдвинуто против меня обвинение якобы в незаконном уводе девушки. Дело было расследовано органами ЧК, и в 1923 году я был оправдан вовсе».
В январе 1924-апреле 1925 гг. – заместитель начальника Уголовного розыска некоего АО Тифлисского горисполкома, но затем (апрель 1925-март 1926) вновь на чекистской работе - начальник политбюро ЧК Потийского уезда.
Март 1926-декабр 1928 гг. – на ответственной работе в органах прокуратуры: помощник прокурора Наркомата юстиции Грузинской ССР по Восточной Грузии.
Февраль-май 1929 гг. – на службе в органах военной контрразведки: сотрудник Особого отдела 1-й Грузинской стрелковой дивизии.
Май-декабрь 1929 гг. - вновь на руководящей чекистской работе в территориальных органах госбезопасности: начальник политбюро ОГПУ Шорапанского уезда и (с июня 1929) начальник Чиатурского районного отдела ОГПУ.
В декабре 1930-1932 гг. – в центральном аппарате ОГПУ Грузинской ССР: сотрудник (по отдельным данным в должности помощника начальника республиканского ОГПУ) и начальник (с 1932) 1-го отделения Секретно-политического отдела.
В феврале 1933-декабре 1938 гг. – на руководящей советско-хозяйственной и партийной работе в Грузии:
- февраль-март 1933 года - заместитель уполномоченного Наркомата совхозов Закавказской СФСР в Грузии;
- в течение нескольких месяцев, начиная с марта 1933 года, - заместитель председателя правления Цекавшири - Потребсоюза Грузинской ССР;
- конец 1933-февраль 1934 гг. – заместитель директора Лимантреста;
- февраль 1934-январь 1935 гг. - заместитель начальника Субтропического управления Наркомата земледелия Закавказской СФСР;
- январь-март 1935 года - заместитель управляющего Самтрестом–начальник виноградного управления данного треста;
- март 1935-март 1937 гг. - 1-й секретарь Потийского горкома КП(б) Грузии;
- март-июль 1937 года. - 1-й секретарь Цхакаевского райкома КП(б) Грузии;
- 20 июля 1937-октябрь 1938 гг. - 1-й заместитель наркома земледелия Грузинской ССР;
- октябрь-декабрь 1938 гг. - начальник «Колхидстроя».
17 декабря 1938 года, благодаря очередной протекции со стороны своего давнего друга и покровителя Л.П. Берия, был назначен наркомом внутренних дел Белорусской ССР, а 26 февраля (по другим данным – 9 марта) 1941 года - наркомом государственной безопасности БССР. В последней должности формально состоял до 31 июля 1941 года включительно.
В качестве главы белорусских НКВД и НКГБ выступил в роли организатора массовых репрессий, в том числе (но по указанию Кремля) осенью-зимой 1939 года – в отношении населения только что присоединённых к СССР западных областей Белоруссии. Всего по подсчётам историков, только в первый год пребывания Л.Ф. Цанавы в Белоруссии жертвами необоснованных политических репрессий стали не менее 27 тысяч жителей этой республики.
Постановлением Государственного Комитета Обороны СССР № 57 от 8 июля 1941 года комиссар госбезопасности 3 ранга Л.Ф. Цанава был назначен уполномоченным ГКО по оборонному строительству в Смоленской области.
19 июля-21 октября 1941 года - начальник Особого отдела Западного фронта и одновременно (по отдельным данным) - руководитель оперативно-чекистской группы НКВД СССР по Белорусской ССР.
21 октября 1941-19 апреля 1943 гг. – заместитель начальника Управления особых отделов НКВД СССР и одновременно:
- 10 января 1942-6 марта 1943 гг. – начальник Особого отдела Западного фронта;
- 6 марта-7 мая 1943 года - начальник Особого отдела Центрального фронта.
Имел тяжёлое ранение и контузию, полученные в ходе боёв на Западном фронте.
7 мая 1943-29 октября 1951 гг. - нарком (с марта 1946 - министр) государственной безопасности Белорусской ССР и, одновременно:
- в 1943-1945 гг. - заместитель начальника Центрального штаба партизанского движения;
- 11 января-4 июля 1945 года – уполномоченный НКВД СССР на 2-м Белорусском фронте.
Как свидетельствуют архивные документы, комиссар госбезопасности 3 ранга Л.Ф. Цанава, в течение всей Великой Отечественной войны «активно участвовал в работе ЦК ВКП(б) в деле развития партизанского движения».
Участник боёв за Восточную Пруссию в январе-марте 1945 года в качестве уполномоченного НКВД СССР на 2-м Белорусском фронте, но какие-либо подробности неизвестны.
В послевоенный период своей работы в Белоруссии стал здесь одним из самых влиятельных и могущественных людей, за что печально прослыл здесь как «Лаврентий второй». Хотя и закулисно, но при всём этом непосредственно участвовал в акте физического уничтожения выдающегося советского режиссёра С.М. Михоэлса, который был убит именно на минской даче Л.Ф. Цанавы. За эту операцию Указом Президиума Верховного Совета СССР от 28 октября 1948 года был удостоен ордена Красного Знамени (впоследствии лишён этой награды на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 9 апреля 1953 года).
По свидетельству очевидцев, отличался жестоким деспотическим нравом: подчинённых мог публично унизить, оскорбить, в том числе плюнуть провинившемуся в лицо и даже ударить. Однажды отдал под суд (приговор - 10 лет лагерей) сержанта из личной охраны только за то, что тот отказался поливать деревья в его саду.
О тяжёлом до свирепости нраве этого человека красноречиво свидетельствует и такой факт: за пять послевоенных лет у него сменилось двадцать два секретаря. Однако при этом, опять же по свидетельству очевидцев, он откровенно раболепствовал перед вышестоящими начальниками. Например, отвечая на звонок, поступившей по Кремлёвскоё «вертушке», непременно вскакивал и стоял, вытянувшись «в струнку», в течение всего разговора.
Всячески патронировал деятельность футбольного клуба «Динамо» (Минск)».
В 1949 (часть 1) и 1951 (часть -2) годах на правах автора выпустил в свет двухтомник «Всенародная партизанская война в Белоруссии против фашистских захватчиков», основными разделами которой, в частности, были: «Призыв товарища Сталина к всенародной Отечественной войне», «Партия большевиков - организатор всенародной борьбы и побед», «Колхозы - большевистская крепость» и т.д.
29 октября 1951-14 февраля 1952 гг. - заместитель министра государственной безопасности СССР и одновременно, начиная с 6 ноября 1951 года, - начальник 2-го Главного управления (контрразведка) МГБ СССР.
Угодил в опалу, в силу чего 15 февраля 1952 года лишился всех постов в МГБ СССР. Формулировка - «За серьёзные ошибки».
В июне 1952 года секретариат ЦК ВКП(б) (Ст. 631/148г) своим решением утвердил генерал-лейтенанта Л.Ф. Цанаву в должности начальника Главной инспекции МВД СССР, однако Политбюро ЦК это решение не подержало. С этого момента де-факто в отставке.
После того, как Л.П. Берия после смерти И.В. Сталина через печать предал публичной огласке некоторые материалы по убийству С.М. Михоэлса, генерал-лейтенант Л.Ф. Цанава практически немедленно (уже 4 апреля 1953 года) по решению Президиума ЦК КПСС был арестован: предъявленное обвинение - соучастие в убийстве С.М. Михоэлса.
15 июля 1953 года Главлит БССР издал приказ, предписывающий «конфисковать из библиотек общественного пользования и книготорговли первую часть книги Цанавы Л.Ф. «Всенародная партизанская война в Белоруссии против фашистских захватчиков», Минск, 1950 г., 10 000 экземпляров, 342 стр.». В тот же период конфискации подверглись и 60 тысяч экземпляров одноимённого русскоязычного двухтомника.
В конце июля 1953 года из Минска в ЦК КПСС ушла правительственная телеграмма с просьбой лишить Л.Ф. Цанаву полномочий депутата Верховных Советов СССР и БССР.
Находясь под стражей в Бутырской тюрьме, генерал-лейтенант Л.Ф. Цанава неоднократно письменно обращался к своим бывшим соратников из высших эшелонов власти с просьбой о пощаде и, в частности, 12 октября 1955 года - к маршалу К.Е. Ворошилову как к Председателю Президиума Верховного Совета СССР: «…Я больной человек, какое-нибудь злое намерение с моей стороны совершенно исключается. Берия мой враг, он меня погубил. Я не виновен. Если для Родины я буду полезен, прошу тогда решить вопрос обо мне. Арестованный - Цанава». Однако никакой реакции на эти слёзные прошения «сверху» не последовало.
Скончался (по другим данным - покончил жизнь самоубийством) 12 октября 1955 года в больнице Бутырской тюрьмы. Место захоронения неизвестно.
В период прохождения службы имел следующие персональные звания:
– «старший майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комдив») - с 28 декабря 1938 года;
- «комиссар госбезопасности 3 ранга» (аналог воинских званий «комкор» и «генерал-лейтенант») - с 14 марта 1940 года;
– «генерал-лейтенант» - в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 9 июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.
Начиная с 1937 года неоднократно избирался депутатом Верховного Совета СССР (1-го-3-го созывов), а затем и депутатом Верховного Совета Белорусской ССР (также 1-го-3-го созывов).
В 1939-1952 гг. на основании решения ХVIII-го съездом ВКП(б) - член Центральной ревизионной комиссии ЦК ВКП(б).
На начало 1953 года являлся кавалеров пятнадцати советских и пяти иностранных наград, в том числе пятнадцати орденов – тринадцати советских и двух иностранных. Ордена: четыре Ленина (26.04.40 № 5842; 30.04.46 № 51105; 30.12.48 № 82167; 12.08.50 № 124924); пять Красного Знамени (12.04.42 № 26342; 20.09.43 № 4221; 03.11.44 № 1366; 28.10.48 № 969; 01.06.51 № 207); Суворова 1-й степени (15.08.44 № 214); два Кутузова 1-й степени (21.04.45 № 567; 29.05.45 № 568); Трудового Красного Знамени Грузинской ССР (1930 № 105); тувинский орден Республики (04.42 № 95); монгольский орден Красного Знамени (1942 № 402); польский орден Грунвальда 3 класса. Медали: две советские и три польские (но какие конкретно неизвестно). Кроме того, 28 мая 1941 года был удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 апреля 1953 года был лишён своего четвёртого по счёту из пяти орденов Красного Знамени (№ 969; дата наградного Указа – от 28 октября 1948 года), поскольку, как выяснилось, удостоен его был за убийство С.М. Михоэлса.

РОГАТИН Владимир Тарасович (1899-1955), советский военачальник, в сталинский представитель высшего эшелона НКВД-МВД СССР, в боях за Восточную Пруссию - начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла 2-го Белорусского фронта и одновременно (11 января-4 июля 1945) – заместитель уполномоченного НКВД СССР на 2-м Белорусском фронте, генерал-майор (1941).
Родился в 1899 году. Член КПСС с 1920 года.
На военной службе с 1918 года. Участник Гражданской войны.
К началу Великой Отечественной войны начальник штаба Управления пограничных войск НКВД Украинской ССР (г. Львов), полковник по воинскому званию.
С 26 июня 1941 года – начальник штаба Управления охраны войскового тыла Юго-Западного фронта, а с июля сорок первого и в течение последующего года – начальник данного управления.
В ночь с 19 на 20 сентября 1941 года по приказу командующего Юго-Западным фронтом генерал-полковника М.П. Кирпоноса вместе с генерал-майором И.Х. Баграмяном, начальником оперативного управления-заместителем начальника штаба Юго-Западного фронта, в районе города Пирятина Полтавской области возглавил и успешно вывел с боем из окружения большую группу штабных работников управления Юго-Западного фронта.
Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 27 декабря 1941 года был удостоен генеральского звания.
Приблизительно с осени 1942 года – начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла Сталинградского фронта. На данном посту также проявил выдающиеся организаторские и полководческие способности. Вот как об этом, в частности, рассказано на страницах бестселлера Энтони Бивора «Сталинград» (Viking Press, 1998 и Смоленск: Русич, 1999; цитата дана по материалам militera.lib.ru/h/beevor/index.html): «Около причалов на восточном берегу в блиндажах были размещены полевые пекарни и кухни. Были даже бани. Несмотря на относительный комфорт, порядки на восточном берегу были ещё строже, чем в Сталинграде. Грузовые суда поступили в распоряжение нового начальника НКВД генерал-майора Рогатина, который также руководил военной службой Речного района…
Если позволяли обстоятельства, люди пытались снять напряжение алкоголем. 12 октября части НКВД прочёсывали местность в поисках дезертиров. Во время проверки домов в прибрежной деревне Тумак они обнаружили следующую неприглядную картину: капитан, политработник, сержант, старшина Волжской флотилии и секретарь местной партячейки, напившиеся до беспамятства, спали на полу с женщинами. Прямо с места они были доставлены к начальнику частей НКВД в Сталинграде генерал-майору Рогатину».
На завершающем этапе Великой Отечественной войны - начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла 2-го Белорусского фронта и одновременно ( 11 января-4 июля 1945) - заместитель уполномоченного НКВД СССР на 2-м Белорусском фронте.
В послевоенный период на руководящей работе в МВД СССР.
Скончался в 1955 году.
sobkor
Сегодня - о руководителях аппарата уполномоченного НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте...
Юрий РЖЕВЦЕВ

Аппарат уполномоченного НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте:
АБАКУМОВ Виктор Семёнович (1908-1954), в сталинский период представитель высшего эшелона органов спецслужб, в 1946-1951 гг. - министр государственной безопасности СССР, в январе-июле 1945 года – уполномоченный НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте и в данном качестве – участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга, генерал-полковник (1945), депутат Верховного Совета СССР 2-го созыва.
Родился 11 апреля 1908 года в Москве в рабочей семье: отец – рабочий фармацевтической фабрики, а затем уборщик и истопник в одной из городских больниц; мать - прачка. Русский. Партийность: член ВЛКСМ с 1927 года, а КПСС - с 1930.
Образование: в 1921 - 4-классное городское училище.
В ноябре 1921 году, сбежав из дома, мальчишкой добровольно поступил на службу в Красную Армию: до декабря 1923 года - санитар 2-й Московской бригады войск ЧОН - частей особого назначения по борьбе с бандитизмом.
В 1924-1927 гг. – рабочий в Москве, в том числе с 1925 года - упаковщик Московского союза промысловой кооперации.
В августе 1927-апреле 1928 гг. - стрелок 1-го отряда военно-промышленной охраны ВСНХ СССР.
В июле 1928-январе 1930 гг.- упаковщик на складах Центрального союза потребительских обществ.
В январе-сентябре 1930 года - заместитель начальника административного отдела торгово-посылочной конторы Наркомата внутренней торговли РСФСР и одновременно на общественных началах - секретарь комсомольской организации.
В октябре 1930-1931 гг. - секретарь комитета ВЛКСМ Московского штамповочного завода «Пресс».
В 1931-1932 гг. – член бюро и одновременно заведующий военным отделом Замоскворецкого райкома комсомола Москвы.
На службе в органах госбезопасности и внутренних дел с 1932 года. Как тогда было принято говорить, «для усиления» был направлен на неё в числе других представителей комсомольского актива Москвы: практикант и уполномоченный экономического отдела Полномочного представительства ОГПУ по Московской области, уполномоченный (с 1933) Экономического управления центрального аппарата ОГПУ (с 1934 - НКВД СССР), уполномоченный (с 10 июля 1934) 1-го отделения экономического отдела Главного управления госбезопасности (ГУГБ) НКВД СССР.
Летом 1934 года, когда вскрылись злоупотребления В.С. Абакумова служебным положением (в частности, использовал конспиративные квартиры для интимных встреч с женщинами), очевидно, в качестве наказания был переведён на работу в центральный аппарат Главного управления исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений (ГУЛАГ) НКВД СССР. Так, в период 1 август 1934-15 апреля 1937 гг. он - сотрудник 3-го (охрана и оперработа) отдела: уполномоченный и (с 16 августа 1935) оперуполномоченный.
В дальнейшем (15 апреля 1937-5 декабря 1938) – вновь в структурах центрального аппарата ГУГБ НКВД СССР: оперуполномоченный и (с марта 1938) помощник начальника отделения 4-го (секретно-политического) отдела 1-го Управления, помощник начальника (с 29 сентября 1938) и начальник (с 1 ноября 1938) 2-го отделения 2-го (секретно-политического) отдела.
5 декабря 1938-25 февраля 1941 гг. - начальник УНКВД по Ростовской области (в том числе до 24 апреля 1939 года на правах Врид). В данном качестве выступил в роли не только участника, но и инициатора необоснованных массовых репрессий среди жителей региона.
В этот период был избран делегатом XVIII-го съезда ВКП(б).
25 февраля 1941-19 февраля 1943 гг. - заместитель наркома внутренних дел СССР и с 19 июля 1941 года ещё одновременное и начальник Управления Особых отделов НКВД СССР. Состоя в данных должностях, как замнаркома курировал служебно-оперативную деятельность Главного управления милиции, Главного управления пожарной охраны и 3-го отдела, осуществлявшего оперативно-чекистское обслуживание пограничных и внутренних войск, а как глава службы Особых отделов непосредственно руководил органами военной контрразведки, работающими при наркоматах обороны и ВМФ, а также внутри всех иных вооружённых формирований СССР, в том числе милиции, внутренних и пограничных войск НКВД СССР.
19 апреля 1943-27 апреля 1946 гг. – начальник Главного управление контрразведки «Смерш» и одновременно - заместитель наркома (с марта 1946 – заместитель министра) обороны СССР (то есть И.В. Сталина).
В 1944 году участвовал в реализации чекистско-войсковых операций по насильственной депортации ряда коренных народов Северного Кавказа.
11 января-4 июля 1945 года (но без освобождения от основных обязанностей) - уполномоченный НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте. В данном качестве принимал непосредственное участие в боях за Восточную Пруссию и штурме города-крепости Кёнигсберг, проявив при этом не только организаторский, но и полководческий талант. Также, состоя в должности уполномоченного НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте, внёс весомейший вклад как в дело налаживание мирной жизни на оккупированной советскими войсками территории Восточной Пруссии, так и в дело строительства органов правопорядка и безопасности будущей Калининградской области.
В феврале 1945 года во главе сил 57-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР и чекистско-оперативных групп 3-го Белорусского фронта выполнял личное задание И.В. Сталина по исследованию остатков восточнопрусской ставки Гитлера «Вольфшанце» («Волчье логово»), располагавшейся в районе города Растенбург (ныне – польский Кентшин).
Начиная с 6 сентября 1945 года, на правах члена входил в состав Комиссии по руководству подготовкой обвинительных материалов и работой советских представителей в Международном военном трибунале по делу главных немецких военных преступников.
27 апреля-4 мая 1946 года – начальник ГУКР «Смерш» Министерства Вооружённых Сил СССР.
4 мая 1946-4 июля 1951 гг. – министр госбезопасности СССР и одновременно: 18 мая 1946-4 июля 1951 гг. – член Комиссии Политбюро ЦК ВКП(б) по судебным делам; 31 декабря-4 июля 1951 гг. – председатель коллегии МГБ СССР.
В послевоенный период по личному указанию И.В. Сталина выступил в роли инициатора ряда массовых «чисток» в рядах партийно-государственной и военной номенклатуры расправа над представителями руководства авиапромышленности, высшего командного состава ВВС, ВМФ и советской артиллерии, лицами из ближайшего окружения попавшего в опалу Маршала Г.К. Жукова, «Ленинградское дело» и др.).
Вместе с тем, по свидетельству людей, работавших под его началом, это был неглупый, сообразительный и решительный руководитель, вдобавок, он на много превосходил своих предшественников Ежова, Берию и Меркулова в знании тонкостей оперативной работы. К тому же он был красив, высок ростом и хорошо сложен. Следил за собой: носил тщательно подогнанную форму и модные костюмы, пользовался изысканной парфюмерией, активно занимался спортом - теннисом и силовыми единоборствами, в частности, выполнил нормативы мастера спорта по самбо.
Кроме того (строки из воспоминаний бывшего сотрудника центрального аппарата ГУКР «Смерш» полковника в отставке И.А. Чернова): «Виктор Семёнович хоть и был молодой, а пользовался большим авторитетом, в ГУКР «Смерш» его очень уважали. Основное внимание он уделял розыскной работе, знал её хорошо, и велась она активно. Начальников управлений в центре и на фронтах жестко держал в руках, послаблений никому не давал. Резковат - это да, бывало по-всякому, а вот чванства за ним не замечалось. Наоборот, если случалось ему обидеть кого-то, он потом вызывал к себе в кабинет и отрабатывал назад».
Как глава МГБ СССР стоял у истоков создания ядерного щита СССР.
4 июля 1951 года после клеветнического заявления старшего следователя М.Д. Рюмина о сокрытии министром госбезопасности от ЦК ВКП(б) данных по важным уголовным делам (якобы «замазывал» дело профессора-консультанта Лечебно-санитарного управления Кремля Я.Г. Этингера и потворствовал «террористическим замыслам» взятых под стражу членов еврейской молодежной организации «Союз борьбы за дело революции»), генерал-полковник В.С. Абакумов был отстранён от занимаемой должности, а через восемь дней, 12 июля, опять же по приказанию В.И. Сталина после вызова в прокуратуру на допрос арестован с препровождением в Особую тюрьму ЦК, располагавшуюся в автономном блоке следственного изолятора «Матросская тишина». Здесь он содержался под кодовым номером «15».
В тот же день, 12 июля, была взята под стражу и его супруга - Антонина Николаевна Смирнова 1920 года с двухмесячным сыном.
11 июля 1951 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло и обнародовало постановление «О неблагополучном положении в Министерстве государственной безопасности СССР». Как в нём было сказано, генерал В.С. Абакумов как министр госбезопасности СССР «помешал ЦК выявить безусловно законспирированную группу врачей, выполняющих задания иностранных агентов по террористической деятельности против руководителей партии и правительства».
В ходе следствия В.С. Абакумов, несмотря на применяемые к нему меры жестокого физического воздействия (пытки, содержание в кандалах и наручниках, другие издевательства), превратившие его в беспомощного инвалида, до самого конца держался стойко и мужественно. Или, говоря словами уже названного выше постановления Политбюро, «встал на путь голого отрицания установленных фактов, свидетельствующих о неблагополучном положении в работе МГБ, при допросе пытался вновь обмануть партию, не обнаружил понимания совершённых им преступлений и не проявил никаких признаков готовности раскаяться в совершённых им преступлениях».
По компетентному мнению Г.В. Костырченко, учёного из Института российской истории РАН, давно и скрупулёзно исследующего тему «Сталин и история «сионистского заговора» в силовых структурах», чтобы понять причину упорства В.С. Абакумова в нежелании продемонстрировать готовность «разоружиться перед партией», а, следовательно, и вымолить у вождя пощады, то «следует обратиться к биографии Абакумова. Возглавляя в годы войны ГУКР «Смерш», этот человек сформировался как самостоятельный руководитель, ибо в условиях боевой обстановки поневоле должен был принимать инициативные решения, беря тем самым немалую ответственность на себя. Потом с наступлением мирной жизни обстоятельства изменились и куда важней стало угодить, чем честно служить, но Абакумов, как видно, не смог перестроиться. Очевидно, этот выходец из социальных низов, сын истопника и прачки, несмотря на грубый цинизм, присущий тогдашним номенклатурным нравам, не утратил окончательно человеческого достоинства и здравого смысла при принятии решений, за что, собственно, и поплатился».
Суд над В.С. Абакумов состоялся уже после смерти В.И. Сталина - 19 декабря 1954 года в Ленинграде. Его признали виновным в таких государственных преступлениях, как:
- «Измена Родине, совершённое военнослужащим»;
- «Вредительство»;
- «Совершение терактов»;
- «Участие в контрреволюционной организации» (статьи 58-I-б, 58-7, 58-8 и 58-11 тогдашнего Уголовного кодекса РСФСР),
- «Хищение государственного и общественного имущества».
В обвинительном заключении он был назван «членом банды Берии», хотя на самом деле, если исходить из фактов, в последние годы В.С. Абакумов числился у Л.П. Берии в личных врагах.
Приговор – высшая мера наказания через расстрел, которая по указанию Н.С. Хрущёва была приведена в исполнение практически немедленно - в тот же день, в 12.15, в присутствии Генерального прокурора СССР действительного государственного советника юстиции Р.А. Руденко.
В 1994 году Военной коллегией Верховного суда СССР В.С. Абакумов был частично реабилитирован - с него были сняты обвинение в совершении государственной измены, то есть он более не является государственным преступником. Однако вместе с тем приговор о высшей мере наказания был оставлен в силе, что в соответствии с Законом РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» дало правовые основания для вынесения Главным военным прокурором по данному поводу протеста.
Последний был рассмотрен в декабре 1997 года президиумом Верховного суда РФ. Вынесенное тогда решение: изменить определение 1994 года и назначить В.С. Абакумову вместо расстрела наказание в виде 25 лет заключения.
В период прохождения службы имел следующие специальные и воинские звания:
- «младший лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «старший лейтенант») - с 20 декабря 1936 года;
- «лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «капитан») - с 5 ноября 1937 года;
- «капитан госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») - с 28 декабря 1938 года. Присвоено было, минуя специальное звание «старший лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «майор»);
- «старший майор госбезопасности» (аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») - с 14 марта 1940 года. Присвоено было, минуя специальное звание «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг»);
- «комиссар госбезопасности 3 ранга» (аналог воинских званий «комкор» и «генерал-лейтенант») - с 9 июля 1941 года;
- «комиссар госбезопасности 2 ранга» (аналог воинского звания «генерал-полковник») - с 14 февраля 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации личного состав органов госбезопасности на новые специальные звания;
- «генерал-полковник» - в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 9 июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.
Кавалер большого количества государственных и ведомственных наград и, в частности, пяти орденов – Красного Знамени (26 апреля 1940; № 4697), Суворова 1-й (31 июля 1944; № 216) и 2-й (8 марта 1944; № 540) степени, Кутузова 1-й степени (21 апреля 1945; № 385), Красной Звезды (№ 847892), - а также шести медалей и, в том числе, «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда», «За оборону Кавказа», «За взятие Кёнигсберга», а также нагрудного знака «ХV лет ВЧК-ГПУ» (9 мая 1938).
Место захоронения неизвестно.

ЗЕЛЕНИН Павел Васильевич (1902-?), в сталинский период представитель высшего эшелона советских спецслужб, участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга, генерал-лейтенант (1943) запаса.
Родился в 1902 году на Украине - в селе Кичкас Запорожского района Днепропетровской области. Русский.
На службе в органах ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД-МГБ с марта 1920 года. Начинал же её в транспортных органах госбезопасности и, в частности, в отделах ОГПУ-НКВД города Александровска, Южно-Донецкой (управление - станция Ясиноватая Донецкой области) и Южной (управление - г. Харьков) железных дорог.
Участник Великой Отечественной и советско-японской войн: руководитель органов военной контрразведки на Западном, Закавказском, Юго-Западном, 3-м и 1-м Белорусских и Забайкальском фронтах, при этом, как минимум, на трёх последних – в должности начальника фронтового Управления контрразведки «Смерш».
Воинского звания «генерал-лейтенант» был удостоен 26 мая 1943 года в порядке переаттестации высшего состава органов военной контрразведки со специальных званий на воинские.
В боях за Восточную Пруссию и в ходе штурма города-крепости Кёнигсберг – начальник Управления контрразведки «Смерш» 3-го Белорусского фронта, в с 11 января 1945 года одновременно ещё и заместитель уполномоченного НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте.
Летом 1945 года как военный чекист с большим опытом практической работы в составе действующей армии был назначен на должность начальника Управления военной контрразведки «Смерш» Забайкальского фронта, где вновь ярко отличился уже в ходе советско-японской войны.
Приблизительно с августа-сентября 1945 года – начальник Управления военной контрразведки «Смерш» Группы советских войск в Германии. В историю в данном качестве вошёл, как чиновник, по каким-то до сих пор не выясненным причинам дважды (во второй половине 1945 и январе 1946 гг.) воспрепятствовавший попыткам из Москвы разобраться в обстоятельствах смерти Гитлера, поскольку версия о самоубийстве последнего в силу свидетельских показаний вызывала там у многих вполне обоснованные сомнения. Это именно по его приказу останки фюрера и Евы Браун дважды тайно даже членов следственных бригад из Москвы перезахоранивались. В последний раз это произошло в январе сорок шестого: они по приказу генерала П.В. Зеленина были закопаны в Магдебурге, во дворе дома № 36 по улице Вестендштрассе, под окнами отдела контрразведки «Смерш» 3-й армии. Там же были, к слову, погребены и останки семьи Геббельса – самого рейхслейтора, его супруги и их шестерых детей.
С 1948 года – военный пенсионер. Дальнейшая судьба неизвестна.

ЛЮБЫЙ Иван Семёнович (1904-1963), советский военачальник, в сталинский представитель высшего эшелона НКВД-МВД СССР, в боях за Восточную Пруссию и город-крепость Кёнигсберг - начальник войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта и одновременно (11 января-4 июля 1945) – заместитель уполномоченного НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте, один из создателей ядерного щита СССР, генерал-лейтенант (1944) запаса, Лауреат Государственной премии СССР, Заслуженный работник НКВД (28 апреля 1942).
Родился 23 февраля 1904 года в крестьянской семье. Русский. Член КПСС с июня 1925 года.
Образование: в июне 1924 - дивизионную школу 100-й стрелковой дивизии РККА; в сентябре 1926 - Киевскую пехотную школу РККА; в мае 1935 – Высшую пограничную школу ОГПУ-НКВД СССР (г. Москва); 8 марта 1939 – Военную академию имени М.В. Фрунзе.
На военной службе 15 декабря 1923-1956 гг. Начинал же её в качестве военнослужащего срочной службы:
- 15 декабря 1923-февраль 1924 гг. - красноармеец 134-го стрелкового полка;
- июнь 1924-сентябрь 1924 гг. - помощник командира роты 299-го стрелкового полка;
- 1924-сентябре 1926 - курсант Киевской пехотной школы РККА.
На службе в ОГПУ-НКВД-МВД СССР – с сентября 1926 года. Первая должность здесь - командир взвода 26-го Одесского пограничного отряда войск ОГПУ.
В ноябре 1926-ноябре 1933 гг. - в рядах личного состава 24-го Могилёв-Подольского пограничного отряда войск ОГПУ-НКВД СССР:
- в ноябре 1926-январе 1930 гг. - помощник начальника пограничной заставы;
- в январе 1930-декабреь 1931 гг. - начальник пограничной заставы;
- в декабре 1931-декабре 1932 гг. - уполномоченный управления пограничной комендатуры;
- в декабре 1932-феврале 1933 гг. - помощник коменданта участка по оперативной части;
- вфеврале-ноябре 1933 года - комендант участка.
В ноябре 1933-мае 1935 гг. – слушатель Высшей пограничной школу ОГПУ-НКВД СССР (г. Москва).
7 мая 1935-4 июля 1937 гг. - инструктор оперативного отдела Управления пограничных войск НКВД Украинской ССР.
4 июля-3 октября 1937 - начальник отделения штаба 24-го Могилёв-Подольского пограничного отряда войск НКВД СССР.
Октябрь 1937-8 марта 1939 гг. – слушатель Военной академии имени М.В. Фрунзе (г. Москва).
8 марта 1939-26 февраля 1941 гг. - начальник Главного военно-строительного управления НКВД СССР; а затем до июня 1941 - начальник Строительного отдела НКВД СССР.
Участник Великой Отечественной войны с первых её дней:
- июль-август 1941 года - начальник охраны тыла Особой группы войск по обороне Москвы и одновременно - заместитель начальника Управления охраны тыла Западного фронта;
- август-сентябрь 1941 года - начальник Управления охраны тыла Центрального фронта;
- сентябрь 1941-февраль 1942 гг. - заместитель начальника Главного управления внутренних войск НКВД СССР (в данной должности курировал войска по охране железнодорожных сооружений) и с 13 октября 1941 года одновременно - начальник Серпуховского сектора обороны Москвы.
В феврале-июле 1942 года - начальник Управления войск НКВД СССР по охране особо важных предприятий промышленности.
8 июля 1942-3 января 1943 гг. - начальник Управления пограничных войск НКВД Западно-Сибирского округа.
3 января 1943-июле 1945 гг. - начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла ряда фронтов: Западного, а с 28 апреля 1944 года - 3-го Белорусского. 11 января-4 июля 1945 года одновременно ещё и заместитель уполномоченного НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте.
В боях за Восточную Пруссию проявил яркий полководческий талант. Под его руководством, в частности, войсками НКВД СССР были произведены эффективные зачистки территории Восточной Пруссии и её столицы – Кёнигсберга (11-19 апреля) от остатков разбитых гитлеровских войск противника и действовавших в нашем тылу бессчётных диверсионно-разведывательных, шпионско-террористических групп противника, а также всевозможных бандформирований.
В послевоенный период – в высшем эшелоне НКВД-МВД СССР:
- 16 февраля 1946-12 марта 1948 гг. – командир Особого дорожно-строительного корпуса НКВД-МВД СССР;
- 12 марта 1948-14 марта 1950 гг. - начальник Главного управления шоссейных дорог (ГУШОСДОР) МВД СССР (приказы МВД СССР: о назначении - № 294/лс от 12.03.1948 г.; об освобождении от должности - № 383/лс от 14.03.1950 г.);
- 12 апреля 1950-25 января 1952 гг. – начальник Главного управления по разведке и эксплуатации месторождений и строительству предприятий цветных и редких металлов в Красноярском крае МВД СССР («Енисейстрой») и одновременно - Восточно-Свинцового управления и ИТЛ Енисейстроя МВД СССР (приказы МВД СССР: о назначении - № 00243 от 12.04.1950 г.; об освобождении от должности - № 99/лс от 25.01.1952 г.);
- 25 января 1952-ноябрь 1953 гг. – начальник Управления строительства № 601 («Химстрой» - Управление по строительству Сибирского химического комбината) и Исправительно-трудового лагеря (окрестности города Томска; ныне – город Северск Томской области) Главного управления лагерей промышленного строительства МВД СССР (приказ МВД СССР о назначении № 99/лс от 25.01.1952 г.);
- 28-10 июля мая 1954 года - начальник Управления строительства № 585 и одновременно – начальник военно-строительных частей МВД СССР;
- 10 июля 1954-не ранее 19 августа 1955 гг. – начальник Белогорского исправительно-трудового лагеря (посёлок Шатки Арзамасского района Горьковской области) ГУЛАГа МВД СССР (приказ МВД СССР о назначении № 00562 от 7.07.1954 г.).
В период прохождения службы имел следующие воинские звания:
- «капитан» - с 3 апреля 1936 года;
- «майор» - дата присвоения неизвестна;
- «комбриг» - с 9 марта 1939 года. Присвоено было, минуя воинское звание «полковник»;
- «генерал-майор» - в соответствии с постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 4 июня 1940 года. Генеральского звания был удостоен в числе первых советских генералов (в списке генерал-майоров он под № 244);
- «генерал-лейтенант» – в соответствии с постановлением СНК СССР от 17 ноября 1944 года.
С 1956 года - военный пенсионер.
Кавалер большого количества государственных наград и, в частности, не менее пяти орденов - двух Красного Знамени (15.06.1943 и 3.11.1944), Суворова 2-й степени (19.04.1945), Отечественной войны 1-й степени (29.09.1943), Красной Звезды (27.04.1940), - а также не менее трёх медалей, включая «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «За взятие Кёнигсберга». Кроме того, 28 апреля 1942 года был удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака.
Скончался в 1963 году. Место захоронения неизвестно.
sobkor
Сегодня - о руководителях аппарата уполномоченного НКВД СССР на 1-м Прибалтийском фронте...
Юрий РЖЕВЦЕВ

Аппарат уполномоченного НКВД СССР на 1-м Прибалтийском фронте:
ТКАЧЕНКО Иван Максимович (?-?), в сталинский период представитель высшего эшелона органов внутренних дел и госбезопасности, участник боёв за Восточную Пруссию в качестве уполномоченного НКВД СССР на 1-м Прибалтийском фронте, один из создателей ядерного щита СССР, генерал-лейтенант (1945).
Соцданные неизвестны.
В предвоенный период – на ответственных должностях в центральном аппарате НКВД Украинской ССР, в том числе на 1940 год - капитан госбезопасности (аналог воинского звания «полковник») по специальному званию.
К началу Великой Отечественной войны майор госбезопасности И.М. Ткаченко - заместитель наркома госбезопасности Украинской ССР и одновременно – начальник УНКГБ по Львовской области.
Приблизительно с конца июня-начала июля 1941 года – на военной службе в войсках НКВД СССР (но с сохранением имеющегося специального звания): начальник Отдела охраны войскового тыла 26-й армии Юго-Западного фронта.
Во второй половине июле 1941 года на правах заместителя наркома госбезопасности УССР совместно с военным прокурором фронта санкционировал казнь 757 человек из числа 831 представителя спецконтингента, эвакуированных из тюрьмы города Чорков Тернопольской области в тюрьму города Умани Черкасской области. Как гласит архивный документ, датированный 31 июля 1941 года (ГАРФ: ф. 9413, оп. 1, спр. 23, арк. 165-166), «20.VII с.г. в г. Умани по распоряжению Военного прокурора фронта и Зам. Народного Комиссара Государственной Безопасности УССР - Майора Госбезопасности т. ТКАЧЕНКО - расстреляно и закопано 757 заключённых, осуждённых и следственных по к-р [контрреволюционным] статьям…
Расстрел указанного контингента был вызван сложившейся обстановкой на фронте, т.к. прорвавшийся противник находился в 20-30 клм. от гор. Умани».
На 1 января 1942 года – начальник 7-го секретного отдела (чекистское обслуживание производства миномётов) НКВД СССР. В данной должности печально прославился весной 1942 года во время командировки в Ижевск на оружейные заводы. Так, будучи направленным сюда Л.П. Берия в помощь заместителю наркома вооружения В.Н. Новикова, вместо этого занялся выявлением «вредителей», В результате из-под его пера вышла следующая докладная записка: «Товарищу Берия Лаврентию Павловичу. На Ижевском заводе, где производится пулемёт «максим», мною выявлены вредители: начальник цеха № 5 Викторов А.П. и начальник цеха № 8 Афанасьев Л.В. Их работа приводит к срыву программы, поэтому прошу Вашего согласия их репрессировать. Кроме того, директор этого завода Дубовой - очень слабый работник. Я прошу Вашего указания его от работы освободить, а директором завода назначить Сысоева П.А., ныне работающего главным механиком на Ижевском машиностроительном заводе. Прошу также указать товарищу Новикову, чтобы он больше уделял внимания производству пулеметов «максим». Ткаченко».
По воспоминаниям В.Н. Новикова, реакция Л.П. Берия на этот донос была следующей: «Ткаченко берёт трубку. Дальше слышу через каждые три-четыре слова такой мат, что... Короче, смысл сводился к следующему: «Я зачем тебя, сволочь такую, послал к Новикову – шпионить за ним или помогать ему? За твою телеграмму ты, такая-то б..., подлежишь расстрелу. Я до тебя доберусь. Не тем делом ты занялся, я тебя помогать послал, а ты чем занимаешься? По привычке кляузы разводишь на хороших работников? Расстреляю!».
Ткаченко стоит не бледный, а синий, и только бормочет бесконечно: «Слушаюсь, товарищ нарком».
11 января-25 февраля 1945 года – уполномоченный НКВД СССР на 1-м Прибалтийском фронте и в данном качестве принимал непосредственное участие в боях за Восточную Пруссию.
Впоследствии – уполномоченный НКВД СССР по Литовской ССР.
Приблизительно в 1948-1953 гг. – уполномоченный правительства СССР на строительстве в Челябинской области объектов по созданию ядерного оружия (Челябинск-40, ныне город Озёрск), то есть фактически главный «режимник» данного строительства.
Дальнейшая судьба неизвестна.
В период прохождения службы имел следующие персональные звания высшего начсостава:
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») – удостоен ещё до начала Великой Отечественной войны, но дата неизвестна;
- «старший майор госбезопасности» (аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») – дата присвоения неизвестна, но не позднее января 1943 года;
- «комиссар госбезопасности» (аналог воинского звания «генерал-майор») - с 14 февраля 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации личного состав органов госбезопасности на новые специальные звания;
- «комиссар госбезопасности 3 ранга» (аналог воинского звания «генерал-лейтенант») – дата присвоения неизвестна;
- «генерал-лейтенант» - в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 9 июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.

РОМАНОВ, на завершающем этапе Великой Отечественной войны представитель высшего командного звена войск НКВД СССР, непосредственный участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга, на весну 1945 года – подполковник по воинскому званию.
Биографические данные установить не удалось, за исключением следующих фактов:
- на начало Белорусской стратегической наступательной операции - начальник штаба Управления войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта;
- 26 июля 1941 года заменил собой (но на правах Врио) погибшего в бою начальника Управления войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта полковника М.Т. Крыловского;
- 26 июля 1944-25 февраля 1945 гг. – Врио начальника Управления войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта и одновременно в период 11 января-25 февраля 1945 года - заместитель уполномоченного НКВД СССР на 1-м Прибалтийском фронте;
- 25 февраля-5 апреля 1945 года – Врио начальника войск НКВД СССР по охране тыла Земландской оперативной группы войск 3-го Белорусского фронта.
С 5 апреля 1945 года и до конца войны на руководящих постах в аппарате Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта, в частности в период с 11-19 апреля 1945 года осуществлял общее руководство действиями войск НКВД СССР, привлечённых к спецоперации по зачистке города-крепости Кёнигсберг.
sobkor
Теперь - о руководителях аппарата уполномоченного НКВД (с 4 января 1946 - НКВД-НКГБ) СССР по Восточной Пруссии...
Юрий РЖЕВЦЕВ

Аппараты уполномоченных НКВД СССР и НКВД-НКГБ (МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии:
АПОЛЛОНОВ (настоящая фамилия Боголюбов) Аркадий Николаевич (1907-1978), советский военачальник, в сталинский период представитель высшего эшелона советских спецслужб, в мае-июле 1945 года – Уполномоченный НКВД СССР по Восточной Пруссии, родоначальник Калининградского «Динамо», генерал-полковник (1943) в отставке.
Родился 18 марта 1907 года в городе Балашове Саратовской области. Русский. Член КПСС с 1931 года.
Образование: в 1927 – Саратовскую пехотную школу РККА; 31 мая 1932 – Химические курсы усовершенствования командного состава РККА; 8 марта 1939 – Военную академию имени М.В. Фрунзе.
На военной службе в 1924-декабре 1953 гг., при этом в войсках ОГПУ-НКВД-МВД-МГБ СССР с 1927 года:
- 1927-1931 гг. - командир взвода в войсках ОГПУ: последовательно - в 34-м дивизионе и 7-м полку войск ОГПУ;
- 1931-31 мая 1932 гг. – слушатель Химических курсов усовершенствования командного состава РККА;
-июнь-? 1932 года - в соответствии с приказом по личному составу начальника Главного управления РККА Б.М. Фельдмана № 011 от 3 июня 1932 года как выпускник Химических курсов усовершенствования командного состава РККА был назначен «Руководителем ОВ [отравляющих веществ] Гомельской школы», но вступал ли в данную должность неизвестно;
- 1932-1936 гг. - командир-руководитель тактики 4-й (Саратовской) военной школы пограничной и внутренней охраны ОГПУ-НКВД СССР;
- 1936-8 марта 1939 гг. – слушатель Военной академии имени М.В. Фрунзе (г. Москва).
- 1939-1942 годы - заместитель начальника Главного управления пограничных войск НКВД СССР, а в июле-3 ноября 1941 года одновременно (по совместительству) ещё и начальник Главного управления внутренних войск НКВД СССР-исполняющий обязанности начальника войск НКВД СССР;
- 11 марта 1942-2 апреля 1948 года – заместитель наркома (с весны 1946 года – министра) внутренних дел СССР (по войскам), а 28 октября 1944-30 марта 1946 года одновременно ещё и начальник Главного управления внутренних войск НКВД (с марта 1946 года – МВД) СССР. По первой должности генералу А.Н. Апполонову были подчинены все войска НКВД СССР, включая пограничные, в/ч снабжения и военного строительства, а также Политуправление войск НКВД СССР.
В годы 2-й Мировой войны ярко проявил не только выдающиеся качества полководца, но и государственного мужа. В частности, начиная с 24 ноября 1944 года, и в течение последующих, как минимум, десяти суток совместно с начальником Главного управления войск НКВД по охране тыла действующей армии генерал-лейтенантом И.М. Горбатюком по заданию Л.П. Берия грамотно и энергично руководил работой трёх оперативных групп НКВД СССР, направленных на освобожденную войсками 2-го, 3-го и 4-го Украинских фронтов территорию стран Восточной Европы для выполнения здесь следующего поручения И.В. Сталина: оперативно произвести общий предварительный учёт проживающих здесь лиц немецкой национальности с целью их «репарации трудом» - дальнейшей трудовой мобилизации и депортации в СССР на восстановление разрушенных немецко-фашистскими оккупантами объектов индустрии (главным образом, угольной промышленности Донбасса и черной металлургии юга).
В мае-июле 1945 года находился в Кёнигсберге в правительственной командировке в качестве первого в истории региона Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Состоя в данной должности, внёс весомейший вклад в дело создания и дальнейшего строительства органов правопорядка и безопасности будущей Калининградской области. Кроме того, в июне 1945 года на правах Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии от имени Президиума Верховного Совета СССР в ходе соответствующего воинского ритуала вручил дислоцирующемуся в Кёнигсберге 132-му пограничному Минскому полку войск НКВД СССР орден Красной Звезды, которого данная в/ч была удостоена в апреле 1945 года за участие в разгроме Хайльсбергской группировки немецко-фашистских войск.
В 1946-1948 гг. по совместительству – председатель Центрального совета Всесоюзного физкультурно-спортивного общества «Динамо». В частности, в соответствии с его указанием как руководителя Всесоюзного «Динамо» начальником УМВД по Калининградской области генерал-майором В.И. Дёминым 19 августа 1947 года было официально провозглашено создание Калининградского «Динамо».
Правительственным Постановлением № 1039 от 2 апреля 1948 года был освобождён от должности заместителя министра внутренних дел СССР и назначен председателем Комитета по делам физической культуры и спорта при Совете Министров СССР.
31 декабря 1950 года возвращён в строй – утверждён во вновь введённой должности заместителя министра государственной безопасности СССР по войскам.
В ходе кадровых чисток, начавшихся в высшем эшелоне спецслужб с момента необоснованного ареста министра государственной безопасности генерал-полковника В.С. Абакумова, 26 августа 1951 года был немотивированно смещён со своего поста и зачислен в кадры Министерства обороны СССР.
7 декабря 1953 года уволен в запас по болезни с присвоением статуса персонального пенсионера союзного значения.
В период прохождения службы имел следующие воинские звания высшего командного состава:
- «комбриг» - с 9 марта 1939 года;
- «комдив» - удостоен в самом начале 1940 года;
- «генерал-майор» - в соответствии с постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 4 июня 1940 года. Генеральского звания был удостоен в числе первых советских генералов (в списке генерал-майоров он под № 17);
- «генерал-лейтенант» – в соответствии с постановлением СНК СССР от 20 декабря 1942 года;
- «генерал-полковник» - в соответствии с постановлением СНК СССР от 29 октября 1943 года.
Кавалер большого количества государственных наград, в том числе шести орденов - Ленина, Суворова 1-й степени, Кутузова 1-й степени, трёх Красного Знамени, - а также многочисленных медалей.
Скончался 3 августа 1978 года. Похоронен в Москве.

ТУТУШКИН Фёдор Яковлевич (1900-1959), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, в июле-сентябре 1945 года – уполномоченный НКВД СССР по Восточной Пруссии, генерал-лейтенант (1944), депутат Верховного Совета СССР (вероятней всего, 2-го созыва), Заслуженный работник НКВД (1942).
Родился 20 сентября 1900 году в селе Тереховицы современных Ковровского района Владимирской области в крестьянской семье. Русский. Член КПСС с 4 сентября 1917 года.
Образование: начальную школу; в 1920 – Курсы политработников Приволжского военного округа; в 1922 – Окружную военно-политическую школу; в 1933 – Совпартшколу.
Трудовую деятельность начал в 12-летнем возрасте: подрядчик малярно-кровельных работ Ситникова в селе Пушкино (ныне – одноимённый город) Московской губернии; слесарь (с 1914) главных вагонных мастерских Москвы.
На военной службе в русской армии с 1917 года, с этого же времени участник 1-й Мировой войны: воевал в составе войск Юго-Западного фронта. Имел боевую контузию, полученную в ходе боёв 1917 года (по другим данным – в 1918 году, то есть уже в период службы в Красной Гвардии).
Активный участник революционных событий осени-зимы 1917 года в Москве и Гражданской войны:
- 1 октября 1917-15 марта 1919 гг. – красногвардеец 1-го Московского отряда Красной Гвардии. В данном качестве осенью-зимой 1917 года участвовал в баррикадных боях против войск Московского гарнизона, верных Временному правительству.
- 15 марта 1919-15 марта 1923 гг. – на военной службе в РККА: последовательно - красноармеец, курсант ряда военно-политических учебных заведений, библиотечный инструктор и инструктор политотдела части (но номера в/ч неизвестны).
Весной 1923-летом 1925 гг. – на руководящей партийной работе в народном хозяйстве: на руНа службе в органах ОГПУ-НКВД СССР 14 августа 1925-5 мая 1959 гг. Первая должность здесь – помощник оперуполномоченного (впоследствии – оперуполномоченный) 3-го отдела управленческого аппарата Владимирского губернского отдела ОГПУ.
8 мая-18 июля 1926 года – сотрудник, прикомандированный к центральному аппарату ОГПУ: на работе в Секретно-оперативном и (с 26 мая) Административном отделах.
18 июля 1926-22 июля 1934 гг. – на ответственной и руководящей работе в территориальных органах Полпредства ОГПУ по Уралу, в том числе до осени 1927 года – в городе Тобольске, районном центре современной Тюменской области: помощник уполномоченного, исполняющий обязанности уполномоченного (с 1 сентября 1926), уполномоченный (с 21 сентября 1926) и (в 1927) Временно исполняющий должность начальника некоего ИН (вероятно, Иностранного отдела - ?) управленческого аппарата Особого отдела Тобольского окружного сектора ОГПУ.
8 сентября 1927-13 апреля 1931 гг. – в городе Сарапуле, районном центре бывшей Вотской автономной области, а ныне современной Республики Удмуртия: помощник уполномоченного и (с 28 декабря 1934) уполномоченный Секретно-оперативной части Сарапульского окружного отдела ОГПУ.
13 апреля 1931-27 февраля 1933 года – на руководящей работе в управленческом аппарате Особого отдела Полпредства ОГПУ по Уралу: начальник 3-го отделения.
27 февраля 1933-22 июля 1934 гг. – в городе Перми: заместитель начальника Особого отдела 82-й стрелковой дивизии (Пермский военный гранизон) Приуральского военного округа и по совместительству – Врид начальника Особого отдела Пермского оперативного сектора ОГПУ.
22 июля-25 октября 1934 года - начальник 2-го отдела (по другим данным – отделения) Особого отдела Управления госбезопасности УНКВД по Свердловской области.
25 ноября 1934-15 мая 1937 года – на руководящей работе в аппарате Особого отдела (с 1 января 1937 – 3-й отдел) Управления госбезопасности УНКВД по Крыму: начальник 1-го, 2-го (с 1935) и 6-го (с 9 января 1937) отделов.
С 15 мая 1937 года – во главе ряда Особых отделов НКВД СССР: 3-й Крымской стрелковой дивизии имени ЦИК Крымской АССР 17-го стрелкового корпуса и (с 29 сентября 1938) - в/ч 5299 (речь, вероятней всего, идёт о воинском объединении в масштабе корпуса) Киевского военного округа (с 26 июля 1938 – Киевский особый военный округ).
27 февраля 1939-9 мая 1940 гг. - заместитель начальника Особого отдела НКВД СССР Киевского особого военного округа (в сентябре-14 ноября 1939 – Украинский фронт). В данном качестве осенью 1939 года участвовал в так называемом освободительном походе Красной Армии в Западную Украину.
9 мая-19 сентября 1940 года - заместитель начальника Особого отдела НКВД СССР Ленинградского военного округа.
19 сентября 1940-31 марта 1941 гг. – начальник Особого отдела НКВД СССР Одесского военного округа.
31 марта-1941-30 июня 1942 гг. - заместитель начальника 3-го управления (с 22 августа 1941 - Управление Особых отделов НКВД СССР) Наркомата обороны СССР.
13 августа 1942-29 июня 1943 гг. - начальник Особого отдела НКВД СССР Московского военного округа.
29 июня 1943-30 ноября 1945 гг. (по другим данным – по 8 февраля 1946 года) – начальник Управления контрразведки «Смерш» Московского военного округа.
В течение всей Великой Отечественной и завершающего этапа 2-й Мировой войн неоднократно направлялся в правительственные командировки, в том числе и в действующую армию. И, в частности, в первые недели гитлеровской агрессии против СССР дивизионный комиссар Ф.Я. Тутушкин по личному поручению В.И. Сталина проводил расследование причин огромных потерь, которые в первые же дни войны понесли ВВС Северо-Западного фронта. Свой подробный и объективный доклад представил в Государственный Комитет Обороны письменно 8 июля 1941 года. А в июле-22 сентября 1945 года (но без освобождения от занимаемой должности) уже в звании генерал-лейтенанта состоял в должности уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. На данном посту внёс весомейший вклад в дело строительства органов правопорядка и безопасности будущей Калининградской области. Одновременно, как потом собственноручно указал в одной из служебных анкет, в период своего пребывания в Кёнигсберге «по заданию Л.П. Берия руководил агентурно-оперативной работой, занимался ликвидацией бандитско-диверсионных и шпионско-террористических групп».
30 ноября 1945 года был переведён из структур контрразведки «Смерш» Наркомата обороны СССР в распоряжение наркома внутренних дел Маршала Советского Союза Л.П. Берия.
8 февраля 1946-14 апреля 1951 гг. – народный комиссар (с 15 марта 1946 - министр) внутренних дел Молдавской ССР. В данном качестве запятнал себя как непосредственный организатор массовых репрессиях на территории Молдавии. В частности, 12 октября 1948 года генерал-лейтенант Ф.Я. Тутушкин как министр внутренних дел Молдавской ССР поставил перед союзным центром вопрос о выселении в отдалённые районы страны «15 тыс. кулацких семей - в крайнем случае и самое малое 5 тыс. семей особо враждебных кулаков». Как итог - 6 апреля 1949 года Политбюро ЦК ВКП(б) одобрило Постановление Совета Министров СССР о выселении с территории Молдавии 40 850 человек из 11 280 семей…
Однако в начале 1951 года в ходе очередных сталинских чисток в органах правопорядка и безопасности, сам стал жертвой наветов, угодив в опалу. В результате на основании приказа МВД СССР № 473 от 14 апреля 1951 года был освобождён от занимаемой должности министра внутренних дел Молдавской ССР с откомандированием из Кишинёва в Москву - в распоряжение Управления кадров МВД СССР.
Приказом МВД СССР № 905 от 16 июля 1951 года был назначен с понижением - начальником УМВД по Калининской области (но должность принял 24 июля), однако уже через год (19 июля 1952) так же был освобождён от занимаемой должности и отозван в распоряжение управления кадров МВД СССР.
В июле 1952-1 июля 1957 гг. – на руководящей работе в уголовно-исполнительной системе Свердловской области: последовательно - заместитель начальник лагеря для военнопленных № 476, заместитель начальника управления лагеря (но какого конкретно неизвестно) по охране и режиму, начальник одноимённых Отдела и Управления ОИТК УМВД по Свердловской области.
С 1 июля 1957 года и до своей скоропостижной кончины – без должности при аппарате УВД Свердловской области.
В период прохождения службы имел следующие специальные и воинские звания:
- «лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «капитан») – приказ НКВД СССР № 249 от 7 апреля 1936 года;
- «капитан госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») – приказ НКВД СССР № 1332 от 31 мая 1939 года. Присвоено было, минуя очередное специальное звание «старший лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «майор»);
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») – приказ НКВД СССР № 524 от 22 апреля 1940 года;
- дивизионный комиссар (воинское звание военно-политического состава Красной Армии, аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») – в порядке переаттестации со специального звания на воинское: приказ Наркома обороны СССР № 86 от 10 июня 1941 года;
«старший майор госбезопасности» (аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») – в порядке переаттестации с воинского звание на специальное: приказ НКВД СССР № 1598 от 10 сентября 1941 года;
- комиссар госбезопасности (с февраля 1943 года - аналог воинского звания «генерал-майор») – в порядке переаттестации на новые специальные звания: приказ НКВД СССР № 390 от 14 февраля 1943 года;
- «генерал-майор» - в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 26 мая 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации высшего состава органов военной контрразведки со специальных званий на воинские;
- «генерал-лейтенант» - Постановление СНК СССР от 25 сентября 1944 года.
Кавалер большого количества государственных наград и, в частности, восьми орденов – Ленина (не раньше лета 1951 года - за выслугу лет), четырёх Красного Знамени (в том числе, в 1943 и 1944, в последнем случае - за выслугу лет), Кутузова 1-й степени (1945), Отечественной войны 1-й степени (1943), Красной Звезды (1940), - а также многочисленных медалей, включая «За оборону Москвы», «За оборону Севастополя», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «ХХ лет РККА». Кроме того, в 1942 году был удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака, а 20 июня 1945 года «за успешное выполнение особых заданий» - ценного подарка (но от кого именно – главы НКО, НКВД или СНК? – неизвестно).
Скоропостижно скончался 5 мая 1959 года в период прохождения военной службы в системе МВД СССР. Исключён из списков личного состава МВД СССР был на оснвоании двух приказов: УВД Свердловской области № 179 от 12 мая 1959 года и МВД СССР № 469 от 1 июня 1959 года.
Место захоронения неизвестно.
На момент смерти генерала Ф.Я. Тутушкина его супруга – Тутушкина Клавдия Дмитриевна 1899 года рождения – проживала в Москве по адресу: Ленинский проспект, 75, квартира 165. Также из архивных документов известно, что супруги Тутушкины - Фёдор Яковлевич и Клавдия Дмитриевна – вырастили и воспитали двоих сыновей – Леонида и Владимира.

НАВАЛИХИН Степан Игнатьевич (1905-1979), ветеран системы отечественного МВД, один из создателей и первых руководителей калининградской милиции, участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга, генерал-майор милиции (1947) в отставке, Заслуженный работник НКВД (1947).
Родился 7 января 1905 года в деревне Пеньки современных Богородского района Кировской области в крестьянской семье. Русский. Член КПСС с ноября 1928 года.
Образование: 4 класса сельской школы; в 1935 – годичный курс Ленинградской школы старшего начальствующего состава Рабоче-Крестьянской милиции; в 1954 - годичный курс Высшей школы милиции МВД СССР (Москва).
Трудовую деятельность начал на родине в 1924 году - разнорабочий металлургического завода.
Срочную военную службу проходил в 1927-1929 гг. в Московском военном округе: курсант полковой школы, старшина и Исполняющий обязанности политрука роты отдельного батальона (военный гарнизон города Ростова Ярославской области).
По увольнению в запас вернулся на родину: заведующий избой-читальней, пропагандист Богородского райкома ВКП(б), военный инспектор Богородского райисполкома.
На службе в органах внутренних дел в 1932-1955 гг. - по партийной мобилизации: политинспектор Богородского районного отдела НКВД СССР.
С 1935 года – на практической и руководящей работе в аппарате и территориальных подразделениях управления милиции УНКВД по Горьковской области, в том числе начальник ряда горрайорганов милиции, в том чсиле Варнавинского, Лысковского и Дзержинского.
В 1936 году в ходе аттестации на персональные звания был удостоен знаков различия сержанта милиции (аналог современного специального звания «лейтенант милиции»), но на начало Великой Отечественной войны являлся уже старшим лейтенантом милиции (аналог современного специального звания «майор милиции»).
В 1941-1943 гг. - начальник ОБХСС, а затем заместитель начальника Управления милиции УНКВД по Горьковской области.
В феврале 1943 году в ходе переаттестации на новые специальные звания был удостоен погон подполковника милиции.
По неофициальным данным, в 1943 году был направлен в ряды действующей армии в качестве военного контрразведчика.
С декабря 1944 года - в правительственной командировке при органах военной контрразведки действующей армии: заместитель начальника отдела контрразведки «Смерш» 43-й армии 3-го Белорусского и 1-го Прибалтийского фронтов, а с конца февраля 1946 года - начальник оперативной группы и ряда (в том числе Гумбинненского и Инстербургского) оперативных секторов аппарата уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Отличился в боях по штурму города-крепости Кёнигсберг.
В период с 22 сентября по 12 ноября 1945 года - временно исполняющий обязанности руководителя агентурно-оперативной работой в Восточной Пруссии (то есть фактически - Врио уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии).
4 января-8 августа 1946 года на штатной основе – заместитель уполномоченного НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии. Назначен на эту должность был совместным приказом наркома внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н. Круглова и наркома госбезопасности СССР генерала армии В.Н. Меркулова № 004/002 от 4 января 1946 года «Об организации аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ СССР в Восточной Пруссии».
Как сказано в тексте аттестации того периода, подполковник милиции С.И. Навалихин «в исключительно трудных условиях проделал в Восточной Пруссии большую работу по организации и укреплению органов милиции».
Летом 1946-1949 гг. – заместитель начальника УМВД по Калининградской области - начальник управления милиции.
В дальнейшем заместитель начальника управления милиции МВД-МГБ Киргизской ССР, заместитель начальника управления милиции (с 1950) УМГБ-УМВД по Амурской области; начальник управления милиции (с 1954) УМВД по Орловской области.
Специального звания комиссара милиции 3 ранга (тогдашний аналог современного звания «генерал-майор милиции») удостоен в январе 1947 года, минуя очередное специальное звание «полковник милиции».
В 1955 (по другим данным – 1956) году уволен со службы в органах внутренних дел по инвалидности. Будучи на пенсии, проживал сначала в городе Орле, а затем (после 1975) в Москве, в семье дочери.
В период службы неоднократно избирался в партийные и советские органы власти и, в частности: в 1952 - кандидатом в члены Амурского областного комитета КПСС; 22 февраля 1953 года – депутатом Амурского областного Совета депутатов трудящихся от Дамбукинского избирательного округа.
Кавалер большого количества государственных и ведомственных наград и, частности, пяти орденов – Красного Знамени (приблизительно в 1953; № 423993), Отечественной войны 2-й степени (21.04.1945; № 801298), двух Красной Звезды (приблизительно 1944 и 1945; № 2236923), Знак Почёта (1943; № 34676), - многочисленных медалей и, в том числе, «За боевые заслуги» (01.02.1946; № 24233877), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За взятие Кёнигсберга» и «50 лет советской милиции», а также нагрудного знака «50 лет в КПСС». Кроме того, в 1947 году был удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака (№ 4522).
Скончался 29 апреля 1979 года. Похоронен в Москве на Кузьминском кладбище.

ТРОФИМОВ Борис Петрович (1902-1975), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, один из создателей и первых руководителей органов внутренних дел и государственной безопасности современной Калининградской области, генерал-майор (1945) в отставке, Заслуженный работник НКВД.
Родился 19 ноября 1902 году в городе Гельсингфорсе (ныне – столица Финляндии город Хельсинки). Русский. Член КПСС с августа 1918 года.
Образование - среднее: в дореволюционный период - пять классов гимназии; в 1927 – Командные курсы ОГПУ (г. Москва).
Активный борец за Советскую власть в дни свершения Великой Октябрьской социалистической революции и в период Гражданской войны:
- в ноябре 1917-1918 гг. – боец одного из большевистских партизанских отрядов Курской губернии;
- в 1918-1921 гг. – на военной службе в Красной Армии: командир взвода и роты, в том числе с 1919 года - в боях и сражениях Южного фронта по обороне Курска и Воронежа от деникинских войск, а в 1921 году – участник боевых операций по подавлению Антоновского вооружённого мятежа на Тамбовщине. В 1919 году был ранен в голову.
На службе в органах внутренних дел и госбезопасности 1 ноября 1921-14 декабря 1953 гг.:
- в ноябре-декабре 1921 года - военно-политический комиссар района железнодорожной милиции станции Конотоп (современная Сумская область Украины);
- в декабре 1921-1926 гг. – на чекистско-оперативной работе в Курском транспортном отделе ВЧК на Московско-Киевско-Воронежской железной дороге: последовательно - помощник уполномоченного, уполномоченный, старший уполномоченный и начальник отделения;
- в 1926-1927 гг. - курсант Командных курсов ОГПУ в городе Москве, где, говоря современным языком, получил среднее военно-специальное и среднее юридическое образование.
В 1927-1 августа 1938 гг. – на ответственных и руководящих постах в центральном аппарате Транспортного отдела ОГПУ, а с ноября 1934 года – Транспортного отдела Главного управления госбезопасности НКВД СССР: уполномоченный и старший уполномоченный, старший инспектор (с 1 мая 1932 года), заместитель начальника 5-го отделения (с 10 июля 1934 года), а с 27 апреля 1935 года - начальник 8-го отделения.
1 марта (по другим данным – 1 августа)-октябре 1938 гг. - начальник 1-го отделения Особого отдела ГУГБ НКВД СССР.
В октябре 1938-марте 1939 гг. - начальник одного из отделений в составе сначала 6-го (транспортного) отдела ГУГБ НКВД СССР, а начиная с 1 января 1939 года, - Главного транспортного управления НКВД СССР.
28 марта 1939-начале мая 1940 гг. – на руководящей работе в центральном аппарате Главного управления исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений (ГУЛАГ): заместитель начальника, а с 5 сентября 1939 года - начальник 3-го (охрана и оперработа) отдела. Как руководитель 3-го отдела ГУЛАГа осенью 1939 года принимал непосредственное участие в создании и организации работы лагерей для польских военнопленных, захваченных Красной Армией в ходе так называемого освободительного похода в Западную Украину и Белоруссию.
9 мая 1940-28 декабря 1941 гг. – на руководящей работе в структурах НКВД Карело-Финской ССР: последовательно - начальник Сортавальского уездного, Виипурского (ныне, город Виипури – Выборг Ленинградской области) городского и Кексгольмского уездного отделов НКВД, а приблизительно с конца 1940 года – 1-й заместитель наркома внутренних дел Карело-Финской ССР.
28 декабря 1941-28 апреля 1942 гг. - начальник Особого отдела НКВД СССР Южского спецлагеря (Ивановская область).
28 апреля 1942-2 июля 1943 гг. – на военной службе в войсках НКВД СССР (но с сохранением имеющегося специального звания): начальник Разведывательного отдела Управления войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии Главного управления внутренних войск НКВД СССР, а, начиная с 4 мая 1943 года, - начальник Разведывательного отдела Главного управления войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии.
2 июля 1943-4 января 1946 гг. - начальник УНКВД по Курской области (но де-факто – до 3 ноября 1945 года).
Осенью 1945 года в соответствии с приказом от 3 ноября 1945 года наркома внутренних дел СССР Маршала Советского Союза Л.П. Берия без освобождения от занимаемой должности был направлен в правительственную командировку в Кёнигсберг, где 12 ноября 1945 года принял должность Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии.
4 января-8 августа 1946 года на штатной основе – Уполномоченный НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии. Назначен на эту должность был совместным приказом наркома внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н. Круглова и наркома госбезопасности СССР генерала армии В.Н. Меркулова № 004/002 от 4 января 1946 года «Об организации аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ СССР в Восточной Пруссии».
В данном качестве выступил в роли создателя и первого по счёту руководителя целого ряда силовых правоохранительных структур будущей Калининградской области – современных региональных УВД, УФСБ, УФСИН и Центра правительственной связи.
8 августа 1946-5 июня 1947 гг.– первый по счёту начальник УМВД по Калининградской области.
Во многом благодаря генерал-майору Б.П. Трофимову как начальника УМВД по Калининградской области, советское правительство в феврале 1947 года впервые со всей серьёзностью повернулось лицом к отечественному янтарному производству. А поводом к тому послужил факт телеграфного обращения Бориса Петровича 8 февраля 1947 года к министру внутренних дел СССР генерал-полковнику С.Н. Круглову, которое в свою очередь было вызвано расточительным расходованием янтаря калининградским военторгом при производстве ширпотр[цензура]: «С апреля 1945 года на выработку указанных изделий израсходовано 7 тонн янтаря, из которого более государственно целесообразно было бы вырабатывать специальные заказы для нужд медицины. Таким образом, можно сделать вывод о явно антигосударственной практике в расходовании ценнейшего сырья, запасы которого имеются только в Америке и в бывшей Восточной Пруссии - Калининградской области».
В Калининградскую область во главе правительственной комиссии тогда незамедлительно выехал лично заместитель председателя Совмина СССР А.Н. Косыгин. Решение, которое было принято в ходе той командировки, - янтарное производство передать в систему МВД СССР…
Летом 1947-зимой 1953 гг. – на высоких руководящих постах в центральном аппарате МВД СССР:
- 5 июня 1947-22 сентября 1950 гг. - заместитель начальника ГУЛАГа (по оперативно-чекистской работе)-начальник 1-го управления. По данной должности весной 1948 года на основании совместного приказа МВД СССР, МГБ СССР и Генерального прокурора СССР № 00279/00108/72сс от 16 марта 1953 года «Об организации особых лагерей и тюрем МВД» был введён в состав межведомственной Центральной комиссии при МВД СССР (председатель – заместитель министра внутренних дел СССР генерал-лейтенант В.С. Рясной), в обязанностях которой было производить отбор заключённых, подлежащих переводу из ИТЛ в особые лагеря и тюрьмы МВД СССР;
- 22 сентября 1950-24 марта 1953 гг. - начальник управления военно-строительных частей-заместитель начальника Главного управления лагерей промышленного строительства (Главпромстрой; в качестве справки: согласно приказу МВД № 00932 от 19 октября 1946 года, ГУЛПС являлось «специальной организацией для строительства предприятий и учреждений Первого главного управления», то есть занималось строительством объектов, возводимых в целях реализации «атомного проекта»);
- 24 марта-19 октября 1953 года - заместитель начальника 5-го Управления (обеспечение государственной безопасности в экономике) МВД СССР.
В июле-августе 1953 года входил в состав комиссии МВД СССР, возглавляемой заместителем министра внутренних дел СССР (по войскам) генералом армии И.И. Масленниковым и направленной в Воркуту на усмирение возникшего внутри Особого лагеря № 6 (Речлаг) вооружённого бунта заключённых. Поскольку путём переговоров успокоить взбунтовавшихся оказалось невозможным, была проведена спецоперация. Её итог: в результате правомерного применения военизированной охраной и войсками МВД СССР табельного оружия убито 42 и ранено 135 человек из числа спецконтигента; из незаконного оборота изъято 17 ножей и две бритвы; порядок внутри лагерных отделений полностью восстановлен…
- 19 октября-14 декабря 1953 гг. – в распоряжении министра внутренних дел СССР.
В период прохождения службы имел следующие специальные и воинские звания:
- «старший лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «майор») – с 14 декабря 1935 года;
- «капитан госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») – с 31 июля 1939 года;
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») – с 27 апреля 1942 года;
- «полковник госбезопасности» - с 23 февраля 1943 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава госбезопасности на новые специальные звания;
– «комиссар госбезопасности» (аналог воинского звания «генерал-майор») - с 14 марта 1944 года;
- «генерал-майор» - в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 9 июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава госбезопасности со специальных званий на воинские.
В отставку был отправлен на основании приказа МВД СССР № 2317 от 14 декабря 1953 года: «уволен по ст. 54 п. «б» в запас МВД СССР по болезни с особыми отличительными знаками на погонах». С этого же времени – военный пенсионер с местом постоянного проживания в Москве.
Кавалер большого количества государственных наград и, в частности, не менее шести орденов – Ленина (21 февраля 1945 года; за выслугу лет), трёх Красного Знамени (3 ноября 1944 года – за выслугу лет; в 1945 и после 1947 гг.), Трудового Красного Знамени (8 декабря 1951 года), Красной Звезды (22 июля 1937 года; за выполнение заданий правительства), - а также многочисленных медалей, включая, «За воинскую доблесть. В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина», «За оборону Москвы» (1945), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «ХХ лет РККА» и «ХХХ лет Советской Армии и Флота 1918-1948». Кроме того, в 1927 году в связи с предстоящем празднованием 10-й годовщины ОГПУ в порядке дисциплинарного поощрения был награждён Собранием сочинений В.И. Ленина, а позднее удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака (но точная дата неизвестна).
Скончался в 1975 (по другим, очевидно, ошибочным, данным – 1973) году. Похоронен в Москве.

РУДАКОВ Евгений Васильевич (1905-?), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, ветеран отечественных органов госбезопасности и внутренних дел, первый в истории янтарного края (апрель 1946-август 1949) начальник современного УФСБ по Калининградской области, полковник (1943) в отставке.
Родился в 1905 году в городе Санкт-Петербурге. Член КПСС с 1940 года.
На службе в органах госбезопасности и внутренних дел в 1919-1953 гг. и, в частности:
- январь-август 1941 года - начальник 14-го отделения 2-го отдела (борьба с антисоветскими элементами) Главного управления госбезопасности НКВД СССР;
- август-декабрь 1941 года - начальник 1-го отделения 3-го отдела 3-го (секретно-политического) Управления НКВД СССР;
- декабрь 1941-июнь 1942 гг. - начальник 2-го отделения 3-го отдела 3-го (секретно-политического) Управления НКВД СССР;
- июнь 1942-май 1944 гг. - заместитель наркома внутренних дел Чечено-Ингушской АССР;
- май 1944-январь 1946 гг.- сначала заместитель начальника опергруппы НКГБ Литовской ССР, а затем - заместитель наркома госбезопасности Литовской ССР.
4 января-8 августа 1946 года на штатной основе – заместитель уполномоченного НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии. Назначен на эту должность был совместным приказом наркома внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н. Круглова и наркома госбезопасности СССР генерала армии В.Н. Меркулова № 004/002 от 4 января 1946 года «Об организации аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ СССР в Восточной Пруссии».
Одновременно с 16 мая 1945 года – начальник оперативной группы МГБ СССР по Кёнигсбергской области, которая на основании приказа МГБ СССР № 00359 от 13 сентября 1946 года была переименована в УМГБ по Калининградской области. Таким образом, в период 13 сентября (но де-юре с ноября) 1946-август 1949 гг. – начальник УМГБ по Калининградской области. В частности, под руководством полковника Е.В. Рудакова была выявлена и разгромлена диверсионно-террористическая сеть, свитая в регионе агентами разведорганов как разгромленной фашистской Германии, так и ряда других западных государств.
Впоследствии – руководитель ряда региональных управлений госбезопасности и внутренних дел:
- август 1949-июнь 1952 гг. - начальник УМГБ по Челябинской области;
- июнь 1952-март 1953 гг. – начальник УМГБ по Чистопольской области Татарской АССР (с июня 1952),
- март-сентябрь 1953 года - начальник УМВД по Одесской области.
С сентября 1953 года – военный пенсионер. В запас был уволен по болезни в соответствии с приказом МВД СССР № 1312 от 15 сентября 1953 года.
В период прохождения службы имел следующие персональные звания:
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») – дата присвоения неизвестна;
- «полковник госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») - с 14 февраля 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации личного состав органов госбезопасности на новые специальные звания;
- «полковник» - с начала июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.
До кончины (дата неизвестна) жил и трудился в Москве.
Nick
Отвлекусь немного от темы. Кто-нибудь смотрел художественный фильм "Секретный эшелон"?
sobkor
Завершаю информационный проект о чекистах из числа представителей генералитета НКВД-МВД-МГБ СССР...
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Представители высшего эшелона спецслужб, чья судьба так или иначе связана с Восточной Пруссией или современной Калининградской областью:
ГУЗЯВИЧЮС (Гузявичус, Гудайтис-Гузявичус) Александр (Александрас) Августович (1908-1969), профессиональный литовский революционер-коммунист, в 1928-1929 гг. нелегально работавший на территории Восточной Пруссии, в сталинский период представитель высшего эшелона НКВД-НКГБ СССР, народный писатель Литвы (1968), член Союза писателей СССР, генерал-майор (1945) в отставке, депутат Верховного Совета СССР 1-го, 2-го и 4-го созывов, Лауреат Сталинской премии (1951), Заслуженный работник НКВД (1942).
Родился 25 мая 1908 года в Москве в семье рабочего, но с 1921 года проживал в буржуазной Литве. Литовец. Партийность: в 1924-1931 гг. - член комсомола Литвы; в январе 1927-октября 1940 гг. – член Коммунистической партии Литвы; в 1929-1931 гг. - член ВКП(б) (выбыл в связи с переходом на нелегальную работу).
Образование: в 1922-1928 – учащейся гимназии; в 1938-1939 - вольнослушатель Каунасского и Вильнюсского университетов; в 1948 - экстерном курс за восемь классов гимназии (г. Вильнюс); в 1956 - заочно три курса Литературного института (г. Москва).
В ноябре 1928-июне 1929 гг. как профессиональный революционер (член редакции газеты ЦК Компартии Литвы «Балсас») на нелегальной работе в Восточно-Прусской провинции с проживанием в городах Тильзит (ныне – Советск) и Кёнигсберг (ныне - Калининград), а также в Польше (город Гданьск).
В июне 1929-октябре 1931 гг. – в Москве: технический секретарь Литовской секции ИККИ, представитель ЛКСМ Литвы в Коммунистическом интернационале молодёжи.
В октябре 1931-июне 1940 гг. – вновь в буржуазной Литве:
- октябрь 1931-январь 1932 гг. - на нелегальном положении как секретарь ЦК Компартии Литвы и секретарь ЦК Комсомола Литвы (г. Каунас);
- январь 1932-февраль 1938 гг. – политзаключённый, содержался под стражей в каторжных тюрьмах Каунаса и Шауляя;
- февраль-ноябрь 1938 гг. – как больной на попечении у отца, с место постоянного проживания в литовском уездном городе Укмерге;
- ноябрь 1938-ноябре 1939 гг. – член редакции и переводчик в столичном офисе каунасской газеты «Лайкас»;
- ноябрь 1939-июнь 1940 гг.- политссыльный с местом проживания последовательно в деревне Валакбудис, местечках Синсаутсай и (с февраля 1940) Гражишкай.
В июне-июле 1940 года – на ответственной работе в органах исполнительной власти Литвы: вице-министр внутренних дел Литвы и начальник Вильнюсского уезда и города.
На службе в органах внутренних дел и госбезопасности СССР в июле 1940-4 августа 1945 гг. как Александр Августович Гузявичюс (Гузявичус). Первая должность здесь - нарком внутренних дел Литовской ССР: 11 сентября 1940-31 июля 1941 гг. В данном качестве отличился в первые недели Великой Отечественной войны: в июне-июле 1941 года при отступлении советских войск с территории Прибалтийских республик возглавил боевые действия усиленного батальона 1-го мотомеханизированного (?) полка войск НКВД СССР (речь, вероятней всего, идёт о 1-м мотострелковом полку 22-й мотострелковой дивизии оперативных войск НКВД СССР).
В августе1941-30 ноября 1943 гг. – на ответственной работе в подразделениях центрального аппарата союзных НКВД и НКГБ:
- август-сентябрь 1941 года - сотрудник Спецлага НКВД СССР (г. Горький);
- сентябрь 1941-18 января 1942 гг. – сотрудник, прикомандированный ко 2-му (зафронтовой работы – разведка, террор и диверсии в тылу врага) отделу НКВД СССР;
- 18 января 1942-30 ноября 1943 гг. – на руководящей работе в аппарате 4-го (диверсионного) управления НКВД (с апреля 1943 года – НКГБ) СССР: начальник 5-го (Литовского) отделения 2-го отдела, начальник (с 1 июня 1942) 3-го (Литовского) отделения 1-го отдела и начальник 3-го (Литовского) отделения 2-го отдела.
30 ноября 1943-12 июля 1944 гг. – в тылу врага на территории оккупированной Литвы: руководитель оперативной группы НКГБ СССР в Литве.
12 июля 1944-4 августа 1945 гг. – нарком государственной безопасности Литовской ССР и одновременно (с июня 1945) - директор Издательства художественной литературы Литовской ССР.
В июне 1945 года, став жертвой теракта, получил тяжёлое ранение, в результате чего до сентября 1945 года находился на излечении в военных госпиталях Вильнюса.
С осени 1945 года в отставке по состоянию здоровья, резко пошатнувшегося после тяжёлого ранения.
В период прохождения службы имел следующие персональные звания высшего начсостава:
- «старший майор госбезопасности» (аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») - со 2 января 1941 года;
– «комиссар госбезопасности» (аналог воинского звания «генерал-майор») - с 14 февраля 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации личного состав органов госбезопасности на новые специальные звания;
- «генерал-майор» - в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 9 июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.
В августе 1945-июне 1953 гг. – на руководящей хозяйственной и творческой работе: директор Издательства художественной литературы Литовской ССР и одновременно:
- в сентябре 1945-марте 1947 гг. - председатель Комитета по делам культурно-просветительских учреждений при Совете министров Литовской ССР;
- в августе 1950-мае 1953 гг. - член правления Союза писателей СССР.
В июне 1953-июле 1955 гг. - министр культуры Литовской ССР.
С апреля 1960 года и вплоть до своей безвременной кончины – вновь член правления Союза писателей СССР.
В большой литературе с середины 1930-х: в 1935 году в Минске увидел свет первый сборник его очерков и рассказов - «Знаменосец». Правда, имя автора, поскольку тот являлся революционером-нелегалом, было вынуждено скрыто под псевдонимом «Бролис».
Уже в послевоенный период из-под его пера вышли исторические романы «Правда кузнеца Игнотаса» (т. 1-2, 1948-1949; в 1951 году за этот труд удостоен Сталинской премии), «Братья» (т. 1-4, 1951-1955) и «Заговор» (т. 1-2, 1964-1965) а также ряд пьес, повестей и рассказов. В большую советскую литературу вошёл как Александрас Гудайтис-Гузявичус.
Кавалер многих государственных наград и, в частности, пяти орденов - двух Ленина, Красного Знамени (31 мая 1945), Трудового Красного Знамени и Красной Звезды (20 сентября 1943), - и трёх медалей. Кроме того, 19 декабря 1942 года был удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака.
Скончался 18 апреля 1969 года. Похоронен в Вильнюсе.

СТАХАНОВ Николай Павлович (1901-1977), в 1940-х-1960-х гг. представитель высшего эшелона НКВД-МГБ-МВД СССР, в 1955-1961 гг. - министр внутренних дел РСФСР, в 1947-1948 гг. - непосредственный руководитель по линии МВД СССР процесса по депортации коренного немецкого населения из Калининградской области в Германию, генерал-лейтенант (1943) в отставке.
Родился 28 ноября 1901 году в городе Балашове Саратовской губернии. Член КПСС с 1937 года.
Образование: в 1947 – Военную академию имени М.В. Фрунзе.
В 1919-1920 гг. – конторщик одной из железнодорожных станций.
На военной службе в августе 1920-декабре 1961 гг. Первая должность здесь - красноармеец войск ЧОН – частей особого назначения по борьбе с бандитизмом.
В системе ОГПУ-НКВД-МГБ-МВД СССР с 1927 года:
- до июня 1935 года - помощник начальника и начальник пограничной заставы, начальник манёвренной группы 1-го Ухтинского пограничного отряда войск ОГПУ-НКВД СССР (Карелия);
- в июне 1935-феврале 1939 гг. - начальник штаба 8-го пограничного отряда войск НКВД СССР Управления пограничных войск НКВД СССР Ленинградском округа;
- в июне 1935-феврале 1942 гг. – начальник Управления пограничных войск НКВД СССР Приморского округа (г. Владивосток);
- в феврале-12 марта 1942 года - заместитель начальника Главного управления пограничных войск НКВД СССР;
- 12 марта 1942-11 марта 1952 гг. - начальник Главного управления пограничных войск НКВД-МВД-МГБ СССР, а с 26 августа 1951 года одновременно ещё и заместитель министра государственной безопасности СССР (по войскам).
Генеральских званий был удостоен:
- «генерал-майор» - в соответствии с постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 4 июня 1940 года в числе первых советских генералов (в списке генерал-майоров значится под № 391);
- «генерал-лейтенант» - в соответствии с постановлением СНК СССР от 29 октября 1943 года.
В конце 1947-начале 1948 гг. находился в Калининградской области в правительственной командировке, где в соотвествии с приказом министра внутренних дел СССР № 001067 от 14 октября 1947 года «О переселении немцев из Калининградской области РСФСР в Советскую зону оккупации Германии» от имени союзного МВД осуществлял общее руководство процессом депортации из российской Прибалтики коренного немецкого населения. Функции, которые тогда здесь выполнял, были чётко определены в выше названном приказе: «5. Для оказания помощи в организации работы по переселению немцев из Калининградской области командировать на место генерал-лейтенанта тов. СТАХАНОВА, которому совместно с тов. ДЁМИНЫМ, Калининградским Облисполкомом и представителями Министерства путей сообщения разработать инструкцию о порядке переселения немцев из Калининградской области и представить в МВД СССР на утверждение.
6. Генерал-лейтенанту тов. СТАХАНОВУ и генерал-майору тов. ДЁМИНУ создать областную и районные оперативные группы по переселению немцев в Германию, включив туда представителей областного и районных исполкомов. Для укомплектования областной и районных оперативных групп использовать как оперативный состав МВД, так и офицеров войск МВД».
Под руководством генерал-лейтенанта Н.П. Стаханова калининградскими УМВД, УМГБ и облисполкомом была разработана Инструкция по переселению немцев из Калининградской области в советскую зону оккупации в Германии. Данная Инструкция вступила в силу, когда свои подписи под ней поставили генерал-лейтенанта Н.П. Стаханов, председатель Калининградского облисполкома В.А. Борисов и начальник УМВД по Калининградской области генерал-майор В.И. Дёмин. В частности, согласно этому документу, каждая немецкая семья могла вывезти с собой не более 300 кг имущества. Продовольствие же репатриантам выдавалось за наличные деньги, но в расчёте не более чем на пятнадцать суток, но в то же время Калининградский облисполком обязан был предоставить продовольственный набор каждому из неимущих немцев.
11 марта 1953-22 февраля 1955 гг. - начальник Главного управления милиции МВД СССР, а с 25 февраля 1954 года ещё одновременно и заместитель министра внутренних дел СССР.
22 февраля 1955-июле 1961 гг. – первый по счёту, начиная с 1930 года, министр внутренних дел РСФСР. В данном качестве сформировал коллегию и аппарат данного Министерства, всемерно способствовал налаживанию их работы, а также процессу более чёткого правового разграничения между функциями МВД СССР и МВД РСФСР. Был снят с должности как в силу стечения объективных причин (слабая техническая оснащённость органов внутренних дел, низкий авторитет сотрудников милиции и т.п.), так и субъективных факторов (в РСФСР были невысокими показатели борьбы с преступностью и качества работы исправительно-трудовых учреждений).
С декабря 1961 года – военный пенсионер.
Кавалер восьми орденов и многочисленных медалей, в том числе ордена Ленина, Суворова 2-й и 3-й степени, не менее трёх орденов Красного Знамени.
Скончался 1 сентября 1977 года. Похоронен в Москве.

ХМАРИН Николай Петрович (1900-?), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, ветеран отечественной системы МВД и пограничных войск, в июне 1946-сентябре 1949 гг. - начальник ряда дислоцировавшихся в Кёнигсбергской-Калининградской области Управлений лагерями военнопленных и интернированных, член первого состава совета Калининградского «Динамо», полковник (1943 и 1945) в отставке.
Родился в 1900 году на Дальнем Востоке - в селе Черниговка бывшей Приморской области. Русский. В КПСС состоял с 1927 года, но был исключён из её рядов в 1960 году за причастность к массовым репрессиям 1930-х.
Образование: в феврале 1921 – годичную армейскую школу военкомов; в марте 1928 - Высшую пограничную школу ОГПУ (г. Москва).
На военной службе в Красной Армии в мае 1918-феврале 1921 гг. в качестве добровольца. С этого же времени участник Гражданской войны на Дальнем Востоке:
- в мае-июле 1918 года - рядовой боец Владивостокского красногвардейского отряда;
- в марте 1919-феврале 1920 гг. - командир конной разведки Партизанского отряда, возглавляемого легендарным героем Гражданской войны Сергеем Лазо;
- в марте 1920-февраль 1921 гг. - военком бронепоезда «Коммунист» и курсант военно-политических курсов.
На службе в системе ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД-МВД СССР в феврале 1921-29 апреля 1953 гг. Первая должность здесь - начальник информационно-регистрационной статчасти Приамурского губернского отдела ГПО. В дальнейшем - командир (с ноября 1921) конно-подрывного партизанского отряда РВС Приморья и (с октября 1922) заместитель начальника Никольско-Уссурийского уездного отдела ГПО.
В феврале 1923-ноябре 1932 гг. – профессиональный пограничник:
- начальник пограничных постов «Хунчун» и «Турий Рог» 7-го пограничного эскадрона (с 6 мая 1923 года – Отдельный Приморский эскадрон войск ОГПУ);
- в мае 1924-феврале 1927 гг. - комендант пограничных участков «Гродеково» и «Казакевичи» 11-го отдельного пограничного эскадрона (с февраля 1925 года – Уссурийский кавалерийский пограничный отряд войск ОГПУ);
- марта 1927-апреле 1928 гг. - слушатель Высшей пограничной школы ОГПУ (г. Москва);
- в апреле 1928-июне 1930 - начальник Охотского морского КПП пограничных войск ОГПУ. В этот период – сослуживец будущего прославленного полководца Великой Отечественной войны К.К. Ракутина, который в период 1926-начало 1930 гг. являлся начальником отдельной Охотской пограничной комендатуры и одновременно - заместителем председателя Охотского райисполкома;
- в июле 1930-декабре 1932 гг. - начальник 54-го Нерчинского пограничного отряда войск ОГПУ.
В декабре 1932-23 февраля 1935 гг. – на руководящей работе в органах военной контрразведки: начальник Особого отдела Красноярского оперативного сектора ОГПУ-НКВД СССР, а с декабря 1934 года - начальник отделения Особого отдела Управления госбезопасности УНКВД по Красноярскому краю.
23 февраля 1935-апрель 1943 гг. – на руководящей работе в органах внутренних дел Красноярского края:
- 23 февраля 1935-4 февраля 1938 гг. -начальник УНКВД по Хакасской автономной области;
- 4 февраля 1938- август 1939 гг. - помощник начальника УНКВД по Красноярскому краю по милиции–начальник Управления Рабоче-Крестьянской милиции Красноярского края;
- в августе 1939-апреле 1943 гг. – сначала начальник мобилизационной инспекции, а затем - Экономического отдела всё того же УНКВД по Красноярскому краю.
С апреля 1943 года и вплоть до выхода в отставку – на ответственных руководящих должностях в уголовно-исполнительной системе:
- в апреле-сентябре 1943 года - начальник отделения Оперативного отдела Главного управления по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР;
- в сентябре 1943-ноябре 1944 гг. - начальник фильтрационно-проверочного полевого лагеря № 139 НКВД СССР. С этого момента – непосредственный участник Великой Отечественной войны;
- в ноябре 1944-летом 1945 гг. - начальник Отдела по делам военнопленных и интернированных НКВД СССР управления 1-го Украинского фронта.
В Кёнигсбергской-Калининградской области в июне 1946-сентябре 1949 гг.: начальник Управления лагерями военнопленных и интернированных № 533 (город Прейсиш-Эйлау;, ныне – Багратионовск), а с сентября 1947 года - начальник Управления лагерями военнопленных и интернированных № 445 (город Черняховск).
31 октября 1947 года был избран членом первого состава совета Калининградского «Динамо».
В сентябре 1949-марте 1951 гг. - заместитель начальника по охране и режиму 1-го отдела Управления Кунеевского исправительно-трудового лагеря Куйбышевгидростоя МВД СССР (город Ставрополь Куйбышевской области; ныне – Тольятти Самарской области).
18 апреля 1951-29 апреля 1953 гг. - заместитель (по лагерю) начальника и (с 1 апреля 1953) И.о начальника Управления Варнавинского исправительно-трудового лагеря (райцентр Варнавино бывшей Горьковской области) - пенитенциарной структуры, имевшей следующее подчинение: с 5 ноября 1949 года - Главному управлению лагерей строительства Волго-Донского соединительного канала (Гидроволгодострой) МВД СССР; с 3 июля 1952 года - Главному управлению лагерей строительства Волго-Балтийского водного пути (Главгидроволгобалтстрой) МВД СССР и, наконец, со 2 апреля 1953 года – ГУЛАГу Министерства юстиции СССР.
От последней должности освобождён по сокращению штатов в связи с расформированием 29 апреля 1953 года Варнавинского ИТЛ. Предположительного с этого времени – пенсионер органов внутренних дел, однако где проживал после выхода в отставку и когда скончался неизвестно.
В период прохождения службы имел следующие персональные звания:
- «капитан госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») - с 25 декабря 1935 года;
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») - с 7 апреля 1942 года;
- «полковник госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») - с 14 февраля 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации личного состав органов госбезопасности на новые специальные звания;
- «полковник» - с начала июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.
На момент выхода в отставку являлся кавалеров шести орденов - Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны 1-й и 2-й степени, Красной Звезды и Знак Почёта, - а также пяти медалей.
Дата смерти и место погребения неизвестны.

ЧИСТОВ Павел Васильевич (1905-?), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, в 1942-1944 гг. - узник нацистских лагерей смерти и тюрем гестапо Восточной Пруссии, майор госбезопасности (1937) в отставке, депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва.
Родился в 1905 году в деревне Кондырино бывших Клинского уезда Московской губернии в семье маляра. Русский. Партийность: в 1922-1928 гг. – член ВЛКСМ, а с апреля 1926 года – член ВКП(б), откуда выбыл осенью 1941 года в связи с пленением противником.
Образование: неполный курс гимназии; три класса школы 2-й ступени (г. Москва); в июле 1927 – годичную Московскую губернскую совпартшколу.
В мае 1922-июле 1923 гг. - маляр по найму у частных лиц города Москвы.
На службе в органах ГПУ-ОГПУ-НКВД 3 июля 1923-3 сентября 1941 гг. Карьеру чекиста начинал в центральном аппарате ГПУ-ОГПУ:
- 3 июля 1923-1 сентября 1925 гг. - регистратор отделения иностранной регистратуры Иностранного отдела;
- 1 сентября 1927-1 января 1928 гг. - помощник уполномоченного 2-го отделения Информационного отдела (ИНФО) и Политконтроля (ПК);
- 1 января-5 октября 1928 года - уполномоченный 5-го отделения Информационного отдела (ИНФО) и Политконтроля (ПК);
В октябре 1928-августе 1934 – на практической и руководящей чекисткой работе в Сибири, в том числе до октября 1930 года – в структурах Полномочного представительства ОГПУ по Сибирскому краю:
- октябрь 1928-1929 гг. - уполномоченный Иркутского окружного отдела ОГПУ в Усольском районе;
- 1929- 1 марта 1930 гг. - начальник ИНФО Иркутского окружного отдела ОГПУ.
1 марта-октябре 1930 года – руководящий работник аппарата Полпредства ОГПУ по Сибирскому краю:
- до 15 июня 1930 года – последовательно начальник 3-го отделения ИНФО и начальник 3-го отделения некоего УЧОСО;
- 15 июня-октябрь 1930 года - начальник 2-го отделения УЧОСО.
В октябре 1930-23 августа 1934 гг. – в структурах аппарата ОГПУ по Западно-Сибирскому краю:
- октябрь 1930-1931 гг. - начальник ИНФО оперативного сектора;
- в течение короткого времени до 25 февраля 1931 года - начальник 3-го отделения ИНФО;
- 25 февраля-март 1931 года - начальник 2-го отделения ИНФО;
- март 1931-1933 гг. – начальник 2-го отделения Секретно-политического отдела;
- в течение короткого времени до 14 мая 1933 года - помощник начальника Секретно-политического отдела;
- 14 мая 1933-23 августа 1934 гг. - начальник Барнаульского оперативного сектора ОГПУ-НКВД СССР.
23 августа 1934-26 февраля 1938 гг. - на Урале, где запятнал себя палаческой ролью участника и инициатора необоснованных массовых репрессий. В том числе до 29 сентября 1936 года – в Челябинской области: начальник Секретно-политического отдела Управления госбезопасности УНКВД по Челябинской области и с 25 октября 1935 одновременно - помощник начальника УНКВД по Челябинской области.
29 сентября 1936-29 июля 1937 гг. – в Свердловской области: помощник начальника, заместитель начальника (с 22 мая 1937) и (с 29 июля 1937) начальник УНКВД по Свердловской области.
29 июля 1937-26 февраля 1938 гг. - начальник УНКВД по Челябинской области.
В этот период был избран от Челябинской области депутатом Верховного Совета СССР 1-го созыва.
26 февраля 1938-1 февраля 1939 гг. - начальник УНКВД по Сталинской (ныне – Донецкая) области.
В начале 1939 года против майора госбезопасности П.В. Чистова как участника и инициатора незаконных массовых репрессий Генеральной прокуратурой СССР было возбуждено уголовное дело, но оно вскоре, однако, было «закрыто» под давлением со стороны руководства союзного НКВД.
8 марта 1939-июле 1941 гг. – на руководящей работе в уголовно-исполнительной системе:
- 11 октября 1940-июле 1941 гг. - начальник Управления Вытегорского ИТЛ НКВД СССР.
В период службы имел следующие специальные звания:
– «старший лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «майор») – с 25 декабря 1935 года;
– «капитан госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») - с 20 декабря 1936 года;
- «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг») – с 22 августа 1937 года.
К началу Великой Отечественной войны майор госбезопасности П.В. Чистов являлся кавалером трёх государственных наград в лице двух орденов - Ленина (19.12.1937) и Знак Почёта (26.04.40) - и медали «ХХ лет РККА». Кроме того, 20 декабря 1932 года был удостоен ведомственного наградного знака «ХV лет ВЧК-ГПУ» (№ 269).
Участник Великой Отечественной войны с июля 1941 года: заместитель начальника Главного управления оборонительных работ и с 23 августа 1941 года - начальник Юго-Западного управления строительства оборонительных сооружений Главного управления оборонительных работ НКВД СССР.
3 сентября 1941 года в ходе боёв на Украине попал в плен, нарвавшись в селе Быстрики Сумской области на перерезавший дорогу вперёд передовой отряд вермахта. По признанию самого П.В. Чистова, 2 сентября 1941 года он на легковом автомобиле (по версии гитлеровского командования – в «шикарном лимузине») выехал из штаба Юго-Западного фронта в город Конотоп, районный центр Сумской области Украины. Утром следующего дня на окраине села Быстрики его машину внезапно обстреляли, а затем окружили невесть откуда тут, в нашем тылу, взявшиеся немецкие солдаты. Раненного чекиста выволокли из салона автомобиля и подтащили к танку, где насильно отняли личные документы (служебное удостоверение сотрудника НКВД, удостоверение депутата Верховного Совета СССР, партийный билет и паспорт), служебные бумаги (важные документы и карту строительства оборонительных укреплений), два ордена (Ленина и Знак Почета) а также поясной ремень с револьвером в кобуре.
От значка же депутата Верховного Совета СССР он якобы избавился сам: когда немцы принялись перебинтовывать ему раны, выгадав момент, незаметно его выбросил.
По опять же по словам П.В. Чистова, в первый день допроса немецкий капитан вернул ему партийный билет: пусть, дескать, «личный документ пусть будет при вас», - вскоре после чего П.В. Чистов сумел-де его, этот самый партбилет, также незаметно уничтожить.
В ходе допросов П.В. Чистов якобы представлялся майором РККА, инженером-гидротехником по воинской специальности, что, однако, противоречит информации, оглашённой гитлеровской пропагандой. В частности, сообщению германского информбюро, заметке берлинской газеты «Новое слово» № 40 от 28 сентября 1941 года «Красный генерал Чистов в плену» и хроникальной заметке, помещённой приблизительно в тот же самый период времени в словацкой газете «Голос фронта») Так, из этих источников следует, что майор госбезопасности П.В. Чистов был захвачен в плен в роскошном лимузине. В момент ареста назвался сапёрным генералом и впоследствии якобы дал показания в отношении следующего:
- об оборонительных сооружениях, возводимых для нужд Красной Армии на подступах к Брянску и по берегам реки Десна;
- о точной численности рабочей силы, привлечённой советскими властями к строительству этих самых оборонительных линий;
- об обстановке в штабе Юго-Западного фронта;
- о переводе Автозавода имени Сталина (ныне – ЗИЛ) на выпуск танков и о результатах бомбардировки этого самого завода немецкой авиацией.
До 4 июля 1943 года содержался в Офлаге-1А (приграничный к Восточной Пруссии польский город Сувалки) и Офлаге-1Б (восточнопрусский город Гогенштайн). Затем – в концлагере восточнопрусского города Простке, где вначале был старшим команды при лагерной бане, а затем автором архитекторского проекта новой бани, прачечной и жилых бараков для советских военнопленных и руководителем стройки по их возведению здесь.
4 декабря 1943 года за проведение антифашистской агитации был арестован гестапо и в наказание заключён в одиночную камеру тюрьмы гестапо, распологавшейся в восточнопрусском городе Алленштайне (ныне – польский Ольштын).
В феврале1944-мае 1945 гг. - заключённый для производства каторжных работ ряда нацистских лагерей смерти:
- февраль-июль 1944 года - рабочий штрафной команда в каменоломне концлагеря города Штутгоф немецкой провинции Данциг;
- июль 1944-май 1945 гг. – кочегар печально известного концлагеря «Маутхаузен». Здесь вошёл в состав подпольной организации.
Освобождён из плена 7 мая 1945 года американскими войсками.
Спецпроверку проходил 17 июля 1945-23 сентября 1946 гг. в Подольском проверочно-фильтрационном лагере НКВД СССР. Здесь же 21 сентября 1946 годы был взят под стражу и 27 марта 1947 года приговорён Особым совещанием МГБ СССР к 15 годам лишения свободы по «контрреволюционным» статьям 58-1«б» и 58-11 Уголовного кодекса РСФСР. Как следует из материалов следственного дела, основанием же к тому послужили выводы должностных лиц, осуществлявших ту саму спецпроверку: «В лагере именовал себя инженером-строителем, вёл себя пассивно по отношению к подпольной работе и только в 1945 году незадолго до освобождения примкнул и работал в подполье».
Неправедное наказание отбывал в магаданских лагерях, откуда был досрочно освобождён 5 ноября 1955 года на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 14 июля 1954 года. Оказавшись на свободе, поселился в Москве.
Как следует из ряда историко-публицистических источников, неоднократно обращался с заявлениями о реабилитации: в плену-де вёл себя как чекист, - но неизменно получил ничем не мотивированные отказы. В результате умер, не будучи реабилитированным.
Точная дата смерти и место погребения неизвестны.
sobkor
Материал, который предлагаю заинтересованным лица, - моя статья, сделанная под заказ, поступивший со стороны руководства XVII-й межвузовской научной конференции Калининградского погранинститута ФСБ России «Исторический аспект развития военной школы
на калининградской земле» и в связи с этим опубликованная в прошом году в одном из научных сборников данного вуза....

Полковник милиции
Юрий РЖЕВЦЕВ,
специальный корреспондент
Объединённой редакции МВД России
по Калининградской области,
член Союза журналистов РФ
ПОДГОТОВКА ОФИЦЕРСКИХ КАДРОВ ДЛЯ ВОЙСК И ОРГАНОВ ПРАВОПОРЯДКА НА БАЗЕ ВОЕННЫХ ВУЗОВ КАЛИНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ: КРАТКАЯ ХРОНИКА
(по материалам открытой печати)
Калининградская область, начиная, как минимум, с 1948 года, - авторитетная кузнеца высококвалифицированных офицерских кадров для воинских формирований отечественных силовых правоохранительных структур в лице внутренних и пограничных войск, а также войск и органов правительственной связи. При этом в настоящий момент их воспитание и подготовка продолжает производиться как в сугубо ведомственных военно-учебных заведениях МВД и современного ФСБ России, так и в военно-учебных заведениях Министерства обороны.
К первому числу принадлежат (в скобках даты существования данных военно-учебных заведений/подразделений):
- Калининградская офицерская школа МВД СССР (1948-1951);
- Калининградское пограничное военное училище МВД (с марта 1957 – КГБ) СССР (1951-1960);
- Калининградское военно-интендантское училище МВД СССР (1951-1953);
- Первый корпус Высшего пограничного командного училища КГБ при Совете Министров СССР (1960-1965);
- Военно-техническое училище КГБ при Совете Министров СССР (1965-1972);
- современный Калининградский институт ФСБ России, включая кафедру Инженерно-технических средств охраны МВД России и Отдельный курс МВД России, ведущие свою историю в регионе с лета 1975 года.
При этом обращает себя внимание тот факт, что КОШ МВД СССР, КПВУ МВД-КГБ СССР, Первый корпус ВПКУ и ВТУ КГБ при СМ СССР прочно связаны между собой прямым родством, поскольку последовательно создавались на базе друг друга и работали на одной и той же материально-технической базе, расположенной в городе Багратионовске, - в военном городке бывшего Прейсиш-Эйлауского военного гарнизона вермахта.
Ко второму же числу следует отнести современный Балтийский военно-морской институт имени адмирала Ф.Ф. Ушакова (БВМИ), а также теперь уже бывшие Калининградское высшее инженерное училище инженерных войск (КВИУИВ), Калининградское авиационно-техническое училище (КВАТУ) и Калининградское военно-интендантское училище (КВИУ). При этом выделяются две особенности:
1) воспитание и подготовка офицерских кадров для внутренних и пограничных войск в стенах КВИУИВ, начиная с 1975 года, велась не только путём лимитированного откомандирования молодых выпускников в воинские формирования МВД и КГБ СССР, но и целенаправленно на договорных началах путём создания здесь специализированных кафедр МВД и КГБ СССР. Речь в данном случае идёт о созданных здесь в начале 1980-х кафедре Инженерно-технических средств охраны МВД СССР и кафедре Технических средств охраны границы;
2) в начале 1960-х годов при КВИУ экстерном за курс трёхгодичного среднего военного училища в обязательном порядке сдавали экзамены многочисленные представители пограничных войск из числа офицеров-интендантов, закончивших прежде или двухгодичные военные училища, или же соответствующие краткосрочные офицерские курсы.
Рассмотрим краткую историю именно военно-учебных заведений МВД и КГБ СССР, некогда существовавших на калининградской земле, поскольку эта тема в современной историографии практически не разработана, а посему до сих пор является «белым пятном» в летописи российской Прибалтики.

Калининградская офицерская школа (КОШ) МВД СССР
Открыта была в городе Багратионовске Калининградской области в 1948 году путём передислокации сюда с берегов Волги Куйбышевской офицерской школы МВД СССР. При этом перепрофилирование переданного школе бывшего военного городка вермахта производилось хозспособом силами курсантов и слушателей в ходе уже самого учебного процесса. Так, в частности, бывший крытый манеж был переоборудован в спортзал, а конюшни – в курсантский клуб. Дополнительно силами курсантов были возведены стрелковый тир, баня и ряд иных объектов жизнеобеспечения.
КОШ МВД СССР имела ярко выраженную пенитенциарную направленность, поскольку была призвана заниматься подготовкой офицеров-специалистов двух профилей – оперуполномоченных для пенитенциарных учреждений МВД СССР и командиров взводов для подразделений по охране и обороне исправительно-трудовых учреждений и особо важных объектов, причём в последнем случае - одновременно как для конвойных войск МВД СССР, так и для подразделений военизированной охраны мест лишения свободы.
Срок обучения для курсантов был установлен в два года, а для слушателей экстерната – шесть месяцев.
Курсантские подразделения комплектовались как солдатами и сержантами, прибывшими из войск, так и лицами рядового и младшего начальствующего состава подразделений военизированной охраны мест лишения свободы, а экстернат – офицерами системы МВД СССР, не имеющими военно-конвойного или специального пенитенциарного образования, а также в отдельных случаях - опытными сержантами и старшинами, имевшими за плечами многолетний опыт успешного командования строевыми подразделениями в лице взвода или роты конвойной охраны.
Небезынтересно, что обучавшиеся здесь курсанты от конвойных войск имели статус военнослужащих, а курсанты от уголовно-исполнительной системы – сотрудников органов внутренних дел. Данное обстоятельство, к слову, наделяло последних правом на денежное содержание, которое многократно превышало крохотную стипендию коллег с военного курса. Кстати, это, видимо, именно в силу смешенного обучения в одних стенах военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел подобные учебные заведения МВД России именовались не военными училищами, а офицерскими школами.
Всему личному составу КОШ МВД СССР была присвоена общевойсковая форма одежды, установленная ещё в феврале 1943 года для органов и войск НКВД (с марта 1946 – МВД). Одним из её отличительных атрибутов, напомним, была васильковая фуражка с краповым околышем.
Теперь несколько слов об организационно-штатной структуре школы. По воспоминаниям ветеранов, курсантские роты (или, как их принято было тогда называть в войсках МВД и МГБ, команды) в последней отсутствовали, поскольку переменный состав был сведен в дивизионы, состоявшие в свою очередь только из групп (т.е. взводов) численностью до 25-30 человек в каждой. Число дивизионов, по отдельным данным, не превышало четырёх, в том числе по одному дивизиону составляли слушатели экстерната и будущие офицеры-оперативники.
Среди выпускников КОШ МВД СССР - не менее двух Героев Советского Союза. Это - Василий Афанасьевич Суслов (1921-1999) и Пётр Филиппович Торгунаков (1924-2004). Кавалерами Золотой Звезды каждый из них ещё стал на фронте. После окончания учёбы они проходили офицерскую службу в конвойных частях внутренних войсках МВД СССР за пределами российской Прибалтики.
Возглавлял КОШ МВД СССР ветеран войск ОГПУ-НКВД-МВД СССР полковник Николай Георгиевич Шевцов, а политотдел школы – полковник Михаил Владимирович Запрейко, ветеран войск ОГПУ-НКВД-МВД СССР, ярко отличившейся в годы Великой Отечественной войны в боях по обороне перевалов Главного Кавказского хребта.
В первой половине 1951 года КОШ МВД СССР была переформирована в Калининградское пограничное военное училище МВД СССР.

КПВУ МВД-КГБ СССР
Преобразование Калининградской офицерской школы МВД СССР в Калининградское пограничное училище МВД СССР, состоявшееся летом 1951 года, как можно судить из доступных сегодня источников, произошло достаточно буднично и без всякого излишнего ажиотажа. Да и что, скажите, способно было вызвать ажиотаж? Во-первых, реорганизация не повлекло за собой никаких серьезных кадровых и организационно-штатных изменений - командно-начальствующий состав остался в прежних должностях. В частности, не был не прекращен, ни даже хотя бы уменьшен набор курсантов и слушателей на конвойный и пенитенциарный курсы обучения (только теперь экстернат уже именовался 6-м дивизионом). При этом «конвойники» и представители уголовно-исполнительной системы продолжали носить краповые погоны и васильковые фуражки.
Ну, а, во-вторых, кочевание из внутренних войск в пограничные и обратно для тогдашних военнослужащих системы МВД-МГБ СССР было явлением абсолютно обыденным – межведомственных перегородок между ВВ и ПВ до 28 марта 1957 года практически не существовало. Это был единый живой организм. В связи с этим обращает на себя внимание тот факт, что училище, хотя официально и именовалось пограничным, по ведомственной вертикале, тем не менее, замыкалось отнюдь не на Министерство госбезопасности, которому с 1949 года принадлежали пограничные войска, а по-прежнему на МВД.
В новосозданном КПВУ к уже имеющимся четырём «эмвэдэшным» дополнительно развернули четыре учебных дивизиона - для будущих курсантов-пограничников.
Учёбу курсантам училища все первые годы существования КПВУ приходилось сочетать с работой на новых стройплощадках – в непосредственной близости от советско-польской границы своими руками возводили учебные погранзаставы, которых в силу иного профиля обучения не было в распоряжении бывшей КОШ МВД СССР. Чаще, чем прежде, личный состав на правах оперативного резерва 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда (место дислокации штаба - город Правдинск) привлекался теперь и к участию в боевых операциях по поиску и задержанию (а в случае оказания сопротивления – ликвидации) пытающихся прорваться с боем через советско-польскую границу диверсионных и бандитских групп, а также шпионов и контрабандистов-одиночек.
В 1952/1953 учебном году произошла смена первых лиц командования училища: вместо безвременно скончавшегося полковника М. Запрейко политотдел КПВУ возглавил не менее достойный офицер и талантливый политработник полковник Алексей Дмитриевич Чепарухин, а на место получившего новое назначение начальника училища полковника Николая Георгиевича Шевцова с должности начальника Рижской офицерской школы МВД СССР прибыл полковник Николай Абрамович Иванов.
С момента преобразования КОШ в КПВУ доброй традицией стало участие курсантов-пограничников в военных парадах Калининградского военного гарнизона, при этом сложилась ещё одна добрая традиция – пройти на параде лучше всех и удостоиться за это не только искреннего восхищения публики, но и слов благодарности от тогдашнего командующего 11-й гвардейской общевойсковой армией генерала П. Батова, на правах начальника гарнизона принимавшего эти самые парады. Прохождение мимо трибуны парадные коробки КПВУ неизменно завершали «фирменной» песней, которая была рождена в стенах родного училища и в которой были и такие строки:
«Так громче песня прозвучи курсантская,
Чтоб нас услышала балтийская волна, -
Погранучилище идёт Калининградское –
Идут твои защитники, страна!».
Автором слов этой песни, уточним, был лейтенант-политработник Владимир Алексеевич Кравченко (ныне – полковник внутренней службы отставке, доцент, известный на Украине русскоязычный поэт).
В 1951-1953 гг. в стенах КПВУ выходила штатная многотиражная газета «Дзержинец». Её первым и единственным редактором был лейтенант М.Ф. Хантиль (ныне – активист ветеранской организации ГУВВ МВД Украины, полковник в отставке, Заслуженный работник культуры Украины).
В 1953 году в связи с начавшемся в стране после ареста Л.П. Берия огульным избиением чекистских и военных кадров МВД СССР училище прекратило набор курсантов и слушателей по профилю подготовки офицеров для внутренних войск и уголовно-исполнительной системы, однако курсантам 2-го курса «эмвэдэшных» отделений после некоторой задержки (Москва долго не знала как поступить) была всё же предоставлена возможность продолжить обучение до получения диплома.
Особым в летописи КПВУ стал и следующий, 1954, год. Во-первых, училище в полном составе участвовало в состоявшейся 9 мая торжественной церемонии открытия в центре Багратионовска памятника прославленному герою войн с Наполеоном генералу Петру Багратиону. В связи с этим, надо пояснить, что, по воспоминаниям ветеранов, культ памяти этого выдающегося русского военачальника и патриота поселился в стенах учебного заведения ещё с момента расквартирования в Багратионовске Калининградской офицерской школы МВД СССР и всегда самым положительным образом способствовал духовно-нравственному воспитанию будущих офицеров войск МВД и КГБ.
В этом же, 1954, году училище перешло на трёхлетний срок обучения. Одновременно вместо пенитенциарного экстерната при училище начали работать Курсы усовершенствования офицерского состава пограничных войск.
КПВУ МВД-КГБ СССР дало Родине целую плеяду как выдающихся офицеров силовых правоохранительных структур, так и видных деятелей науки и культуры. В частности, в 1952 году по специализации внутренних войск училище закончили два Героя Советского Союза - Николай Алексеевич Марушин и Иван Степанович Носов, а также будущий видный руководящий работник отечественной уголовно-исполнительной системы Василий Алексеевич Тёсов, ставший впоследствии полковником внутренней службы, в 1979-1987 гг. возглавлявший УИТУ УВД Калининградского облисполкома.
На ответственных офицерских должностях в училище, в частности, проходили службу: ныне генерал-майор в отставке А.А. Демченко (в 1951-1957 гг. курсовой офицер в КПВУ); офицер в отставке Ю.Г. Кисловский, профессор, выдающейся отечественный историк-летопись пограничных войск; полковник в отставке В.Д. Кулаков, бывший высокопоставленный офицер-политработник Политуправления пограничных войск КГБ при Совете Министров СССР, а ныне доцент Академии пограничной службы; полковник в отставке А.Т. Марченко, известный военный журналист и писатель-прозаик; полный кавалер орденов Славы полковник В.Т. Колесник, а также упоминавшиеся выше граждане современной независимой Украины полковники в отставке В.А. Кравченко и М.Ф. Хантиль.
Выпускники КПВУ МВД-КГБ СССР из числа курсантов-пограничников, ставшие известными людьми:
- генерал-лейтенант в отставке БРИТВИН Н.В., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., впоследствии – начальник Политуправления ПВ КГБ СССР;
- полковник в отставке ИВОН Р.П., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., первый командир (с 1977) Антитеррористической группы КГБ СССР «А» («Альфа»), Почётный сотрудник КГБ СССР и Федеральной службы охраны РФ;
- подполковник в отставке ИЛЛАРИОНОВ В.Ф., курсант КПВУ в 1955-1958 гг., известный калининградский журналист;
- профессор, доктор юридических наук КУКУШКИН М.И., курсант КПВУ в 1953-1955 гг., один из ведущих российских правоведов в сфере конституционного (государственного) права в контексте организации и осуществления государственной власти, ныне профессор (с 1986) кафедры конституционного права Уральской государственной юридической академии, Заслуженный юрист РФ;
- полковник в отставке МАРТЫНЕНКО В.А., курсант КПВУ в 1954-1957 гг. , в 1981-1987 – начальник кафедры спецдисциплин Высших пограничных командных курсов КГБ СССР, с 1992 года – заместитель председателя Объединённого совета ветеранов (пенсионеров) пограничных войск города Москвы и Московской области;
- генерал-лейтенант в отставке НЕВЕРОВСКИЙ Е., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., в конце 1990-х – председатель профкома ФПС России и представитель Координационной службы при Совете командующих ПВ стран СНГ;
- генерал-лейтенант в отставке ПЕТРОВАС Я., бывший курсант КПВУ, впоследствии – начальник войск Восточного и Закавказского погранокругов, заместитель председателя КГБ;
- писатель ПОНОМАРЁВ В., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., впоследствии сотрудник КГБ, лауреат премии КГБ СССР за повесть и одноимённый киносценарий «Голова медузы Горгоны»;
- генерал-майор в отставке САВАНЯВИЧУС А., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., впоследствии –заместитель начальника Прибалтийского пограничного округа;
- генерал-майор в отставке СЕМЧЕНКОВ А., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., впоследствии – начальник отдела военной контрразведки Северо-Западного регионального пограничного управления;
- генерал-майор в отставке СМИРНОВ В., курсант КПВУ в 1954-1957 гг., впоследствии – заместитель начальника штаба одного из пограничных округов.
В 1958 году полковника Н.А. Иванова на посту начальника училища сменил полковник Георгий Моисеевич Семенчук, проходивший здесь в 1953-1954 года службу в должности заместителя начальника училища по строевой части, а ранее в 1951-1953 гг. возглавлявший Калининградское военно-интендантское училище МВД СССР.
КПВУ КГБ при Совете Министров СССР стало жертвой третьего, начиная с 1950 года, огульного сокращения пограничных войск: его, наряду с Ордена Ленина Краснознамённым Военным институтом КГБ при СМ СССР имени Ф.Э. Дзержинского, Ленинградским высшим военно-морским пограничным училищем и Ленинградским суворовским пограничным военным училищем, расформировали к октябрю 1960 года в соответствии с Постановлением Совета Министров СССР и приказом председателя КГБ при СМ СССР от 22 января 1960 года «Об упорядочении подготовки и переподготовки кадров органов государственной безопасности и сокращении численности учебных заведений КГБ при СМ СССР».
Вот как об этом на страницах журнала «Ветеран границы» воспоминал проживающий ныне в Кишинёве полковник в отставке Г.М. Семенчук, третий и последний по счёту начальник КПВУ: «И снова, как снег на голову, до сих пор непонятный для меня приказ: «Закрыть!» Представляете моё состояние: 250 офицеров и полторы тысячи курсантов… Что делать с людьми, как решать хозяйственно-бытовые проблемы? Проконсультировавшись с Главком, получили конкретный приказ: первый курс по желанию уволить или направить в войска; второй перевести для дальнейшего прохождения службы и учёбы в Алма-Атинское пограничное училище, а третий – выпустить досрочно»…

Первый корпус ВПКУ КГБ при СМ СССР (г. Багратионовск)
Создан был в самом начале 1960-х на учебно-материальной базе бывшего КПВУ КГБ при Совете Министров СССР, однако военный городок последнего ему теперь предстояло делить с переведённым сюда чуть раньше из Правдинска аппаратом управления 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда.
Как следует из воспоминаний ветеранов, в Багратионовске в течение года проходили обучение курсанты 1-го курса Алма-Атинского высшего пограничного командного училища, где их на месте знакомили с особенностям организации охраны госграницы, проходящей по лесной и прибрежной зонам.
Среди питомцев Первого корпуса - такие известные военачальники пограничной службы РФ как генерал-лейтенант в отставке Павел Ефимович Павленко (в 1961-1962 гг.) и генерал-лейтенант Владислав Иванович Прохода (в 1965-1966 гг.).
Расформирован был на основании приказа председателя КГБ при Совете Министров СССР № 0287 от 27 сентября 1965 года в связи с созданием в Багратионовске на базе военного городка бывшего КПВУ Военно-технического училища КГБ при Совете Министров СССР.

ВТУ КГБ при Совете Министров СССР (г. Багратионовск)
Создано было на основании приказа председателя КГБ при Совете Министров СССР № 0287 от 27 сентября 1965 года на базе расположенных в городе Багратионовске Калининградской области военного городка управления 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда и Первого корпуса Высшего пограничного командного училища (и в первом, и во втором случае – это всё военный городок бывшего Калининградского пограничного военного училища).
Начальником ВТУ КГБ при СМ СССР был назначен офицер С.Г. Орехов.
Процесс формирования завершился к 1 июня 1966 года. Организационно училище к этому моменту из себя представляло:
- управление училища;
- циклы и отдельные дисциплины (основы будущих кафедр);
- основные подразделения (курсантские дивизионы по курсам);
- дивизион переподготовки офицерского состава;
- подразделения учебного обеспечения и обслуживания.
Учебная программа предусматривала следующие сроки обучения: для курсантов - три года (специальность - «Радиорелейная связь, техник радиорелейной связи»), а для слушателей курсов переподготовки офицерского состава – 3-5 месяцев. При этом свыше 60 % от общего числа своих курсантов училище должно было целенаправленно готовить для последующей офицерской службы в органах и войсках правительственной связи КГБ, а остальных пропорционально – в органах госбезопасности, пограничных войск КГБ и внутренних войск МВД СССР.
Первый курс был укомплектован успешно сдавшими вступительные экзамены абитуриентами, а 2-й и 3-й – переведёнными сюда для дальнейшего обучения по ранее избранной специальности курсантами Московского пограничного училища, окончившими летом 1966 года 1-й и 2-й курсы.
31 августа 1966 года Военно-техническому училищу КГБ при Совете Министров СССР на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР было вручено Боевое Красное Знамя и Грамота Президиума Верховного Совета СССР к нему. Ритуал вручения Знамени от имени Президиума Верховного Совета СССР осуществил тогда заместитель председателя КГБ при Совете Министров СССР генерал-майор Л.И. Панкратов. Эта дата, 31 августа, - ежегодно теперь празднуемый День образования вуза.
14 июня 1971 года председателем КГБ при Совете Министров СССР был издан приказ № 0212, в соответствии с которым Военно-техническому училищу КГБ при Совете Министров СССР предписывалось к осени следующего года передислоцироваться из города Багратионовска Калининградской области в город Орёл с целью предстоящего (с 1 октября 1972 года) преобразования в высшее военное командное училище связи. Однако, если исходить из того факта, что курсанты-связисты из Багратионовска совместно с курсантами КВИУИВ на правах статистов в массовых принимали участие в съёмках (Калининград и Черняховск) легендарного фильма Алексея Германа «Двадцать дней без войны», то получается, что окончательная передислокация бывшего КТУ КГБ при СМ СССР в город Орёл произошла не раньше 1974-1975 годов. На это же косвенно указывает и дата обретения новым Орловским училищем своего наименования как вуза - 17 июня 1976 года. Именно с этого дня оно стало Орловским высшим военным командным училищем связи КГБ СССР имени М.И. Калинина.
В последующем ОВВКУС КГБ СССР имени М.И. Калинина последовательно было переформировано: с 23 апреля 1992 года - в Военный институт правительственной связи; с весны 2000 года - Академию Федерального агентства правительственной связи и информации (ФАПСИ) при Президенте РФ, а с 25 октября 2003 года - Академию Службы специальной связи и информации при Федеральной службе охраны (ФСО) РФ.
Адрес Академии спецсвязи: 302034, город Орёл, ул. Игнатова, 14. Телефоны для справок: (0862) 41-08-53 и 41-06-89, Факс: (0862) 41-12-25. Сайт: http://www-vips.icn.gov.ru.
Учебно-материальная база бывшего ВТУ КГБ при Совете Министров СССР была передана стоявшему в Багратионовске по соседству N-му отдельному учебному Севастопольскому ордена Красной Звезды полку правительственной связи КГБ СССР.

КВИУ МВД СССР
Создано было осенью 1951 году путём перевода в Калининград из Псковской области Себежских военно-интендантских курсов МВД СССР с одновременным переформированием последних в военное училище. Это - де-юре, а де-факто история КВИУ МВД СССР началась, как минимум, годом раньше. На это указывают следующие факты. Так, в одном из архивов региона полковник внутренней службы в отставке В.А. Чепрасов, известный в регионе летописец калининградской милиции, отыскал ордер, датированный 9 июня 1949 года и предоставляющей право ещё не существующему КВИУ МВД СССР разместиться в административном здании по бывшему Сталинградскому проспекту, 2 (ныне - Проспект Мира), поделив последнее пополам с областном УМВД. Речь, поясним, идёт о бывшем здании суда Восточной Пруссии, расположенном за знаменитой скульптурной группой «Борющиеся зубры». Теперь в нём находится Калининградский технический университет.
А это уже строки из воспоминаний бывшего начальника КВИУ МВД СССР полковника в отставке Георгия Моисеевича Семенчука, опубликованных в 1997 году в журнале «Ветеран границы»: «В 1951 г. вызывают меня из Риги в Москву. Официально информируют, что решением правительства создаётся пограничное военно-хозяйственное училище… Дислокацию училища определили непосредственно в Калининграде.
Вместе с небольшой группой выезжаю на место. Откровенно говоря, там практически не было ничего: надо было даже достраивать здание. Так было сказано в приказе, а на деле так называемое здание представляло собой полуразвалившуюся коробку дома, в котором кое-где висели обрывки проржавевших батарей. Словом, сам приказ был однозначно краток: в октябре должны начать занятия…
Приезд нашей группы совпал с женским днём 8 Марта. Так что за неполных восемь месяцев предстояло фактически заново строить, а затем обустраивать всё с нуля.
Как быть в таком случае? Специалистов строителей нет, да и вообще просто разнорабочих нет и, что тоже неудивительно, денег на это предусмотрено тоже не было.
Решил обратиться за помощью к местным органам. Пошёл на приём к начальнику Управления МВД по Калининградской области полковнику Егорову. Его решение было неожиданным и спасительным в такой сложной ситуации. Дело в том, что в городе и его пригороде находились небольшие, но мобильные группы военнопленных, которые выполняли различные строительные работы под контролем ведомства МВД.
Долго не совещались, и уже через час в моём распоряжении была группа специалистов, в том числе и по строительству. Так что к ноябрьским праздникам всё было добросовестно закончено».
На другой половине этого же здания, уточним, тогда же справил новоселье управленческий аппарат областного УМВД.
Училище разместилось в пяти уровнях: цокольный этаж использовался под курсантскую столовую, первый – под кабинеты преподавательского и начальствующего состава, второй – под учебные аудитории, третий – под курсантское общежитие и, наконец, четвёртый – под спортзал. А вот под обязательный для всякого военного учебного заведения стрелковый тир была приспособлена полуразрушенная коробка… соседнего здания. Совершено верно, того самого, в котором нынче располагается штаб дважды Краснознамённого Балтийского флота. Оно было заново отстроено военными строителями гораздо позднее описываемых событий.
Училищу предписывалось по двухгодичной программе обучения готовить кадры офицеров интендантской службы (в том числе оружейников) для войск МВД и МГБ СССР.
К сожалению, биография у КВИУ оказалась яркой, но короткой – летом 1953 года оно стало жертвой начавшегося сразу же после ареста Л.П. Берия огульного избиения чекистских и военных кадров МВД СССР: приказом МВД СССР № 00686 от 21 августа 1953 года Калининградское военно-интендантское училище МВД СССР объявлялось расформированным, однако другой министерский приказ - № 00719, изданный всего шесть дня спустя, 27 августа, - провозгласил создание на его, КВИУ МВД СССР, учебно-материальной базе Калининградской школы милиции.
«Случился неожиданный для всех нас парадокс, - пишет в своих воспоминаниях полковник в отставке Г.М. Семенчук, - поступил приказ закрыть училище, а мне сразу же срочно было предложено выехать на новое место службы – заместителем начальника Багратионовского училища. Откровенно говоря, было немного жаль, ведь вложили определённый труд и только начали обучение».
Как удалось выяснить полковнику внутренней службы В.А. Чепрасову путём работы в архивах, часть курсантов бывшего КВИУ МВД СССР по их желанию была уволена в запас Вооружённых Сил или же переведена на службу в органы внутренних дел Калининградской области, а остальные, наряду с рядом представителей командно-начальствующего состава, получили на руки предписание убыть в Харьковское военно-интендантское училище МВД СССР, ставшее впоследствии Высшем военным училищем тыла МВД СССР и в данном качестве до распада Советского Союза являвшемся кузницей дипломированных специалистов тыла для внутренних и пограничных войск.
Однако фактическим преемником истории бывшего КВИУ МВД СССР является, повторимся, современный Калининградский юридический институт МВД России. И это косвенное родство не только в том, что он как бывшая Калининградская школа милиции был создан именно на базе КВИУ МВД СССР. Так, в частности, приказ по Калининградской школе милиции № 2 от 1 октября 1953 года гласил (стилистика документа сохранена): «Зачислить в списки школы милиции и назначить личный состав Калининградского военно-интендантского училища, обращенный с его согласия на укомплектование школы милиции в связи с расформированием училища, согласно приказу № 00686 от 21 августа 1953 года». Далее следует достаточно длинный список из офицеров и вольнонаемных служащих бывшего КВИУ. Как правило, никто из них по новому месту службы не оказался в чём-либо обделённым. Каждый получил назначение, соответствующее его воинскому званию и уровню профессиональной квалификации. Так, в частности, участник Финской кампании и Великой Отечественной войны, кавалер двух орденов Красного Знамени и многих других боевого наград, командир курсантского дивизиона КВИУ МВД СССР подполковник И.Я. Кравченко был назначен с повышением – принял должность помощника начальника школы по строевой части - начальника цикла военных дисциплин и физической подготовки. Начальник цикла социально-экономических дисциплин КВИУ МВД СССР подполковник А.А. Кочуров в школе милиции возглавил преподавательский коллектив цикла общественных наук. А начальник медслужбы КВИУ майор медицинской службы Н.М. Камозин в КШМ принял аналогичную должность…
Примечательно, что вплоть до 20 декабря 1955 года, когда руководством МВД СССР был издан приказ № 611, в соответствии с которым для начальствующего состава школ милиции устанавливались единые специальные звания – сотрудников милиции, бывшие офицеры КВИУ МВД СССР, влившиеся в коллектив КШМ, носили прежние, ранее им присвоенные, военную форму и воинские знаки различия офицерского состава войск МВД.
И последнее, что можно добавить: с момента расформирования Калининградского военно-интендантского училища МВД СССР и до начала шестидесятых годов его, КВИУ, информационные массивы находились на хранении в архиве современного УВД Калининградской области, откуда затем в соответствии с полученным из Москвы распоряжением были отправлены в Центральный архив пограничных войск, где, вероятней всего, находятся и в настоящий момент…

Солдаты Закона в… пограничной фуражке
Убедительным примером преемственности лучших боевых традиций системы ОГПУ-НКВД-МВД-МГБ по совместной и единой подготовке молодых офицерских кадров для войск правопорядка, какими по своей сути являются внутренние и пограничные войска, может служить работающая в настоящий момент в стенах современного Калининградского пограничного института ФСБ России кафедра Инженерно-технических средств охраны МВД России.
Свою историю ведёт с конца 1960-х годов, когда в стенах Тюменского высшего военного командного училища инженерных войск Министерства обороны СССР на договорных началах началась массовая подготовка для внутренних войск отечественного МВД офицеров-специалистов инженерно-технических средств охраны.
В 1975 году эстафета была передана Калининградскому высшему инженерному училищу инженерных войск Министерства обороны СССР, куда из Тюмени была передислоцирована кафедра радиоэлектроники. Предписание убыть к новому месту службы и учёбы в Калининград получили тогда и обучавшиеся по специализации МВД и курсанты-«тюменцы». Спустя два года после своего переезда названная кафедра прекратила подготовку специалистов по четырехгодичной программе, отдав предпочтение пятилетней.
В начале 1981 году из состава кафедры радиоэлектроники КВИУИВ были выведены преподаватели, читавшие курс внутренних войск. В результате родилась самостоятельная кафедра - Инженерно-технических средств охраны Министерства внутренних дел.
Учебно-материальная база кафедры ИТСО была создана, что называется, с нуля. Её учебные лаборатории, аудитории и кабинеты были возведены и оборудованы на месте бывших складов ГСМ. Все строилось руками самих офицеров и прапорщиков кафедры, а также, разумеется, курсантского подразделения МВД.
В связи с переводом в 1996 году КВИУИВ в город Кстово Нижегородской области и с созданием на его бывшей учебно-материальной базе Калининградского военного института Федеральной пограничной службы РФ в отношении кафедры её куратором, российским Министерством внутренних дел, был расторгнут договор с оборонным ведомством и заключен аналогичный с Федеральной пограничной службой России (в настоящий момент – Пограничная служба ФСБ России). Теперь офицеров-специалистов ИТСО для внутренних войск, хотя по-прежнему и готовят в Калининграде, но только теперь уже в стенах местного пограничного вуза.
Выпускники кафедры ИТСО МВД России получают диплом инженера, специализирующегося на технических средствах охраны. При этом их гражданской специальностью является «радиотехника», а военной – «эксплуатация и ремонт инженерных радиотелемеханических систем». Полученный за пять лет учёбы на кафедре багаж знаний по радиоэлектронике ни в чем не уступает багажу знаний выпускников из таких родственных гражданских вузов, как Московский энергетический институт, Санкт-Петербургский электротехнический университет и Балтийская государственная академия рыбопромыслового флота (Калининград). Не менее выгодным (хотя первым вопросы инженерного обеспечения современного общевойскового боя преподаются в гораздо меньшем объёме, что, в общем-то, и понятно: они - специалисты совершенно иного профиля – радиоэлектронщики) будет сравнить выпускников кафедры с выпускниками командных вузов инженерных войск: «калининградцы» отнюдь не испытывают никаких трудностей, связанных с успешным выполнением служебных обязанностей, когда, прибыв в войска, в силу различных объективных обстоятельств вдруг получают назначения не на должности офицеров-специалистов ИТСО охранных частей ВВ, а на должности командиров инженерно-сапёрных подразделений оперативных в/ч и частей спецназа. Профессиональные знания и навыки, полученные в годы учёбы в родной альма-матер, уникальные не только по своей специфике, но и по прикладной универсальности!
Представители кафедры ИТСО и отдельного курса МВД России Калининградского пограничного института ФСБ России, как и их коллеги из Калининградского юридического института МВД России, вносят посильный, но при всем этом труднооценимый вклад в дело борьбы с преступностью и охраны общественного порядка в регионе. Так, ежегодно по заказу областных УВД, УФСИН, Западного УВДТ и местной в/ч внутренних войск ими выполняется ряд военно-научных работ по вопросам повышения надежности системы охраны режимных объектов. Их руками и на безвозмездной основе по периметру ряда местных пенитенциарных учреждений смонтированы современные инженерно-технические средства охраны.
Как принято говорить, при отеческой опеке со стороны офицеров со своей родной кафедры курсанты Отдельного курса МВД России в ходе плановых войсковых стажировок (а они проводятся, к слову, на базе, главным образом, дислоцированного в Калининграде Отдельного Минского ордена Красной Звезды батальона внутренних войск МВД России) несут милицейскую патрульную службу в качестве заместителей начальников войсковых нарядов.
Четверо питомцев кафедры погибли при исполнении воинского долга в ходе контртеррористической операции, проводимой в Северо-Кавказском регионе. Это - капитаны Игорь Сергеевич Брума (20 марта 1975-8 июня 2001) и Геннадий Александрович Устинов (1 января 1973-25 февраля 2001), старший лейтенант Андрей Владимирович Кирюшков (7 июня 1972-9 августа 1996), лейтенант Сергей Николаевич Товсточуб (23 января 1973-21 июня 1996).
Кафедрой последовательно руководили:
- в 1981-1989 гг. - полковник Шрейдер Борис Геннадьевич;
- в 1989-1994 гг. - полковник Кокорин Александр Васильевич;
– в 1994-2000 гг. - полковник Олейников Василий Васильевич.
С 2000 года во главе кафедры стоит кандидат военных наук полковник Сергей Васильевич Брагин.

Выводы:
1. История калининградских военно-учебных заведения МВД и КГБ СССР – наглядное отражение не только всей славной боевой летописи внутренних и пограничных войск, а также уголовно-исполнительной системы, но и её трагических страниц, связанных с процессом необоснованного и огульного избиения военных кадров МВД СССР в период так называемой «хрущёвской оттепели». В частности, напомним, без всякой мотивации и какой-либо практической необходимости в том были ликвидированы:
- в 1953 году – Калининградское военно-интендантское училище МВД СССР, а в стенах Калининградского пограничного военного училища МВД СССР – конвойно-пенитенциарный профиль обучения;
- в 1960 – Калининградское пограничное военное училище КГБ при Совете Министров СССР.
2. История военной школы МВД-КГБ-ФСБ в регионе – прямое доказательство родства (но, разумеется, в лучшем смысле этого слова), существующего между современными МВД, УФСИН, ФСО и ФСБ России со времён ВЧК-ОГПУ-НКВД, в том числе и на ниве сохранения и преумножения лучших боевых традиций отечественных силовых правоохранительных структур.
3. История военной школы МВД-КГБ-ФСБ в регионе – неразрывная цепь верности отечественных силовых правоохранительных структур лучшим боевым традициям ВЧК-ОГПУ-НКВД и, в первую очередь, на ниве совместной и единой подготовки молодых офицерских кадров для внутренних и пограничных войск, а на примере ВТУ КГБ при СМ СССР – также для войск и органов правительственной связи КГБ при СМ СССР. Одновременно Калининградский пограничный институт ФСБ России в силу наличия в своём штатном расписании кафедры ОСБД ВВ МВД России и Отдельного курса МВД России – непосредственный продолжатель этих лучших боевых традиций в регионе на современном этапе.
sobkor
Продолжаю знакомить заинтересованных лиц с биографиями тех высших руководителей отечественных спецслужб, которым в разное время посчастливилось быть калининградцами (пусть хотя бы и по прописке)…
Юрий РЖЕВЦЕВ.

ГРОМОВ Борис Всеволодович, Герой Советского Союза (1988) из числа представителей органов внутренних дел, губернатор-председатель Правительства Московской области (с 2000), в 1965-1969 гг. – военнослужащий Калининградского военного гарнизона, в 1990-1991 гг. – заместитель министра внутренних дел СССР, академик (2002) и профессор (2002) Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка, генерал-полковник (1989), в 1989-1991 гг. – народный депутат СССР, депутат Государственной Думы РФ 2-го и 3-го созывов, Почётный гражданин города Саратова (1989).
Родился 7 ноября 1943 года в городе Саратове в семье служащих. Русский. Состоял членом КПСС с 1966 года.
Образование: в августе 1960 – пять курсов Саратовского суворовского военного училища; в 1962 - Калининское суворовское военное училище; в 1965 - Ленинградское высшее военное общевойсковое командное училище имени С.М. Кирова; в 1972 – Военную академию имени М.В. Фрунзе; в 1984 - Военную академию Генерального штаба Вооружённых Сил СССР имени К.Е. Ворошилова.
В 1955 году как сын погибшего в Великую Отечественную войну советского офицера был принят в Саратовское суворовское военное училище, в августе 1960 в связи с расформированием последнего переведён на учёбу в Калининское Суворовское училище.
На военной службе с августа 1962 года, в том числе с 1965 года в качестве офицера:
- в 1962-1965 гг. – курсант высшего военного училища;
- в 1965-1969 гг. – военнослужащий 1-й гвардейской мотострелковой Пролетарской, Московско-Минской ордена Ленина, дважды Краснознамённой, ордена Суворова 2-й степени и Кутузова 2-й степени дивизии 11-й гвардейской армии Прибалтийского военного округа (Калининградский военный гарнизон): командир взвода, а с 1967 года – роты. Из Калининграда убыл в 1969 году в связи с поступлением на учёбу в военную академию;
- в 1969-1972 гг. – слушатель Военной академии имени М.В. Фрунзе (г. Москва);
- в 1972-1978 гг. – военнослужащий Туркестанского военного округа,: последовательно - командир мотострелкового батальона, начальник штаба (с 1974) полка и (с 1975) командир полка;
- в 1978-январе 1980 гг. - военнослужащий Северо-Кавказского военного округа: начальник штаба 9-й мотострелковой дивизии.
В 1982-1984 гг. – слушатель Военной академии Генерального штаба Вооружённых Сил СССР имени К.Е. Ворошилова.
В 1984-марте 1985 гг. – военнослужащий Прикарпатского военного округа (но должность неизвестна).
Трижды проходил службу в составе Ограниченного контингента советских войск в Демократической Республике Афганистан. Так,
- в первый раз в январе 1980-августе 1982 гг.: командир 5-й мотострелковой дивизии 40-й армии.
- Во второй - в марте 1985-1986 гг.: генерал по особым поручениям начальника Генерального штаба Вооружённых Сил СССР-начальник группы представителей Генерального штаба Вооружённых Сил СССР в Демократической Республике Афганистан.
- В третий – в июне 1987-15 февраля 1989 гг.: командующий 40-й армией и одновременно - уполномоченный Правительства СССР по делам временного пребывания советских войск в Афганистане.
Звания Героя Советского Союза был удостоен на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 3 марта 1988 года за разработку и успешное проведение против афганских мятежников боевой операции «Магистраль» и проявленные при этом мужество и героизм.
В феврале 1989 года осуществил успешный вывод частей и подразделений Ограниченного контингента советских войск с территории охваченного гражданской войной Афганистана.
В 1984-марте 1985 гг. – 1-й заместитель командующего 38-й армией Прикарпатского военного округа.
В 1986-1987 гг. - командующий 28-й армией Белорусского военного округа.
В 1988-1990 гг. – командующий войсками Киевского военного округа.
В декабре 1990-сентябре 1991 гг. - 1-й заместитель министра внутренних дел СССР. Снят был с этого поста после Августовского путча. В связи с этим в конце сентября 1991 года В конце сентября 1991 г. подал рапорт на имя Президента СССР, в котором просил вернуть его на службу в кадры Министерство обороны.
В октябре-ноябре 1991 года - начальником курсов «Выстрел» (г. Солнечногорск Московской области).
В ноябре-декабре 1991 года - 1-й заместитель главнокомандующего сухопутными войсками СССР-заместитель министра обороны СССР.
В январе-июне 1992 года – 1-й заместитель командующего силами общего назначения Объединённых Вооружённых Сил Содружества Независимых Государств.
24 июня 1992-феврале 1995 гг. - заместитель министра обороны РФ. Состоя в этой должности, 3 октября 1993 года отказался прибыть в Министерство обороны РФ для обсуждения вопроса о вводе в Москву войск для подавления Октябрьского путча.
13 февраля-декабре 1995 года - главный военный эксперт при министре иностранных дел РФ (но в ранге заместителя министра);
В период прохождения военной службы имел следующие персональные офицерские звания:
- «лейтенант» - с лета 1965 года;
- «старший лейтенант» и «капитан» - дата присвоения неизвестна;
- «майор» - с 1975 года;
- «подполковник» - с 1977 года;
- «полковник» - с 1979 года, присвоено было досрочно;
- «генерал-майор» - с 1982 года;
- «генерал-лейтенант» - с 1987 года.
- «генерал-полковник» - с 1989 года.
В 1990-1991 гг. - член ЦК и член Политбюро Компартии Украины.
В 1991 году на выборах Президента РСФСР баллотировался в вице-президенты в паре с Николаем Рыжковым.
Трижды избирался в высший законодательный орган государства:
- в 1989 году - народным депутатом СССР от 542-го Прилукского территориального округа Черниговской области Украинской СССР. В данном качестве являлся членом Комитета Верховного Совета СССР по делам воинов-интернационалистов;
- 17 декабря 1995 года - депутатом Государственной Думы РФ второго созыва от 158-го избирательного округа города Саратова. В данном качестве являлся членом депутатской группы «Российские регионы» и одновременно - председателем подкомитета по контролю над вооружениями и международной безопасности думского Комитета по международным делам;
- 19 декабря 1999 года – депутатом Государственной Думы РФ третьего созыва. Депутатские полномочия сложил с себя 28 января 2000 года в связи с избранием на пост губернатора- председателя правительства Московской области.
В 1995 году, баллотируясь в Государственную Думу РФ, вначале вошёл в избирательный список «Блока Ивана Рыбкина», но уже вскоре, в сентябре того же года, возглавил избирательное объединение «Мое Отечество».
В канун президентских выборов 1996 года являлся доверенным лицом Б.Н. Ельцина, а в сентябре 1997 года вместе с режиссёром Станиславом Говорухиным на выборах в Государственную Думу РФ - Иосифа Кобзона.
С 16 февраля 2000 года – член Совета Федерации.
9 января 2000 года победил во втором туре выборов на пост губернатора-председателя правительства Московской области, а в декабре 2003 года был переизбран на второй срок.
Кроме того, занимает целый ряд высоких общественных постов и, в частности:
- президент (с декабря 1997) Всероссийского общественного движения ветеранов локальных войн и военных конфликтов «Боевое братство», которое объединяет в своих рядах около 1,5 млн россиян;
- сопредседатель (с 1998) общественного движения «За честь и достоинство гражданина страны»;
- президент (с 2000) Международной ассоциации «Породнённые города».
Автор книги военных мемуаров «Ограниченный контингент», а также целого ряда научных работ и других публикаций по проблемным вопросам военного строительства.
Активист армейского и динамовского спорта. В частности, является Мастером спорта по ручному мячу и Мастером спорта по прыжкам с шестом (но по другим данным – только Мастер спорта по гандболу).
Кавалер большого числа государственных наград, в том числе пяти орденов - Ленина (1988), двух Красного Знамени, Красной Звезды и «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 3-й степени, - а также многочисленных медалей.
Имеет и общественные награды и, в частности, является лауреатом двух премий Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка:
- имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова — «За выдающийся вклад в развитие и укрепление обороноспособности РФ» (2001);
- имени Петра Великого (с вручением золотой медали) – «За выдающийся вклад в развитие и укрепление Государства Российского» (2002).
Живёт и трудится в Москве.

НИКОЛАЕВ Андрей Иванович, российский военачальник и государственный деятель, первый в истории современной России руководитель Федеральной пограничной службы, в феврале-июле 1992 года – военнослужащий Калининградского военного гарнизона, генерал армии (1995), депутат Государственной Думы РФ 2-го и 3-го созывов.
Родился 21 апреля 1949 года в Москве. Русский.
Образование: в 1967 – 1-й курс Института электронного машиностроения; в1971 - Московское высшее общевойсковое командное училище имени Верховного Совета РСФСР; в 1976 - Военную академию имени М.В. Фрунзе; в 1988 - Военную академию Генерального штаба Вооружённых Сил СССР имени К.Е. Ворошилова.
На военной службе с лета 1967 года, при этом в офицерских должностях с сентября 1971 года:
- в 1971-1973 гг. – военнослужащий Московского военного округа: последовательно - командир мотострелкового взвода и командир мотострелковой роты;
- в 1973-1976 гг. – слушатель Военной академии имени М.В. Фрунзе;
- в 1976-1982 гг. – военнослужащий Южной группы войск (Венгрия): последовательно - командир мотострелкового батальона, начальник штаба-заместитель командира полка и командир полка;
- в 1982-1986 гг. – военнослужащий Уральского военного округа: последовательно - начальник штаба-заместитель командира N-й учебной мотострелковой дивизии и командир данной дивизии;
- в 1986-1988 гг. – слушатель Военной академии Генерального штаба Вооружённых Сил СССР имени К.Е. Ворошилова;
- в 1988-1991 гг. - начальник штаба-1-й заместитель командующего 6-й армией Ленинградского военного округа;
- в 1991-1992 гг. - командующий 1-й гвардейской армией Киевского военного округа;
- в феврале-июле 1992 года - командующий 11-й гвардейской армией Северо-Западной группы войск (Калининградская область);
- в июле 1992-августе 1993 гг. – на ответственных руководящих постах в Генеральном штабе Вооружённых Сил России: 1-й заместитель начальника Главного оперативного управления, а с декабря 1992 года - 1-й заместитель начальника Генерального штаба.
В августе 1993 года Указом Президента РФ был назначен заместителем министра безопасности РФ-командующим Пограничными войсками России (с 21 декабря 1993 – 1-й заместитель директора Федеральной службы контрразведки РФ-командующий Пограничными войсками России), а 30 декабря 1993 года - директором Федеральной пограничной службы РФ-главнокомандующим Пограничными войсками РФ.
30 декабря 1993-19 декабря 1997 гг. - директор Федеральной пограничной службы РФ и одновременно:
- с 1994 года – председатель Совета командующих пограничными войсками стран СНГ;
- 1 августа 1997-3 марта 1998 гг. - член Научного совета Совета безопасности РФ.
Пост директора ФПС России покинул добровольно.
В период прохождения службы вырос от рядового курсанта до генерала армии (данное воинское звание было присвоено в соответствии с Указом президента РФ от 17 ноября 1995 года), при этом воинских званий «капитан», «подполковник» и «полковник» был удостоен досрочно.
С в 1998-2004 гг. - - депутат Государственной Думы (избран был от избирательного округа № 0197 (Орехово-Борисовский округ, г. Москва): с 12 апреля 1998 года - второго созыва, а с 19 декабря 1999 года - третьего созыва и одновременно:
- член депутатской группы «Народный депутат»;
- председатель Комитета Государственной Думы третьего созыва по обороне;
- член Комиссии Государственной Думы по оказанию содействия Союзной Республике Югославии в преодолении последствий агрессии Организации Североатлантического договора;
- член (с 17 июня 1998) Комиссии Государственной Думы по международным делам;
- сопредседатель Комиссии Государственной Думы по рассмотрению расходов федерального бюджета на 2002 год, направленных на обеспечение обороны и государственной безопасности Российской Федерации;
- сопредседатель Комиссии Государственной Думы по вопросам выполнения договора между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (Договора СНВ-2), Договора между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами Америки об ограничении систем противоракетной обороны от 26 мая 1972 года (Договора по ПРО), Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ) и заключения нового договора о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (Договора СНВ-3);
- сопредседатель Комиссии Государственной Думы по рассмотрению расходов федерального бюджета, направленных на обеспечение обороны и государственной безопасности Российской Федерации.
С 8 июля 1998 - председатель движения «Союз народовластия и труда».
С апреля 2004 года - помощник премьер-министра РФ М.Е. Фрадкова и одновременно - ответственный секретарь Морской коллегии при Правительстве РФ, член редколлегии журнала «Право и безопасность».
Активист армейского и динамовского спорта по лёгкой атлетике (имеет 1-й разряд по прыжкам в высоту), водному поло, конному спорту и бегу на коньках.
Кавалер большого числа государственных наград и, в частности, ордена «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 3-й степени, а также более чем десяти медалей.
Решением Совета командующих пограничными войсками стран СНГ от 24 декабря 1997 года (город Алма-Ата) генералу армии А.И. Николаеву было присвоено звание Почётного члена Совета командующих пограничными войсками стран СНГ.
Живёт и трудится в Москве.
Для просмотра полной версии этой страницы, пожалуйста, пройдите по ссылке.
Русская версия IP.Board © 2001-2014 IPS, Inc.